Жирный

Уже который день Мутный пребывал в скверном настроении. Словно над головой сгущались чёрные тучи. Нечто похожее он ощущал, когда впервые столкнулся с тьмой. Тогда он ещё не знал, что в будущем сможет стать её частью. Впрочем, в те дни он ещё ничего не знал, да и не хотел особо вникать. Вот только сейчас никаких предпосылок к неприятностям не было: разведка молчала, товары двигались. К вечеру так и вообще ожидается праздник, в виде поставки целой сотни готовых на всё шлюх. Тогда почему его ничто не радует?

Вот и сейчас он совершал размеренные, поступательные движения бёдрами, трахая очередную девку, которая красиво прогнулась, стоя на четвереньках. Однако его лицо выражало крайнюю скуку и равнодушие к процессу, в то время как девка стонала и всячески изображала удовольствие. При этом она сильно переигрывала и Мутному для этого необязательно было прислушиваться и уж тем более всматриваться в её лицо. Слишком сухо у неё между ног. Член, будто по наждачке елозит. В определённый момент ему это даже надоело, но уж очень хотелось снять напряжение и не только моральное.

После того как Тоня убила его, а Ленка оживила, стояк по утрам не давал покоя. Поэтому, как только они с Барином вернулись от Базара, наркоман тут же приказал доставить к нему девку. Ещё ночью он трахнул её с удовольствием, но с утра почему-то дело не пошло. Даже косячок, который всегда выручал в подобные моменты и улучшал настроение, сейчас действовал совершенно иначе. Мрачные мысли лишь усилились, а настроение окончательно испортилось. Дура эта ещё, орёт без остановки, достала!

Мутный, недолго думая, тут же затушил окурок о её упругий зад. Девица взвизгнула и спрыгнула с члена. Она явно собиралась сказать в адрес Мутного что-то оскорбительное, но вовремя спохватилась.

– Хули вылупилась?! – с ухмылкой на лице, огрызнулся тот. – Соси давай – пока я не кончу, ты отсюда не выйдешь.

Девица коротко кивнула и потянулась ко всё ещё напряжённому органу. Мутный рухнул на кровать и уставился в потолок, закинув руки за голову. Шлюха приступила к работе, смачно при этом чавкая. И это снова начало раздражать.

– Блядь, ты можешь ебальником своим не хлюпать?! – Мутный приподнялся и больно ударил девушку в ухо.

Та бросила на хозяина испуганный взгляд и, придерживая ушибленное место, вновь спрятала член во рту. Но на сей раз делала это тихо, чтобы не дай бог не прогневать прихотливого клиента. Мутный самодовольно ухмыльнулся и вновь откинулся на подушку. Наркотик наконец добрался до мозга, окутал его, снижая активность нейронов. Он даже немного успокоился и попытался думать о приятном.

В памяти вдруг возникла Тоня и то, как они с ней развлекались. Он прикрыл глаза и попытался вызвать в памяти её худое тело, вспомнить едва приметную грудь, с крупными, коричневыми сосками. Но больше всего он скучал по тому, что находилось у девушки между ног. Один вид её очень крупных половых губ, сводил Мутного с ума. Он готов был лизать ей без остановки.

На лицо Мутного наползла мечтательная улыбка от нахлынувших воспоминаний. А заодно он почувствовал, как потяжелели яйца. Не ускользнуло это от внимания и опытной шлюхи, которая сразу ускорилась, чтобы поскорее довести клиента до оргазма. Ей было страшно и хотелось быстрее свалить. Уж лучше пусть её снова трахают одну на пятерых, чем ещё раз попасть под внимание Мутного.

А тот, чувствуя, что вот-вот произойдёт извержение, больно схватил девушку за волосы и попытался протолкнуть член в её глотку, как можно глубже. Шлюха начала давиться и попыталась слегка отстраниться, чтобы сделать вдох. В этот момент горячая струя вырвалась и, как говорится, попала не в то горло. Ей бы прокашляться, но сильная рука крепко держит за волосы, а член с каждым разом пробирается всё глубже. На глаза навернулись слёзы, ей хотелось сомкнуть зубы и заставить этого ублюдка визжать. Но она знала, чем заканчиваются и гораздо меньшие провинности, а потому терпела.

