Бригада специалистов-энергетиков, доставленная крейсером «Варяг» на борт «Непобедимого», вместе с экипажем этого знаменитого корабля за двое суток заменила вышедший из строя слим-модулятор, именуемый в просторечии «сусликом», и капитан «Непобедимого» Варфоломей Бунич отдал приказ экипажу готовиться к старту.

Не обошлось без сюрпризов.

Двое суток «Варяг» «пахал» пространство в районе дрейфа «Непобедимого» в поисках бесследно пропавших двух космолётов – «Ра» и «Либеро», освещённый сиянием «стены» звёзд близкого галактического ядра, а когда корабли начали расходиться: «Варяг» должен был вернуться на Землю, а «Непобедимый» собирался стартовать к Омеге Кентавра, где, по предварительным данным, располагалась звезда, вскормившая цивилизацию создателей «крокодилочерепах», – к земным кораблям вынесся ниоткуда сгусток фиолетового огня, пронизанный злыми молниями, и люди услышали мысленный «голос»:

«Дикари, называющие себя разумными! В последний раз предупреждаем об опасности приближения к зоне истинно разумной жизни, называемой вами Великим Кольцом! Передайте своим поводырям: любые попытки ваших транспортных средств приблизиться к ядру галактического круговорота будут пресекаться самым жёстким образом! Два ваших космических судёнышка уже наказаны! Вас спасает лишь то обстоятельство, что вы выбраны в качестве курьеров для доставки предупреждения вашим главарям. Убирайтесь!»

– Ты слышал? – после недолгой паузы прилетел в рубку «Непобедимого» голос капитана «Варяга». – Дикари – это про нас?

– Очевидно, – проворчал Бунич.

– Отвечать будем?

– Я думаю. – Бунич помолчал. – Отвечу, пожалуй. Разумные жители Великого Кольца, мы вас услышали. Надеюсь, вы нас услышите тоже. Мы никому не угрожаем, наша цель – контакт с цивилизациями ядра Галактики. Мы поняли, контакт вам не нужен. Позвольте задать только один вопрос: где наши космические… ээ… шлюпы, «Ра» и «Либеро»? Что значит, они уже наказаны?

Ответ пришёл немедленно:

«Это два вопроса, недомыслики. Шлюпы удалены из нашей звёздной системы. Убирайтесь восвояси, иначе вас постигнет та же участь!»

– Ага, щас, только галстук поправлю, – проворчал капитан «Варяга». – Варя, давай покажем этим засранцам, что у нас есть серьёзные аргументы. Наш «нульхлоп» плюс ваш.

– Не стоит связываться, – мрачно отказался Бунич. – У нас нет права отвечать им в таком же ключе, мы не диверсионно-разведывательная группа. Решаем свои задачи. Сообщим на базу о встрече и уходим.

– Эх, я бы дал им прикурить!

– В другой раз, Вальтер. К тому же учти, здесь были «Ра» и «Либеро» и у них тоже имелись «нульхлопы», только они не помогли.

– Понял, удачи!

– Тебе тоже.

Сгусток фиолетового пламени размером чуть ли не с Луну начал угрожающе расти, собираясь поглотить земные корабли.

– Экипаж? – коротко сказал Бунич.

Ответом был шквал вспышек зелёного цвета перед глазами капитана: экипаж был готов к любой ситуации.

– Пан Станислав – старт!

– Поехали, – отозвался инк космолёта.

* * *

На «суперструнный» прыжок длиной в двадцать две тысячи световых лет «Непобедимому» понадобилось всего полторы минуты, из которых минута двадцать девять секунд понадобились для расчёта компьютером корабля положения в пространстве Млечного Пути.

Спустя несколько минут пришли в себя.

– Пан Станислав, не спите, – окликнул инка Бунич; когда он начал командовать крейсером, инк носил имя Платон, однако впоследствии его заменили на более совершенный компьютер.

– Включаю обзор.

Стены рубки растаяли. Но картина звёздной сферы перед глазами космолётчиков почти не изменилась. Впереди по-прежнему сияла «стена» звёзд, хотя и не столь яркая, как в ядре Галактики.

