Когда Февральская революция 1917 года уже свершилась, первые декреты Временного правительства привели к тому, что армия, которая готовилась к новому наступлению и, по сути, к завершению войны, оказалась еще больше дезорганизована.

В этих условиях вопрос о защите золотого запаса России от немцев стал одним из ключевых. Золото постепенно вывозилось на Восток – подальше от фронта. Основной точкой сосредоточения ценного металла оказалась Казань. Из общего золотого запаса в 1330 тонн в Казани было сосредоточено более половины.

После октября 1917 года выяснилось, что чем дальше от Петрограда и Москвы, тем менее очевидна была власть большевиков. Неудивительно, что золото, попавшее в Казань, никуда не перемещалось. Попытки коммунистов вывезти его поближе к контролируемым территориям тоже обернулись крахом. Судьба гигантских богатств зависела от случая.

Случай наступил в августе 1918 года, когда белые взяли Казань и, вместе с ней, золотой запас. 507 тонн золота оказались в руках генерала Каппеля. В будущем именно эти запасы получат название «золото Колчака».

Пришедший к власти адмирал Колчак с крайней неохотой прикасался к золотому запасу – он считал, что не имеет на него никакого права. Идеологией большей части Белого движения в ходе Гражданской войны было «непредрешенчество» – убеждение в том, что судьбу России и ее богатств народ сам решит после окончания смуты.

Но война заставила поступиться принципами – Белое движение нуждалось в поставках вооружений. Россия тогда обладала самым большим после США золотым запасом. Подобные богатства манили к себе не только простых смертных, которым довелось прикоснуться к золоту Российской империи, но и целые страны. Японские дипломаты просили «Русское правительство в Омске соблаговолить отнестись благосклонно к просьбам японских банкиров относительно покупки золота».

В итоге на закупку вооружений было затрачено ровно 30 % золотого запаса. Через иностранные банки они осели в уютных ячейках. Как оказалось, навсегда.

Колчак так и не увидит закупленного оружия – оно не успеет прибыть к моменту падения его власти. Со взятием Иркутска и расстрелом адмирала охраной золотого запаса никто толком не занимался и золото начало пропадать.

Наибольший урон был нанесен атаманом Семеновым, в результате нападения которого пропало 33 тонны золота. Под Читой он перехватил вагоны, которые шли во Владивосток. Но даже в его руках это золото не задержалось – японцы настойчиво попросили передать им золото, и Семенов не смог отказать. Именно Японии досталась большая часть вывезенного из Российской империи золота, которое до сих пор, пусть и не все, лежит в хранилищах местных банков.

Значительная часть золотого запаса все же осталась в России. Золотые вагоны Колчака были остановлены под Иркутском и захвачены красными – таким образом, больше 319 тонн, или 60 % казанского золота, достались большевикам.

Меры предосторожности на случай ограбления были приняты серьезные – «золотой состав» доставили в тупик и опутали проволокой. Позади поставили паровоз, который постоянно был в состоянии готовности – в случае необходимости он бы тронулся навстречу «золотому составу» и, врезавшись, сбросил бы его с путей.

Изъятое большевиками золото пошло не на восстановление экономики, а на экспорт революции. По данным комиссии сената США, коммунисты с 1920 по 1922 год отправили за границу более 500 тонн золота – в два с лишним раза больше, чем было вывезено белыми. Толку от этих инвестиций в мировую революцию не было никакого – пролетарии европейских стран так и не смогли объединиться и устроить мировую революцию.