Он окинул меня испепеляющим взглядом.

«Нахожу тебе доказательства», — бросил я ему в ответ, стараясь не покачиваться на ногах.

«Неужели вам не приходило в голову, что мы, возможно, были в самом разгаре нашего собственного, весьма деликатного расследования?» — осторожно процедил он, словно обращаясь к человеку с ограниченным интеллектом. «Что ваше вмешательство могло поставить его под угрозу, а то и вовсе погубить».

С меня хватит. Я не ожидал похвалы за то, что не дал Лену уничтожить улики, свидетельствующие о его наркоторговле, но и чёртовой лекции тоже не ожидал.

«Вперёд, Макмиллан!» — прорычал я. «Пока ты тут болтался, как ни в чём не бывало, меня кто-то угрожал убить. Прости, если я не сидел сложа руки, ожидая, когда это произойдёт». Я махнул рукой в сторону мужского туалета. «Загляни в седьмую кабинку, там запертая панель — ключи должны быть у Лена…»

за которым вы найдете столько лекарств, что их хватит, чтобы открыть чертову аптеку, если вам интересно!»

Макмиллан помолчал, подумал, а затем подал знак двум своим людям пойти и проверить. Мы все смотрели им вслед, не заметив, что Лен тоже…

слушая разговор.

Теперь он воспользовался возможностью, предоставленной ему численным падением, и ударил скованными наручниками руками, словно дубинкой, в живот стоявшего рядом с ним полицейского. Тот не просто упал, а стремительно полетел вниз. Он оказался на земле, свернувшись калачиком и задыхаясь.

Лен ловко перепрыгнул через распростертое тело и направился прямо к моему горлу, цепляясь руками и цепляясь ими.

Я оттолкнул суперинтенданта локтем и прыгнул вперёд, чтобы принять атакующую стойку. На этот раз я собирался сделать так, чтобы Лен упал жёстко и быстро. И чтобы он там и остался!

Затем Макмиллан крикнул: «Отрави его газом!», и мой блестящий план пошел прахом.

В отточенном мгновении Томми легко поднял руку с пояса, направив небольшой баллончик. Запах топлива был резким и до боли знакомым. Рефлекторно я перестал дышать, отвернул голову и крепко зажмурил глаза. Пальцы Лена едва коснулись моего горла, когда я пролетел мимо него. Что касается меня, то я совершенно промахнулся мимо цели, но, по крайней мере, мне удалось избежать брызг.

Лену не повезло. Он получил удар всей тяжестью, прямо в лицо. Он усугубил своё состояние, широко раскрыв глаза и рот, набирая воздуха, чтобы выкрикнуть боевой клич на ходу. Эффект от удара мелкодисперсного тумана был ошеломляющим.

Его глаза и нос мгновенно начали течь, словно его облили водой. Лицо раскраснелось. Через полсекунды он стоял на коленях, закрыв лицо руками, искажённый и кричащий.

Я оказалась на четвереньках почти рядом с ним, но он был слишком погружён в собственные мучения, чтобы обращать на это внимание. Он потерял всякий интерес к тому отвратительному концу, который замышлял для меня, полностью поглощенный жгучей болью своей кожи, кислотой, обжигающей нежные слизистые оболочки.

Британская полиция использует шестипроцентный газ CS, более сильный, чем тот, который они применяли на нас в армии. И этого было более чем достаточно, чтобы свалить быка, превратить взрослых мужчин в съежившиеся развалины. Я только что получил лёгкий удар и знал, что ещё легко отделался.

Томми помог мне встать во второй раз и велел не тереть глаза. Я изо всех сил боролся с тошнотой, которая накатывала на меня.

Я подумал, что у меня и так было достаточно проблем, чтобы добавить

«рвота на сотрудника полиции» в список обвинений.

Остальные вернулись с прозрачным пластиковым пакетом, полным всяких вкусностей из кладовки Лена. Макмиллан долго смотрел на них, а затем повернулся ко мне, и в его мутно-зелёных глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.

Он положил мне руку на плечо и легонько сжал его. Пожалуй, это было всё, на что я был способен, чтобы сказать спасибо или извиниться. Он опустил руку и отвернулся. «Ладно, подгоняй фургон, и давай снимем этого хохотуна с места преступления, пока он окончательно не потерял самообладание и…»

«Кто-нибудь может объяснить мне, что, черт возьми, происходит в моем клубе?»

Голос Марка прорезал собравшихся, словно самурайский меч шелк.

Он плавно приблизился и оглядел место происшествия. Количество полицейских, негласный авторитет Макмиллана, недееспособность Лена, убийственный пакет с наркотиками.

Может быть, я увидел этот обрывочный момент колебания лишь потому, что искал его, искал. Надеясь вопреки всему, что не увижу.

Марк повернулся ко мне. Красивый, успешный, холеный и обаятельный Марк, который спас меня и уложил в постель. А я перевернулась, как глупая, доверчивая дурочка, какой и была.

«Чарли! Господи, ты в порядке, дорогой?»