– Омега, – пробормотал первый пилот Маркус Леон.

Это и в самом деле было шаровое звёздное скопление Омега Кентавра, видимое с расстояния всего в один световой год.

– Ничего не вижу, – добавил Леон.

Он имел в виду взрыв Оси Зла – ста одиннадцати звёзд, нанизанных на одну ферму как бусины на цепочку, который породил в скоплении ударную волну фазовой перестройки вакуума. Знающие-Дорогу, создатели этой гигантской Оси, рассчитывали на мгновенный эффект, который должен был расчистить всю Метагалактику от «грязи» материальных объектов – звёзд и планет и от «плесени» их разумных обитателей. Но они просчитались. Волна распространялась по Омеге Кентавра со скоростью, всего лишь в десять раз превышающей скорость света. А так как размер скопления достигал ста пятидесяти световых лет, волна должна была достичь границ Омеги лишь через пятнадцать лет. Со стороны процесс распада звёзд был не виден.

– А ты хотел, чтобы мы воткнулись прямо в Ось? – осведомился второй пилот «Непобедимого» Чеслав Ржичка.

– Нет, конечно, – смутился смуглокожий кубинец. – Просто подумал, что интересно было бы посмотреть, что остаётся от звёзд после их распада.

– В центре этой ямы-опухоли даже вакуум становится другим, – заявил бортинженер Теодор Оссовски. – Физики утверждают, что там идёт процесс развёртки свёрнутых в «струны» измерений нашего пространства. Ты можешь себе это представить?

– Нет.

– И я не могу.

– Работаем, парни, – прервал разглагольствования подчинённых Бунич. – КФС, параметризация, анализ среды, всё как обычно в режиме «единички».

Разговоры стихли. Члены экипажа принялись исполнять свои обязанности, готовые отреагировать на форс-мажорное изменение обстановки. Но вокруг корабля простиралась «нормальная» космическая пустота, пронзаемая светом звёзд, и в радиусе миллиона километров не наблюдались процессы, представлявшие опасность для хорошо защищённого земного космолёта.

Через час Бунич объявил сбор данных законченным и предупредил экипаж о готовности к старту.

За это время Пан Станислав провёл необходимые уточняющие наблюдения, рассчитал маршрут к выбранной звезде на окраине скопления, и можно было двигаться дальше.

Прыгнули – на двенадцать световых лет.

Вышли из «струны», огляделись.

Звезда – оранжевый гигант класса К0, примерно в пятьсот раз больше Солнца, выросла впереди ощутимо горячей расплавленной каплей кипящей лавы. Расстояние до неё не превышало трёх астрономических единиц.

– Встали «на нервы»! – приказал Бунич.

Но и без его команды все знали, что надо делать в режиме боевой готовности, и выполняли каждый свою работу собранно и чётко.

Вскоре инк после анализа обстановки выдал всем на кокон-кресла пакеты данных по состоянию среды и количеству планетарных объектов в системе красного гиганта.

Семья звезды состояла из двадцати планет, из которых лишь вторая, удалённая от самой звезды на сто миллионов километров, имела примерно земные параметры: массу, размеры и состав атмосферы. Самая близкая к звезде планета была похожа на Меркурий, остальные представляли собой газожидкостные шары с твёрдыми ядрами, напоминающие планеты Солнечной системы: Юпитер, Уран и Нептун. Практически все они были окольцованы и имели по множеству спутников.

Но самое главное открытие состояло в том, что вторая планета была окружена облаком искусственных сооружений, что служило несомненным доказательством правоты земных специалистов-астрофизиков, сумевших точно рассчитать координаты планеты, используемой Знающими-Дорогу в качестве завода-инкубатора грозных космических машин – «крокодилочерепах».

– «Инкогнито»! – скомандовал Бунич.

Крейсер окутался силовым полем, поглощающим свет и практически все виды излучений электромагнитного диапазона, и стал невидим для внешних наблюдателей.

– Шпуг[393] на пятьдесят.

