Как я и полагал, времени у нас было всего ничего. Мы едва успели завернуть за угол между складами, когда в нашу сторону ударила первая очередь.

Остановиться и попробовать отбить? Нет уж, вряд ли. Сейчас они злые, двигаются всей кучей, а уж как они умеют работать группой, я видел. Нулевых они размотали в считаные секунды, а я, по сути, вообще один.

Гайка ещё вчера предупредила, что совершенно не умеет пользоваться оружием, так что рассчитывать можно только на собственные силы.

Бегать по Мешку не очень хорошая затея, но увы, в данный момент выбора пока нет.

— Держи, — протянул я Гайке три зелёных трубочки с заклеенными скотчем краями.

— Что это? — на ходу выдохнула она.

— Твою мать, — выругался я. — Ты что, совсем ни дня на поверхности не прожила?

— Нет, — помотала головой та.

— Туда, — указал я пальцем на лабиринт из гаражей впереди.

Лучшего места, чтобы потеряться просто не найти. Оставалось только надеяться, что нам удастся избежать стычки с тварями.

Пока криков сзади не слышно, в спину вроде бы больше никто не стреляет. Или потеряли след, или берут нас в клещи?

Очередь справа грохнула внезапно и заставила вжать голову в плечи, но спустя мгновение я понял, что она предназначалась не нам. Пока везёт, твари выбрали себе на ужин революционеров.

— Туда, — указал я влево.

Но стоило нам обогнуть ряд гаражей, как мы нарвались на первую поисковую группу. Хорошо, что не стали переть напролом. Я быстро выглянул из-за угла и тут же спрятался обратно. Два бойца шли по длинному проходу, и до нас им оставалось метров двадцать.

— Давай наверх, — быстро скомандовал я и подставил ладони лодочкой.

Гайка умничка, не стала задавать лишних вопросов и тем более спорить. Она тут же поставила мне на руки свою ногу и ухватилась за край крыши. Я со своей стороны помог ей подтянуться, и вскоре её тело скрылось за карнизом, а уже через мгновение она протянула оттуда свою руку.

Мне кое-как удалось вскарабкаться к ней, можно сказать, в самый последний момент. Очень повезло, что гараж оказался покрыт рубероидом, который скрыл звуки. Будь там железо, его грохот мог враз выдать наш манёвр.

Бойцы вырулили из-за угла в тот самый момент, когда моя нога скрылась из вида. Ни о чём не подозревая они прошли мимо и остановились в проходе, из которого мы буквально недавно вышли.

— Чисто, — произнёс один из них.

— Продолжать поиск, — громко прошипела рация в ночной тишине. — Они не могли уйти далеко.

— Может, они вообще в другую сторону побежали, — попытался отговориться тот.

— Я тебе сейчас ноги вырву, — закричала рация голосом Пакли, — Найди мне эту суку! Или я с тебя кожу живьём сниму. Понял меня?!

— Принял, — буркнул тот, — Конец связи. Стерва… — тихо выругался он по окончании разговора.

— Ну чё? — поинтересовался ещё один голос.

— Пусто, — ответил первый. — А у вас как? Это вы стреляли?

— Да, жёлтый, падла, прямо на нас из поворота выскочил, — объяснил короткую очередь тот.

Гайка уже с минуту трепала меня за рукав куртки, но мне очень хотелось послушать, о чём они будут говорить дальше. Но уж больно настойчиво она стала меня теребить, и я повернул к ней своё злое лицо. Хотел тихонько шикнуть, вот только вместо этого, с ужасом уставился на то место, куда она указывала пальцем.

На крыше соседних рядов засели два синих. Они заняли низкую стойку и нервно помахивали своими шипастыми хвостами, при этом взгляд был направлен прямо на нас. Однако они не атаковали.

Всё-таки в головах этих странных созданий имелись мозги и те неплохо запомнили, что шестеро вооружённых людей, им, скорее всего, не по зубам. Однако они смотрели именно в нашу сторону, но нападать пока не рисковали.