Я подошла к нему. Он протянул ко мне руки. В его глазах было облегчение. Я видела, как его мысли закружились в поисках спасения, оправдания. В его сознании Лен уже был осуждён, отвергнут, предан. Он цеплялся за возможность двигаться вперёд, двигаться дальше.

Мой взгляд был прикован к точке сбоку от прекрасной, тонкой линии подбородка Марка. Должен признать, что мой кулак приземлился весьма приятно. Я попал так сильно, что моя и без того ушибленная рука запела.

Голова Марка резко повернулась набок, и он отшатнулся назад, его зрачки расширились и стали стеклянными. Только шок удержал его на ногах. Одному из полицейских пришлось схватить его за руки, чтобы удержать, иначе он бы упал на пол.

Макмиллан повернулся ко мне, пронзив изумлённым взглядом. «Что за…?»

«Если у тебя в пути фургон, можешь взять и его», — сказала я голосом, чистым и холодным, как Рождество. Я кивнула Марку, затем Лену и…

Наркотики. «Он как-то сказал мне, что никто в здравом уме не пытался пронести что-либо в его клуб, и он был прав. Им это было не нужно, потому что он знал лучше всех, что они смогут купить любые наркотики, как только окажутся здесь. На самом деле за всем этим стоит он, а не Лен. Разве не так, Марк?»

OceanofPDF.com

Двадцать три

«Я думаю, — мрачно сказал Макмиллан, — что вам лучше начать с самого начала и на этот раз рассказать мне все».

Мы переместились из клуба в кабинет менеджера, где я устроил неудачную ловушку для Анджело. Лена увезли, он всё ещё кричал, а Марка заковали в наручники и привели с нами. Когда он оправился от шока от столь неожиданного удара, его лицо стало совершенно непроницаемым.

Макмиллан сел за стол Марка, незаметно подменяя его власть. Он оперся локтями о столешницу и с невероятной точностью сцепил пальцы.

«Ну, Чарли, думаю, можно с уверенностью сказать, что мы полностью сосредоточили на тебе свое внимание». Я с усмешкой отметил, что он снова употребил прозвище «мисс Фокс».

Я сглотнул и удобно устроился в одном из кожаных кресел напротив. Мне дали холодный компресс, чтобы приложить к опухшему глазу, но прямо за ним таилась головная боль, мать всех головных болей. Всё болело. Я осторожно согнул правую руку. Костяшки пальцев онемели настолько, что я не мог сжать их без ощущения, будто кожа вот-вот лопнет.

Я взглянул на двух мужчин напротив. Оба выжидающе смотрели на меня.

«Все началось с человека, который так отчаянно хотел вырваться из своих корней, что где-то по пути утратил чувство морали», — начал я, глядя Марку прямо в лицо.

Он зарычал в знак протеста и переступил с ноги на ногу, словно собираясь встать, но Макмиллан остановил его лёгким движением руки. «Сядьте, мистер Куинн», — мягко предупредил он. Марк затих, выглядя расстроенным тем, что ему следовало подчиниться тихому приказу суперинтенданта.

«Когда у тебя нет ни денег, ни квалификации и никто не щадит тебя, наркотики, должно быть, кажутся очень заманчивым предложением», — нейтрально продолжил я.

«Где лучше всего продавать более дорогие наркотики — экстази, кокаин, «спиды», — чем в ночном клубе? В конце концов, ребята у входа позаботятся о том, чтобы никто не принёс свой товар, так что они — захваченный рынок, готовая к этому аудитория. И всё шло как по маслу, пока Анджело Закари не вышел из себя».

Марк поднял голову. Он был слишком горд, чтобы просить меня остановиться, но в его глазах теперь был страх, а может быть, даже тень обиды и удивления. Я

закрыла свое сердце от осознания того, что его будущее, его свобода были в моих руках, и продолжала идти вперед.

«Видите ли, у Анджело, — сказал я Макмиллану, — есть какие-то отвратительные садистские наклонности. Когда он не играет в эсэсовца, он любит смотреть видео, рассчитанные на очень узкий круг читателей — конечно, когда он не избивает свою девушку».

Я взглянул на суперинтенданта, не совсем понимая, что увижу, но и он, и Марк сидели совершенно бесстрастно. Макмиллан молча жестом пригласил меня продолжать.

«К сожалению, они стоят недёшево, и Анджело арендовал довольно много этих видео у парня по имени Терри Ротвелл». Полицейский старался не показывать, что он только что встал по стойке смирно, но я заметил предательское подергивание его рук.

«У него их было так много, он накопил такую сумму, что когда Терри наконец настоял на том, чтобы он расплатился, Анджело не смог этого сделать. Поэтому он инсценировал ограбление здесь, в клубе.

Он стащил несколько дорогостоящих предметов офисной техники, например, ноутбук, убедившись, что вину взяли на себя другие, и таким образом погасил свой долг».

Этого Марк не понимал. Пока я не открылась ему той ночью в квартире. Он согласился устроить ловушку для Анджело не потому, что хотел проверить, убил ли он Терри. О нет, он и так всё знал.

