Млада стояла на коленях в меже и полола репу. Межа была длинная, репа мелкая, а трава разрослась, только дёргай. Поясница уже затекла, да и голову напекло. Поэтому, когда сверху упала тень, женщина вздохнула с облегчением. Небось, Елька принесла кринку холодного кваса и ломоть хлеба с молодым луком. Хранители, хоть передохнуть!

Острикова распрямилась, но так и замерла на коленях, щурясь против яркого солнца. Рядом с ней застыла женщина в простой домотканой рубахе, с непокрытой головой и перекинутой через плечо холстиной. В холстине спал младенец. Чуть поодаль угрюмой настороженной тенью замер мужчина. Лицо его было усталое, а в волосах и бороде серебрилась густая седина. Он держал за руки худеньких, похожих промеж собой девочку и мальчика. Дети глядели с настороженным любопытством.

– Мама? – робко спросила женщина. – Мама, ты меня не узнаёшь?

Млада смотрела на неё снизу вверх. А потом медленно, словно во сне, протянула к чужинке измазанные в земле руки и прошептала:

– Зоряна… доченька… вернулась…

Хорош выдался цве́тень, первый месяц лета! Дивно хорош.

КОНЕЦ

8 сентября 2014 – 22 апреля 2015 года