Привычную систему оплаты приняли все. Цены разрабатывались от двух самых сильных валют в мире: еда и патроны. Так, например: булка хлеба стоила десять рублей – это сейчас по-нашему копейки, и приравнивалась к одному патрону семь шестьдесят два. Килограмм мясаприравняли к десяти булкам хлеба, и получился доллар. Каждый житель Кремля получил по тысяче долларов, то же самое получили абсолютно все жители общин, и началась игра в деньги.

Оказывается, что как ты ни экономь и как ни вкладывай, деньги всегда возвращаются в казну. Круговорот, так сказать. Мы нисколько не отличались от всех остальных людей в нашей крепости, и я имею ввиду размер зарплаты. Впоследствии каждый ежемесячно получал по пять сотен долларов. И получилось не точтобы золотое общество, но все работы сталиодинаково хороши. И вот что в итоге получилось: люди перестали стремиться к власти. Для того, чтобы назначить начальника, приходилось уговаривать человека.

Само собой, появились и кладоискатели. Дурной пример заразителен. Многие смотрели на Ленку, у которой золота оказалось больше, чем денег в казне Кремля. Вот только она эти деньги почему-то не тратила. Нет, не то чтобы она скрягаили ещё чего, просто зарплаты им с Саней много. Не успевают потратить. Но в городе всё равно все знают и понимают, что денег у Ленки неприлично много.

Люди, глядя на всё это, принялись охотиться вначале за золотом и серебром, а затем и на зелёную валюту переключились. Ведь много же где по стране долларов в банках осталось. Да, не миллионы, порой и зарплату поднять не получается, но сам факт приключения просто затмил реальность.

А к середине маякак-то так получилось, что поселение Тузастало едва не богаче нас, и объяснить это оказалось проще простого. Блатной, он и в Африке блатным останется. Карты, рулетка, бухло, наркота и шлюхи – всё это можно было приобрести у Туза. И чего греха таить, что искатели приключений, что торговцы и даже мои воины были частыми посетителями этих мест.

Туз даже приезжал к нам в первых числах мая. Да. Переговоры вёл.

– Раз уже денег нам хватает, – начал он. – Да, к тому же, я ваш и Чумы бюджет сосу, предлагаю такой вариант. Вы прекращаете смотреть на менякак на мусор, а я веду закупку продовольствия у вас. Уж поверьте, мне насрать, где я буду закупать картошку.

– Маш, вот видишь, что тебе человек говорит, прекращай мента своего включать, – расхохотался я и остановиться не мог минуты полторы. – Прислушайся, не один я это замечаю.

В ответ в меня прилетела пластиковая подставка для ручек и почти прилетели ножницы. Пришлось вымаливать прощение, чтобы лишнюю дырку в себе не заиметь. Получалось плохо, потому что я постоянно ржал, но в итоге потом хохотали всем кабинетом, и Машка в том числе.

С Тузом договорились. Пусть строит Лас-Вегас, мужик он по факту умный и сильный, уж лучше он, чем кто-то другой. Ведь раноили поздно эту нишу тоже займут, но хозяин может попасться такой, что рады не будем. Так что мы выпили, закрепив сделку, и денежки начали свой бег по кругу.

– Кузов, ты задрал уже, – продолжала уговаривать меня Ленка, уже изрядно подвыпившая.

Мы сейчас день рождения мой отмечаем. Это июль, сегодня четвёртое или уже пятое число. Баня арендована до утра, и мы в тесном, первозданном кругу, отмечаем. Это ещё что, скоро у Кума днюха, у него через четыре дня, после моего будет. По традиции мы и мой заодно отметим, к нему поедем, летом там сказка.

– Я тебе говорю, прибыльное дело, – прыгнув в пруд, чтобы освежиться, Ленка снова плюхнулась рядом. – Ты, Кузов, просто очкуешь.

