Платон говорит: есть люди «движения» к бытию. А следовательно, есть люди и не-движения к бытию! Их, вероятно, большинство. Стоит ли им подражать?

Есть люди «причастности» к бытию. А значит, есть люди и непричастности к бытию! Может быть, даже врожденной непричастности?

Наконец, есть люди «поступательного шага» к бытию. А следовательно, есть люди и без поступательного шага к бытию! Ленивые, приземленные, без больших целей и точно без понимания, что такое человек. Они идут в каком-то смысле евангельским «широким путем», без особых напряжений и тревог. А в Евангелиях этот путь – ложен. Хотя, конечно, речь в Писании о пути тех, кто непослушен слову Бога. «Узкий» евангельский путь – послушание Богу. И это основной путь к Богу, к спасению. То есть к наилучшему бытию.

А не приходят ли идущие широкой дорогой к серьезной личной трагедии? Ведь они отказываются от необходимой (по промыслу Божьему) самореализации и соглашаются на нечто не свое, не собственное.

А «причастные» к бытию неизбежно напрягаются, преодолевают себя и поднимаются вверх. Вверх – это и к Богу, и к ценному творчеству, и к великим достижениям всякого рода. Кому вверх, кому низ (вниз), шутил один известный служитель Бога по поводу коммунизма.

Без понятия «промысел Божий» невозможно онтологически объяснить моих героев. Когда я размышлял о них, то неизбежно предполагал, что без промысла, без Божьей помощи они не смогли бы победить. Г. В. Ф. Гегель не смог бы обосновать столь системную и удивительно совершенную диалектику. В. Франкл погиб бы в очередном концлагере или не смог бы после освобождения успешно жить и развиваться. Некоторые освободившиеся узники заканчивали жизнь самоубийством.

Г. К. Жуков оказался бы в опале (уже в 1941 году, когда он был начальником Генштаба) или попал бы в подвалы НКВД, МГБ, а то и погиб. Ф. Ф. Конюхов остался бы неприкаянным яхтсменом в бухте Находка или же погиб при подъеме на Эверест (или в шторм у мыса Горн). Великое это таинство – промысел Божий!

В журнале «Начало» № 26 2012 года говорится о промысле Божием так: «Призвание у всех в основании одно – быть человеком и быть в Боге (выделено мной. – В. К.). И оно… огромно, бесконечно, неисчерпаемо». Но тогда спросим: можно ли «нигилистам» (людям, не причастным к бытию) быть человечными? Можно. А быть в Боге? Тоже можно. Что же у них тогда не так? Да и анти-нигилисты (Гегель, Франкл, Жуков и Конюхов) – не все человечные и не все верующие.

Может быть, они просто успешные люди? При этом они, конечно, имели личное (а не общехристианское) призвание. «Мне ж призвание, как плеть», – говорит Марина Цветаева, осмысляя отношения со своим поэтическим даром. Возможно, что личное призвание у некоторых людей слишком слабо или запрятано, а многие его и не ищут.

Между тем в евангельской притче о талантах (Мф. 25:14–29) говорится о том, что каждому рабу Господин дал призвание. И ему необходимо действовать. А не прятать свой дар «в землю», как один из рабов Господина. Раб Божий должен слушаться Господина и «ходить перед Богом». Вот первопричина и указание «нигилистам» на то, как человеку нужно жить! Ты не исключительно для себя родился и живешь, а тебе дана Господином жизнь для чего-то. При-звание – это Бог при-звал. Это воля Божья о каждом (!) человеке. И у Марины Цветаевой она «как плеть». А у другого, менее одаренного, это как укор. Чувство неприкаянности, невостребованности, нереализованности.

Остается «спасаться» в как бы жизни, в суете, в мелких удовольствиях, во вредных привычках, в самообмане. Или, в лучших случаях, в земных успехах, в как бы полноценной земной жизни.

