Он кивает головой.

— Так всегда бывает. Вот почему так мало кто доживает до конца лунного месяца. Галлюцинации и боль могут быть… тяжёлыми, — он хмурится. — Лорд Монсеррат собирался приказать напоить тебя. Ты прошла точку невозврата. Я не понимаю, как тебе удалось прийти в себя, — он качает головой. — Я никогда такого раньше не видел.

Думаю, я понимаю, как это произошло. Или, по крайней мере, кто был ответственен за это. Чего я действительно не знаю, так это почему. Эту информацию я пока оставлю при себе.

— А что насчёт остальных? — спрашиваю я. — Питер, Никки и Бет?

Он выглядит удивлённым.

— С ними всё в порядке. Мужчина — Питер? Он немного бледный и хрупкий, но справляется. Девочки, похоже, почти не обеспокоены, — он морщит лоб. — Они сказали, что вы разговаривали с мужчиной, который порезался о стекло, но им удалось выбраться до того, как это на них подействовало. К счастью, с вами была та, кто уже закончил обращение.

Я держу язык за зубами. Пока я не узнаю больше о том, что происходит, мой план — оставить мои теории при мне. Становится всё более и более очевидным, что я всего лишь очень маленький винтик в механизме Монсеррата. Очевидно, ни Арзо, ни Майкл Монсеррат не слишком заботятся о моём благополучии. Но я удивлена, что мне собирались дать кровь, чтобы помочь пережить переходный период; конечно, было бы проще просто позволить мне скончаться? Я говорю об этом Арзо, и он выглядит огорчённым.

— Я поговорил об этом с Лордом Монсерратом. Он не должен был так о тебе думать. Он находится под большим давлением, Бо.

Как будто он такой один. Я фыркаю.

— Так вот оно что? Теперь он верит, что я не участвую в этом гигантском заговоре, потому что ты просто сказал ему об этом?

Он избегает встречаться со мной взглядом.

— Ну, это не единственная причина.

— Продолжай.

— Бэнкрофты раскрыли одного из предателей. Он признался, что бросил ту женщину под поезд, а также напал на деймона.

Снова Семья Бэнкрофт. Мне давно пора уйти из Дома Монсеррат и отправиться искать ответы на некоторые вопросы там. Мне просто нужно придумать, как это организовать.

— Светлые волосы? — спрашиваю я. Арзо кивает. — Что с ним будет?

— Это уже случилось. Его казнили четыре дня назад.

Это не имеет смысла. Как я могла услышать об этом только сейчас? По моим венам змеятся щупальца ужаса.

— Арзо, как долго я была без сознания?

— Чуть больше недели.

— Недели? — вскрикиваю я. Не могу поверить, что потеряла так много времени. В некотором смысле, это хорошо — значит, полнолуние уже ближе. Но остаётся меньше времени, чтобы понять, что происходит на самом деле.

— И всё? — в отчаянии спрашиваю я. — Бэнкрофты выяснили, кто на самом деле стоит за всем этим? Теперь всё кончено?

Арзо подъезжает к окну и смотрит на улицу, избегая моего взгляда.

— Нет. Нет. И ещё раз нет.

— Ничего?

— Очевидно, его принуждали. Он мог рассказать нам, что он сделал, но не сказал, кто был ответственен за планирование.

— Заклинание О'Ши.

— Мы можем только предполагать. Бэнкрофты проверяли его перед смертью. Он был невероятно послушным и открытым для внушений.

— Но и сексуально возбуждённым?

Арзо выглядит смущённым, но кивает.

— Я думаю, никому не пришло в голову поговорить с О'Ши, чтобы узнать, может ли он придумать способ обратить эффект вспять?

— Уже слишком поздно. Как только заклинание обрело физическую форму, оно вышло из-под его контроля.

Я качаю головой. Что за бардак. Я спускаю ноги с кровати и встаю. У меня кружится голова, но я уверена, что со мной всё будет в порядке. Я бы не отказалась от нескольких пинт первой отрицательной, чтобы подкрепиться, но жажда крови, похоже, не стала намного сильнее, чем была до моего нападения на Д'Арно. Несмотря на мрачность Арзо, мне трудно не испытывать оптимизма.

— Бо, что ты делаешь? Тебе нужно отдыхать.

Я бросаю на него убийственный взгляд. На этот раз, по-видимому, это срабатывает, потому что он слегка бледнеет. Я улыбаюсь его реакции.

— Я собираюсь спасти ваши паршивые монтсерратские задницы, вот что.

***

Требуется некоторое время, чтобы уговорить Арзо уйти, но, как только он это делает, я набираю скорость и направляюсь в душ, чуть не столкнувшись по пути с охранником, который стоит на посту у моей комнаты. После того, как он успокаивается и внимательно оглядывает меня, он кивает и уходит. Интересно, он был там, чтобы защитить меня от потенциальных угроз со стороны других, или он был моим личным тюремным охранником на случай, если я буду представлять для них угрозу. Как бы то ни было, теперь, когда я в сознании и хожу, я, должно быть, свободна.

