В пятницу вечером я долго подбирала наряд, но утром он мне разонравился и пришлось несколько раз переодеваться. Одежда была свалена в одну кучу на кровати.

Подойдя к зеркалу, я накрасила губы светло-розовой помадой, которой я обычно не пользуюсь. Из зеркале на меня смотрела другая я – сама на себя не похожая.

Сегодня суббота. День, когда мы встретимся с Такэру.

Пока я сушила волосы феном, в ванную комнату заглянула Хина.

– Куда-то собираешься?

– Что-то вроде того, – ответила я, пригладив волосы рукой.

– Интересненько. Обычно по выходным ты запираешься в комнате и книжки читаешь. Неужели свидание?

Сердце у меня дрогнуло, и я мотнула головой.

– Ну уж нет! Это не свидание!

– Но вы с ним уже виделись Получается, и сегодня встречаетесь с Такэру?

– Что? Такэру? – спросила мама, проходя мимо с вещами в стирку. Хина так громко говорила, что привлекла ее внимание.

– Мио, ты что, видишься с Такэру?

– Д-да. Он недавно сюда переехал, в родной дом своей мамы.

– Вот как? Вы так долго переписывались. У него сейчас все хорошо? – поинтересовалась мама.

– Да, он играет в футбольной команде школы Сейран.

– О, я их знаю! Они очень классные. И такие сильные, – вмешалась Хина.

Ее глаза заблестели, как будто бы она в этом разбирается, хотя и учится только в средней школе.

– Это просто замечательно! Я была бы рада с ним встретиться..

– И я тоже! Я его вообще никогда не видела, – сказала сестра, надув губы.

Когда я попала в аварию, Хина была совсем маленькой и не могла вместе с мамой ездить ко мне в больницу, поэтому оставалась с папой дома.

– Вообще-то тогда папа заставлял меня есть карри каждый день.

– Ну что поделать? Мио тоже пришлось нелегко.

– Да, но ей вы покупали все, что она захочет, а это нечестно!

– Хина, у вас все было одинаковое.

– Неправда! В больнице вы ей дарили игры, мангу и все такое.

Пока я слушала их спор, мой взгляд упал на часы.

– Ах, я опаздываю! Всем пока! – схватив рюкзак, я выбежала из ванной комнаты.

– Мио, не торопись так! Будь аккуратнее, там машины!

– Хорошо!

Я села в автобус и поехала на станцию. Там первым делом я направилась к турникету, возле которого мы должны были встретиться.

– Ох…

Такэру ждал меня в привычном месте. Заметив меня, он поднял руку и помахал. Я впервые увидела его не в школьной форме, а в обычной одежде: черные брюки и светло-серая футболка. Просто, но очень аккуратно. Это так похоже на Такэру.

И вдруг я засомневалась в своем внешнем виде – не глупая ли у меня прическа и одежда?

– Прости, что заставила ждать, – дрожащим голосом сказала я.

При виде меня напряженное выражение у него на лице сменилось более расслабленным.

– Ого, я удивлен.

– Что такое?

– Я немного не так себе это представлял.

Я начала волноваться. Осматривая свою одежду, я пробормотала:

– Совсем плохо, да?

– Нет, что ты! Как бы тебе это сказать… Ты у меня ассоциируешься с платьями, юбками и всем таким.

Ну конечно, мальчикам такое нравится. Почему я не надела юбку? Я слегка расстроилась, но Такэру рассмеялся:

– Но мне очень нравится!

– Что? – Я с удивлением посмотрела на него. Он отвел взгляд в сторону:

– Тебе очень идет… Мио.

Мои щеки стали ярко-красными. Такэру, кажется, тоже смутился.

– А, вот, смотри. Бабуля дала, – с этими словами Такэру протянул мне два билета. – Бесплатно сходим в парк развлечений!

– В п-парк развлечений?

– Угу. Раз уж мы здесь, почему бы не пойти? – Такэру вопросительно посмотрел на меня.

– А пошли! – я ответила таким голосом, который удивил даже меня. Увидев мой энтузиазм, Такэру тепло улыбнулся.

Мы сели на поезд и доехали до большого парка развлечений. Когда я была маленькой, мы с родителями часто приходили сюда, но это было давно.

В классе я слышала, как девочки рассказывали о том, что мальчики их приглашали в подобные места, но тогда мне это казалось чем-то нереальным.