– Да там уже сто пудов всё Туз давно вынес, – в очередной раз доказывал Ленке я свою позицию. – Ну ты сама подумай, всё рядом. Там от Люберец, до Бронницы, рукой подать. Да и наши искатели скорее всего там уже были.

– Да ты зае… – в это время к нам подсел Саня, не её муж, а мой сын. – Задолбал уже ныть. Пошли проверим.

– Тёть Лен, да я уже много раз слышал, как вы сегодня матом кроете, – сказал он и заулыбался. – Не стесняйтесь, я уже привык.

– Так, а ну брысь, – махнула она на него пальцами, а потом увеличила глаза. – Какая я тебе тётя Лена?! Да я тебя…

Наконец они с визгом умчались в сторону пруда. Это я сына подговорил, чтобы он её отвлёк. Минут десять покоя у меня есть, так что не буду их тратить и пойду, пожалуй, в парную, греться.

Проснулся я от стука в дверь. Подниматься совсем не хотелось. Такое ощущение, что я буквально десять минут назад глаза закрыл, кажется, я до сих пор ещё пьяный. Вот хуже нет, чем таким просыпаться, теперь весь день буду отходняк ловить.

– Ещё раз там стукнешь! – крикнул я человеку за дверью. – Я тебя пристрелю, падлу.

Машка что-то пробормотала, пошарила рукой сзади себя и положила мне на живот холодный пистолет. Вот только стукачу, видимо, было пофигу, пришлось вставать. Ведь не уйдёт же гад.

– Хорош дрыхнуть, поехали, – без приглашения Ленка сразу шагнула в нашу комнату.

– Куда? – не понял я. – Отвали, Лен, у меня выходной, – я было направился обратно в кровать и хотел попросить Ленку закрыть дверь с той стороны.

– В Бронницы, – сказала она таким тоном, будто мы уже должны быть на половине пути к «Золотому городу».

– Лен, ты дура, нет? – устало ответил я, усевшись на кровать. – Я же тебе вчера ещё всё объяснил.

– Кузов, мать твою, мы вчера обо всём договорились, – упёрла руки в бока она. – Давай, собирайся, поехали. В машине отоспишься.

– Мля, Лен, я же бухой был, – упал я на кровать и тут же подпрыгнул, схватившись за поясницу и голову одновременно.

Пистолет, который так и остался лежать на кровати, больно ткнулся мне в спину. Я вытянул его из-за спины и бросил на пол.

– Даже не хочу знать, чем это вы тут ночью занимались, – проследив падение ствола, прокомментировала Ленка. – И мне насрать, бухой ты был или под наркотой, за базар отвечать нужно.

– Ты же не отстанешь? – спросил я.

– Догадайся, – усмехнулась Ленка. – Давай, собирайся, мы у машины ждём.

– Э, фтсиу, – свистнул я её в дверях. – Пивка мне там организуй пока.

– Ща, бегу, аж волосы назад, – ответила она и закрыла за собой дверь.

Но я знал, что как только выйду, пиво уже будет организовано. Скорее всегооно уже присутствует, и вся эта шобла, которая там собралась у машины, давно его посасывает. Тут главное – не переборщить, а то можно на второй заход пойти.

– Саня, гони саморазогрев, – протянул я руку к его рюкзаку.

– Вот не надо в моих вещах копаться, – стукнул меня по руке тот. – Сейчас сам достану.

– Да куда ты чего достанешь, рули сиди, – сказал я и ухватил его рюкзак. – Где он там?

– Ну сейчас всё мне там перемесишь, – начал злиться тот, его всегда злило, когда кто-то хватал его вещи, а мне очень хотелось кого-нибудь побесить. – Да не в том кармане, мля.

– Да-а-а? – удивился я. – Здесь, чтоли?

– Кузов, я тебя пристрелю сейчас, – наконец до него дошло, что я просто издеваюсь, а сзади начало раздаваться похрюкивание от сдавленного смеха.

Я уже спокойно достал пайку, вскрыл контейнер и принялся уплетать горячее. В животе сразу стало приятно, а лоб покрылся испариной. Хорошо, значит, сейчас посплю часок и буду уже огурцом.

