Демон буквально впихнул Стеллу в комнату. Девушка упала на пол от сильного толчка одержимого в спину. Оглядевшись, она поняла, что находится в довольно просторном помещении. Стелла недоумевала почему они не оказались в предыдущей детской комнате, ведь дверь вела туда. Единственным логическим объяснением их внезапного местонахождения – дополнительные ходы для демонов, через которые они проникают во все локации. «Главное не закрывай глаза и не бойся. Он это чувствует» – успокаивала себя девушка.

– Я рад, что мы наконец-то встретились, – демон закрыл дверь и наклонился над ней, – Стелла, верно?

Стелла отвернула голову, отказываясь отвечать. Одержимый криво улыбнулся и наклонился еще ниже, так, что его маска была прямо напротив девушки, а черные глаза пронзительно смотрели на нее.

– Отвечай! – прикрикнул на нее демон. Его голос был душераздирающим, от него каждый волосок на теле вставал дыбом.

– Да, – попыталась спокойно ответить она, но голос все равно предательски дрогнул.

– Прекрасно, – усмехнулся он, – ты, вероятно, наслышана обо мне. Евангелина не рассказывала?

«Вот значит кто сдал меня этой твари» – догадалась Стелла, – «Знала, что у нее кишка тонка.»

– Нет, – на этот раз уже спокойнее сказала девушка.

– Думаю пора, представиться, – демон слегка отодвинулся, но все продолжал следить за мимикой Стеллы. – Я Сайлос. Собственно, я хозяин всего этого ужаса, – Сайлос засмеялся, от чего девушка невольно поежилась и это не скрылось от одержимого.

Она плюнула ему в лицо, чтобы он прекратил смеяться, и снова отвернулась. Демона это не на шутку разозлило: он замахнулся и больно ударил ее по лицу. Стелла вскрикнула.

– Думаешь я не знаю какая ты? Я вижу тебя насквозь, дорогуша! – Сайлос приподнял ее подбородок, чтобы взглянуть ей прямо в глаза. – И… Ты вполне подходишь для меня.

Сайлос подошел к большому шкафу, что стоял в углу помещения и открыл его. Стелла увидела большие цилиндрические емкости, в которых что-то шевелилось… или ей просто показалось. Демон что-то достал оттуда и направился к девушке.

– Познакомься с моим другом, – злобно прошипел демон и протянул к Стелле ладонь на котором сидел огромный тарантул.

Если бы не арахнофобия девушки, она бы сидела сейчас с каменным лицом, выжидая следующего удара, однако насекомые были одним из ее больших страхов, даже фобий. По лбу Стеллы пробежала капля пота. Наблюдая за огромным пауком, она начала отодвигаться назад, пытаясь быть подальше от этого кошмара.

– Что тебе нужно?! – уже в истерике прокричала Стелла.

– Чтобы ты показала свою сущность, дорогая, – Сайлос стал наступать, поднося паука ближе и ближе, – припоминаешь Хлою Джефферсон? – снова засмеялся одержимый. Его смех словно раскат грома прокатился по комнате, в которой они находились.

– Ч-что? – голос снова дрогнул.

– Да-да, думаешь все забыли об этом? Если да, то ты сильно ошибаешься, милая, – демон вдруг остановился, прекратив наступление, – бедная девочка, что ты с ней сделала, – покачал головой из стороны в сторону Сайлос. – Стелла Палмер – самая популярная девочка в школе. Одни сплошные ярлыки, вы, люди, такие глупые и жестокие, – брезгливо поморщился он и посмотрел прямо в глаза девушки.

– Заткнись! – со всей своей ненавистью закричала Стелла.

– А что, если малыш Уильям узнает, на что ты способна? – Сайлос отпустил паука на пол, и он тут же заметался по периметру. Девушка начала оглядываться, чтобы ни в коем случае тарантул не заполз на нее.

– Что тебе нужно?! – набравшись смелости она посмотрела на демона.

– Я не намерен повторяться, дорогуша, – снова наклонился над ней одержимый, – как ты могла довести одноклассницу до суицида? – сымитировал грусть Сайлос.

– Это случилось не из-за меня! – срывалась на крик девушка.

– Из-за тебя, – улыбнулся демон, – Признаться, я даже приятно удивлен, как столь хрупкое создание может быть способно на неумышленное, но все же убийство. Я горжусь тобой, Стелла. Твоя тьма меня привлекает, даже очень привлекает. – Сайлос о чем-то задумался, остановившись на последнем слове.

– Пошел ты!

– Ты избегаешь своей сущности? Почему? – искренне удивился демон, – Не стоит стыдится того, что ты сделала.

Девушка почувствовала, что по ее ноге что-то ползет. Посмотрев на ногу, Стелла пронзительно закричала. Она хотела смахнуть прочь противного паука, но не смогла даже пошевелить рукой.

– Не стоит мешать моему другу, – злобно прошипел демон, – расскажи мне подробнее про случай с малышкой Хлоей, и я его уберу.