Я медленно достал из кармана портсигар и выудил из него фиолетовую трубочку. Движения плавные, чтобы не спровоцировать атаку заранее, одна рука на рукоятке Вала. Зубами отрываю один край, зажимаю его пальцами и аналогично поступаю с другим. Глубокий, резкий вдох и вот пыль уже в лёгких, а разум соединяется с тварями и бойцами Пакли, но я кое-что забыл.

Микс. Грёбаный, мать его, микс, который мне дали вчера, когда вытаскивали из машины Нулевых.

На этих двух тварях мой разум не остановился и продолжил расширяться всё дальше и дальше, охватывая каждую частицу роя. Я видел их глазами, слышал их ушами, но самое поганое было то, что моя личность начала распадаться, растворяться словно кусок сахара в горячем чае.

Я стал терять суть самого себя, собственные цели, чувства, эмоции… Но я понял кто мы для них, что они такое и то, что мы знаем и видели далеко не всех. Очень многие продолжали скрываться под землёй даже ночью. Им не было смысла покидать муравейник, они нужны именно здесь.

Но со стороны я выглядел вовсе не так спокойно и рассудительно. Я видел себя глазами синих, что засели напротив. Они не понимали, зачем я стал частью роя, но спокойно приняли мою сущность, раз подключён к общей системе, значит, так нужно.

Но вот те четверо внизу, были чужаками. Они не представляли опасности для всей стаи, но являлись чужими. Твари воспринимали их так, будто это кузнечик, который случайно попал на чужую территорию. Возможно, это еда, возможно — враг, а может быть, и внимания даже не стоит, но это не часть роя, значит, нужно это убрать.

Гайку они воспринимали точно так же, чужеродный элемент, который попал в глаз и мешается там, царапая роговицу. Я видел её испуганное лицо, которое почему-то смотрело на меня с полным отчаянием. А моё тело кричало, корчилось, билось в припадке, будто страдало эпилепсией.

Четвёрка внизу начала движение. Плавно, будто в замедленной съёмке, они начали поворачиваться и поднимать стволы автоматов в нашу сторону. Это угроза рою, убить!

Будто чёткая команда прозвучала в моей голове тысячами голосов. В гаражах было разбросано немало наших и сейчас вся эта куча соберётся здесь, чтобы уничтожить угрозу.

Синие метнулись одновременно, будто ждали, когда прозвучит команда «фас» и в этот момент моё тело тоже пришло в движение.

Я был спокоен, сосредоточен. Разум продолжит жить, даже если этот кусок мяса умрёт. Страха нет, и я чётко понимаю, что нужно делать.

Пригнувшись, бегу по линии гаражей, необходимо преодолеть всего ничего, каких-то тридцать метров, и я окажусь под защитой зелёного брата. Сзади грохочет очередь, но бьют не по мне, я знаю, вижу, как синие твари рвут плоть чужаков. Больно, один из наших погиб, но его разум жив, и он продолжит своё существование, пока есть рой.

Разворачиваюсь и, вскинув автомат, начинаю убивать чужаков одного за другим. Но что это там, вдалеке, свет?

Четверо прозрачных. Они всегда были здесь и присматривали за нами. Сейчас они говорят, что сюда движется опасность, серьёзная, сильная.

Рёв двигателей, свет прыгает по стенам и в узкий проезд один за другим влетают три УАЗа. Рой не понимает, что это всего лишь машина, им кажется, будто пришёл сильный враг. На помощь спешат красные, они почти подошли, но их разум слишком медлителен.

Я снова припадаю к прицелу, голова водителя прыгает, не давая возможность выстрелить точно. Нажимаю на спуск и длинной очередью превращаю в фарш его грудь. Автомат перестал дрожать в руках, магазин опустел, и в этот момент кто-то убил зелёного. Защиты больше нет.

Нужно рвать врага, убить его, во чтобы то ни стало.

Тем временем УАЗ со всего разгона врезается в стену и глохнет. Я беру небольшой разбег и спрыгиваю ему на капот. В руках дробовик и первый же его залп превращает в кровавое месиво лицо человека, что сидит рядом с водителем. Нырок вниз, чтобы меня не было видно за капотом и как только открывается задняя дверь, стреляю прямо по ногам. Крик раненного разлетается эхом по всей округе, а я уже бегу за угол, потому как жёлтые братья показали, что в мою сторону уже разворачивают пулемёт в соседней машине.