– Ничего себе, как тут много всего, – пробормотал Такэру, рассматривая карту парка. Он впервые оказался здесь, и мне предстояло все ему там показать.

– Р-рекомендую американские горки, – сказала я и показала на горки, с которых на большой скорости текла вода. Такэру издал странный звук.

– Эти?

– Не хочешь?

Такэру молчал.

– А… Ты не любитель подобного?

– А ты?

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.

– Такэру, я думала, тебя таким не испугать!

– А я думал, что ты, Мио, скажешь, что это опасно и страшно! – сказал Такэро, и мы рассмеялись во весь голос. Потом он продолжил:

– Слушай, раньше ты вообще ничего не писала об американских горках.

– Ага, ты многого еще не знаешь, – кивнула я.

А потом подумала, что и я о нем не знаю многого.

– Так, и что будем делать? Идем кататься?

– Ну…

– Давай! – я ускорила шаг и позвала его за собой.

Такэру побрел следом, ворча под нос: «Серьезно? Да ну нет…»

Небо было ясным, а музыка в парке для меня звучала особенно радостно.

После того, как Такэру сошел с горок, он, пошатываясь, сел на скамейку.

– Ты чего? – спросила я, с беспокойством взглянув на него.

Я совсем забыла, что он хоть и выздоровел, но когда-то перенес серьезную операцию на сердце. Можно ли ему вообще кататься на таких аттракционах?

– Как ты? – робко спросила я.

– Вот позорище… – спрятав лицо и сгорбившись, пробормотал Такэру.

– О чем ты?!

– Ты была такой спокойной, а я единственный, кто там испугался и вопил. Наверное, ты теперь думаешь, какой я идиот…

Слушая его причитания, я подумала, что эта сцена выглядит просто очаровательно.

– Неправда. Ты хорошо держался, – я попыталась утешить Такэру, но безуспешно.

– Нет, это просто смешно. Никогда больше на них не сяду!

Наверное, Такэру не хотел, чтобы я видела его слабость. Эта мысль позабавила меня.

– А как насчет этого? – Я указала на разноцветное неторопливое колесо обозрения.

– Хорошей поездки! – улыбчивый сотрудник закрыл за нами дверь кабинки, и мы остались одни. Я села напротив Такэру и вдруг занервничала.

Такэру избегал моего взглядя. Может, он все еще переживал о том, что произошло на горках?

– Эм-м-м… Ну… – Я ощущала, что должна что-то сказать. Мне было неловко сидеть в тишине. – На чем потом пойдем кататься?

Услышав это, Такэру повернулся ко мне с озадаченным видом и разразился громким смехом:

– Ты только что села на один аттракцион, а уже думаешь о следующем? Неужели настолько любишь парки развлечений?

Я вздохнула с облегчением: он смеется, и мне больше ничего не нужно.

– Рад, что сегодня выходной и нет никаких дополнительных занятий, – улыбнулся Такэру.

– А почему ты радуешься? Ты ведь любишь играть в футбол?

– Очень люблю. Но выходные я люблю не меньше. У нас очень сильная команда, и тренировки тяжелые. Иногда я хочу все бросить, но верю, что если продолжу стараться, то обязательно добьюсь результатов. Поэтому делаю все возможное, чтобы соответствовать.

– Понятно…

Взгляд Такэру поменялся: когда речь заходила о футболе, он становился более живым.

– Здорово, когда есть увлечение, которому ты можешь посвятить всего себя. У меня такого нет. Я не хожу ни на какие секции.

– Неправда, – Такэру наклонился ко мне, – ты ведь классно пишешь, разве нет?

– Что? – удивилась я.

Да, я любила читать. И чем больше читала, тем сильнее хотела попробовать написать что-нибудь простенькое сама.

Около года назад как бы между делом я в письме рассказала Такэру о своем маленьком желании, на что получила ответ: «Все обязательно получится! Как напишешь, дай мне первому прочитать».

После этого я начала писать рассказ в своем блокноте. Я даже Рико не говорила об этом. Однако мне не нравилось то, что получается, и я вновь и вновь начинала заново. Количество незаконченных работ всё росло. Меня это расстраивало, поэтому все мои попытки так и остались покоиться в ящике стола.

– Я больше ничего не пишу, – пробормотала я.

– Но почему?

– У меня есть задумка, но я не могу как следует ее выразить. Наверное, я не создана для писательства.

– Рано сдаешься.

Услышав эти слова, я подняла голову. Такэру смотрел прямо на меня.