Каждый дюйм моей кожи покрыт слоем грязи, и, несмотря на то, что на несколько мгновений у меня закружилась голова, удовольствие, которое я получаю, смывая её под струями горячей воды, почти неизмеримо. Закончив, я чувствую себя намного лучше, несмотря на то, что мне приходится влезть в очередной дурацкий комбинезон, и направляюсь в зону отдыха в поисках Бет.

Там собрались почти все. Я замечаю Питера, сгорбившегося в углу. Арзо не шутил, когда сказал, что выглядит слабым; я поражена, что он всё ещё может сидеть. Я хотела бы проверить, как он, но остальные замечают меня и подбегают, и на меня обрушивается поток улыбок и пожеланий доброй воли. Я ошеломлена позитивным ощущением от своего выздоровления.

— Значит, — говорит Никки, — ты ещё не пила?

Я качаю головой.

— Не знаю, как мне это удалось, — говорю я ей, — но я побывала в аду и вышла оттуда с другой стороны.

— Знаешь, осталось всего восемь дней.

— Ага. Когда ты планируешь, ну, знаешь, выпить? — это слово звучит так безобидно, но в нём столько смысла.

Она слабо улыбается.

— Со дня на день. Я чувствую себя всё хуже и хуже, — она отводит взгляд. — Я заглянула к тебе. Ты, конечно, была слишком не в себе, чтобы заметить, но я ни за что не стану подвергать себя такому испытанию. Ты кричала и… — её голос затихает, и она вздрагивает.

— Это было довольно мерзко, — соглашаюсь я. — Я больше не буду повторять такое, — когда я произношу эти слова, я понимаю, что это правда. Я не хочу быть вампиром. Если не считать поиска виновных в том, что мне испортили жизнь и убили моих друзей, я больше всего на свете хочу стать Сангвином. Однако в глубине души я знаю, что не смогу снова пережить эту боль. Я впадаю в отчаяние от этой мысли, пока не замечаю Бет, которая маячит где-то на заднем плане. Я ловлю её взгляд и сосредотачиваюсь на деле, многозначительно глядя на дверь. Она кивает.

Я отделяюсь от остальных. Как только я оказываюсь в коридоре, я открываю рот, чтобы заговорить, но Бет прижимает указательный палец к губам. Она начинает отходить. Я следую за ней.

В конце концов мы оказываемся в уже знакомом саду, хотя и сворачиваем с тропинки к небольшому участку кустарника, откуда открывается вид на фонтан. Её туфли на шпильках оставляют небольшие вмятины в траве. Должна признать, я впечатлена, что она забралась в них на дерево.

— Шум фонтана поможет нас скрыть, — тихо говорит она мне, — но тебе всё равно нужно говорить потише.

Я поднимаю брови.

— Охранники, — объясняет она. — Очевидно, Лорд Монсеррат наложил на всё здание карантин после нашей опрометчивой выходки. А ты знаешь, что у вампиров очень чуткий слух.

Я уклончиво бурчу. Как бы мне ни было нужно поговорить с Д'Арно, я всё равно чувствую вину за то, что это была моя «опрометчивая выходка» и что я чуть не стала виновницей его смерти. Бет, кажется, понимает и кладёт руку мне на плечо.

— Как ты?

— Я в порядке, — она собирается продолжать любезничать, поэтому я настаиваю. — Это ты дала мне то питьё, верно? Когда у меня были галлюцинации, и меня тошнило?

Она не двигается и ничего не говорит, но ответный блеск в её глазах подтверждает это.

— Дай угадаю, — сухо добавляю я. — Это было что-то из маленького белого пакетика, который ты прятала под кувшином с водой.

— Пока ты не решила проявить любопытство. Ты не представляешь, как трудно мне было найти другой тайник. Ты не облегчаешь мне жизнь, Бо.

— Ты могла бы просто рассказать мне об этом. Что это вообще такое? Что-то вроде контроля над жаждой крови? Должно быть, именно поэтому я выздоровела, а не получила принудительную порцию крови в глотку.

Она пожимает плечами.

— Я не совсем уверена, что именно входит в его состав. Но да, оно предназначено для того, чтобы контролировать тягу к крови. Это не избавит от неё. Хотя тебе стало лучше, чем было, ты всё ещё на грани. Тебе нужно быть осторожной.

— Ты дала его Питеру и Никки тоже?

— Нет, — Бет явно в замешательстве. — Я понятия не имею, почему у них всё ещё так хорошо получается. Я принимаю это почти с самого начала.

Я перевариваю эту информацию, прежде чем задать свой следующий вопрос. Я почти уверена, что знаю ответ.

— Почему ты дала это мне?

Она срывает лист с кустарника и начинает его теребить.

— Я обещала, что сделаю всё возможное, чтобы ты была в безопасности и не стала пить.

— Кому обещала, Бет?

— Я также не должна была сообщать тебе, что я это делаю.

— Я думаю, что эта тайна уже раскрыта.

— Ты должна понять, что я в долгу перед ним. Несколько лет назад у меня были тяжёлые времена. Он помог мне. Я была на улице и столкнулась с группой трайберов, которые определённо были связаны с более тёмной стороной сверхъестественного мира.