Они помогли мне, бросили в стрелка камни. Булыжники не причинили ему вреда, ударившись в сетку из арматуры, но прицел всё же сбили и очередь прошла мимо.

Наконец подошли красные, они в два движения перелезли через ряд гаражей и набросились на сильного противника. Вместо того чтобы убивать людей, принялись разрывать на части машину, подставляя свои могучие груди под пули.

А вот и ещё синие братья спешат помочь разобраться с чужаками. Один рывок и тварь врывается внутрь УАЗа, чтобы разорвать горло стрелку, вскрыть грудную клетку и вырвать ещё бьющееся сердце.

Прозрачный показывает опасность за спиной. С сильным врагом разберутся братья, а я могу убить ещё одного чужака.

Прямо в нескольких метрах от меня на землю спрыгнула Пакля. Она улыбается и поднимает своё оружие, направляя его мне в спину. Но я вижу, теперь я могу видеть всё, даже то, как Гайка свернулась калачиком наверху и трясётся, как твари рвут на части людей. Но братья её не тронут, потому что я так прошу, да и не представляет она в данный момент опасности, угроза сейчас за моей спиной.

Я скрываюсь за поворотом, чтобы очередь из автомата Пакли не могла навредить моему телу. А затем несколько раз стреляю в неё из-за угла, даже не глядя в ту сторону, просто потому, что я прекрасно вижу её глазами прозрачного брата.

Пакля падает, из её рта летят брызги крови, а невидимая тварь уже нависает сверху, испуская слюни. Женский крик оглушает его, но кровь слишком сладкая, чтобы остановиться, а горло такое мягкое и сочное…

Мой разум спокоен. Чужаков больше нет и братьям нужно идти работать. Стоп.

* * *

— Очнись, пожалуйста, перестань таким быть! Хватит.

«Кто это? Почему она меня бьёт по лицу?»

— Ай, твою мать, больно же! — кричу я на Гайку. — Что на тебя нашло?

— Ты вернулся! Слава богу, ты снова нормальный! — девушка, без каких-либо объяснений бросается мне на шею и начинает целовать лицо.

— Эй, эй, а ну прекрати, — отстранился я. — Хватит, говорю, успокойся!

Крик подействовал. Девушка стоит и хлопает глазами, ничего не понимая. Я и сам что-то не совсем осознаю, что происходит. Почему вокруг воняет кровью и порохом? Что случилось? Помню, как мы бежали, затем гараж, синие твари и фиолетовая пыль…

Да ну на**й!

Я стою и трогаю своё тело, голову, смотрю на руки и не верю. Ведь говорили, что от таких экспериментов можно умереть, но я жив. Я не стал слюнявым идиотом, не сдох, но что это было?! Сон?

Нет, судя по разорванным машинам за углом, всё произошло в реальности. Но как? Почему? Я не понимаю…

— Ты как? — уточнил я у Гайки.

— Я не знаю, — пожала она плечами. — Мне очень холодно.

— Твою мать, — я только что удосужился посмотреть на неё.

Лёгкая майка, коротенькая джинсовая куртка и точно такие же шорты. На ногах обыкновенные босоножки, которые полностью утонули в грязи, но хоть без каблуков и то хорошо.

— Ты зачем так оделась? — в недоумении спросил я.

— Прости, я же не знала, что мы убежим, — виновато ответила она.

— Ладно, только давай без слёз, — угрюмо ответил я и скинул свой рюкзак с плеч.

Вжикнув молнией, я запустил в него руку, нашарил что-то из своих вещей и извлёк наружу. Надо же, с первого раза куртку нашёл.

— На вот, накинь пока, — протянул я её Гайке, — попробуем что-нибудь для тебя найти, пока так. Ботинок, извини, нет.

— С-спас-сибо, — девушка уже начала дрожать, но пока непонятно: от холода или адреналина.