По лицу Стеллы пробежала слеза. Девушка задумалась о том, осознавала ли она в тот момент, что она сделала, что это из-за нее та девочка покончила с собой. Ей было сложно сосредоточиться на требовании демона. Она постоянно переводила взгляд на тарантула, который подползал все выше и выше. Казалось, что скоро он доберется до оголенных участков кожи, укусит своими мандибулами и все – она умрет так и не разобравшись, что за чертовщина здесь происходит, больше не увидит свою семью, друзей, Уилла…

– Верно, ты слишком напугана, чтобы вести диалог со мной, – едко улыбнулся демон, – поэтому… – Сайлос достал что-то из кармана и в несколько мгновений девушка упала замертво.

Стелла очутилась в школьной столовой, но никого не было, помещение было пустым. Она посмотрела на часы, что висели перед входом, стрелки показывали ровно полдень. Обычно в это время столовая кишит голодными подростками, но не сейчас.

– Привет, Стелла, – послышался за спиной смутно знакомый голос.

Девушка с ужасом повернулась и увидела ее – Хлою Джефферсон, девочку, в чьей смерти Сайлос обвинил Стеллу.

– Хлоя, – недоверчиво оглядела ее Стелла.

– Я не виню тебя, Стелла, но в тот день, когда ты и твои подруги рассказали Йену о моей семье, обвинили меня перед ним во всем, что я делала, пытаясь подружиться с вами, я окончательно решила сделать то, что сделала, – голос девушки был твердым. Он отдавался эхом в пустой столовой.

Стелла молчала, опустив голову. «Неужели он прав, и я действительно убила ее?» – думала девушка, теперь эти мысли вновь затерзали ее, не давая покоя.

– Посмотри на меня, Стелла! Посмотри, что ты сделала! – вдруг пронзительно закричала Хлоя, пытаясь привлечь внимание собеседницы.

– Я не виновата! – девушка присела на пол, пытаясь закрыть уши, чтобы не слышать крика Хлои.

– Ты прячешься от себя, Стелла, – лицо призрака оказалось прямо возле лица Стеллы, – те люди, что там, в доме, они ведь не знают какая ты на самом деле, верно? – по бледному лицу проскользнула едкая ухмылка.

«Это все неправда, это все эти демоны, которые хотят, чтобы мы поддались их уловкам. Держись, Стелла!» – она мысленно успокаивала себя. И это помогало, девушка начала медленно убирать руки, которыми обхватила голову, чтобы спрятаться от этого всего.

– Я не виновата в твоей смерти, Хлоя! Не виновата! – она набиралась смелости с каждой фразой, произнесенной в мыслях. – Йен знал об этом. Он до этого знал обо всем, мы всего лишь сказали ему в шутку о твоих попытках стать нашей подругой! – Стелла встала и посмотрела призраку прямо в глаза.

– Что? – глаза Хлои наполнились слезами.

– Убирайся! – крикнула девушка и, схватив со стола тарелку кинула прямо в нее. Тарелка прошла сквозь Хлою, и та исчезла, а Стелла снова провалилась во тьму.

Очнулась она снова в той самой комнате. Стелла слегка привстала, даже не обращая внимания на тарантула, уже сидящего на ее колене. Рядом с ней лежал нож, которым, вероятно, Сайлос ее «убил». Девушка с ужасом осмотрела живот, но никаких кровавых пятен на одежде не было, да и чувствовала она себя вполне живой.

– Фух, – выдохнула она, – хоть не трясет уже.

Самого демона в комнате не было. Она встала, уже без прежнего страха смахнула страшное насекомое с ноги и осмотрела помещение более пристально: на стенах висели старые картины, на которых была столетняя пыль, на столе лежали какие-то тетради, рядом стоял тот самый шкаф, из которого Сайлос вытащил своего питомца. Стелла подошла к шкафу и открыла его. Там оказалось много одежды, по-видимому актеров, которые работали на квесте до всей этой чертовщины, внизу стояли террариумы – те самые цилиндрические емкости, что увидела Стелла, когда демон открыл шкаф. Она поморщилась от вида насекомых, которые метались по всему террариуму, и быстро закрыла дверцы шкафа. Девушка подошла к двери и подергала ручку, но та оказалась заперта.

– Черт, – выругалась она и села на кушетку, которая стояла в левом углу комнаты.

Тем временем остальные игроки перешли в другую комнату, но никому не хотелось разгадывать головоломки, чтобы идти дальше. Все выглядели какими-то подавленными и уставшими, поэтому сидели на полу и отдыхали. Повсюду стояли сундуки, которые явно были предназначены для решения новой загадки, а в углу была маленькая дверка, куда предстояло идти дальше, а может и нет.

– Мне кажется столько времени уже прошло, а ее все нет, – нарушила тишину Эмили.

– И что ты предлагаешь? – вскинула бровь Ева.

– Кажется я понял тебя, – вдруг сказал Уилл, – мы пойдем за ней и вытащим ее оттуда.

– Из лап демонов? Ты серьезно? Братан, остынь, – поежился Эрик, – я понимаю, что ты, возможно, запал, но не рисковать же своей жизнью. Вон Эддисон и Еву отпустили, значит и ее отпустят. Потерпи.

– Ты придурок? – повернулся к нему Уилл, – я не намерен тупо сидеть и ждать чуда свыше, я вырос из этого, и тебе пора. Чуда не будет, пойми уже! – прикрикнул Уильям.

Эрик странно покосился на него, но промолчал.

– Не знаю, как вы, а я пойду за ней, – парень встал и выжидающе посмотрел на Эддисон и Джейме.