Я жду, что она продолжит, но она явно не хочет говорить об этом. Я стискиваю зубы, пытаясь сдержать свой гнев.

— И вот как он заставляет тебя отплатить ему тем же? Заставляя стать долбаным вампиром?

Она выглядит удивлённой.

— О, я уже зарегистрировалась. Я хочу это сделать. Я хочу стать частью Семьи Монсеррат. Я провела исследование и решила, что могла бы подождать ещё десять лет, прежде чем подать заявление, если бы это потребовалось. Но я пообещала твоему дедушке, что не буду пить, либо пока ты не начнёшь, либо пока мы не продержимся до конца месяца. Он дал мне порошок, чтобы помочь, — она коротко смеётся. — Ты даже не представляешь, сколько раз я пыталась незаметно подбросить его тебе в воду. Вот только я так и не смогла подобраться достаточно близко, чтобы меня не поймали. Был один случай, когда мне удалось проникнуть в твою комнату, а потом Никки вошла следом за мной. Я думаю, она искала тебя. Я придумала самый ужасный предлог, чтобы объяснить, почему я была там.

Я потираю лоб. Мой чёртов дедушка, который вмешивался не в своё дело. Я должна была догадаться; он слишком легко воспринял моё вхождение в Семью Монсеррат. И то количество энергии, которое я потратила, думая, что Бет была одной из предательниц.… Я вздыхаю.

— Что за чёртов бардак.

Бет бросает на меня сочувственный взгляд.

— Он всего лишь пытается помочь тебе.

— Он мог бы рассказать мне о порошке. Ему не нужно было так хитрить.

— Похоже, он думал, что ты не примешь его помощь.

Я думаю об этом. Временами я могу быть жестокой, и да, если смогу избежать его помощи, я так и сделаю. Но я обратилась к нему за помощью с О'Ши. И когда дело доходит до разницы между тем, чтобы стать Сангвином, и тем, чтобы стать полноценным вампиром, чёрт возьми, я бы проползла на коленях по битому стеклу, чтобы попросить о помощи.

— Знаешь, вы очень похожи, — комментирует она.

Я тихо рычу. Бет только усмехается.

— А вампиры знают об этом порошке?

— Понятия не имею.

Я морщу нос. Хотелось бы думать, что если бы Арзо и Майкл Монсеррат знали об этом, они бы дали его мне, но я не уверена. В любом случае, это не меняет моего следующего шага.

— Ты можешь считать себя освобождённой от любых дальнейших обязательств, — говорю я ей.

— Я отвечаю перед твоим дедушкой, а не перед тобой.

Я строго смотрю на неё, подчеркивая тот факт, что не собираюсь терпеть никаких споров по этому поводу.

— Ты сделала то, что должна был сделать. Кроме того, теперь я твоя должница, потому что считала тебя одним из предателей Монсеррата.

— Предателей? — она выглядит шокированной. Очевидно, она знала о моих истинных мотивах не больше, чем я об её.

— Я позабочусь о том, чтобы он знал, что ты выполнила свою клятву, — обещаю я. — Ты можешь выпить, если действительно этого хочешь.

— Спасибо, — её голос тих. Она роется в кармане своего комбинезона и достаёт маленький пакетик. — Тебе нужно всего пару крупинок в день, смешанных с водой. Мистер Блэкмен — я имею в виду, твой дедушка — ясно дал понять, что больше тебе принимать не следует.

Учитывая побочные эффекты заклинания О'Ши, одному богу известно, что может случиться, если принять слишком большую дозу этого вещества. Возможно, неведение и есть блаженство. Я беру пакетик и наклоняюсь над фонтаном, опуская пальцы в воду.

— Вообще-то, Бет, мне нужно, чтобы ты сделала ещё кое-что.

— Назови это.

— Я должна выбраться отсюда, чтобы попасть туда, где мне нужно быть.

Выражение её глаз говорит само за себя.

— После прошлого раза? — взвизгивает она, затем зажимает рот рукой, осознав, насколько громко она себя вела.

— Всё будет хорошо, — успокаиваю я её. — Я не буду рядом с человеческой кровью.

— Почему? Куда ты собираешься отправиться?

Я безрадостно улыбаюсь.

— Пришло время нанести небольшой визит Семье Бэнкрофт.

Глава 23. Визит в спа

Я не полная дура. Даже без комментариев Бет об увеличении числа охранников вокруг комплекса Монсеррат, я знаю, что у меня мало шансов ускользнуть во второй раз. Без сомнения, пиар-машина Монсеррата по-прежнему работает на полную мощность; они не собираются выпускать на улицы новых жаждущих крови рекрутов. Я думаю, что головы всё ещё падают с плеч из-за того, что однажды нам это удалось. Полагаю, мне придётся обратиться к Лорду Монсеррату. Должна признаться, я удивляюсь, когда он внезапно появляется на дорожке, пока мы с Бет возвращаемся в дом. Его фигура скрыта в тени, но я безошибочно узнаю его широкие плечи и агрессивную позу.