Меня толкнули, уже когда мы остановились на окраине Бронниц. Машину приткнули в какой-то ангар, прикрыли противно визжащую воротину и отправились в пешую разведку. Отряд авантюристов был небольшой, весь наш основной костяк. Я, Ленка, Саня и Хоттабыч с Фоком. Для того, чтобы стянуть никому не нужное золото, более чем достаточно.

Первый выстрел произвёл Саня, заметив, что по крыше соседнего ангара ползёт Прыгун. Он снял его короткой очередью, прямо в прыжке. Мы уже до того наловчились их убивать, что почти не воспринимали уже как сильную угрозу. Хотя, если вспомнить недавние события в начале весны, мертвяков осталось не так уж и мало, просто они разбрелись. Однако во многих местах они встречаются достаточно регулярно, и передвигаться без оружия чревато летальным исходом. Люди продолжают погибать, несмотря на то, что идёт постоянное пополнение из других миров.

Новеньким выживать сложнее. Несмотря на то, что многие попадают с опытом горячих точек. Хотя вру, конечно, просто многие с таким опытом выживают, а сыпятся к нам все подряд. И здесь даже не в умении убивать сложности, новеньким никто не давал стартовый капитал, для этого нужно иметь собственное жильё у насили в любом другом поселении. Вопрос вполне решаемый: докажи, что ты полезен, и тебе помогут.

И не обязательно для этого искать клад, не обязательно быть хорошим воином, достаточно хорошо разбираться в любой гражданской профессии. Даже юристможет неплохо шить обувь, что доказал один из недавних попаданцев.

Ему повезло, он выскочил из провала буквально в двух шагах от общины Чумы. Он даже и опасность не успел увидеть. Пройдя по тропинке около километра в поисках людей, вышел на посёлок. Там ему объяснили, что случилось, как теперь жить дальше и что для этого нужно. Вручили первый набор выживальщика, в котором имелся рюкзак со всем необходимым, карта местности с пометками и автомат Калашникова.

Парень долго хлопал глазами, возмущался, потом пил несколько дней, даже в петлю по пьяни лезть пытался. Но потом как-то посидел, подумал и решил устроиться в жизни.

Когда он начал разбираться в системе иерархий и зарплат, до него дошло, что он спокойно может снять галстук и заняться любимым хобби, а именно – пошивом обуви. Благо кожи у Чумы было в достатке, а уж оборудование в городе стащить вообще проще простого. Так и пристроился. Сейчас к нему очередь на ботинки, да такая, что и зарплата не нужна. Всем селом ему дом справили, за каких-то несколько дней, там и мастерская у него, и жена-хозяйка, тоже, кстати, из попаданок.

– Лен, я всё равно не понимаю, зачем тебе это золото? – спросил я. – Тебе и так на пять жизней хватит.

– Бедным раздам, – усмехнулась она.

– Угу, как в том анекдоте: «Жила-была девушка Робин Гуд. У богатых брала – бедным давала».

Народ начал похрюкивать, Ленка тоже улыбнулась, и даже дерзкого ответа не последовало. Мы шли, не таясь, по центральной улице. Саня постоянно сверялся с навигатором. Мы понятия не имели, где находится этот завод, но предполагали, что скорее всего на центральной улице, по крайней мере, на одной из них. Всё же градообразующее предприятие.

– Тихо, – шикнула на нас Ленка. – Слышите?

Все притихли и даже прикрыли глаза, ведь не зря же говорят, что слепые лучше слышат. На грани слуха улавливался какой-то монотонный гул, будто генератор работает. С улицы пришлось уйти, видимо, по-наглому не получится.

Мы нырнули в подворотню и принялись соображать, с какой стороны этот шум. Затем догадались просто подняться на крышу одного из домов поблизости и осмотреться. Даже если не увидим источник шума, то хотябы звук перестанет искажаться, отражаясь от поверхности соседних строений.