Им надо бы стать более активными, устремленными, просить вразумления у Бога. Но они не хотят. Или не могут. Или ничего об этом не знают. А между тем – «каждого избрал для чего-то Господь, а избрав, позвал» (Журнал «Начало». № 26, 2012 г.). Это и ответ о личном смысле жизни.

Бывает даже, что Бог зовет к чему-то такого человека, который не обладает нужными качествами.

Например, «гугнивый» (косноязычный) Моисей был призван для великих пророческих дел. Почему это произошло? А потому, что Моисей, как никто другой, «ходил» перед Богом и больше всех других хотел вывести свой народ из египетского рабства.

Как говорит афонский схимонах Иосиф Ватопедский, воля Божья может проявиться, во-первых, в виде благосклонности Божией (и у человека все, что он хочет, особенно связанное с призванием, получается). Во-вторых, в виде уступчивости Бога нашим желаниям (жалеет нас, ибо мы немощны). В-третьих, в виде вразумления от Бога (то есть Господь исправляет наш путь, иногда истинной подсказкой, а иногда очень болезненно). В-четвертых, в виде богооставленности (если мы слишком своевольны и не желаем слушаться Владыку Небесного). Не оказываются ли «нигилисты» богооставленными? В одном этом уже есть великая трагедия.

Возможно, согласно Аристотелю, и такое как бы научное понимание призвания: это пересечение моих способностей и нужд мира.

Что же произошло с моими четырьмя героями в этом контексте? По поводу Гегеля «пересечение» не представляется главной причиной его самореализации. Он во многом интравертно, из себя создавал диалектический мир. По поводу Франкла – он пошел вопреки «нуждам мира», которые хотели его просто уничтожить. По поводу Жукова – он почти случайно стал военным, не нуждался в новом деле, поскольку уже прекрасно владел серьезной профессией (скорняка). Но оказался очень силен, именно и прежде всего, в военном деле. По поводу Конюхова – он с раннего детства стремился исключительно к великим путешествиям, а вот среда в этом почти не нуждалась (начиная от отца и заканчивая СССР). И серьезно препятствовала такому призванию. Так что формула Аристотеля не выдерживает проверки.

А формула Божьего призвания, подобного цветаевскому («как плеть»)? У Гегеля, безусловно, диалектика была – как плеть. У Франкла были смыслы как плеть – любовь дочери и занятия наукой. У Жукова как плеть – желание сделать военное дело очень успешно, победить и, если потребуется, не пожалеть нерадивых подчиненных. У Конюхова как плеть – его бесконечные крупные путешествия, одно отважнее другого.

И в результате все четыре человека оказались выдающимися личностями, героями и подвижниками. Гегель – героем философии, Франкл – героем выживания и самореализации, Жуков – героем-полководцем, Конюхов – героем в преодолении стихий и самого себя. И все отменно самореализовались. Без геройства и подвижничества это было бы невозможно.

Следовательно, мои герои учат пути к некоему идеальному (в том числе современному) человеку. И этот человек – герой и подвижник. Подобный тому, кого Джордано Бруно назвал «героическим энтузиастом». Подобный титанам эпохи Ренессанса – Леонардо да Винчи, Микеланджело Буонарроти, Уильяму Шекспиру, Альбрехту Дюреру и другим. Подобный Аристотелю и Чингисхану, Александру Македонскому и Джеймсу Куку.

То есть моя книга о Героях, которые достигли своего «быть».

И в заключение я снова процитирую Г. В. Ф. Гегеля: «Вещи в мире обладают прочностью единственно лишь через понятие, т. е. вещи, говоря языком религиозного представления, суть то, чтό они суть, лишь через пребывающие в них Божественные и поэтому творческие мысли» [18, 401]. То есть речь о логосе вещей, о логосе человека.

Нужно осознать свое Божественное имя, свою Божественную суть и творческие мысли Бога о себе. Свою миссию. И самореализоваться. Быть.