Член ещё пару раз сократился во рту, и Мутный ослабил хватку. Девушка тут же отстранилась и закашлялась. Сперма, сопли и слюни, всё полилось наружу. Глядя на всё это безобразие, Мутный загоготал.

– Только, блядь, попробуй выплюнуть, я тебе ебальник сломаю, – пригрозил он. – Собери всё рукой и сожри.

Девушка молча подчинилась и даже изобразила удовольствие, облизывая пальцы. Хотя на самом деле ей хотелось блевать. Скорее всего, она так и поступит, едва покинет этот проклятый дом.

– Всё, вали нахуй отсюда, – отмахнулся наркоман и встал с кровати.

Девушка потянулась за вещами, которые ещё со вчерашнего дня валялись разбросанными по полу.

– Шмотки оставь, – с ухмылкой добавил Мутный.

– Но как же я…

– Мне похуй, вали, я сказал.

Девушка попятилась к выходу, потянула на себя дверь и вышла из комнаты.

– Вы всё? – ушей коснулся голос Барина.

– Да, – коротко ответила шлюха.

– Ну чё, как у него с настроением?

– Мрачный какой-то…

– Ебальник свой звали, сука! Две секунды тебе даю, чтоб ты съебалась, раз… – Мутный снова ухмыльнулся, когда ушей коснулся быстрый топот босых ног по деревянному полу.

Дверь в комнату и калитка, ведущая из двора, хлопнули одновременно. А вскоре снаружи, через приоткрытое окно донеслись характерные звуки рвотного рефлекса. Мутный, не обращая внимания на гостя, подошёл к окну и окончательно распахнул створку.

– Ты охуела, тварь! Я тебя сейчас эту блевотину сожрать заставлю!

– Я всё уберу! – донёсся испуганный визг девицы. – Прости, пожалуйста, господин! Я не знаю что со мной, я не хотела!

– Ладно, я сегодня добрый, – бросил он в окно и повернулся к Барину. – А тебе хули надо?

– Базара ёбнули, – выдохнул тот.

– Уверен? – совершенно спокойно спросил Мутный.

– Ну, у него как бы голова там отдельно от тела. Хуй отрезали и в рот вставили, брюхо распороли, вынули кишки и с их помощью, выложили слово на полу.

– Какое?

– Что какое?

– Блядь, слово какое выложили?

– А… Это… «Пидор».

– Ну, так-то резонно, – ухмыльнулся наркоман.

– Не, ну это да, – расплылся в улыбке Барин.

– Ты хули ржёшь, еблан?! Выяснили, кто?

– Да как мы чё узнаем-то?

– А секретарь что говорит?

– Его тоже замочили.

– А с ним что сделали? Блядь, ты можешь нормально рассказывать, хули я с тебя каждое слово тяну?!

– Короче, мы с пацанами приехали, бабки привезли. Ну и чтобы сто раз туда-сюда не мотаться, решили там заночевать, а с утра уже с блядьми назад вернуться. Зашли в приёмную, а там такое. Я сразу сюда, пацанов там оставил, чтоб присмотрели.

– За кем?

– Ну как, за трупами.

– И нахуя, они чё, съебут?

– Да я хуй их знает? Чтоб не трогали ничего. Может, ты сам всё посмотреть захочешь.

– А вот это правильно. Но ты всё равно долбоёб.

– Чё это?

– Дрочичё, бля! Ты какого хуя сразу не сказал?

– Ну, так ты занят был. Не хотелось беспокоить.

– Вот ты пиздец, конечно. И чё, так под дверью всю ночь и просидел?

– А чё делать-то?

– М-да, дал бог помощника. Тачка здесь?

– Ну.

– Хуй гну, заебал, сука! Нормально умеешь разговаривать?

– Да здесь тачка, я же сразу понял, что ты туда поехать захочешь

– И хули встал! Поехали.

– Так ты это, может, хоть оденешь чего?