– Мля, так и знала, что мы опоздаем, – возмутилась Лена. – Долбаные Морты.

Гул исходил от нужного нам завода. На его территории крутились древние, что-то постоянно перетаскивая, и выглядело это не как мародёрство, они наоборот – заносили коробки внутрь. А источником этого гулабыл дизельный грузовик, который в ожидании разгрузки стоял и тарахтел на холостом ходу.

– Лен, по-моему, они там работают, – сказал я. – Не похоже, что мы опоздали, скорее всего этот завод и не останавливали.

– Ты думаешь, я совсем тупая? – зло ответила она. – Сама вижу.

– Ну и чего, возвращаемся? – тут же отреагировал Саня.

– Ага, ща, – с сарказмом ответила его жена. – Я этим уродаммоё золото не отдам.

– Интересно, а что они вообще там делают? – сказал я и взял в руки бинокль.

– Побрякушки со всей округи переплавляют, – не снижая злости, ответила Лена. – Козлы.

– Для этого не особо-то и завод нужен, тем более – ювелирный, – помотал я головой. – Тут что-то другое.

– Да что там может быть другого? – пожала плечами та.

– Ну логично же, что вся их технология держится на огранке камней, – наконец оторвался я от осмотра территории. – А где это лучше всего делать, как не на ювелирной фабрике?

– Так это же стратегический объект, прямо у нас под носом, – вытаращила глаза Ленка в удивлении. – Нам просто необходимо его нагнуть.

– Вот теперьне могу не согласиться, – улыбнулся я. – Только не таким составом это делать.

– Да ладно, мы их как куропаток перебьём, – отмахнулась она.

– Лен, я тебе сколько раз говорил, нельзя так относиться к противнику, – строго сказал Фок. – Вот так хорошие бойцы и погибают. Слишком самоуверены.

– Ладно, не зудите, – сморщилась она. – Чего делать-то будем?

– К машине нужно идти, – ответил Хоттабыч. – Там подмогу вызвать. А вот когда прибудут, тогда и план разрабатывать.

– Короче, Ленка и Фок, остаётесь здесь, мы пошли обратно, – немного подумав, принял я решение.

– Есть, – в один голос ответили наблюдатели.

А мы аккуратно, стараясь теперь не отсвечивать, отправились назад, к машине. Теперь идти приходилось в десять раз осторожнее, стрельбу поднимать не хотелось, а мертвяки как специально попадались на пути. Может быть звук выстрела и не услышат на заводе, всё же глушитель – хорошая штука, но пуля легко может разбить окно, а это уже достаточно громко. Но у нас есть достаточно хороший опыт работы рукопашным оружием. Так и продвигаемся, раздавая затрещины налево и направо.

Из машины связались с Кремлём, объяснили Нюху ситуацию и велели выслать подкрепление. Двух десятков будет более чем достаточно, это же не военная часть и не укреплённый город. Хотя окончательно мы не знаем, как устроены внутренние помещения, что находятся в подвале, а учитывая склонность Мортов рыть эти самые подземелья, там может находиться основное производство. Да и охрана скорее всего здесь серьёзная, а шорох не наводят просто потому, что секретность большая.

С другой стороны, за полгодаздесь должны были побывать все любители поиска сокровищ. Всё же это самая ближайшая точка. А пропавших без вести в этом районе не было и разговоров ни о каких тайных фабриках Мортов тоже. Вывод напрашивается сам собой: производство на девяносто девять процентов находится в подвалах.

Это вообще великая случайность, что мы смогли застать разгрузку сырья. А скорее всего территория находится под наблюдением, и, когда появляются любопытные, тайная комната закрывается. Возможно, они даже работу прекращают, хотя с акустикой у них тоже полный порядок, могут и звук скрыть.

Ладно, нам остаётся дождаться подкрепления, а там сами разберёмся, что к чему. Надо будет, и стены простучим. Но пару дней стоит понаблюдать, примерно через это время и прибудет остальной отряд для штурма.