— Пошли, — усмехнувшись, осмотрел я получившийся дрожащий, камуфляжный комок, — Нужно поспешить и отыскать убежище до утра.

Девушка коротко кивнула, и мы отправились петлять по гаражному лабиринту.

Почему-то сейчас я с точностью до сантиметра знал, где находятся твари и от чего-то понимал, что это знание продлится недолго. Я больше не слышал того гула голосов, а значит, перестал быть частью роя.

Что это было? Почему я не умер и не свихнулся? А ведь это было так близко. Казалось, вот-вот и моя личность растает.

Может, всё оттого, что я не стал драться с тварями и впоследствии нас объединил общий враг? Ну а что, возможно. Ведь неизвестно что случилось бы, сделай я подобное для охоты на синих? Наверняка меня бы отвергли или попытались сломить волю. Нет, пожалуй проверять такое не сто́ит, а ещё лучше воздержусь-ка я лучше от пыли на недельку. Пусть организм её окончательно выведет, не хочется рисковать. Неизвестно теперь, как она сработает в следующий раз?

— Не делай больше так, — примерно через пару часов пути, внезапно подала голос Гайка.

Всё это время мы шли молча, стараясь обходить скопления тварей и даже одиночек. Я всё ещё чувствовал их присутствие, но с каждом часом это становилось всё слабее.

— Как? — не сразу понял я о чём она, занятый собственными мыслями.

— Ну как там, на гаражах, — уточнила девушка.

— А что там было? — совершенно серьёзно спросил я. — Ты не подумай, я просто не совсем помню, что случилось. Так, какие-то отрывки, будто кино вообще смотрел.

— Ты вначале кричать стал, — посмотрев мне в глаза, ответила та, — Громко, сильно, будто тебя изнутри что-то разрывало. А потом вдруг замолчал, открыл глаза, соскочил и побежал.

— Ну так и что конкретно тебя так напугало? — уточнил я, — Крик?

— Нет, твой взгляд, — помотала головой Гайка и поёжилась, словно от холода. — У тебя глаза были, как бы это сказать… Короче ты их закатил, одни белки́ только видно. И бегал ты очень быстро, я такого никогда в жизни не видела.

— Насколько быстро? — удивлённо посмотрел я на девушку.

Последнее для меня вообще прозвучало очень странно, потому как пыль я применял фиолетовую и на скорость она никак повлиять не должна.

— Ну я не знаю, я же не спидометр, — впервые за то время, как мы сбежали от Пакли, улыбнулась она. — Очень быстро, вот ты был здесь и вдруг бац, уже далеко.

— Хм-м, интересно, — почесал я макушку, — А больше ничего странного не заметила?

— Ты вместе с монстрами потом стоял, — продолжила рассказ Гайка. — Когда вы всех убили, один из них, похожий на кошку, запрыгнул на гараж и ко мне подошёл. Я очень испугалась, а монстр меня нюхать начал и слюни у него текли. Потом ты прямо с земли запрыгнул на крышу и закрыл меня собой.

— И что дальше было? — с ещё большим любопытством поинтересовался я.

— Ничего не было, вы просто стояли и смотрели друг на друга, затем огромный подошёл, он даже залезать к вам не стал, ваши лица и без того напротив были. Так и стояли минуты две. А потом монстры ушли, а я к тебе побежала, а ты всё ещё такой был, странный.

— Понятно, — ответил я, хотя ничего не понял.

Нет, сам рассказ вполне и неплохо описывал картинку со стороны, но вот что со мной творилось на самом деле? Я после того, как Паклю подстрелил, вообще ничего не помню, как в тумане всё. Вроде я ещё кого-то убил, а может, и нет. Вот про то, что с тварями стоял — совсем глухо, будто не про меня сейчас Гайка рассказывала. Даже жалкого намёка в мозгах нет и ведь не спросишь о таком ни у кого, сразу в ду́рку пропишут.

— Больше не буду, — наконец ответил я на её просьбу. — Так, теперь давай с тобой разбираться.

— А что со мной? — спросила девушка, шмыгая носом.

