Стрелы со свистом пролетали по высоким дугам в сторону лодок.

Сердце Фиад ёкнуло в груди. Этого не должно было случиться. Её новые друзья, люди, спасшие ей жизнь, пытались убить её народ.

Пострадал морской пехотинец.

Пулемёты на навигационной палубе и корме стучали. Крупнокалиберные пули трещали, раскалывая деревья наверху. Канонерка стреляла поверх их голов.

Предупредительные выстрелы.

Фиад схватил Джумо за руку.

«Прекратите стрелять», — сказала она. Слова, которые она знала на диалекте.

Затем она подписала ему: «Они просто пытаются тебя запугать.

Пожалуйста, прекратите».

Джумо долго смотрел на Фиад. Он раздумывал, стоит ли ей доверять. Наконец он сложил ладони чашечкой и издал два резких птичьих крика.

Полеты стрел прекратились так же быстро, как и начались.

Пулеметы на Невоа замолчали.

Фиад сжал руку Джумо. «Спасибо».

Мужчины высыпали из «Зодиаков». Они оказали помощь раненому морпеху и отправили его обратно на корабль.

Двое из мужчин были в гражданской одежде. У Фиад сжалось сердце, когда она узнала Эурико Варгаса. Это означало, что на борту канонерской лодки находился министр внутренних дел Сейлс.

Как она ненавидела этих мужчин.

Другой мужчина в штатском выглядел вполне обычно.

Ростом шесть футов, он был сильным и подтянутым, но не слишком мускулистым. У него были тёмные волосы и спокойная, размеренная походка.

Один из морских пехотинцев, спотыкаясь, дошёл до берега реки и его вырвало. Варгас посмотрел на него с презрением. Подошёл к ещё живому и задал ему вопрос по-португальски.

Мужчина отказался отвечать.

Варгас подошел к куче лесозаготовительного оборудования и взял бензопилу.

OceanofPDF.com

30

OceanofPDF.com

ДЕНЬ ШЕСТОЙ

Сельва да Морте – Райский сад

«Ты видел, как Аркейрос устроили резню лесорубам».

«Да», — говорит Фиад. «Не смотри на меня так, Брид. Я же тебе рассказывал, что они сделали с индейцами. Эти люди заслужили».

Я не собираюсь говорить Фиаду, что никто этого не заподозрит. Я знаю, на что способны мужчины. В Сельве подобные зверства — обычное дело.

«Ваши морпехи были правы, открыв огонь поверх наших голов, — говорит Фиад. — Они знают, что политика FUNAI — никогда не убивать индейцев.

Политика морской пехоты — убивать только в крайнем случае. Джумо это видел. Он знал, что ты не причинишь вреда.

Я молчу. Между нами повисает гнетущая тишина.

«Я видел, как ты сражался с Варгасом», — наконец говорит Фиад.

«Как много вы увидели?»

«Я все видел».

Мы снова замолчали. На этот раз нас словно окутал тёплый омовение общим опытом. Мы видели то, чего не развидеть. Образы, которые преследуют нас во сне и терзают сон. Мы сражались с такими людьми, как Варгас.

Мы знаем, что добро не всегда побеждает.

Джумо подходит к нам, поднимает руку. «Фиад Аркейру», — говорит он.

Фиад поднимает взгляд. Они обмениваются словами. Довольный, Джумо уходит.

«Почему он тебя так назвал?» — спрашиваю я.

«У коренных народов фамилия — это название племени, — улыбается Фиад. — Они меня усыновили».

«Чего он хотел?»

«На рассвете к нам присоединится войско Таукана. Вместе мы двинемся на юг».

ДЖУМО ВЫСТАВЛЯЕТ ДОЗОРНЫХ, и мы все развешиваем гамаки. Я осторожно всматриваюсь в тени над собой. Не хочу спать под спящей анакондой. Довольный, я расправляю москитную сетку. Рюкзак и винтовка лежат у дерева у моей головы. Это правило, которое никогда не нарушается. Винтовка никогда не должна лежать вне досягаемости.

Аркейрос устанавливают вокруг своих гамаков противомоскитные сетки.

«Комары их, кажется, не беспокоят», — говорю я. «Зачем им сетки на ночь?»

«Они не от комаров», — говорит Фиад. Она заползает под свою сетку.

«Что потом?»

«Летучие мыши-вампиры. Эти твари высосут тебя досуха».

Я снимаю ботинки и кладу их в полиэтиленовый пакет. Не хочу, чтобы за ночь в них заползли змеи, сороконожки и пауки.

Ко мне в гамаке присоединяется офицер спецназа. В Манаусе я начал с девяти патронов. Осталось всего четыре. Я лежу в гамаке и закрываю глаза. Пистолет в правой руке.

Джумо хочет атаковать базовый лагерь ФАРК. Я хочу увидеть, какие секреты он хранит. Сейлс и Варгас присматривают за ним.

Секретный груз по Рио-Прету. Не хватает одного кусочка головоломки, и у меня есть предчувствие, что я найду его на базе ФАРК.

