Сёстры… Рождены от одних родителей, взращены в одном доме. Связаны нежной дружбой. Но какие разные судьбы!
Кому — мрак потерь.
Кому — геройство, военная страда, такая, что и мужчине не сдюжить.
Кому — женихи завидные на выбор, да только на выбор матери, Катерины.
Кому — вечные мытарства, гарнизонные переезды и скитания, в которых никакого домашнего добра не наживёшь, но зато — с беззаветно любимым мужем и на всю долгую-предолгую жизнь.
Скоро сестра Таня ушла на фронт.
Забегая вперёд, скажу, что стала Таня санитаркой в стрелковом полку. Спасла медсестричка Татьяна немало жизней бойцов, вынесла их с поля битвы. Заслужила целый «иконостас» боевых медалей на грудь. На парадном кителе и места нет — везде награды. Да какие!
Но война есть война.
Не избежала и красавица Татьяна участи многих и многих женщин на фронте. Полюбила она там.
Казалось, военная любовь обернётся счастьем. Её избранник был холост и хотел жениться на ней, Тане, тем более что была она уже от него на сносях. В 1944 году отправил он Таню к своим родителям.
Рожать. Да прежде Тани пришла в дом к его старикам похоронка на него, их сына.
Чёрная ночь пала на землю.
Вернулась Таня домой во Владивосток, родила дочку.
Горевала очень. Два года ждала: может, ошибкой похоронка пришла? Но нет. Чуда не случилось.
Все эти два года поддерживал Татьяну, не давал ей пасть духом Сергей — знакомый её с детства, теперь моряк. На путях-дорогах войны сохранял он в груди своей тайную горячую преданность Танечке, незабываемой первой любви его. На доброту его, на заботливость, на верность через время ответило и сердечко Тани. Через два года поженились они. И стала Таня — Мухина. Усыновил Сергей дочку Танечки, а затем родили они и сына. Хорошо, любовно прожили супруги во Владивостоке. Только первым Сергей покинул этот свет. А Татьяне был отмерян долгий век, более 90 лет. После смерти Сергея смотрела за матерью дочка. Даже сама смерть отнеслась с большим уважением к отважной фронтовичке. Тихо-тихо пришла за ней во сне. Но всё это потом, потом.
А пока идёт 1942 год. У младшей сестры Любушки произошла резкая перемена в жизни. Она готовится выйти замуж. Женихом, выбранным Катериной дочке своей восемнадцатилетней, оказался человек известный, можно сказать, знаменитый на весь Советский Союз. Звали его — Ефрем Иванович Гаманков. Герой Советского Союза.
Вот как! Матрос-полярник.
Зимовал на льдине вместе с Папаниным!
Ему — около 30 лет. И тоже, как и Тонечкиного Гришу, привела Ефрема судьба в Приморье из Брянской области. Поучившись в школе, некоторое время работал Ефрем на лесопильном заводе в окрестностях Мурманска. А когда пришёл 1932 год, Ефрем уже ходил на ледокольном пароходе «Таймыр». Дальше — на мотоботе «Исследователь» и ледоколе «Ермак». Тяжёлые походы, но какая интересная жизнь!
Как стал Ефрем героем? С октября 1937 года он, уже Ефрем Иванович, матрос первого класса, стал невольным участником легендарного дрейфа на пароходе ледокольного типа «Георгий Седов». Дрейфа, что длился два с половиной года, по январь 1940 года.
Знаменитая зимовка на льдине вместе с Иваном Дмитриевичем.
С Папаниным, с тем, кого так восторженно встречала вся страна!
Мужественным и стойким показал себя Ефрем Иванович в этом испытании. И совершил много подвигов, о которых даже жене Любочке не всё впоследствии рассказывал.
Чтобы не пугать, как оно там было…
В газетах того времени писали, а семья Терченок читала: «3 февраля 1940 года Президиумом Верховного Совета СССР выпущен указ о присвоении матросу парохода ледокольного типа „Георгий Седов“ Гаманкову Ефрему Ивановичу, звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали „Золотая Звезда“ (№ 238) за проведение героического дрейфа, выполнение обширной программы исследований в трудных условиях Арктики и проявленное при этом мужество и настойчивость. Ему выдана денежная премия в размере 25 000 рублей».
А тут этот легендарный матрос оказался рядом. Едва лишь началась война, как Ефрем сразу подал рапорт о добровольном зачислении его во флот.
И вот он уже ходит матросом на судах Дальневосточного пароходства: «Смольный», «Ким», «Кулу» и «Красногвардеец». Сопровождает караваны гуманитарной помощи из США.
Ах как заглядывались на него все женщины — служащие Владивостокского управления ВМФ СССР. Но он сразу выделил для себя Любушку — яркую, красивую, весёлую. Хоть и в старом жакете, зато с такими кокетливыми «чёртиками» в тёмных, роковых очах. Казачка!
Ухаживание прошло стремительно. Сразу последовало предложение руки и сердца.