Он хотел узнать, совершил ли Анджело гораздо более тяжкое преступление — солгал ему.

«Единственная проблема заключалась, — продолжил я, — в том, что, по-моему, ноутбук использовался для записи информации о наркотиках, которыми здесь торговали. И хотя Анджело стёр файлы данных, он решил проявить хитрость и не сказал Терри пароль. Если бы он этого не сделал, Терри, вероятно, никогда бы не стал вникать в это дело. А так он только подогрел подозрения. И Анджело не мог знать, что у Терри есть друг, у которого есть друг, достаточно хорошо разбирающийся в компьютерах, чтобы получить эти файлы».

«Ты», — пробормотал Макмиллан это единственное слово как утверждение, а не вопрос.

Я коротко кивнул, желая, чтобы Сэм не вмешивался в это дело. «Я не знал, откуда у него эта чёртова штука, но когда я рассказал ему, какие данные нам удалось восстановить, Терри, очевидно, решил прибегнуть к лёгкому шантажу».

Теперь уже Макмиллан понимающе кивнул. «А когда он попытался это сделать, Анджело его убил», — сказал он почти про себя. Он быстро вскочил на ноги. «Я прослежу, чтобы Закари был с нами». Он нахмурился, заметив мои более очевидные раны. «Ты сможешь спокойно остаться с ним наедине на минутку?»

«Наверное, так и есть», — ответил я. Даже в таком состоянии я был почти уверен, что смогу справиться с человеком в наручниках самостоятельно. Видеть Марка в таком состоянии казалось совершенно неправильным, словно вся его уверенность в себе и лоск улетучивались.

Макмиллан кивнул, словно не сомневался в моих силах, и поспешил из комнаты.

Когда за ним закрылась дверь, я взглянул на Марка, снова подхватывая тему разговора, и почувствовал, что теперь могу говорить свободнее. «Проблема была в том, что когда Анджело зашёл к нему, у Терри не было ноутбука, чтобы вернуть его, и никакие уговоры его не убедили. Возможно, Анджело и так собирался его убить — он из таких, — а может, просто потерял самообладание. Как бы то ни было, потом Анджело запаниковал и вернулся, чтобы рассказать своему приятелю Лену о том, что он сделал».

Я вспомнил рассказ Дэйва о подслушанном разговоре. Лен сказал Анджело, что на этот раз зашёл слишком далеко и не уверен, что сможет его покрыть. Тогда я думал, что Анджело торгует наркотиками по собственной инициативе. Теперь я понял, что это не так.

«Конечно, первым делом Лен повернулся к тебе». Я мельком взглянул на него, но ответа не получил. «Лен думает, что ты ходишь по воде», — сказал я. «Он пойдёт за тобой в ад и обратно и не моргнёт». Я помолчал, а затем не удержался и ледяным тоном добавил: «Это хорошо, потому что после всего этого ему, вероятно, придётся».

Лицо Марка исказилось. Должно быть, он знал, что сейчас произойдёт, но всё ещё надеялся, что я в последний момент отклонюсь от курса. Я несколько мгновений наблюдал за тем, как формируется осознание, прежде чем вонзить нож.

«Он знал, что ты решишь проблему, а этой проблемой был я.

Наверное, мне следовало догадаться, — пробормотал я. — В первую нашу встречу ты меня честно предупредил. Ты сказал, что работаешь на меня, правила не нарушаешь. Ни на кого. — Я пожал плечами. — Я не понял, что ты имеешь в виду свои правила. Я невольно наступил тебе на ногу, и ты послал ребят.

Ничего личного, просто так игра идёт. Всё просто, на самом деле.

Он развел руки так, чтобы цепь наручников сковала его, а затем опустил их обратно на колени. «Я не мог просто так это оставить, Чарли, ты же понимаешь». Я с удивлением услышал в его голосе нотки мольбы. «Я и представить себе не мог, что ты так ввяжешься, зайдешь так далеко. Я же просил их быть с тобой помягче. Они не послушали».

Я коротко и резко рассмеялся. «И я должен быть за это благодарен?

О, ты, конечно, сказал им быть со мной помягче, но не настолько же. Ты не удосужился сказать им, что Чарли – не мужское имя, да? Что случилось, Марк, ты боялся, что твои ребята не осмелятся избить женщину? Ну, по крайней мере, им не удалось воткнуть мне нож в живот, как бедняге Терри от Анджело, правда?

Он в раздражении попытался быстро провести рукой по волосам, но чуть не ударил себя по лицу, когда другая рука последовала за ним. Казалось, даже координация движений у него пропала.

«Это была ошибка. Анджело зашёл слишком далеко». Он остановился, перевёл дух и начал снова. «Я просто хотел тебя напугать, помешать тебе следовать этим путём. Мне следовало знать, что тебя так просто не напугаешь». Он попытался слабо улыбнуться, поднялся и сделал вид, что двинулся ко мне. «Чарли, всё не обязательно должно закончиться вот так».