Она вся вымокла, по лицу бежали ручейки, волосы как сосульки, ног наверняка не чувствует уже, но молодцом, держится.

— Одеть тебя нужно нормально, стрелять научить, — начал перечислять я бесконечный список требований в голове, но весь его вслух высказывать не стал. — И самое главное — перестать обнимать и целовать меня каждый раз. Я, в конце концов, почти женатый человек.

— Прости, пожалуйста, это я так от испуга, — опустила глаза та. — Просто не знаю, как ещё тебя благодарить за всё.

— Ну уж точно не так, как это выглядит в твоей симпатичной головке, — улыбнулся я. — Так, для начала нужно тебя одеть и лучше всего это можно устроить в форте. Но сегодня туда лучше не соваться, так что тебе придётся потерпеть.

— Хорошо, я согласна, — не стала спорить она. — А что такое форт?

— Так, стоп, — я остановился и развернул её к себе. — Ты вообще как сюда попала и что было дальше?

— Ну я с парнем поругалась и пошла домой одна, — начала свою историю Гайка. — У нас городок маленький, там идти то всего ничего, но всё равно, так же неправильно, да?

— Что неправильно? — потерял я суть рассказа, как-то неровно она перескочила с одного на другое.

— Ой, прости, я просто думала, ты понял, — виновато улыбнулась девушка. — Мы вместе у него дома были, ну там кино вначале смотрели и все такое. А потом я сказала, что мне пора. Он попросил остаться на ночь, но я не стала. Мне утром на работу нужно, а у меня все вещи дома, к тому же душ нужно с утра принять, накраситься, да и мама будет волноваться. Лёха сказал, что с утра на машине меня отвезёт пораньше, а маме позвонить можно, но я всё равно отказалась. Вот мы и поругались.

— Понятно, — кивнул я. — Пойдём потихоньку, на ходу расскажешь.

— Ага, — кивнула та, и мы двинулись дальше. — Ну, в итоге мы поругались, он отказался меня провожать, мол, не хочешь оставаться — вали домой. Я разозлилась тогда очень сильно. Иду и думаю, какой же он козёл всё-таки, и тут меня кто-то толкнул. Я даже не видела кто, просто почувствовала это и поняла, что падаю. Я даже уверена, что никого не видела, да и врезаться ни в кого не могла, будто на стенку невидимую налетела.

— Так, с этим разобрались, — произнёс я, но кое-какие выводы для себя всё же сделал. — Дальше что было? Как ты на Паклю вышла?

— Я уже здесь выпала, ничего не понимала вначале, хотя и сейчас не сильно, — снова улыбнулась она. — В общем, испугалась очень, догадалась, что место какое-то незнакомое, непонятно всё. Я начал на помощь звать, кричать, но вместо людей появились монстры. А потом стрельба поднялась, грохот, крики. Я села, закрыла голову руками и думала, что вот прямо сейчас умру или проснусь.

— Она тебя спасла? — наконец я понял, что произошло.

— Да, — кивнула Гайка. — Но как потом оказалось, лучше бы я там умерла.

— Она тебя насиловала? — уточнил я ещё один момент.

— Не совсем, — отвела взгляд девушка. — Она меня, скорее, уговорила. Вначале ухаживала просто, потом угрожать начала. Я снаружи жизнь-то не видела, не поверила ей вообще. Но она мне всё показала, прокатила по Мешку на машине и тогда я всё поняла. Жить хочется, а она не так уж и плоха в постели оказалась.

— Так, подробности отставить, — усмехнулся я. — Это дело ваше. А что Сошка? Ты говорила, что вначале с ней была?

— Да, несколько месяцев, — охотно продолжила та. — Там вообще странная история у них произошла. Пакля за мной-то ухаживать стала только ей назло, ну я так думаю. Сошка со всеми подряд спала, постоянно с разбитой рожей от неё ходила, но продолжала трахаться со всеми. Пакля бойцам пригрозила, но брату, Огурцу, было по фиг. У них как раз только с Сошкой началось всё. А тут вот я подвернулась. Ну а дальше ты знаешь.

