На самом деле он волновался, и волновался очень сильно, потому что почти не сомневался в том, что Локтева и Железняка застрелил Лешка. Непонятно только, где Снегирев достал пистолет, но стрелять метко он умеет наверняка. Василий подъехал к гаражу, возле которого уже собралась толпа. Была натянута оградительная желтая лента, стояло оцепление, но народ напирал, потому что каждому хотелось увидеть, что там происходит. Пространство гаража помимо света внутренней лампы освещалось фарами дежурного автомобиля, что хоть немного ослепляло, но помогало работать экспертам. А люди продолжали собираться, некоторые из них подходили в домашних халатах и в тапочках.

Василий пробился через толпу, вошел в гараж. К нему подскочил эксперт Масленников и показал головой на знакомый Колобову диван, на котором Василий часто сиживал еще в те годы, когда они учились с Лешкой в школе. Теперь на этом диване были усажены трупы убитых мужчин, откинутые к спинке так, чтобы они не завалились вбок.

— Личности установлены. Это…

— Я знаю, — кивнул майор Колобов, — можете сказать, как это произошло?

— Их убили не здесь, — начал объяснять Масленников. — Трупы привезли на автомобиле. Автомобиль — внедорожная «тойота лендкрузер» — задним ходом въехал в открытый гараж. Трупы вытащили и усадили на диван. Тот, кто их привез сюда, поставил перед ними столик с бутылками: водка недопитая и ликер «Бейлис» тоже недопит. Еще есть пластиковая бутылка из-под кваса. На всех трех бутылках имеются четкие отпечатки: сегодня же мы будем точно знать, кому они принадлежат.

— Я и сейчас могу сказать кому, — тихо сказал Василий, — отпечатки Алексею Снегиреву и убитой сегодня утром Валентине Соболевой. Если бы Снегирев имел хоть какое-нибудь отношение ко всем этим убийствам, он бы не стал сохранять бутылки со своими опечатками, ведь это косвенные улики. Желательно знать, на какой машине их привезли. «Лендкрузер» — это понятно, но в городе несколько таких автомобилей, а в области, вероятно, сотни. Кто хоть видел этот «лендкрузер»?

— Так я и видел, — объяснил эксперт. — Их привезли на черном «крузере», а потом машину отогнали и бросили: теперь она находится в соседнем дворе. Вернее, не во дворе и не совсем в соседнем. Просто там за соседним двором имеется…

— Небольшая рощица, я знаю, — продолжил Василий, — я сейчас туда сгоняю. А здесь еще что-нибудь нашли более существенное, помимо бутылок?

— Телефонный аппарат «Нокия», но он совсем старый. Постараемся определить владельца…

— Это мой, — сказал Колобов, — я его дал Снегиреву попользоваться. А непосредственно при убитых что было обнаружено?

— При Локтеве найден травматический пистолет «ТК» и разрешение на него.

— С деревянными накладками на рукоятке? — спросил майор.

Эксперт кивнул.

— Тогда это самый мощный травмат, что есть на нашем рынке. Убить из него можно запросто, если стрелять в верхнюю часть головы или в сердце с близкого расстояния.

Масленников снова кивнул и добавил:

— Еще при Локтеве была сумма наличных: три тысячи евро и рублями почти двести тысяч. И банковские карты.

— Кого убили первым, можно установить?

— Уже выяснили. Первым застрелили Локтева. Потом Железняка.

— Мобильные телефоны Локтева и Железнякова отдайте мне: я изучу их подробно.

— При Железнякове не было телефона. А такого в наше время не бывает. Возможно, аппарат забрал киллер. Убийца был явный профессионал — попал точно в сердце одному и в сердце другому, сразу был уверен в результате: он даже не стал делать контрольных выстрелов. И это очень хладнокровный персонаж. Он ведь убил не здесь, в гараже, а в другом месте, потом привез оба трупа сюда — непонятно с какой целью, усадил их, отогнал машину, пересел на другую, и все — след простыл.

— На какую машину он пересел?

Эксперт пожал плечами:

— Следов там пока не обнаружено. Судя по всему, придется искать свидетелей. Но это уже не моя забота — пусть опера все что надо копают. Но скажу еще раз: убийца — не просто профессионал, он — чрезвычайно хладнокровный, очень спокойный человек — вероятно, множество раз убивал людей, и это не вызывает у него никаких эмоций. Для нормального человека курицу убить — невыполнимое поручение, как для меня, например, а этот… Что-то мне подсказывает, что он уже далеко и мы никогда не узнаем, кто это, и не поймаем его. Тем более мы не знаем, кого надо искать. Он ведь — не местный. Тех мы всех знаем: в нашем городе профессиональных киллеров отродясь не было. Да стоит ли ловить, ведь он убил преступника — вора в законе, а еще наглого пацана, который терроризирует столько времени… Простите, товарищ майор, терроризировал в недавнем прошлом весь город, и очень многие связывают его имя с убийствами невинных девушек…

Разговаривая, они вышли из гаража, эксперт достал из кармана пачку сигарет и закурил. И вдруг Василий отчетливо почувствовал на себе взгляд. И понял: Лешка здесь, он наблюдает за всем, что сейчас происходит. Колобов, смотря вниз себе под ноги, поднял руку и помахал ею, давая понять, что знает, что Снегирев его видит.

— Что это вы? — удивился эксперт.

— Рука затекла.

— Сосуды, может быть, — определил Масленников, — к врачу сходите. С этим затягивать не нужно.

Колобов взял эксперта под локоть и повел к своему автомобилю.

— Поедем вместе осматривать «лендкрузер», — объяснил он.

Внедорожник стоял в тени тополей, прикрытый с дороги густыми кустами барбариса. В лобовом стекле зияли два отверстия.

