В течение двух часов, прошедших с того момента, как Мерик привел Сафи обратно в ее каюту и приказал оставаться там в целях безопасности, девушка снова и снова прокручивала в голове одни и те же мысли.

И вопросы – слишком много вопросов. Начиная с планов дяди и заканчивая помолвкой с Генриком. Все это только усиливало панический ужас, который накатывал на нее при мысли о том, что Изольда никогда не поправится.

А еще ей чудились шаги колдуна крови за спиной. Гулкие и неумолимые. Они не умолкали в голове, так что ей хотелось закричать. Но звук шагов заполнял крохотную каюту, где монахиня ухаживала за Изольдой.

– Прекрати, – в конце концов не выдержала Эврейн. – Или выйди из каюты. Я не могу сосредоточиться.

Сафи решила уйти – тем более ей это официально разрешили. Теперь у нее появился шанс осмотреть главный трюм. Придумать, как вырваться вместе с Изольдой на – с таким трудом обретенную!– свободу. Уроки Габима звучали у нее в голове так же отчетливо, как если бы он находился рядом с ней и снова рассказывал о стратегии и выборе места для схватки.

Трюм оказался полутемным помещением, заваленным сундуками и сетями, мешками и бочками. В каждом закутке что-то теснилось – в том числе и матросы, – и не было никакого освещения, кроме квадрата распахнутого люка в верхней части лестницы.

Воняло потом и немытыми телами, а из отсека для скота внизу доносилась едкая вонь куриного помета. Сафи была рада, что не слышит ни кур, ни других животных. Для ее темперамента и так было слишком много шума. Хотя большинство матросов, казалось, находились наверху, девушка насчитала двадцать семь человек, свернувшихся калачиком на ящиках или облокотившихся на бочки.

Похоже, кают для экипажа не было, и Сафи отложила этот вопрос на потом.

Из двадцати семи матросов, мимо которых она прошла, девятнадцать скрещивали большие пальцы рук или шипели в спину: «Любительница номатси». Сафи делала вид, что не понимает, и даже приветливо кивала. Но на всякий случай запоминала голоса.

Когда долговязый темнокожий юноша с косичками до плеч спрыгнул с лестницы под палубой, ведовской дар Сафи подсказал ей, что он не опасен. Поэтому девушка схватила его за плечо, когда тот споткнулся.

– Команда навредит номатси?

Юноша моргнул, и все его косички затряслись, прежде чем он ответил женским голосом:

– Нет, если только не прикажет адмирал, а я не думаю, что он так поступит. Он не имеет ничего против номатси, как и мы все.

– Все?

– Я – точно! – Руки юноши, внезапно оказавшегося девушкой, взметнулись вверх. – Я клянусь, клянусь. У меня нет проблем с номатси. Но я не отвечаю за весь экипаж.

Правда.

Сафи закрыла лицо ладонями. Сверху доносился топот ног, лязг мечей и голоса. Какие бы учения там ни устроили, Сафи хотелось, чтобы все побыстрей закончилось.

Она начала вышагивать. Два шага туда – под медленный стук барабана. Три шага обратно. Почему она никак не может составить план? У Изольды все выглядело так просто, но каждый раз, когда Сафи пыталась упорядочить собственные мысли, они становились мутными и вязкими, словно ил на берегу озера.

– Не стоит постоянно ходить туда-сюда, – сказала девушка, продолжая следить за Сафи. – Команда будет жаловаться, и тогда адмирал может запереть тебя.

Это заставило Сафи задуматься. Если ее посадят под замок, это сильно уменьшит шансы на побег в случае необходимости.

– Я знаю отличное местечко наверху, – предложила девушка. Она указала на лестницу. – Там не походишь, но зато можно наблюдать за тренировками.

Ноздри Сафи расширились. Она забралась на самую верхнюю ступеньку и вгляделась в яркий солнечный свет над головой. Наверху был Мерик. И Каллен, который мог вывести Сафи из строя при малейшем неповиновении.