– Тело должно дышать, сколько раз тебе говорить? Ща я, погодь.

На этот раз рацию Мутный отстегнул от штанов заранее и положил на комод. Вот только зарядить он её не догадался и, взглянув на погасший монитор, с безразличным видом небрежно отшвырнул её в сторону.

– Дай трубку, – попросил он у Барина и, заполучив желаемое, переключил канал, и поднёс рацию к губам: – Алё, есть там кто живой?

– Кто спрашивает? – спустя секунду донёсся ответ.

– Ты чё, сучара, давно в ебло не получал? Ленку дай мне!

– Ой, простите, господин, я вас не узнал, сейчас узнаю, сможет ли она вас принять.

Повисла недолгая пауза. Мутный в ожидании нервно барабанил пальцами по крышке комода.

– Простите, господин, Елена Викторовна сейчас занята и не может подойти. Попробуйте связаться через час.

– Э, фтсиу, слышь, как там тебя, передай ей, что Базара въебали.

– В смысле?

– В прямом, ему ебальник отрезали и собственный хуй в глотку затолкали. Так что пусть там заканчивает волосы с пизды выщипывать и отвечает на вызов. Или я сейчас лично приеду, вначале тебе пизды дам, а затем её выебу. Так и передай, понял?

– Секунду, – вернулся сухой ответ, и вновь повисла тишина.

– Чё те надо? – спустя несколько секунд из динамика донёсся хриплый, женский голос.

– Простите, госпожа, что оторвал вас от хуя.

– Кончай клоунить, Мутный, что там у тебя за хуйня происходит?!

– Кто-то Базара захуячил!

– Я это уже поняла. От меня что хочешь?

– Ты ебанутая или прикидываешься? Оживлять поехали!

– Я к этому пидору не притронусь.

– На него все поставки завязаны, ты чё там охуеваешь-то?

– Найдёшь другого. Барина своего у руля поставь, мне похуй, я тебе серьёзно говорю, что даже близко к этой тушёнке не подойду.

– Ты чё, тварь! Я сейчас приеду и лично тебе в очко кирзовый сапог затолкаю! Надевай трусы, вытирай сперму с ебальника и поехали к Базару!

– Пошёл нахуй! – прилетел спокойный ответ и связь прервалась.

– Блядь! Тварь ебучая! Блядища штопаная! – взревел Мутный и швырнул рацию в многострадальное окно.

Естественно, стекло вновь не выдержало подобного к себе обращения и со звоном осыпалось на пол. Но Мутный даже бровью не повёл. Он продолжал психовать, швыряя всё, что под руку попадётся. Барин дважды уворачивался от каких-то предметов, но даже не посмел хоть как-то успокоить босса. Напротив, он старался вообще не отсвечивать, тем более что со двора доносился бешеный рёв мутанта. Видимо, психоз хозяина передался и ему тоже. А в такие моменты лучшая тактика – прикинуться ветошью.

Буйство продлилось недолго. Впрочем, то было вовсе не заслугой Мутного, который быстро успокоился. Просто закончились предметы интерьера, которые можно было бросить или сломать. Комод превратился к бесформенную кучу, кровать изодрана в лохмотья при помощи ножа, прикроватная тумбочка вышла в окно вместе с рамой, а сам хозяин уселся на пол, прислонившись спиной к стене.

– Барин, ты здесь?

– Ага, тута, – донёсся его приглушенный голос из прихожей.

– Вызови кого-нибудь, пусть бардак разгребут. И это, по мебели кой чего заменят.

– Ага, сей момент! – отозвался тот. – Только вы монстра своего успокойте, чтоб я за рацией сбегал.

– Да не ссы, не тронет он тебя.

– Ну мы чё, к Базару-то поедем? – спустя несколько секунд, Барин появился в разбитом окне.

– Да, ща я, – кивнул Мутный, – Штаны хоть надену.

*****

В помещении стояла жуткая вонь. Как бы человек ни старался выглядеть, какие бы модные шмотки ни носил при жизни, внутри все воняют одинаково. И смерть прекрасно показывает то, из чего сделаны все люди. Словно протухшие, сгнившие куски мяса, вперемешку с дерьмом.

