— Думаю, это звучит нормально.

— Тогда мы с тобой поедем в гостиницу «Качество», — сказала Синди.

Пэрис знал, что он преувеличивает, но решил принять предложение Синди. 'Хорошо. Посмотрите шоу, посмотрите «Коулун Гарден». Если догоните их, просто приведите Мисси ко мне, и я остановлюсь там, как только смогу, хорошо?

'Ты получил это.'

— Спасибо, Синди, — сказал Пэрис. — Позвони ко мне супермену и покажи ему свой щит. Меня зовут Джимми ДеБеллис. Он впустит тебя.

«Нет проблем», — ответила она, открывая дверь. 'И расслабься. Все так, как должно быть. Сделай себе кофе, жди звонка. Просто закрой дверь, когда уйдешь. Оно уже заперто.

— Я твой должник, Синди. Долгое время.'

«Поверьте», — сказала она с улыбкой и вышла из квартиры.

На одной из стен столовой Синди Таггарт висела огромная репродукция Джорджии О'Киф в дорогой раме. Пол был тщательно отполирован, а настенные покрытия были очень сдержанными и со вкусом. Много бежевых, коричневых, латунных и антикварных вещей. Пэрис пролистала свои компакт-диски. Олди, джаз-фьюжн, шоу-мелодии.

Он отпил кофе, нашел пульт и включил телевизор. Некоторое время он просматривал каналы и остановился на игре «Кавс-Никс» на ESPN. Но он обнаружил, что слишком часто смотрит на часы, чтобы сосредоточиться на том, что «Никс» делают с его любимыми «Кавс».

Через десять минут раздался обратный звонок.

Убийство Кинга-Кеннеди совершил пятнадцатилетний дилер по имени Рамон Джексон. Ему дважды выстрелили в упор в затылок, в стиле Лица со шрамом, и в его карманах все еще оставалось более 2000 долларов. Это явно не было ограблением. От лица Рамона мало что осталось, но один из его двоюродных братьев опознал его полиции по куртке Raiders, которую он носил, с вышитой надписью «RJ» вдоль пояса.

Интервью прошло на удивление быстро – Пэрис подозревал, что никто ничего не видел и не признался в этом, и он был прав – и он появлялся и уходил с места происшествия менее чем за час. Он остановился дома, никого там не нашел, а затем поехал обратно в Центр правосудия.

Пэрис позвонила Синди, получила ее голосовую почту и оставила сообщение. Он позвонил ей и налил чашку кофе. Собрав отчет о расстреле Кинга и Кеннеди, он разложил на своем столе фотографии четырех серийных жертв и сразу понял, насколько нелепо было думать, что Диана каким-либо образом была замешана в этом. Что с ним не так? Неужели он так разозлился, что она сфотографировалась с Томми Рапозо?

Возможно, удар по затылку оказался хуже, чем он думал.

Правда, как признал Пэрис, заключалась в том, что он был переутомлен. Дело в том, что его никогда не устраивала мысль, что Томми виновен исключительно или даже виновен во всех убийствах фараона, и именно это чувство, в сочетании с недостатком сна, заставляло его глупый. Дело в том, что Диана, Синди и Мелисса, вероятно, в тот самый момент сидели в саду Коулун с тарелкой пуу-пуу и тремя тарелками супа вонтон и громили до чертиков некоего Джона Сальваторе Пэрис. , Верховный параноик.

Такова была правда. И всё же, хоть он и верил всему вышесказанному:

Он набрал номер «Коулун Гарден» и получил сигнал «занято».

Он набрал номер Дианы и взял ее аппарат.

Он набрал номер Бет и услышал ее голосовое сообщение.

Он снова позвонил Синди.

Он ждал.

У парня были густые светлые волосы и разноцветные велосипедные шорты, которые выдавали в нем городского серфера. Подойдя, Пэрис увидел, что под его мышкой находится нейлоновая курьерская сумка на молнии, что и объясняло его присутствие на шестом этаже.

— Вы детектив Пэрис? — спросил ребенок.

'Ага. Как дела?'

'Подпишите здесь, пожалуйста.' Он протянул блокнот и шариковую ручку.

«Что, ребята, вы теперь работаете семь дней в неделю?»

'Да сэр. Тоже двадцать четыре часа в сутки. С первого февраля. Парень проверил пейджер, достал блокнот и протянул Пэрис пакет.

Пэрис бросил ему пару долларовых купюр и осмотрел картонный конверт снаружи. Под логотипом FleetGram было написано просто: «Дет. Джек Пэрис.

— Желаю удачи, — сказал курьер.

'Ты тоже.' Пэрис уже собиралась открыть конверт, когда Брайан Сэндс, один из дежурных полицейских, неуклюже поднялся по ступенькам с бумагами в руках.

— Сообщение для тебя, Джек, — сказал Сэндс, явно потеряв форму и запыхавшись. Он на несколько мгновений положил руки на колени. Когда он достаточно оправился, он сказал: «Позвонила Синди Таггарт из Четвертого дома и сказала сказать вам, что она никого не видела в Общественном зале. Сказала, что направляется в китайский ресторан.