– Принял.

«Непобедимый» включил маршевый генератор, в десять раз увеличивший скорость крейсера буквально за несколько минут. Пятьдесят миллионов километров он преодолел всего за полчаса.

Затормозили, осмотрелись.

Почти ничего в пределах сферы видимости не изменилось. Кораблей или зондов наподобие используемых людьми, пересекающих систему в разных направлениях, здесь не наблюдалось. Лишь у трёх планет, кроме второй, населённой создателями «крокодилочерепах», обнаружились спутники явно искусственного происхождения. Да она сама была окружена роем космических сооружений, чем-то напоминающих земные.

Зато удалось выяснить, что самое большое сооружение, размерами чуть ли не с земной гималайский хребет, вращавшийся вокруг материнской планеты на высоте около пяти тысяч километров, и есть тот самый завод или скорее верфь, главным изделием которой был «крокодилокрейсер». Когда инк «Непобедимого» настроил систему дальновидения, космолётчики долго наблюдали за процессом выпуска «крокодилочерепах».

Каждый час «от стапеля» верфи отчаливал очередной монстр длиной до двух километров, издали действительно напоминавший помесь земноводных обитателей Земли – крокодила и черепахи. Хотя изредка появлялись и корабли иной формы – комбинации крокодила и гриба-трутовика.

Верфь можно было назвать также инкубатором и даже курицей-несушкой, ежечасно выдающей «яйцо» – космический корабль.

Эти корабли отводились в «загон» – гигантскую даже по космическим масштабам сферу, оконтуренную «параллелями и меридианами» несущих ферм, где и оставались до поры до времени, пока не приходил катер, выгружал на один из новых кораблей экипаж и какие-то контейнеры, после чего «крокодилочерепаха» покидала «загон», разгонялась, удаляясь от планеты, и исчезала в космосе.

Всего в «загоне» насчитывалось более тысячи гигантских изделий верфи, и у всех космолётчиков родилась одна и та же идея: взорвать хранилище «крокодилочерепах» к чёртовой матери, а затем и саму верфь.

Капитан остудил горячие головы экипажа.

– Думайте, парни. У нас на борту нет бомбы, способной уничтожить такие протяжённые объекты мгновенно. «Нульхлоп» не поможет, так как надо будет дать не один импульс, а по крайней мере пару сотен, нас же заметят после первого-второго. Об охране вы подумали?

Экипаж замолчал.

Верфь и «загон» для готовых «крокодилов» действительно окружали сотни специфического вида объектов – на расстояниях от километра до десятка тысяч километров, и они явно представляли собой погранзаставы или сторожевые посты.

– Нас пошинкуют в капусту, – добавил Бунич.

– Антимат, – неуверенно предложил Оссовски, имея в виду излучатель антипротонов.

– Антимат не уничтожит все корабли в одном залпе, равно как неймсы и плазмеры. Ну, уничтожим полсотни, ещё сотню повредим, и на этом наша атака закончится. А создатели «крокодилов» будут предупреждены и подготовятся к отражению последующих атак. Нужно найти другое решение, думайте.

– Вызвать подкрепление…

– Мудрое предложение, – проворчал Леон.

– Предложи лучше, – огрызнулся Оссовски.

– Может быть, это единственно правильная идея, – сказал Бунич. – Но время у нас ещё есть, подождём. Пан Станислав, дай картину с поверхности планеты.

Перед глазами космолётчиков возникло изображение, переданное зондами непосредственно из атмосферы планеты.

Саму поверхность разглядеть было трудно, хотя на ней хватало и водоёмов и лесов, мешали плавающие в атмосфере на разных высотах «дирижабли» и целые острова размером не меньше земного Кипра. Все они обладали одной и той же особенностью – резко выраженной крупномасштабной фрактальностью. Впечатление складывалось такое, будто строго геометрические, технологически совершенные фигуры обросли наростами, грибами и перепонками, отчего издали выглядели полуразрушенными, изъеденными коррозией, проросшими «овощами» и «фруктами».