Ребята встали перед Уильямом, показывая свою готовность.

– Все? Никто больше не хочет в команду по спасению? – с презрением посмотрел на остальных Уилл.

– Ладно, черт с тобой, – выругался Эрик и встал следом.

Вчетвером они пошли назад, в попытках найти комнату, куда Сайлос утащил Стеллу.

– Почему ты не пошла? – спросила Ева у Эмили.

– Я не знаю… – протянула девушка, – вероятно вы все для меня чужие люди. Я не доверяю окружающим, не могу, – отвела взгляд Эмили.

– Понятно, – Ева решила больше не задавать вопросов, – у меня только одна подруга, да и то предала меня.

– Это была не она, а демон. Если ты ей доверяешь, то не разочаровывайся в ней, хорошо? – на лице Эмили промелькнула улыбка. Она не хотела, чтобы Ева допускала ошибку и сомневалась в своей подруге. Девушка стала думать, что и ей самой неплохо сделать первый шаг и обзавестись другом. Всегда приятно кому-то доверять, быть для кого-то опорой. Эмили понимала, что черствость и ее холодное отношение ко всему до добра не доведут.

Евангелина улыбнулась в ответ и кивнула. Из предыдущей двери послышался шум, потом что-то упало, по-видимому, одно из зеркал, которые стояли по периметру той комнаты. Эмили и Ева тут же кинулись на звук. Буквально влетев в дверь, перед девушками предстала ужасающая картина: демон наступал на Эддисон и Уилла, которые вжались в стену, Джейме валялся в углу без сознания, а Эрик застыл перед битой, которую, судя по всему, хотел взять.

– Хэй, нечисть! – крикнула Эмили, чтобы отвлечь Сайлоса от остальных.

Уилл понял отвлекающий маневр Эмили и, не теряя времени, сделал резкий выпад вперед, при этом несколько раз ударил ножом одержимого. Из плеча сразу же начала биться кровь, окрашивая одежду противника в ярко алый цвет. Схватившись за больную руку, враг упал на колени и зашелся в душераздирающем крике. Внутри они были чересчур сильными, но находясь в физической оболочке их все равно можно было ранить, иначе надежду на спасение можно было бы похоронить.

Эрик тут же пришел в себя, отделавшись от гипноза демона, а Джейме уже сидел на полу, потирая ушибленные коленки.

Демон резко попытался встать, его начало мотать из стороны в сторону. Он ревел не столько от боли сколько от злости.

– Бежим! – крикнула Эддисон.

Воспользовавшись моментом, Уилл, Эддисон, Эрик и Джейме бросились в другую комнату за Стеллой.

Сбежать смогли все, кроме Эмили и Евы. Пока демон стучал по двери, за которой скрылись остальные, девочки беглым взглядом обыскали комнату и заметили краем глаза шкаф, стоящий в углу. Они быстро рванули в него. Сидя в шкафу, девочки не смогли даже пошевелиться от страха, чувствовалось, что одержимый был прямо перед ними. Еще минуту назад надежное укрытие сейчас превратилось в смертельно опасную ловушку.

Эмили оцепенела от страха, руки и ноги не слушались ее, на лице застыла гримаса ужаса. В один момент она чуть не выронила свою свечу, но в чувства ее привел тихий всхлип рядом с собой. «Только не это.» – подумала Эмили. Состояние Евы было куда хуже: бледная как смерь девушка дрожала от страха. Обеими руками она со всей силой зажала рот, из последних сил сдерживая крик, а на глазах выступили слезы. Эмили сразу поняла, что Евангелина на грани срыва, поэтому, стараясь быть как можно тише, затараторила ей на ухо:

– Тише, тише, все хорошо. Пойми если он сейчас нас услышит нам обеим уже точно не спастись. Сейчас он ранен, долго здесь не будет шататься. Главное продержись немного, у нас все получится.

Снаружи послышались тяжёлые шаги. Эмили аккуратно приоткрыла дверцу шкафа и оценила обстановку: одержимый, еле волоча ноги, подошел к стене и простучал четкую последовательность: Удар, пауза, удар, пауза, пауза, два удара, пауза, пауза… «Черт возьми. Снова азбука Морзе?!» – догадалась девушка. Щелкнул замок, и потайная дверь в стене медленно открылась. Тяжело дыша и прихрамывая, Сайлос зашел в комнату, однако дверь за собой не закрыл. «Вдвоем нам не уйти, услышит… Что же делать?» – пыталась что-то придумать Эмили.

Вдруг она схватила Еву за плечи и, серьезно посмотрев в глаза, сказала:

– План такой, я выйду первая и отвлеку его, когда услышишь, что дверь закрылась, можешь выходить, но перед тем, как убежать принеси из соседней комнаты биту и оставь ее возле тумбы с черепом (это был ближайший к двери ориентир). Ты поняла меня?

– Но… – хотела возразить ей Ева, однако Эми резко затрясла ее и повторила: – Ты меня поняла?

Девушка смогла лишь кивнуть в ответ. Тогда Эмили, сняв обувь, как можно тише выбралась из шкафа и потихоньку стала продвигаться к двери в ту комнату, где еще недавно они спокойно сидели и ждали Стеллу.