Фиад — ещё одна проблема. Кухулин хочет её вернуть, но она не хочет. Как мне, оператору на поле, понимать свою миссию? Я хотел найти Фиад. Теперь я хочу, чтобы она была в безопасности.

Я засыпаю.

НОЧЬ в Сельва-да-Морте тёмная и шумная. Существа, спящие в дневную жару, ночью активизируются. Человек, подошедший к моему гамаку, не издал ни звука. Меня разбудило шестое чувство. Мои веки дрогнули, и я снял предохранитель с SIG.

Фиад поднимает москитную сетку и заходит в мое пространство.

Я ставлю пистолет на предохранитель. Она наклоняется надо мной, кладёт ладонь мне на грудь. Сердце колотится. Уверен, она это чувствует. Я смотрю ей через плечо, использую периферическое зрение, чтобы сфокусироваться на её фигуре. Это снайперский трюк. Палочки на периферии сетчатки более чувствительны к тусклому свету.

На ней ничего нет, кроме рубашки.

Она кладет обе ладони мне на грудь и надавливает вниз.

Её вес натягивает гамак, не давая ему раскачиваться. Она знает, что я бодрствую и в сознании. Словно садясь на лошадь, она перекидывает ногу через меня. Она садится на меня верхом и забирается в гамак.

Фиад не может сидеть сложа руки, иначе она нас перевернет. Она кладёт руки мне на грудь, наклоняется и нежно целует.

Это должно было произойти. Сидеть напротив неё было всё равно что заниматься любовью без прикосновений.

Мои руки обхватывают её пятки, ступни. Медленно я поглаживаю её лодыжки и икры. Я вздыхаю от удивления… конечно же, она не брила ноги уже два года.

Недели. Ощущение, когда я провожу руками по тонкому, мягкому меху, меня возбуждает.

Она протягивает руку и вытаскивает меня. Никакой неловкости. Каждое движение отточено и идеально выполнено. Словно отрепетировав всё в голове, она втягивает меня в свою разгоряченную сущность. Чувствую себя как дома.

Мы лежим неподвижно. Она вытягивается, усаживается на моё тело.

Мы ощущаем, как два человека становятся одним целым.

Наши сердца бьются в унисон. Я чувствую её слёзы на своём лице.

Осознайте, что они смешиваются с моими.

OceanofPDF.com

31

OceanofPDF.com

ДЕНЬ СЕДЬМОЙ

Selva da Morte – The Chase

Птичьи крики разносятся по лесу.

Джумо поднимает лицо, прикладывает ладони к губам и отвечает резким птичьим криком.

Аркейрос встают на ноги.

Группа индейцев выходит из тени и приближается.

Я насчитал девятнадцать человек, все вооружены и в боевой раскраске.

Вместе с нашими товарищами Аркейру насчитал тридцать пять человек. Один из новичков подошёл к Джумо и коротко обнял его.

«Это Таукан», — говорит Фиад.

«Крутая на вид компания».

«Они никого не потеряли», — замечает Фиад. «Джумо умён. Как только он увидел, что ты бежишь к водопаду, он разделил отряд. Устроил засаду».

«У него тактический ум».

«Да. Джумо нападает на небольшие группы ФАРК.

Он хочет измотать их, прежде чем напасть на их лагерь».

«Где находится лагерь ФАРК?»

«В шести милях к юго-востоку от Портао-да-Дор», — говорит Фиад. «Аркейрос знали об этом уже два года, но оставили это место

В одиночку. У ФАРК много оружия. Никто не станет брать этот лагерь на себя, если в этом не возникнет необходимости.

«Сколько мужчин в ФАРК?»

«Джумо говорит, шестьдесят. Минус двенадцать, которых он убил вчера.

Если добавить еще около двадцати человек к Вила-де-Деус, то в лагере останется двадцать восемь.

Изощренность стратегии Djumo впечатляет.

«Вот почему он и отправился на север, — говорю я. — Он хотел отвлечь внимание от ФАРК».

«Именно. Теперь он возвращается, чтобы атаковать меньшие силы».

Мы отправляемся с аркейросами. Джумо меняет порядок марша. Его лейтенант возглавляет колонну, а военный вождь идёт в середине со мной и Фиадом.

Семнадцать человек впереди нас и семнадцать позади.

«Джумо выглядит так, будто ожидает неприятностей», — говорю я Фиаду.

«Он делает».

«Не могли бы вы мне рассказать об этом?»

«Мы убили всех боевиков ФАРК, которые последовали за вами в пещеру, но они были не одни».

«Нет, я обошёл другую группу на речной тропе. Когда я от них отделился, они направлялись в Арворе-де-Оуро, чтобы присоединиться к своему передовому отряду».

Фиад отвечает, не отрывая взгляда от тропы.

«Они услышали стрельбу и вернулись. Люди Таукана заметили их с водопада».

«И они разрешили нам переночевать?»

«Джумо и Таукан выставили наблюдателей. Никто не ходит по ночам в Сельве».

То же самое было и во время войны во Вьетнаме. Лишь недавно мы разработали приборы ночного видения (НОД). Ночное видение доступно только военным и сотрудникам правоохранительных органов.

