1699-й – важнейший год в истории кофе. Голландцам тайно удалось вывезти из Йемена кофейные зерна под посадку. Османская монополия официально закончилась.

Голландцы решили использовать в качестве локации для выращивания кофе остров Ява – территория современной Индонезии, – и вскоре он покрылся бесконечными кофейными плантациями, которые остались там по сей день.

Нидерландская Ост-Индская компания, владевшая индонезийскими колониями, обладала важным преимуществом. В рабочей силе тут недостатка не было. Если в колониях в Западном полушарии у европейцев вечно возникала проблема нехватки рук, то густонаселенные острова в Юго-Восточной Азии были в этом плане настоящим раем. Раем для голландцев, но не для местных жителей.

Жители Явы были вынуждены каждый день в любое время года подстригать кофейные деревья, собирать ягоды. Изнуряющая тропическая жара не была поводом для поблажек – Европа нуждалась в товаре. Очевидцы говорили, что, пока на Яве крестьяне трудились не покладая рук, их белые господа шевелились от силы несколько часов в день. Никакой заботы о местных Ост-Индская компания не проявляла. Другой очевидец – английский купец Фрэнсис Тербер – писал, что местное население было «ужасно бедным, невежественным и деградировавшим».

Так продолжалось 150 лет, пока голландский чиновник Эдуард Деккер, известный также под своим псевдонимом Мультатули, не написал роман «Макс Хавелаар». Главный герой романа – сотрудник голландской администрации, наблюдая страдания простых людей, встает против несправедливости и начинает борьбу за свободу.

Роман произвел невероятный фурор в Нидерландах. Колониальная политика королевства под общественным давлением начала меняться. Одновременно с этим на местах, в том числе на Яве, начало набирать ход антиколониальное движение, которое в итоге привело Индонезию к независимости. В 2002 году Общество нидерландской литературы провозгласило книгу величайшим произведением всех времен, написанным на нидерландском языке, а имя главного персонажа романа, Макса Хавелаара, считается в Нидерландах нарицательным.

Но Ява – это Юго-Восточная Азия. В наши дни большая часть кофе экспортируется странами Латинской Америки. То, как туда попал кофе, – одно большое приключение со шпионской подоплекой и предательствами.

В 1714 году голландцы подарили французскому правительству здоровое кофейное дерево. Подарок по статусу можно сравнить с пандами, которых сегодня Китай присылает в зоопарки различных стран. Ровно как китайцы считают своими панд, настолько голландцы считали своим кофе.

И тут в нашей истории появляется французский морской офицер по имени Габриэль Матьё де Кльё. Кофе был его страстью, и он загорелся идеей выращивания собственных деревьев в Америке с ее благодатным климатом. Согласно одной версии, де Кльё через сложные придворные интриги смог получить саженцы для исполнения мечты. Другая версия говорит, что офицер банально украл ростки из Королевского ботанического музея.

На своем пути офицер столкнулся с корсарами, от которых чудом ушел живым и даже смог сохранить груз. На этом неприятности не закончились. Де Кльё попал в безветренную погоду более чем на месяц.

В результате де Кльё добрался до Мартиники, где кофейное дерево пустило свои корни. Поразительно, но есть вероятность, что большая часть всех кофейных деревьев Нового Света – это потомки того самого саженца де Кльё. Не офицер, а кофейный Адам.

Остальные европейцы с настороженностью смотрели на успех французов. Португальцев это не на шутку раззадорило – они не собирались оставлять в руках французов кофейную монополию в Америке. Бразилия, будучи португальской колонией, нуждалась в новом экономическом буме – сахар потерял свое первоначальное значение. Португальское правительство отправило чиновников во что бы то ни стало раздобыть пригодные кофейные зерна.

Никто отдавать зерна просто так им не собирался, и чиновникам приходилось включать природное обаяние. Португальский деятель по имени Франсишко де Мело Палета смог покорить жену французского губернатора Мартиники. Прекрасно проведя с ней время, он добился согласия на участие в коварном плане. В момент отъезда португальца с острова жена губернатора преподнесла ему красивый букет, внутри которого были спрятаны кофейные ягоды. План сработал. Привезенные ягоды из букета дали всходы, которые стали основой бразильской кофейной гегемонии.