Но, поднявшись на палубу, Сафи сможет лучше изучить корабль, команду и все вокруг. Возможно, если она узнает больше, получится выработать стратегию.

– Нас никто не увидит? – спросила Сафи, вспомнив приказ Мерика оставаться внизу.

– Клянусь.

– Тогда показывай.

Девушка ухмыльнулась и полезла вверх по лестнице. Сафи последовала за ней и вскоре оказалась в окружении матросов, которые вышагивали по странной траектории, подняв над головами сабли. Хотя многие мужчины глазели на Сафи, пока она пробиралась мимо, девушка не слышала насмешек и не чувствовала агрессии. Все предвзятые и суеверные, похоже, собрались внизу.

Это означало, что она не задержится здесь надолго. Она получит необходимую информацию и вернется к Изольде.

Сафи последовала за девушкой, отсчитав пятнадцать шагов от лестницы до проема люка. Та скрылась за четырьмя бочками, из которых несло дохлой рыбой, и присела на корточки. Сафи присела рядом, с удовлетворением отметив, что действительно хорошо спряталась. Кроме того, с этого места было видно моряков, которых, как она с ужасом поняла, было немало.

Если принять за факт, что все члены команды сейчас выстроились на палубе, а не висят на такелаже и не сидят где-то еще, то на корабле не менее пятидесяти человек. Скорее всего, их вдвое больше, поскольку с арифметикой у нее было туго.

Сафи вытянула шею и увидела Мерика, Каллена и еще троих мужчин у румпеля. Все они носили ветрозащитные очки и пели что-то в унисон.

Позади них Сафи обнаружила источник бесконечного грохота. Молодой человек с косичками, как у девушки, бил в огромный барабан.

Сафи пожалела, что не может переломить его колотушку пополам.

Но еще больше ей хотелось глотнуть свежего воздуха.

– Боги, – пробормотала она, обернувшись к девушке. – Что это за вонь?

– Это кета. Мы собираем потроха. – Девушка смахнула блестящую чешую с ближайшей бочки, и теперь, когда Сафи всмотрелась в доски под ногами, она разглядела множество чешуек. Они лужицами вытекали из бочек, прилипали к стенкам. – Это для морских лисиц, – добавила девушка. – Мы должны кормить их, когда проходим мимо, иначе они нападут.

– Морские лисицы, – повторила Сафи. – Мифические змееподобные лисы, что питаются человеческой плотью?

– Хе!

Девушка снова ухмыльнулась.

– Но ты, конечно, сама в них не веришь. Это просто сказки, которыми пугают детей. Как горные летучие мыши-драконы. Или Двенадцать Паладинов.

– Которые тоже существуют, – возразила девушка. Словно в подтверждение своих слов, она достала из кармана потрепанную колоду таро с золотистыми «рубашками» и перевернула верхнюю карту.

На ней был изображен Паладин Лисиц, а вокруг его меча, как змея, обвилась морская лисица. Хищная морда уставилась прямо на Сафи.

– Отличный трюк, – пробормотала Сафи, потянувшись к колоде. В своей жизни она видела много карт таро, но никогда не встречала карт с морскими лисицами вместо обычных рыжих лисиц. Ей стало интересно, что было нарисовано на остальных пяти мастях.

– Это не фокус, – возразила девушка. – Я просто показываю тебе, как выглядит морская лисица. На самом деле это огромные, похожие на лис змеи, способные плавать в воде. Но каждые несколько десятилетий они сбрасывают шкуру и выходят на берег в образе прекрасных женщин. Они соблазняют мужчин…

– …чтобы утащить их в могилу, – закончила Сафи. – В легенде о горной летучей мыши, что выглядит, как дракон, говорится то же самое. Но я хочу знать, ты действительно видела морскую лисицу?