Мутный с задумчивым видом рассматривал первый труп в приёмной Базара. Над его секретарём тоже поработали от души. Вначале перерезали глотку, чтобы тот не поднимал лишнего шума, и оставили подыхать на полу. Об этом свидетельствовала огромная лужа крови, которая до сих пор оставалась вязкой.

Затем убийца вошёл в кабинет начальника и вот здесь он уже работал не спеша. Как говорится, с чувством, с толком, с расстановкой. Базар наверняка визжал, как побитая сука. Животный, первобытный ужас до сих пор можно было рассмотреть на его лице. Голову отрубили и водрузили на стол, чтобы её, первым делом видел каждый, кто входил в кабинет. Как и описывал Барин, во рту Базара торчал его отрезанный член. Судя по всему, убийца именно с него и начал, а только затем лишил жизни жирного борова.

И эти выводы Мутный тоже взял не с потолка. Туша Базара лежала возле стола и огромное, кровавое пятно как раз образовалось ниже пояса. Это и говорило о том, что он лишился хозяйства, ещё будучи живым. А вот брюхо вскрывалиуже покойнику. В районе разреза крови практически не было. Тут же, на ковре, из кишок аккуратно выложено слово «Пидор».

Только покончив с Базаром, убийца занялся оформлением тела секретаря. Но здесь он, видимо, уже устал, потому как обошлось без особого креатива. Он поднял тело, уложил его на стол и при помощи верёвок закрепил, дабы оно не сползало. Расположили Николая таким образом, чтобы обеспечить удобный подход к заднице. Когда все приготовления были закончены, убийца стянул с него брюки и вогнал в очко секретаря бейсбольную биту. Засадил глубоко, возможно, даже ногой забивал, если судить по окровавленной пятке рукояти.

– Ну, чё скажешь? – с довольной улыбкой на лице, поинтересовался Барин.

– Нихуя не скажу, – Мутный пожал плечами, продолжая рассматривать тела. – Местных опрашивали?

– Ебать, ты как мусор заговорил…

– Я тебе ебальник сейчас сломаю, сука! – рявкнул наркоман, и с лица подчинённого тут же исчезла улыбка. – Кто к нему приезжал, после того как мы свалили?

– Да я хуй знает…

– Какого хуя ты тогда здесь стоишь?! Бегом, блядь! Чтоб через полчаса я знал всё, что здесь происходило после нашего отъезда. Пацан где?

– Какой?

– Сука, Барин, ты меня уже знатно напрягать начинаешь…

– А, ты про мелкого, которого мы привезли?

– Ну?! – с нажимом переспросил Мутный. – Рожай, ёбаный рот, включай уже извилины!

– Да вроде как пропал.

– Вроде как?!

– Да бля, я ебу?! Ты у меня спроси, сколько дури на остатках и когда какие отгрузки планируются, это я тебе сразу всё расскажу. Я бля чё, мусор какой? В душе не ебу, как этой хуйнёй заниматься!

– В общем, так, – Мутный взял себя в руки и немного успокоился. – Выясни, где пацан и кто входил в город после нашего отъезда.

– Э, фстиу, Соха, Фляга! Пиздуйте на КПП, поднимите все журналы. Шлях, ты в бардель дуй, узнай, что с пацаном.

Помещение сразу наполнилось суетой. Пока Барин раздавал распоряжения, Мутный выбрался на улицу и уселся в машину. Голова просто раскалывалась, а настроение, которое и без того в последнее время пребывало на отметке «ниже плинтуса», с каждой секундой ухудшалось. Его раздражало всё, даже бездействие. В машину он тоже спустился не просто так, ему нужно было хоть как-то отвлечься, успокоиться. И способ он знал только один.

Липкий шарик, величиной со спичечную головку, аккуратно лёг в небольшое углубление трубки. Мутный поднес её к губам, чиркнул бензиновой зажигалкой и неспеша потянул лёгкими воздух. Некоторое время ничего не происходило, затем шарик закипел, начал подплавляться и вскоре появилась тоненькая струйка дыма. Мутный потянул чуть сильнее, наполняя лёгкие опиумным кайфом. Швырнув трубку на панель машины, он задержал дыхание, откинулся на спинку и медленно выдохнул, едва заметный дым.