— Ну, в общих чертах, — ответил я, — Сошка с Огурцом сбежали, а ты осталась наедине с Паклей.

— Ага, — подтвердила девушка. — Пакля далеко не подарок. Как только я согласилась быть с ней, она стала меня ревновать ко всем подряд, постоянно подозревать в измене, а потом и бить. Сошка меня жалела, говорила, что нужно быть сильной, только так можно выжить в этом мире. А когда она сбежала, стало вообще невыносимо.

— Всё, хватит, я понял, — остановил рассказ я. — Про камни и пыль тебе чего-нибудь рассказывали?

— Нет, — покачала она головой. — Наверное, специально, чтобы не сбежала.

— Возможно, — согласился я, — В общем, слушай тогда и не перебивай. Вопросы потом.

И я рассказал ей всё, что успел узнать об этом мире. Она слушала молча, не перебивала, но её глаза и лицо отражали полный спектр эмоций, что происходили у неё внутри. А когда я закончил, посыпались вопросы на большую часть которых я отвечал: «Не знаю». Мы шли и разговаривали, пока в моём кармане не запищал будильник.

— Что это? — сразу испугалась Гайка.

— Это всего лишь будильник, — ответил я. — Но нам пора искать себе убежище.

— Разве мы не пойдём в форт? — уточнила она.

— Сегодня нет, — покачал я головой. — Если повезёт, завтра сможем подсесть к кому-нибудь в караван и убраться подальше отсюда. Если получится, тогда пойдём в форт. Сейчас это слишком рискованно.

— Но где же нам тогда прятаться? — задала самый важный вопрос девушка.

— А вот это, я тебе сейчас объясню и покажу на примере, — улыбнулся я. — Вон, видишь то здание, оно очень похоже на администрацию.

— Ну да, что-то есть такое, — пожала плечами та.

— Пошли проверим, возможно, нам повезёт с первого раза и мы обнаружим рабочий бункер.

— Как у Пакли? — округлила глаза Гайка.

— Если бы, — усмехнулся я, — но там хотя бы будет безопасно.

То ли это было действительно везение, то ли я уже научился определять такие места на глазок, но бункер мы обнаружили почти сразу, по крайней мере, именно в этом здании.

Убежище было оборудовано стандартно: печь, небольшой ряд раскладушек у стены, охапка дров, чтобы продержаться день и просушить одежду, ну, в общем, всё. Ни о каком электричестве здесь речи не было, а жаль. Ну не все коту масленица, сойдёт и так.

Я сбросил рюкзак, поставил походный фонарь на старый стол-книжку и взялся за растопку самодельной буржуйки. Как только пламя занялось, хотел сесть за чистку оружия, но в этот момент кто-то начал стучать в дверь.

— Ты кого-то ждёшь? — усмехнувшись, спросил я Гайку.

— Н-нет, — неуверенно ответила она, а на лице тут же отобразился страх.

— Ладно, не бойся, — успокоил её я. — В такие места бывает, забредают и другие путники.

С виду я был вполне уверенный, но внутри всё сжалось. Никаких предчувствий не было, но тем не менее…

Я подхватил дробовик, с ним и удобнее будет, и на короткой дистанции убойность получше.

— Кто там? — крикнул я на всякий случай, но толщина двери была такой, что хоть оборись.

Само собой, ответа не последовало, но стук повторился, заставив меня вздрогнуть. Ну вот и что делать? А вдруг там нормальный человек, который просто не успевает в форт до рассвета? Ладно, будь что будет, тем более вертушок снаружи я забрал внутрь, а значит, там понимают, что здесь кто-то есть.

Несколько поворотов и замок вышел из скважин, я слегка приоткрыл дверь и шагнул внутрь бункера, чтобы удобнее было целиться и вести огонь.

Створка открылась, и в убежище шагнул Дикий, тот самый, что помог мне когда-то отогнать гопников в форте.

— Здорова, Пёс, — с широкой улыбкой произнёс он. — Я слышал тебя в стае, был неподалёку, дай, думаю, загляну. Пустишь погреться у огонька?