— Она позвонила в регистратуру? — спросил Пэрис.

'Ага.'

— Почему она просто не позвонила мне ?

Сэндс просто уставился на него, как будто вопрос мог быть чем угодно, только не риторическим. Брайану Сэндсу было пятьдесят семь лет, он был нетерпелив по натуре и чертовски устал. — Я не знаю, Джек. Мы это не обсуждали».

— Когда она позвонила?

— Десять, пятнадцать минут назад, может быть. Сэндс стоял в дверях и выгнул бровь, ожидая.

— Ох, спасибо, Брайан.

— Уверена, — сказал Сэндс и направился по коридору.

Пэрис посидела несколько мгновений и задалась вопросом, направляются ли Диана и Мелисса уже к Бет, или Синди собирается поймать их в ресторане. Потом он вспомнил о пакете у себя на коленях.

Он разорвал верхнюю часть пакета и вытащил конверт, белый, без пометок. Внутри лежала учетная карточка размером три на пять дюймов с какими-то надписями. Еще была фотография. Когда Пэрис вытащил фотографию и перевернул ее, он почувствовал, как у него внезапно перехватило дыхание.

На фотографии был он.

Это было на улице, ночью, и он сидел, прислонившись к дереву, с чем-то вроде опасной бритвы с жемчужной ручкой в правой руке. Над его левым плечом виднелась неоновая вывеска мотеля «Ривервью». Казалось, он просто прислонился к дереву, как будто смотрел на бритву, но Пэрис точно знал, что он был вне дома.

На карточке сообщение также было совершенно ясным:

Идите на площадь Шейкер. Припаркуйтесь прямо перед цветочным магазином .

Принесите все файлы P и этот материал. Ни с кем не говори .

Хеллеры ?​ Его подставили чертовы Хеллеры ?

Он не купился на это ни на минуту. Андреа Хеллер, возможно, была немного странной, ее муж, возможно, был из тех парней, которые сверлили дырки в стене душа для девочек, когда он учился в средней школе, но они не были убийцами-психопатами.

Но если не они, кто еще, черт возьми, был с ним в лесу той ночью?

Пэрис взглянул на шрифт. Это был стандартный 12-пунктовый Times Roman. Общий практически для всех текстовых редакторов. Он нашел номер курьерской службы флота на внешней стороне конверта и набрал его.

«Флот».

— Это детектив Джон Пэрис из отдела по расследованию убийств полиции Кливленда. Я только что получил посылку несколько минут назад и хотел бы задать вам несколько вопросов о ней».

«Конечно», — ответил мужчина.

Пэрис услышала пластиковый щелчок клавиш и громкий взрыв смеха на заднем плане. За его собственным окном на полной скорости и с полной сиреной проезжал крейсер. Наконец мужчина сказал: «Да. Возьми это прямо здесь. Детектив Пэрис в Центре правосудия. Что я могу вам об этом сказать?

— Мне нужно знать, кто это послал.

— Боюсь, я этого не знаю, сэр.

— У вас нет записей о том, кто отправил посылку?

— Ну, это не обязательно. Я имею в виду, что если кто-то платит наличными, как это было в данном случае, нам не требуются имя или адрес отправителя. Мы просим, но не требуем. Важным моментом является то, куда направляется посылка».

— Где и когда его подобрали?

Пэрис услышал еще несколько щелчков клавиш.

— Его забрали сегодня вечером в шесть пятьдесят.

'Где?'

— Шесть этажей под тобой, — сказал мужчина. — В вестибюле Центра правосудия.

Коробки с документами по делу Фараона заняли все переднее и заднее сиденья машины Пэрис. В общей сложности это был груз из девяти контейнеров для хранения легальных размеров. Коробки, конечно, были пусты, но Пэрис должен был играть в игру, должен был поддерживать видимость, пока он не надел кандалы на этого ублюдка. Сложности, связанные с доставкой файлов с собой – юридические, этические, логистические – были огромными, так что это никогда не было вариантом.

Кроме того, эта операция не должна была занять столько времени и даже близко не зайти так далеко.

Пэрис нашла место прямо перед флористом в северо-западном квадранте. Он заглушил двигатель. Пока мы ехали на площадь, прошел кратковременный дождь, и стало совсем темно. За исключением нескольких покупателей в витринах и опоздавших пассажиров RTA, в этом районе не было никакой активности. Он расположил зеркало заднего вида и боковые зеркала как можно лучше и опустился на сиденье.

Вскоре к окну цветочного магазина подошла женщина. На ней была большая спортивная куртка и пальто, которое, по мнению Пэрис, было немного громоздким для вечера в пятьдесят градусов. Несколько мгновений она рассматривала выставку цветов, колебалась, глядя по сторонам, а затем двинулась дальше. Она свернула за угол на Саут-Морленд и исчезла.