Кайф, плавно окутал мозги и успокоил бешеный ритм сердца. Мысли улетели куда-то в другую вселенную, тело налилось тяжестью, стало лень даже открыть глаза. Так он и просидел, пока в машину не влез Барин и сразу нарушил покой.

– Короче, пацан исчез. Через КПП его не выводили, на стенах тоже никто ничего не видел. В городе после нас народу прошло дохуя, здесь же барделей, хоть жопой жри.

– Дохуя, это сколько? – не открывая глаз, уточнил Мутный.

– Да больше сотни. Я хуй знает, как среди них кого-то искать?

– Ладно, забей, – Мутный открыл глаза и поморщился от яркого света. – Останешься здесь, дела примешь. Поставки задерживать нельзя.

– Спасибо босс, я не подведу, – Барин натянул улыбку на лицо.

– Мне человека приставь, нормального только, надёжного.

– Сделаем.

– И шлюх собери. Чтоб к вечеру сотня была у меня. Ещё список всех, кто входил и выходил сообрази.

– Принял. Всё исполню в лучшем виде.

– Надеюсь на тебя. Всё, свободен, хуярь.

Барин выскочил из машины и энергичной походкой направился к офису, который раньше занимал ныне покойный Базар. Он уже на ходу принялся раздавать распоряжения. Бодрый, окрылённый повышением, он не стеснялся в выражениях и крыл людей благим матом.

Мутный снова прикрыл глаза и помассировал виски, пытаясь успокоить пульсирующую головную боль. Но та и не думала утихать, несмотря на опий, который, по сути, является отличным обезболивающим средством. Что с ним не так? Может, последствия выстрела дают о себе знать? Тоня, сука…

– Здорова, шеф, – в машину ввалился первый заместитель Барина. – Чё, куда прём?

– К Ленке меня отвези, башка раскалывается, сил никаких нет.

– Понял, ща исполним, – кивнул тот и запустил двигатель. – Вы бы дверь закрыли.

– Ещё раз мне «выкнешь», я тебе в ебло дам.

– Принял. Дверь закрой.

– Иди нахуй, сам закрой, – Мутный вновь откинулся на спинку и прикрыл глаза.

Подручный выбрался из-за руля, обошёл машину и захлопнул пассажирскую дверь, после чего снова вернулся на своё место. Мутный поморщился от громкого хлопка, но комментировать было лень. Он пытался вспомнить, как зовут этого парня, и каким талантом он обладает. Память услужливо подкинула его кличку Мыло. Вот только он никак не мог припомнить, почему его так прозвали. Впрочем, этот вопрос быстро перестал его интересовать, после того как они покинули Бронницы. Всё потому, что внезапно стала отпускать головная боль.

– А ну, стой! – распорядился Мутный, и Мыло тут же вдавил педаль тормоза. – Разворачивайся.

Водитель послушно развернул машину и направил её обратно в город. Чем ближе они подъезжали, тем сильнее становился гул в голове.

– Ты слышишь это? – спросил водителя Мутный.

– Чё? – не понял то и бросил косой взгляд на шефа.

– Гул, блядь! Слышишь его?

– Нет, – неуверенно покачал головой тот и даже попробовал прислушаться.

– Чё за хуйня? Вообще никаких ощущений?

– Ну,хуй знает, – пожал плечами Мыло. – Глушит немного, как будто в низину резко спустился.

– Рацию дай – приказал наркоман, и Мыло снова беспрекословно выполнил приказ. – Алё, Барин! Он ещё в городе, перекрой все выходы, я сейчас буду.

– Не понял, кто в городе?

– Сука, ты чё меня сегодня, доебать решил?! Я те сказал город перекрыть, бля, чтоб ни одна падла из него не вышла! Ты понял меня, ебло?!

– Да, босс, ща распоряжусь.

– Бегом, нахуй! – Мутный отключился и швырнул рацию на панель рядом с трубкой. – Долбоёб, бля!