Затем появились обитатели «дирижаблей», «замков», «островов» и колоссальной сложности «башен», поднимавшихся из глубин атмосферы на высоту в сто и двести километров. Все эти сооружения были усеяны линзами бассейнов, странным образом не падающими с вертикальных стен вниз, и оказалось, что жители, создатели «крокодилочерепах», сами похожи на шестилапых ящериц и обезьянок одновременно. Они оказались земноводными, проводя половину времени в бассейнах, и вели образ жизни, близкий к жизни земных крокодилов.

– Вот почему форма их космических аппаратов такая звериная, – нарушил молчание в рубке Чеслав Ржичка. – Они всё строят по своему образу и подобию.

– Интересно, почему эти ящерки помогают Знающим? – задумчиво проговорил Леон. – Гонят им космофлот как стадо на убой. Может, они родственники?

– Знающие вообще из другой Вселенной, – возразил Оссовски. – Они не могут иметь здесь никаких родичей.

– В таком случае ящеркам хорошо заплатили.

– Чем? Золотом? – фыркнул Леон.

– Ну, не знаю, не обязательно, это у нас золото в фаворе, как универсальный эквивалент обмена, а здесь синонимом власти может служить другой металл или даже вода. А то и чистая энергия.

– А я считаю, – сказал молчавший до сих пор Роберт Портер, оператор защиты, – что Знающие просто зазомбировали здешних представителей власти. Как это они проделали с нашими чиновниками. Вот ящерки и стараются ради того, чтобы им оставили их кресла. Придумали небось для плебса какую-нибудь отговорку, пообещали бессмертие, блага небесные, либо, наоборот, пригрозили – все сдохнете, если не подчинитесь.

– Грубовато, Боб, – засомневался Ржичка.

– До тонкостей я не додумался.

– Командир, ваше мнение?

– Отставить пустые споры! – сказал Бунич. – Психологию этих ящериц и причины их обязательств перед Знающими будут изучать наши коммуникаторы. У нас другая задача. Подойдём поближе, запустим всю исследовательскую технику и соберём весь компромат, какой сможем. Потом решим, что делать.

– Есть! – ответил экипаж дружно.

* * *

Их заметили.

Вернее, сначала были обнаружены рои нанозондов, проникшие на верфь, в «загон» для «крокодилов» и другие технические сооружения мыслящих ящериц. Это стало известно после того, как аппараты размером с муху начали один за другим прекращать подачу видеоинформации.

Спустя какое-то время после этого события сторожевые спутники внешнего пояса охраны верфи, похожие на крабов с гигантскими клешнями, сошли с орбит и начали суетливо прыгать вокруг верфи и «загона» с готовыми изделиями, рассыпая веером лазерные лучи.

Зашевелились и сами «крокодилочерепахи», начиная покидать «отстойник» и рыскать вокруг верфи, расширяя круг обследования.

– Похоже, нас вычислили, – мрачно предположил Леон.

– Надо уходить подальше, – сказал осторожный Портер.

– Корабль они вряд ли обнаружат, – попытался успокоить товарищей и себя оптимист Ржичка. – Мы под «зеркалом».

– Могут обнаружить по массе, гравитацию корабля не спрячешь под «зеркало».

– Это если у ящериц есть гравитационные детекторы.

– Если есть у нас, почему не могут быть у них?

– Депеша на базу, Пан Станислав, – прервал спор космолётчиков Бунич. – Крейсер обнаружен, ситуация тревожная, вынужден отойти.

– Передаю, – ответил инк.

Внезапно «крокодилочерепахи», ходившие галсами вокруг родной планеты, сделали одинаковый разворот и замерли на месте, как это делает собака, получившая команду хозяина «стоять!».

Члены экипажа в рубке почуяли необычное внимание, будто на них посмотрела вся планета.

– Чёрт! – поёжился Оссовски. – Вам не кажется…

Договорить он не успел: гигантские крокодилоподобные космолёты разом ринулись к «Непобедимому», зависшему в ста тысячах километров от планеты, словно точно знали, где прячется «невидимка».