Пять минут спустя, когда беспокойство начало нарастать, Пэрис заметил белый прямоугольник, торчащий из живой изгороди прямо перед капотом его машины. Он ненадолго появился в поле зрения, а затем исчез. Похоже, это был конверт, но он был частично спрятан в темных уголках живой изгороди. Пэрис вылезла, взяла его и обнаружила, что на самом деле это был запечатанный конверт с инициалами JP. Внутри была еще одна отпечатанная карточка размером три на пять, на которой было написано:

Оставьте машину незапертой и пройдите через площадь. Встаньте перед театром. Когда закончите, замигают фары .

Дерьмо.

Пэрис оглядела сектор, множество магазинов, офисных зданий и жилых комплексов. Он был уверен, что за ним наблюдают, поэтому перешел к плану Б. Он закрыл дверцу машины и прошел около 100 ярдов до дальней стороны Шейкер-сквер, пересекая Саут-Морленд на свет, считая шаги и подсчитывая, сколько времени это займет. может заставить его бежать обратно. Он стоял прямо под блестящим шатром кинотеатра «Шейкер-сквер» и почувствовал, как температура вокруг него повысилась на градус или два.

Вскоре к его машине приблизилась какая-то фигура, но из-за расстояния и темноты Пэрис не мог сказать, мужчина это или женщина. Дверь распахнулась, и фигура вошла со стороны водителя. Пэрис подошел к краю тротуара. Он видел, как внутри машины движется фонарик, его луч отражается на белом потолке салона. Пэрис вышел на бульвар Шейкер и подождал, пока проедет движение, надеясь, что сможет воспользоваться этим небольшим окном возможностей между моментом, когда его подозреваемый увидел, что коробки пусты, и моментом, когда его подозреваемый повернулся и сбежал.

Пэрис выхватил оружие и побежал.

Не успел он сделать и трех шагов, как дверца машины резко захлопнулась, и фигура побежала по проходу между магазинами к парковке на Дрексморе.

Пэрис погнался за ним, мчась по площади на полной скорости, дважды чуть не поскользнувшись на мокрых от дождя рельсах RTA. Когда он добрался до стоянки, было темно и пусто. Вокруг разбросано всего несколько машин. Ничего не движется.

Он медленно перевел дыхание. Убедившись, что он испортил единственную зацепку, которую он когда-либо мог получить в этом деле – деле, которое было официально закрыто, – он вернулся к своей машине и заглянул внутрь. Несколько картонных коробок были порезаны, а также обивка передних и задних сидений. Пэрис сел в машину и стучал кулаками по рулю.

И тут он увидел на приборной панели третий белый конверт. Он открыл его. Внутри была фотография, фотография, которая сказала Джеку Пэрису, что ничего не закрыто.

Ничего вообще.

33

«Привет, как прошло шоу?»

Бет было трудно поверить, что она сидит и разговаривает по телефону с новой девушкой своего мужа. «Какую разницу могут изменить несколько лет», — подумала она. В какой-то момент их отношений они с Джеком даже прибегли к подслушиванию телефонных разговоров друг друга из-за мелкой ревности, а здесь они болтали со значимыми людьми друг друга. Как только Бет услышала голос женщины по телефону, с его апломбом принятия на себя ответственности, все сомнения, которые у нее были относительно этой женщины, исчезли.

'Это было замечательно. Я думаю, Мисси навсегда переехала в образцовый дом, который они построили здесь. Вам стоит посмотреть комнату для девочек.

«Плакаты с Джастином Бибером и множество оборок?» — спросила Бет.

'Ага.'

«Все развлекательные устройства в магазине Apple?»

'У тебя вышло.'

Бет рассмеялась. — Она вела себя прилично?

«О боже, да. Вы здесь воспитываете очень вежливую и умную девочку».

— Очень любезно с вашей стороны так говорить.

— Вы знали, что она интересовалась пирамидами? Здесь есть огромная пирамида, и Мисси пять минут посвятила истории пирамиды. Я был очень впечатлен.'

«Я понятия не имела», — сказала Бет, совершенно не понимая, что она чувствует по поводу того, что ее дочь за два коротких дня переезжает из «Мелиссы» в «Мисси». — Но я должен сказать, что всю свою жизнь ей было любопытно. В конце концов, ее отец — детектив. Бет была так взволнована, что именно в этот момент она вспомнила о Джеке. Она мелькнула перед ними двумя в постели.

— Боюсь, в ближайшем будущем мы подготовили еще несколько вылазок. Надеюсь, я не перехожу никаких границ».

— Нет, — сказала Бет, солгав сквозь зубы. 'Нисколько.'

— Ну, я звоню потому, что боюсь, что не смогу отвезти ее, как планировалось. Меня только что вызвали, и сегодня вечером мне нужно спешить на работу. Мы почти закончили есть, и я подумал, можно ли отвезти ее к Джеку? Я всего в нескольких кварталах отсюда.

— Конечно, — сказала Бет. — Хотя я ценю, что ты позвонил. Просто скажи Джеку, чтобы он позвонил мне, когда он будет готов ее отвезти.