«Это последнее крупное подразделение ФАРК, свободное в Сельве», — говорит Фиад. «Если Джумо сможет его уничтожить, мы столкнёмся с равными по численности противниками, когда доберёмся до их базового лагеря».

«Там было около дюжины мужчин, все вооружены автоматическим оружием. Больше, если к ним присоединились те, кто в Арворе».

Фиад оглядывается и улыбается. «Джумо говорит, их восемнадцать. Мы привыкли к такому раскладу. Джумо считает, что теперь у него есть секретное оружие».

"Ах, да?"

«Ты», — подмигивает Фиад. «Ты впечатлил его своей стрельбой».

«У меня осталось двадцать семь патронов. Маленькие войны ими не выиграешь».

«Они целый месяц сражались луками и копьями. В твоих руках двадцать семь патронов — огромное преимущество».

Она права. В правильной позиции я могу нанести ужасный урон противнику. Нет оружия смертоноснее, чем снайпер «Дельты» и его винтовка.

Надеюсь, это не единственная причина, по которой Djumo сохраняет мне жизнь.

Сельва-да-Морте удивляет меня разнообразием ландшафта. Вблизи рек растительность густая и практически непроходимая. В глубине обширные лесные массивы скрыты от света тройными кронами джунглей. Там деревья растут редко, а кустарники не растут.

Земля может быть удивительно сухой. Мошек и комаров меньше. На таких участках мы можем идти без помех.

Ручьи и ручьи здесь повсюду, и мы иногда переходим реку вброд, спеша на юг. Джумо, похоже, на удивление небрежен в отношении оставления следов. Он не пытается замести наш след. Если повезёт, преследующие нас боевики ФАРК решат, что мы не знаем об их присутствии.

После двух часов пути джунгли становятся гуще. Мы выходим к узкому берегу реки. Ширина русла реки составляет сто пятьдесят ярдов,

Широкая песчаная отмель, извивающаяся посередине. Песчаная отмель состоит скорее из ила, чем из песка. Тёмно-красного цвета, местами толстая, местами узкая. Река обтекает её. Легко представить, как отмель меняется в зависимости от течения и глубины реки.

Джумо подаёт сигнал колонне птичьим криком. Головной плещется в реке и идёт вверх по течению, по щиколотку в воде. Мы бредём за ним. Это первая попытка вождя замести наши следы, и она не увенчается успехом. Любой, кто хоть немного умеет выслеживать, сможет увидеть, где мы ступили в реку. Они поймут, что мы не вышли на другой берег.

Я обвожу взглядом реку и окружающую местность. Джунгли давят нам на плечи. Берегов реки нет. Никаких признаков водопадов. Местность ровная, за исключением небольшого подъёма от русла реки к песчаной отмели и границам деревьев.

Мы с Фиадом убираем мачете в ножны. У меня мурашки по коже от мысли о том, чтобы маневрировать, будучи незащищённым, посреди реки. Мне не нравится мысль о людях с винтовками в лесу. Я снимаю М16 с плеча и несу её, держа наготове.

«Надеюсь, Джумо знает, что делает», — говорю я Фиаду.

При упоминании своего имени Джумо поворачивается ко мне и ухмыляется. Его зубы сверкают белизной на фоне тёмного, разрисованного лица.

Сомневаюсь, что он понял, что я сказал, но он знает, о чём я думаю. Солдаты изучают местность. Хороший солдат — это хороший солдат, независимо от того, за какую армию он сражается.

«Доверьтесь ему, — говорит Фиад. — За последние несколько недель он добился неплохих результатов».

У меня голова кругом. В команде каждый человек будет контролировать свой участок в трёхсотшестидесятиградусной дуге вокруг патруля. В трёх измерениях. В одиночку я стараюсь охватить все квадранты.

Впереди деревья поднимаются из реки. Они образуют непроницаемый забор с трёх сторон. Я смаргиваю пот с глаз. Посреди реки мы подвергаемся беспощадному наказанию солнца. Горизонтальные волны

Миражная рябь на поверхности. Она искажает изображение зелёной стены в двухстах ярдах перед нами.

Каждые пятнадцать ярдов Джумо подаёт сигнал своим людям. По двое они выстраиваются у опушки леса по обе стороны русла реки. Один слева, один справа. Чёрно-белые скелеты занимают свои позиции с точностью боевого отряда.

Мы приближаемся к излучине реки. Вот почему перед нами возвышается тройной навес. Река резко поворачивает влево, на восток, в сельву. Я вижу, что делает Джумо. Когда мы доходим до излучины реки, он ведёт нас прямо вверх по узкому берегу, в лес. У Джумо по двенадцать человек на каждом берегу и десять с нами у излучины.

«Не могу поверить», — говорю я Фиаду. «Он устроил засаду X. Я бы не стал этого делать, даже если бы его люди были вооружены винтовками.

— слишком рискованно. Но с луками и возвышенностью берегов это может сработать.

Фиад приседает за деревом. «Видишь? Он знает, что делает».

Да, он так и делает. Я бы устроил засаду в форме буквы L именно в этом месте. Люди на ответвлении буквы L, параллельно реке.