Подобравшись уже достаточно близко к дверному поему, она прислушалась: тяжелое дыхание изредка прерывалось тихим постаныванием. Еще два шага и Эмили смогла заглянуть внутрь: внутри комнаты стоял деревянный стол, стул, кушетка с белой простыней на которой виднелись свежие кровавые пятна, но самое страшное то, что в ней никого не было. “Бу!” – раздался голос прямо у нее над ухом и крепкие руки мягко толкнули ее в комнату. Дверь с грохотом захлопнулась. «Беги Ева!»–мысленно произнесла она, почти уже смирившись со своей гибелью. Окинув комнату взглядом, Эмили посмотрела на раненного, который в это время медленно мерил комнату шагами. Молчание он нарушил первый.

– Знаешь, я поражен. Не ожидал, что кто-то из вас отчается настолько быстро, да и к тому же настолько, что полезет прямо в лапы хищника, – тут он внимательно посмотрел на Эмили. – Но знаешь, что еще более странно – ты меня не боишься. Почему?

Девушка сама не знала ответа на этот вопрос. Только сейчас она поняла, что абсолютно спокойно смотрит ему прямо в глаза с высоко поднятой головой.

– Ну я же в любой момент могу сесть на корточки, закрыть руками глаза, и ты меня не тронешь, так ведь? – таинственно улыбнулась девушка. Она не знала, что говорит, словно доверилась какому-то ведомому чувству. Ей казалось, что так должно быть.

В ответ демон лишь усмехнулся и наклонил голову вбок ожидая честного ответа.

– Ты не хочешь меня убить. Я это чувствую. – Эмили медленно приблизилась к нему. – А сам-то такими темпами через пол часа коньки отбросишь, – указала она на руку.

Внимательно присмотревшись, девушка заметила на лице Сайлоса потрескавшуюся краску. «Гримм? Но тогда почему его поведение сейчас так отличается. Уверена одержимый бы убил меня сразу же как только заметил у входа в комнату. Тогда черт возьми что здесь происходит?! Почему я вижу перед собой самого обычного парня, который истекает кровью. Знаю – эта ошибка может стоить мне жизни, но я это так не оставлю!» – думала Эмили.

– А какое тебе до этого дело? – улыбнулся ей Сайлос и, развернувшись, пошел в другую часть комнаты. Было видно, что с каждой потерянной каплей крови держаться на ногах ему было все сложнее, однако он очень старался не показывать это.

Девушка, игнорируя вопрос, молча подошла к деревянному стулу и поставила его напротив кушетки.

– Заткнись и сядь сюда! – рукой указала она на кушетку

– Ты понимаешь, что этим ты предашь “своих”? – медленно произнес он, в силу слабости плохо скрывая удивление.

– Нет своих и чужих, когда передо мной человек истекает кровью, –уверенно сказала Эмили, глядя ему в глаза.

– Ха-ха, ты считаешь меня человеком. Интересно, – садясь на кушетку, он рассмеялся, но от чего-то Эмили этот смех показался очень грустным.

– Что ж, – выдохнула она, – нужно оголить руку. Предпочтёшь отрезать рукав или раздеться?

– А что предпочтешь ты? – игриво сверкнул глазками демон.

И все-таки это был не Сайлос, что-то помимо демона находилось за этой оболочкой, будто все это время кто-то другой отзывался на беспокойство девушки.

– Ну, значит режем, – поднявшись с места, спокойно произнесла Эмили

– Стоп, стоп, стоп. Не так быстро. Чтоб ты знала это единственная моя одежда. Для меня она на вес золота, – затараторил он.

– Тогда не болтай попусту, и делай хоть что-то, – раздраженно ответила девушка.

Одной рукой он стянул с себя кофту при этом как можно лучше демонстрируя свой рельефный торс.

– Позер, – холодно отрезала она.

– Вовсе нет, – усмехнулся тот, заметив румянец на лице Эмили.

Затем девушка зафиксировала его руку своими коленями, поспешно отцепляя руками одну из подтяжек.

– Воу-воу. Так вот, как меня доктор будет лечить, – сказал парень, наклонившись поближе.

В туже секунду в его горло вцепились пять острых ногтей.

– Я сказала заткнуться и сидеть спокойно, – произнесла Эмили, испепеляя парня взглядом

– Понял-понял. У кисы есть когти, – отступил он и начал внимательно наблюдать за ее работой.

Девушка пару раз обхватила подтяжкой руку парня чуть выше раны и в петлю вставила свою свечу. Получилась неплохая самодельная закрутка. Уж что-что, а первую помощь девушка оказывать умела. Пару оборотов и кровь стала идти менее интенсивно.

– Здесь есть чистая вода? –подняла она глаза на парня.

– Посмотри, может в кувшине что-то есть, – указал он на посудину, стоящую на тумбочке, по форме она больше напоминала обычный цветочный горшок.

– Подержи пока здесь, – попросила парня Эмили, указывая на закрутку. – Нужно промыть.

Сначала она аккуратно вытерла влажным платочком лишнюю кровь и грязь с руки, после чего стала потихоньку поливать место вокруг раны. Раненный скривился от боли.

– Прости, потерпи еще немного, – прошептала она. В ее голосе было столько заботы и доброты, что парень, немного смутившись, отвел взгляд.