— Убийца подошел к машине со стороны капота и выстрелил дважды, — объяснил эксперт, — первый выстрел был сделан, когда киллер приближался и до машины оставалось шагов пять. А потом, уже стоя перед капотом, он произвел еще один выстрел. Не утверждаю, что именно так все и было, но с большой долей вероятности предполагаю.

— А Железняк не стал пригибаться и прятаться под бардачок. Он, получается, спокойно смотрел, как к нему подходит убийца, — удивился майор полиции.

— Возможно, он думал, что его никто не убьет, потому что он крутой.

— Скорее всего, он знал убийцу, — сказал Колобов, — и не ждал от него такой подлости, как выстрел в сердце.

Он открыл дверь «лендкрузера» и начал осматривать салон. Первая пуля пробила тело Кости Локтева насквозь и застряла в кожаной спинке водительского кресла.

— Вторая осталась в теле Железняка, — объяснил эксперт.

— Как так? — удивился Василий. — Ведь выстрел был сделан с более близкого расстояния.

— Подозреваю, что она пробила еще мобильный телефон, который лежал во внутреннем кармане жертвы. И простреленный аппарат убийца забрал с собой. Значит, вы, Василий Петрович, правы. Этот авторитет был знаком со своим убийцей. И тот, судя по всему, работал с ним напрямую и без посредников. Убил и, как говорится, концы в воду. А в аппарате были его контакты.

Василий кивнул и снова обернулся, почувствовав на себе чей-то взгляд. Вернулся к своей машине и позвал Масленникова:

— Поехали обратно к гаражу.

— Я здесь еще пяток минут побуду. Попытаюсь еще раз найти гильзы. Хотя, если это профессионал, их он забрал с собой.

— Но и пистолет он не выбросил, что странно, — сказал Василий. — А может, хочет еще раз воспользоваться им.

Он сел в машину, достал телефон и набрал номер отца.

— Я уже дома, добрался нормально. Только что в квартиру вошел, — доложил генерал-майор и спросил: — А ты как?

— В семье все очень даже здорово. Даже лучше, чем вы с мамой можете представить, а по работе сплошная рутина. Про Валечку Соболеву ты знаешь. А еще пару часов назад, когда мы с тобой сидели в моем кабинете, застрелили Анатолия Григорьевича Железнякова за компанию с Костей Локтевым. Усадили оба трупа в гараж, который ты сегодня посещал.

— Вот это да! — поразился генерал-майор. — Это вам, граждане судьи, не какой-нибудь ёксель-моксель! У тебя, сынок, есть предположение, кто это мог сделать?

— Предположение есть у экспертов. По уверению майора Масленникова, убийца — высочайшего уровня профессионал, которого лично знал Толя Железняк, потому что подпустил киллера на близкое расстояние…

— Вот это поворот! — задохнулся то ли от восторга, то ли от ужаса генерал-майор полиции. — Тут и так к нам гости собирались, а теперь боюсь, что это будет делегация самого высокого уровня. Я, конечно, приму их всех как надо, но и ты не оплошай. Раскрывай скорее эту мутотень, ёксель-моксель!! Да, ты что-то сказал про семейные ценности или что-то вроде?

— Позвони Лизиной маме — она в курсе.

— Неужели?! — закричал генерал-майор.

Но Вася уже прервал разговор. Вышел из машины, отошел в сторону. Покрутил головой, но никого не увидел. Посмотрел на звездное небо. Потом развел руки в стороны и, не отрывая взгляда от Большой медведицы, крикнул:

— Ну ты уж поосторожнее там!

Из «лендкрузера» высунулся эксперт и спросил:

— Товарищ майор, это вы мне?

— Нет, — весело ответил Колобов, — это я космонавту, который на МКС сейчас кофе пьет. А ты, если закончил, залезай в мою машину.

Настроение было лучше некуда. Когда поехали, Василий от избытка чувств начал напевать песню, которую слышал в детстве:

И тут подключился эксперт Масленников, и продолжили уже вдвоем:

— Что-то вы сегодня радостный, — заметил эксперт, — есть с чего?

— Более чем, — ответил Колобов и продолжил:

— Да-а, — покачал головой и улыбнулся неизвестно чему обрадовавшийся эксперт, — мы эту замечательную песню в школьные годы постоянно пели. Такая вот была воровская романтика. Вся жизнь нам казалась игрой в казаки-разбойники: кто-то убегает, кто-то догоняет. У нас больше половины класса хотели пойти в какую-нибудь банду. Я говорил, что тоже хочу, потому что скрывал, что собираюсь в менты. Только один пацан сказал, что хочет стать банкиром.

— Стал? — поинтересовался Колобов.

— Нет. Он сидит сейчас. Его в Москве взяли за подготовку нападения на инкассаторов… Второй раз уже сидит. В первый раз готовился и не успел напасть, второй — тоже. И каждый раз жены сдавали.

— Долго, видать, готовился, — заметил Василий, — вот им и надоело ждать, когда наконец наступит счастливая богатая жизнь.

— А вообще в этом сегодняшнем деле много чего загадочного, — вернулся к основной теме эксперт Масленников. — Мы в этом гараже уже который раз роем, и все время здесь что-то находим. Вам не кажется, что нам это «что-то кто»-то подбрасывает?

— Именно что-то кто-то, — согласился Колобов, — я уже об этом и раньше думал, а теперь размышляю постоянно. А раз нам подбрасывают, значит, это не улики, а приманка, чтобы направить нас по ложному следу. А раз так, то противостоит нам противник наглый и очень опытный.

— Во-во, — согласился эксперт, — как я и говорил — залетный киллер высшей квалификации. Откуда ж у нас такие!