– Нет. Хотя, – поспешила добавить девушка, – некоторые из старших членов экипажа утверждают, что во время войны они сражались с лисами.

– Понятно, – проворчала Сафи, и она действительно поняла. Мерику и его офицерам приходится держать на борту потроха, чтобы успокоить более суеверных членов экипажа. Точно так же дядя Эрон каждый год посылал овец в горные пещеры «для дракона».

Все детство Сафи обшаривала леса вокруг поместья Гасстрель в поисках хоть какого-нибудь признака существования драконов. Она прочесывала близлежащие пещеры, где обитали летучие мыши, и часами простаивала у мертвого Колодца Земли, ожидая, что вот-вот рядом появится прекрасная женщина.

Но после десяти лет без единого намека на ее появление Сафи окончательно смирилась с тем, что горные летучие мыши-драконы – если они вообще существовали – мертвы, как и Колодец, возле которого они жили.

Морские лисицы, решила Сафи, ничем не отличаются от них.

– Кстати, меня зовут Райбер. – Девушка склонила голову в знак приветствия. – Райбер Форца.

– Сафия фон Гасстрель.

Райбер прикусила губу, словно пытаясь скрыть улыбку. Но потом сдалась:

– Ты ведь донья, верно?

Она перевернула еще одну карту таро.

Ведьма. На ней была изображена женщина, смотрящая в Колодец Истока, Колодец Земли, если точнее. Вот только в отличие от Колодца, который Сафи часто навещала в детстве, этот выглядел живым. Вокруг него росли шесть буковых деревьев, дорожка из плитняка была цела, а воды бурлили.

Как и в случае с Паладином Лисиц, изображение не было похоже ни на одну из виденных Сафи карт.

Райбер положила карту обратно в колоду, и Сафи вернулась к матросам. Один молодой человек привлек ее внимание: лицо его было потным и болезненно красным, а мастерство владения саблей – никаким. За то время, что потребовалось Сафи, чтобы пересчитать всех матросов еще раз на пальцах, он был дважды обезоружен своим противником. Хуже всего было то, что его соперник не только приближался к почтенному возрасту, но и был хромым.

Если Сафи понадобится в ближайшее время оружие, она без проблем одолжит его у этого мальчишки.

– Ваша команда, – заметила Сафи, откидываясь назад, чтобы поймать дуновение ветерка, – кажется неоднородной. Кое-кто умеет сражаться, но большинство – нет.

Райбер вздохнула, соглашаясь:

– У нас не так много опыта. Те, кто получше, – она указала на хромого старика, – сражались на войне.

– Ну так разве не старший помощник капитана должен следить за тем, чтобы новички не отставали от более опытных? – Сафи, прищурившись, посмотрела в сторону, где находился румпель. Ветер развевал бледные волосы Каллена, и он все еще негромко что-то напевал вместе с другими колдунами. Мерика, однако, там уже не было. – А он даже не следит за тренировкой.

– Потому что он следит за кораблем. Как правило, ускоряет ход судна.

Что-то в сдержанной манере вести разговор заставило Сафи внимательнее присмотреться к девушке. Несмотря на мальчишескую фигуру и нелепые косички, Райбер не была похожа на тихоню. И теперь, когда Сафи пригляделась, она поняла, что глаза Райбер сияют серебром. Они не просто серые, а мерцающие и живые, как ртуть.

Первому помощнику нужно было быть слепым, чтобы не влюбиться в такие глаза.

– Вы пара? – спросила Сафи.

– Нет, – поспешно ответила Райбер – слишком поспешно. – Он отличный первый помощник, вот и все. Справедливый и умный.

Ложь. Легкий зуд пробежал по коже Сафи, ей пришлось сдержать улыбку, когда она перевела взгляд на Каллена. Все, что она видела, – это долговязого парня, обладающего большой ведовской силой. Человека, который мог бы с легкостью расправиться с Сафи. Однако, возможно, за его внешней холодностью скрывалось нечто большее.