– Осталось теперь только хорошо перевязать, – улыбнулась ему Эмили и направилась к столу.

Чик. Большие старые ножницы с легкостью разрезали ситец. Одним движением она оторвала от своей блузки нижнюю часть, оголяя плоский животик до самых ребер.

– Мадам, Вы и впрямь меня провоцируете, – медленно обвел ее взглядом парень.

Девушка сделала вид, что пропустила его слова мимо ушей и вернулась к работе.

– Нужно будет через несколько часов сменить повязку. Понимаю, особо нечем, но постарайся хоть что-нибудь найти.

Тщательно сполоснув платок, она хотела было зажать им рану как вдруг воскликнула:

– Кровь остановилась! Как здорово!

– Это все потому, что я рептилоид который прилетел сюда из соседней галактики. Поэтому я так быстро регенерирую. Ты ящериц видела? Так они можно сказать мои прапрабабушки, ну и такие же дедушки. Возможно, эта рана была единственным шансом на спасение человечества, но ты своей добротой обрекла всех на гибель, – с излишним драматизмом произнес парень.

– Ну я еще могу все исправить, – коварно улыбнулась Эмили. – Рана открытая, – с этими словами она нажала на платок чуть сильнее чем нужно. В тот же момент по руке парня прошел выстрел боли.

– Ну такой красотке я готов сдаться в плен. Вижу, что передо мной очень умный, жестокий и интригующий человек. Грех не отдаться в такие хорошие ручки, – криво улыбнулся он.

– Разумное решение, песик, – победно усмехнулась она, аккуратно перевязывая рану ситцем.

– Что-о? Ты приравниваешь меня к животному?! – наигранно возмутился парень.

– Согласна, это оскорбительно по отношению к собаке, – улыбнулась она. Парень хотел было продолжить их игривую перепалку, однако девушка резко встала и направилась к выходу.

– Совет от доктора: соблюдай постельный режим и ешь продукты с большим количеством железа. Через пять минут можешь снять закрутку.

– Последний вопрос, док, –парень приблизился к Эмили практически вплотную – Как тебя зовут?

– Эмили. Я думала ты все знаешь. А ты… – девушка теперь была уверена, что перед ней точно не Сайлос, ведь он знал ее имя. Он знал имена каждого из них.

– Зови меня Нума, – улыбнулся ей парень.

Несмотря на жуткий грим у парня были очень красивые изумрудные глаза. Они горели как два больших драгоценных камня, а сейчас, когда их разделяли считанные сантиметры и вовсе манили за собой. Однако девушка мягко отпрянула, ласково напомнив:

–– Постельный режим, – и, убедившись, что «больной» лег в постель простучала по стене ту же последовательность что и ранее. Дверь скрипнула. Напоследок она глянула на парня. Сказать, что он был в шоке – ничего не сказать.

– Мы ведь еще увидимся? – с надеждой в голосе произнес он

– Конечно, ты ведь должен мне вернуть подтяжку со свечей, – на прощанье она широко улыбнулась парню. – До встречи, Нума!

– До встречи, Эмили.

Аккуратно закрыв за собой дверь, девушка вышла из комнаты. Практически наощупь она облокотилась на стену. Сейчас она чувствовала себя очень неоднозначно: «Флиртовать с одержимым?! Эмили ты вообще в своем уме?!» – после чего она резко прервала свои мысли. «Стоп. Я флиртовала не с одержимым, а с парнем, причем очень горячим парнем. Ничего зазорного в этом нет. Только вот теперь вопрос, как много еще одержимых на самом деле внутри люди?»

Отбросив лишние мысли, Эмили оглядела комнату, пытаясь привыкнуть к темноте. Вскоре она была готова идти на поиски остальных игроков, как вдруг споткнулась обо что-то. На ощупь Эмили сразу поняла, что это бита.

«Спасибо Ева, ты молодчина.» – улыбнулась девушка.

Пока Эмили возилась то ли с Сайлосом, то ли с парнем, остальные игроки застряли в детской комнате. Та самая комната, где ответом послужила картина с парусом явно скрывала за собой что-то еще. Уилл присел на кровать и закрыл лицо руками.

– Уилл? Все хорошо? – села рядом с парнем Эддисон.

– Вероятнее всего, Стелла где-то в другом месте, – размышлял вслух Джейме.

– Браво, кэп, – похлопал по плечу Эрик, – ты только что открыл нам Америку, браво.

– Эрик, хватит! – вымученно прикрикнул на парня Уилл.

– Мальчики, тише, – Эддисон прислонила палец к губам. Девушка явно что-то заметила. Взгляды парней тут же устремились на нее.

Она заметила маленькую дверцу, которая оказалась приоткрытой. Вероятно, Сайлос выходил из нее и забыл закрыть. Девушка обернулась и посмотрела на парней.

– Вперед? – улыбнулась она.

– Вперед, – кивнул Уильям.

Эрик церемониально закатил глаза, но полез вслед за остальными. На четвереньках они оказались в узком проеме, в котором еле помещались. Эддисон пролезла чуть дальше и вдруг из стены вылезла рука, раздался удар электрошокера. Они ударили девушку прямо по руке, разряд был мощным, она пыталась удержать равновесие, чтобы не свалиться набок.