– Думаешь, убийца ещё там? – водитель оказался куда более сообразительным.

– Наверное… Я ебу? Что-то же давит на мозги, или кто-то.

– Нужно свериться со списками, – подкинул дельную мысль Мыло. – Посмотреть, кто покинул город, а кто остался.

– Давай на КПП тогда сразу тормозни.

– Лады, – кивнул тот. – Как думаешь, это кто-то из конкурентов?

– Вряд ли, – покачал головой наркоман. – Это что-то личное.

– Тогда плохо дело.

– С хуя ли?!

– Врагов у тебя дохуя, – резонно подметил тот. – Искать сложнее. Конкурентов мы по факту всех знаем, да их и немного. А вот личный счёт может кто угодно предъявить.

– Согласен, – Мутный не стал спорить, так как доля истины в его словах была.

Машина подлетела к воротам, и Мыло надавил на клаксон. Створки тут же распахнулись, и едва машина проскочила на территорию, их сразу же закрыли. По идее, днём они всегда находились в распахнутом состоянии. Мутанты редко нападали на посёлки среди белого дня. Да и вообще, нападений с каждым годом становилось всё меньше. Охотники Фантома хорошо выполняли работу. Самых отбитых и бесстрашных уже давно завалили. А те, что смогли пережить первые годы, научились осторожности.

Мутный слишком резко встал, отчего боль пронзила череп. Он поморщился, придерживая ладонью глаза, казалось, они собираются выпрыгнуть из орбит. Подождав пару секунд, он направился в КПП, где круглосуточно дежурила охрана. В их задачу входило записывать каждого, кто посещал Бронницы. Мутный никогда не понимал, зачем Базар ввёл эту систему, но сейчас из неё реально мог выйти толк.

– Так, долбоёбы, – беспардонно обратился к охранникам наркоман, – систематизируйте всех посетителей за вчерашние сутки. Мне нужны те, кто остался.

– Прям щас? – лениво переспросил один из них, и нервы Мутного окончательно сдали.

Он выхватил пистолет, направил его в голову нерадивого сотрудника и потянул спуск. Выстрел больно ударил по ушам, но не оглушил до звона. Голова охранника дёрнулась, а стена позади окрасилась мозгами придурка. Его напарник тут же подскочил и уставился на Мутного испуганными глазами.

– У тебя есть вопросы? – уточнил наркоман.

– Н-нет, – замотал головой тот.

– Тогда хули замер, бля?! Я чё сказал сделать?!

– Щ-ща, – теперь он уже быстро закивал и рванул к журналу с записями, – Минут через десять всё будет.

– Бегом, ёбаный рот! – добавил Мутный и вышел на улицу.

– Чё там? – совершенно спокойно спросил Мыло.

– Заебцом всё, шуршат.

– А стрелял кто?

– Жак-Ив Кусто в прорезиненном пальто! – огрызнулся Мутный. – Ебаный шашлык, бля, что ж так на мозги-то давит. Есть чё от головы въебать?

– Самогона могу намутить.

– Давай, – согласился Мутный. – Это пиздец какой-то. И Барина позови, хули я, один, что ли, бухать буду?

– Я могу поддержать, – растянул губы в улыбке Мыло.

– Ты охуел? Тебе ещё меня везти.

– А, точно, – ухмыльнулся тот. – Ща я, мухой.

Водитель быстрым шагом удалился в сторону офиса, а Мутный остался сидеть в машине, ожидая списки. Однако он уже и без того понимал, что они мало чем помогут. Вряд ли убийца предварительно записался, прежде чем войти в город, а даже если и сделал это, то вполне мог назваться как угодно. Документов нет, проверить никак не выйдет. Да насрать всем по большому счёту, хотя…

– Э, слышь, – Мутный снова заглянул в КПП. – Выдели в списке знакомых, ну тех, кто к вам сюда на постоянной основе приезжает. Там похуй как, хоть подчеркни.

– Ага, сделаю, – не отрывая глаз от листка бумаги, ответил тот.

– И шевелись давай, башка болит, шо пиздец…