Райбер протяжно вздохнула и взяла еще одну карту из своей колоды. Паладин Гончих. Она смотрела на змею, похожую на гончую, тоже обвившуюся вокруг меча Паладина, и в ее глазах была пустота, говорившая о том, что лучше забыть. Но вот ее взгляд остановился на Каллене, и морщинки на лице разгладились.

Райбер и первый помощник были парой, и это было больше, чем просто увлечение. Что-то серьезное и глубокое.

Правда.

Сафи сжала губы. Казалось, они с Райбер примерно одного возраста, но Сафи так мало знала о любви. У нее были романы в Веньясе. Она флиртовала с молодыми людьми, такими, как Хитрый Хлыщ, но эти встречи всегда заканчивались быстрыми поцелуями и еще более быстрыми прощаниями.

– А у принца, – рассеянно спросила она, – есть кто-нибудь? – Сафи напряглась, желая забрать вопрос обратно. Она не знала, с чего она вдруг сболтнула. – Я имею в виду, разрешено ли команде принца Мерика иметь отношения?

– Не друг с другом, – ответила Райбер. – Кроме того, мы покинули нубревнийские земли, донья. Поэтому принца следует называть «адмирал Нихар».

Это привлекло внимание Сафи, и она с радостью поменяла тему:

– Титул принца меняется в зависимости от того, где он находится?

– Конечно, меняется. А ваш?

– Нет.

Сафи прикусила губу, когда над бочками прокатился свежий порыв соленого ветра. Однако вместо того, чтобы охладить девушку, он, казалось, ошпарил ей кожу. На лбу выступили капельки пота. Это была какая-то странная, злая жара. Пугающая.

И Сафи становилось все жарче, пока Райбер продолжала рассказывать о том, что введенный Мериком рацион питания расстроил многих мужчин и только увеличил разрыв между теми, кто поддерживал Мерика, и теми, кто был за принцессу Вивию. И о том, какой грязной и многолюдной стала столица после Великой войны.

От правдивости этих историй у Сафи сводило лодыжки и подгибались пальцы. Мир, который описывала Райбер, был совсем не похож на тот, который Сафи оставила позади. В империи Дальмотти, конечно, существовала бедность, но не голод.

Возможно… возможно, Мерик действительно нуждался в торговле – даже с таким нищим поместьем, как Гасстрель.

Как раз в тот момент, когда Сафи привстала, чтобы вернуться в каюту и проведать Изольду, до нее донесся голос Эврейн.

–Так ты позволишь девочке умереть?– Рассерженный крик Эврейн перекрыл всё: и грохот барабана, и шум тренировочной схватки между матросами.– Ты должен высадить нас на берег!

По позвоночнику Сафи прокатилась ледяная волна. Спустилась к ногам, коленям, ниже. Девушка выпрямилась в полный рост, не слушая предупреждающий шепот Райбер, которая просила ее не высовываться. Как только она поднялась над бочками, на лестнице показалась темная голова Мерика. Он ловко вскарабкался на палубу, а его тетя в монашеском плаще осталась позади.

Мерик прошел несколько шагов вперед, вертя головой, словно ища кого-то, и матросы расступились.

Эврейн догнала племянника:

– Этой девушке нужен не просто целитель, а колдун огня, Мерик! Без него она умрет!

Принц не ответил. Даже когда в голосе Эврейн зазвучала неприкрытая ярость и она опять потребовала, чтобы Мерик причалил к берегу.

Руки Сафи сжались в кулаки. Икры на ногах, пресс – все напряглось в ожидании схватки.

Если Мерик не хочет спасти жизнь Изольды, значит, он им не союзник. Неважно, что стояло у Сафи на пути – контракт, настроенные против них с Изольдой моряки,– все уже было неважно. Адмирал Нихар стал ее врагом, а этот корабль – ее полем боя.