– Эддисон! – крикнул Эрик и схватил ее за ногу, пытаясь вытянуть девушку к себе. Откуда-то сбоку высунулась еще одна рука с электрошокером. По-видимому, стражи покоев Сайлоса были наготове и распознали в гостях чужих.

Джейме с Уиллом крикнули, что нашли выход – это была небольшая дверца, которую заметить оказалось великой удачей, ибо она никак не выпирала и на ней не было ни единого знака. Эрик пытался привести в чувства Эддисон. Девушка от столь мощных разрядов еле держалась, но все же пыталась собраться с оставшимися силами. В конце концов парень вытащил ее, дрожащую от страха и боли в просторное помещение.

Удивлению Стеллы не было предела, когда буквально из стены вылезли, а точнее выпали ее друзья. Она обрадовалась, увидев Уилла и Джейме и собиралась кинуться им в объятия, но, увидев полуживую Эддисон на руках у Эрика опешила.

– На нас напали, – грустно сказал Джейме. – Мы пролезли по этому проходу, но демоны с электрошокерами стали вылезать из стен проема.

– Не преувеличивай, это были их руки, – холодно сказал Эрик и положил девушку на кровать. – Эдди, все будет хорошо, ты только держись.

Эддисон была вся в поту, но ее уже не трясло, что было довольно хорошим знаком. Холодная рука Эрика коснулась ее лба.

– Она вся горит, – испуганно посмотрел парень на остальных. – Стелла, здесь есть что-нибудь?!

– Только бутыль с водой, – указала девушка на емкость возле кровати.

– Вы уверены, что это безопасно? – вскинул бровь Уильям. – Нам нужно что-то другое.

– И что ты предлагаешь? – начал злиться Эрик.

– Минуту, – сказала Стелла и оторвала от своего кардигана лоскут. Смочив его водой из бутыли, девушка положила самодельный компресс на лоб Эддисон. – Держись, Эдс.

– Молодчина, Стелла, – улыбнулся Уилл.

– Спасибо, – буркнул Эрик и отвернулся.

Эдди потихоньку начала открывать глаза. С ее губ сорвался тихий стон, и она начала переворачиваться набок. Эрик придержал девушку, выровняв ее положение.

– Лежи тихонько, иначе компресс упадет, – забеспокоился Вейкхам.

– Что происходит? Где я? – попыталась окончательно открыть глаза Эддисон, увидев перед собой несколько мутных огоньков от свечей.

– Все в порядке, Эдди, мы рядом, – улыбнулась Стелла.

– Эддисон, держись, – нежно произнес Эрик и взял девушку за руку, аккуратно поглаживая ее кисть.

Спустя некоторое время Эдди начала окончательно приходить в себя. Ребята помогли подруге встать на ноги и немного оклемавшись она смогла без проблем передвигаться.

Настало время выбираться из покоев Сайлоса, иначе был риск столкнуться с ним тет-а-тет снова, а этого никому не хотелось.

– Мы снова пойдем по этому проходу? – поежился Джейме, вспомнив руки с шокерами.

– Нет, у меня есть другая идея, – загадочно улыбнулась Стелла. Девушка достала из кармана кардигана шпильку для волос и подошла к двери. Повозившись с замком буквально минуту, дверь со скрипом открыла, и ребята снова попали вновь в комнату с зеркалами.

– Тьфу, опять они, – пытаясь не смотреть по сторонам, выпалил Эрик, крепко держа руку Эддисон.

– Вот вы где! – обрадовалась Ева, увидев остальных игроков.

В проеме двери уже стояла Диккенс, во всю улыбаясь ребятам.

– Стелла, как ты? – поинтересовалась самочувствием девушки Эмили.

– Порядок, – ответила она, – Эддисон и ребятам порядком досталось, а со мной порядок.

– Боже, что случилось? – заволновалась Ева.

– Все хорошо, пустяки, – поежилась Эддисон, пытаясь руками скрыть ожоги на локтях, оставленные демонами.

– Это не пустяки, – ошарашенно смотрела на руки девушки Эмили.

– Все в порядке, мы оказали ей помощь, сейчас все хорошо, – заверил всех Эрик и Эмили отступила.

Когда они вновь пришли в комнату с сундуками, первым предложением было отдохнуть от всего этого. Все согласились с Евой. Эмили, Эрик и Ева сидели на полу и что-то увлеченно обсуждали, а Эддисон и Джейме спали без задних ног. Уилл и Стелла подошли к шкафу. Вокруг них явно было какое-то напряжение и стоило в это разобраться. Молчание прервала девушка:

– Расскажи мне про себя, Уилл, – неловко улыбнулась она.

Уильям удивился, раньше никто не просил его рассказывать о своей жизни, ибо всем было скучно слушать длинную историю парня, да и сам он не особо хотел делиться этим с окружающими. Однако в Стелле было что-то такое, что парень немного потеплел и все же решился на рассказ.