Люба не хочет замуж, сомневается, слишком молода и пока страдает по своему погибшему другу. По первой детской любви. Вася её был хороший малый и служил матросом. Но Охотское море известно на весь мир своими жестокими штормами. Вот там, в бурю, судно Васи и погибло. Пошло ко дну.
Поплакала Любушка, но не обладает она твёрдостью характера своей старшей сестры — Тонечки. А все родные в один голос уговаривают её «не упускать своего счастья».
Что тут делать?
Вот Люба и дала себя уговорить. Катерина внушала ей, что мать — она всегда знает, что для дочери лучше.
— И не сомневайся. Потом увидишь, я была права.
Как не послушать мать?
Жених торопил.
Свадьба состоялась.
Сначала выбор Катерины оправдывал себя. Гаманковы занимали одну из комнат Катерининого дома. Жили хорошо, дружно. Ефрем обожал Любушку. Но виделись они редко — он ходил в походы. Привозил из дальних краёв подарки. То целую головку литого шоколада, то обнову. По возвращении его бывали у молодой семьи шумные компании, чем могли — накрывали стол, Ефрем же привозил и выпивку.
Сначала было весело.
Да со временем не рада оказалась Люба компаниям и выпивке. Это начинало становиться проблемой.
Катерина молча поджимала губы, когда дочь жаловалась ей. Однако недолго прожили вместе Люба и Ефрем.
Умер Ефрем Иванович от туберкулеза 15 мая 1951 года во Владивостоке.
Похоронили его на Морском кладбище.
Остался у Любы сын — Саша. Светлый, умный и способный был мальчик. Всеобщий любимец. Да не пришлось ему дожить и до двадцати пяти лет. Сгорел от белокровия — недуга, что так нередок на Дальнем Востоке.
Но и это случилось потом. Много после.
А мы вернёмся назад, в тот страшный 1942 год. Голод был неимоверный, выворачивающий внутренности, изводящий и грызущий сердце.
Не спасали людей рыба и крабы.
Тонечка совсем извелась.
Вдобавок ко всем бедам из города Ворошилова (Уссурийска ныне) пришло известие. Старшая сестра Тонечки только что получила похоронку на своего мужа Ивана. Да ещё при особых обстоятельствах… Не пережив горя и шока, Марья страшно занемогла, трое детей остались почти без присмотра. На семейном совете решено было Тонечке ехать спасать Марью.
Семья разделилась.
Решили: Катерина, Люба и Лизочка остаются во Владивостоке. Еды на них хватает, а Тонечка, взяв старшую дочь, отправляется к своей сестре. На помощь.
Иван был намного, на целых десять лет, старше юной Марьи, когда её отец Степан привёл того в свой дом. Возможно, что и с дальним прицелом привёл, как говорится.
И ведь не ошибся Степан.
Ах какая случилась любовь у Ивана да Марьи!
Неслучайно в одном полевом цветке объединены их имена. А цветок тот, Иван да Марья, в народе символ любви, семейности и верности.
Был Иван человеком очень добрым и заботливым, на руках носил юную жену свою. Баловал её, как ребёнка, чем мог. А служил он начальником одного из железнодорожных товарных депо большого дальневосточного города…
Как, читатель, нам тот город называть? Был он сначала Никольск-Уссурийский, затем — Ворошилов, а сегодня же он — Уссурийск…
Вот в том странном своей историей городе неспешно шла жизнь Ивана да Марьи, народили они троих детей.
Да вдруг началась война!
У Ивана была бронь железнодорожника.
Ворошилов — он узел всех дорог и путей Приморья. На станции города прибывали и отправлялись грузы на запад, на войну. Шли и мешки с зерном. А где зерно, там и мышки полевые, и птицы небесные. И все они рвут-грызут мешковину. Зерно себе добывают.
Гляди, сыплется зерно через дырки, прямо на доски вагона!
Стоял март 1942 года. Самый голод на Дальнем Востоке.
На станцию пришёл вагон с зерном в мешках, особенно попорченных грызунами. Просыпавшееся зерно ковром укрывало дощатый пол товарного вагона. Женщины, работавшие на станции, увидев такую картину, стали слёзно молить начальство товарного депо позволить им подмести просыпанное зерно:
— Детям же! Погибают с голоду!
Не вытерпел слёз Иван.
Дозволил.
Да в ту же ночь на него донесли. Нашлись охотники на его место.
С немыслимой скоростью был Иван в тот же час лишён брони и отправлен на фронт.
Прямо на передовую.
Не послали его на курсы первичной подготовки бойца, сразу в бой кинули. Вот в том первом и единственном для него бою сложил свою буйную голову и доброе сердце Иван, муж Марьи, отец троих детей.
А Марья чуть ума не лишилась от шока и горя.
Заболела.
Сильно.
Сердечные приступы один за другим.
Вот и едут теперь Тонечка и Вера ей на помощь. Сами чуть живы, но кто ещё Марье поможет, как не родная кровь?