– Все началось очень давно, еще до моего рождения. Моя мать была актрисой театра, отец же подрабатывал летом светооператором на разных театральных площадках. Там-то они и познакомились. Любовь между ними вспыхнула мгновенно, яркая, такая бурная, в каком-то смысле даже безбашенная. Довольно скоро они поженились, однако семейная рутина сразу стала давить на маму. Это было ожидаемо: светская львица, которая привыкла блистать при свете софитов, оказалась перед плитой в фартуке и с небрежным пучком на голове. После моего рождения все стало только хуже… Мама ушла в декрет, и семья погрязла в нищете. Папиной зарплаты едва хватало на жизнь, к тому же дома его практически не бывало. Вся эта ситуация потихоньку начала ломать маму, да еще и воспитание ребенка было для нее в новинку. Это стало для нее своеобразной игрой – игрой в маму. Через несколько лет она снова вышла на работу и все, казалось бы, начало налаживаться, домашние дела вновь легли на отца, а семью обеспечивала мать. Снова театр, снова софиты, цветы, поклонники, наряды. Для нее все это было словно глоток свежего воздуха. Это было своего рода свободой. В семье все стало налаживаться и вскоре она забеременела снова. Мне было семь, когда родилась Энни, и это стало не связующим звеном нашей семьи, а последней каплей ее терпения. Как только содержать семью начала мама, отец уволился и стал много пить, да и в общем отвык работать. Мама же перестала интересоваться им как мужчиной и просто завела любовников. Поэтому очередной декрет навлек на себя еще большие долги и нищету ведь отец работать не хотел, а материальная помощь была ничтожная. И вот, однажды, один из маминых фаворитов, богатенький режиссер, предложил ей уехать на сьемки в его фильме и остаться жить с ним. Главная роль в ее первом фильме, жизнь в богатстве и роскоши, честно говоря, я понимаю, почему она бросила нас даже не раздумывая. Отец, оказавшись в безвыходной ситуации устроился на работу, а я перевелся на экстернат и всерьез занялся воспитанием сестры. Она стала всем моим миром, моим смыслом жизни. Вся обида на мать перешла в русло заботы об Энни. Спустя несколько лет меня исключили из школы, впрочем, мне было все равно, отцу, честно говоря, тоже. Все необходимое я при желании узнавал из книг и этого было достаточно. Однажды весной мы с Энн отмечали ее седьмой день рождение, устроить грандиозный праздник мы не могли финансово, да ей это было и не нужно. Как она сказала ей было достаточно просто погулять со мной в парке целый день – это было бы лучшим подарком. Однако оставить сестренку в ее праздник без подарка я не мог, совесть не позволяла. Несколько месяцев я откладывал карманные деньги на этот день, в подарок купил плюшевого мишку с большим фиолетовым бантиком на шее, а остаток решил оставить на ее любимые профитроли в небольшой кондитерской. День рождения прошел замечательно, Энни была на седьмом небе от счастья, я же был счастлив, что смог ее обрадовать, однако счастье длилось недолго. На обратном пути она потеряла сознание. Через несколько дней ей диагностировали бронхогенную карценому, попросту говоря рак легких. На лечение денег у нас не было, а для хорошей работы я был еще мал и неопытен, но наблюдать за тем, как умирает Энн я тоже не мог. Поэтому я связался с местной бандой, так как другого выхода не было. Многого они не требовали, мелкий грабеж и разбой. Часть идет в ежемесячный взнос, остальное оставляешь себе на карманные расходы. На первый взгляд кажется невыгодно, но они предоставляли пушки и, что важнее, людей. В одиночку много не награбишь. Поначалу было страшно, но после я вошел во вкус: легкие деньги, хороший друг и любимая девушка. Жизнь в банде стала моей грешной и темной стороной, но такой желанной и необходимой, словно наркотик. К тому же, благодаря этим деньгам, у Энн появился шанс на ремиссию, пусть и призрачный, но он был. Два года я жил двойной жизнью: днем грузчик в магазине, ночью один из сильнейших членов банды. Но так было до тех пор, пока одна из крупнейших банд города бросила нам вызов. Главарь не мог сдаться без боя, но исход битвы и так был ясен с самого начала – нас бы растоптали на месте. Тогда глава решил пойти хитростью. Его план был гнилым и коварным, да и действовал он чужими руками, ну а если быть точнее – моими. Мне нужно было похитить жену и сына главы вражеской банды, и угрожать им, пока его банда не отступит. Я выполнил поручение и, как любящий муж, глава противников долго не сопротивлялся. Однако наш предводитель с прогнившей душей возжелал большего – выкуп довольно круглой суммы. А для стимула приказал мне пытать заложников, снимать это все на видео и отправлять ему на почту. Тогда я решил, что это уже чересчур, мать с ребенком ночью отпустил, а на следующий день заявил о своем уходе. Сказать, что глава был в ярости – ничего не сказать. Когда я вернулся домой, поздно вечером, особо удивлен не был. Везде творился хаос. Это было своеобразным прощальным подарком от банды. Однако кое-что меня смутило. Все было как-то мелко: стекла целые, мебель тоже, ценности, какие остались от мамы, на месте. Лишь разорванные бумаги и побитая ваза, да мусор, разбросанный по полу. Вся обстановка словно кричала: «Это далеко не все!». Тогда я оцепенел от ужаса. Самое дорогое что у меня было – это Энни. И они об этом знали. Пока ехал в больницу, я молился о том, чтобы это было ошибочной догадкой и мой цветочек мирно спал в кроватке. Но порой один благородный выбор может стоить тебе дороже чем ты думаешь. Три пулевых в грудь. Смерть была практически мгновенная… Я никогда не прощу себе эту ошибку.

– О боже мой, – с каждым словом в рассказе Уилла, лицо Стеллы бледнело. – А это не слишком ли жестоко? Они могли просто сдать тебя полиции за какой-то грабеж или что-то подобное, компроматы явно были. Почему именно Энни? – удивленно спросила Стелла, когда парень закончил рассказ. На ее глазах наворачивались слезы. С историей Уилла она будто переживала эту историю сама.

– Помнишь я упоминал любимую девушку? Ее звали Аманда. Она была членом банды и одной из главных фавориток нашего главаря. Все бы ничего, но девушки для него были не больше, чем просто игрушки в его руках, просто вещи, которые можно выбросить если они надоели. При других обстоятельствах мы с Амандой вряд ли бы стали парой, но тогда мы по-настоящему нуждались друг в друге. Ей нужно было ощутить, что она не просто игрушка для развлечений, мне же отвлечься от мыслей о сестренке. Но однажды нас застукали в одной постели и это был самый страшный компромат из всех возможных, ведь все знали, что глава свои вещи делить ни с кем не будет. Предположительно это и повлияло на исход той ночи. Я хотел, чтобы Аманда убежала со мной, но она испугалась, и я ее за это не виню, ведь это мне уже было нечего терять, а у нее дома семья… После этого я долго путешествовал пока вновь не попал в Сиэтл.

– Уилл, – на глазах Стеллы уже ручьем лились слезы. Девушка обняла парня, прижавшись к нему, стараясь подарить хоть какое-то тепло и комфорт. Впервые Стелла Палмер высказывала кому-то такую поддержку. Эта ситуация изменила ее: из высокомерной, популярной красавицы школы этот дом превратил ее в сопереживающую, умеющую оказать поддержку девушку.

Уильям, в свою очередь, не отпрянул, а наоборот обнял Стеллу в ответ. Одна несмелая слеза все же пробежала по щеке парня, но тот аккуратно ее смахнул пока никто не увидел.

В такой тихой, спокойной атмосфере все игроки расслабились и погрузились в сон, такой сладкий и такой желанный за все это время для всех. Эти приключения сильно изматывали, не давали и глотка воздуха. В кромешной тьме, со свечками, ради выживания семеро подростков старались цепляться за жизнь, за каждый сантиметр жизни, пытаясь достичь счастливого финала – выйти отсюда целыми, живыми и здоровыми. А самое главное – все вместе. Без пострадавших. Без жертв.

Тем временем в свою комнату вернулся и Сайлос, который израненный решил побаловать себя часом безмятежного спокойствия.

– Ну здравствуй, – злобно улыбнулся демон, глядя в зеркало. – Покажись, пацан.

В зеркальной поверхности появился парень, он поправил каштановые волосы, открывая свои изумрудные глаза.

– Что тебе нужно? – спокойно спросил он.

– Нума, значит, – прошипел Сайлос, – надо же, я думал, что первым выбью из тебя имя, но нет же, какая-то вшивая девчонка меня опередила.

– Это все ты виноват! Ты разрушил мою жизнь! – отражение Сайлоса коснулось рукой стекла. – Черт, ты заставил меня делать немыслимые вещи со всеми этими людьми, причинять боль им и их близким! – бил в стекло Нума.

Сайлос закатил глаза при виде этой истерики и, продолжая улыбаться, сказал:

– Да что с вами такое, люди? – зловеще спросил он. – Вечно вините во всем нас. Стелла, ты…Скрываете свою тьму за нами, а ведь мы лишь пытаемся вразумить вас, направить ваши сокровенные желания в нужное русло. На вашу истинную сущность. – На последнем слове демон сделал явный акцент. – Я никого ни к чему не принуждаю.

– Ты лжешь! – крикнул Нума.

Сайлос немного отошел от зеркала с интересом наблюдая за поведением парня.

– Ты обманом заставил меня подчиниться тебе! Ты вынудил меня на все это! И что в итоге? Я в твоем плену навечно, а мои друзья, моя команда, все мертвы! Теперь ты навлекаешь меня на муки и всех этих людей заодно! Кто же будет следующим, кто заменит меня? Займет мое место, а?! Та девушка, которую ты сегодня забрал, или же те, кого Саймон испытывает каждую минуту, кто?!

– Не я решаю, кто попадет сюда, – томно сказал Сайлос.

– А кто решает? – отпрянуло отражение.

– Вы сами, – вытянул указательный палец демон, будто пытаясь обратить на эти слова пристальное внимание. – Вы сами сюда себя отправляете. Вас влечет собственная вина, алчность, грехи, темное прошлое. Называйте это, как хотите. Вы сами себя заставляете снова и снова, раз за разом переживать собственные грехи. И что самое интересное, двери не заперты. Они могут уйти в любое время. О таком никто никогда не говорит, правда? – Сайлос ехидно ухмыльнулся. От этой улыбки Нума поежился.

– Ты пожалеешь об этом!

– Я за многое уже пожалел и еще пожалею, Нума, – засмеялся Сайлос, – но не за их души, не за их действия! Они сами загоняют себя в ловушку. В конце концов они поймут всё, встанут на свои дорожки. На те, к которым идут!

Сайлос с яростью ударил рукой по зеркалу, и оно треснуло. Нума исчез, а демон остался наедине сам с собой в своих покоях.