– Ты же только начала. Это нормально, если с первого раза что-то не получается. Не сдавайся, продолжай. А я буду поддерживать тебя, – сказал он.

Так и было: не начав толком писать, я уже бросила эту затею.

– Да, попробую как-нибудь еще раз… – сказала я и опустила голову.

Он кивнул. Мы помолчали.

– Такэру… Спасибо.

Я увидела его смущенную улыбку. Тем временем наша кабинка достигла самой высокой точки, и мы выглянули в окно, чтобы полюбоваться видом.

Когда-то, шесть лет назад, мы так же смотрели на сакуру с седьмого этажа больницы. А теперь Такэру усердно занимается спортом, и не просто ради развлечения. Из писем я знала, насколько тяжело тренироваться и как обидно иногда проигрывать.

Поэтому я тоже решила как следует постараться: как вернусь домой, первым делом нужно придумать продолжение моей истории. Кое-какая идея уже появилась, и ее нужно срочно записать. Ничего страшного, если сразу не получится. Нужно пробовать снова и снова. И когда-нибудь, когда работа будет закончена…

Такэру смотрел на пейзаж, а я на него. В письмах он был намного сдержаннее, чем в реальности. Интонация, с которой он обронил фразу «…у меня нет дополнительных занятий по понедельникам» – какой же странной она мне казалась! Как будто бы действительность не сошлась с образом из писем.

– В чем дело?

Такэру повернулся ко мне, и мы встретились взглядами. Я медленно покачала головой. Возможно, в письмах он старался казаться лучше, чем есть. Но сейчас передо мной сидел настоящий Такэру.

– Мы почти доехали.

– О, точно, – озорно улыбнулся в ответ Такэру.

– Ну что, куда дальше? – улыбнулась я.

Мы увлеклись аттракционами и не заметили, как подошло время обеда. Такэру сказал, что он ужасно проголодался, и мы отправились на фуд-корт.

– Что будешь?

– Та-а-ак… – Я задумалась, глядя на меню.

В такие моменты мне почему-то сложно принять решение. И Хина с Рико часто торопили меня.

– Может, карри? Кажется, ты его любишь, особенно сладкое.

– Ну да, – равнодушно пробормотал Такэру.

А вдруг он разлюбил карри? Ведь он говорил об этом, еще когда учился в средней школе. Вдруг все поменялось?

– Ну, можно и карри…

– Нет, не нужно себя заставлять. Может, ты и сладкое больше не ешь? – с улыбкой сказала я.

Зато теперь Такэру можно было пить газировку. А я, наверное, самая большая сладкоежка в мире.

– Ну уж нет. Буду сладкое карри. Ты тоже, Мио?

– Я не против…

– Решено, – рассмеялся Такэру, а я вместе с ним.

Оплатив, мы забрали свой заказ. Был вечер, поэтому в кафе почти никого не было.

Мы сели у окна друг напротив друга. Были видны горки и колесо обозрения, на которых мы только что катались вместе.

Однако Такэру, не отвлекаясь ни на что, пожелал мне приятного аппетита и приступил к еде. Видимо, он был очень голоден.

– О, как сладенько. Как для малышей.

Я тоже попробовала блюдо.

– Как вкусно… – сказала я и с ужасом посмотрела на Такэру.

Если мне понравилась «детская» еда, значило ли это, что я еще маленькая? Подумав об этом, я решила тут же добавить:

– Ты знаешь, я острое не очень люблю… Так что это как раз то, что нужно…

Такэру пристально посмотрел на меня.

– У каждого свой вкус, и это нормально. Неважно, что думают другие. Главное, чтобы тебе нравилось, – с этими словами он отправил еще карри в рот и с удовольствием его проглотил.

– Это точно.

Меня тронули слова Такэру, и я поняла, что хочу узнать его еще лучше.

– Сладко, но так вкусно.

– Да, очень.

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. И вдруг я на секунду застыла.

– Что? Что такое?

– Да нет, ничего, – улыбнулась я и продолжила есть.

В кафе зашли дети и заполнили его веселым смехом. Такэру раз за разом черпал карри ложкой и отправлял его в рот.

– Такэру…

– Что такое?

– Ты был левшой. Переучился?

Правая рука, которой он держал ложку, застыла в воздухе. Я помнила, что в больнице он все держал в левой руке, в том числе и ложку. «Ты левша?» – спросила я тогда, а он в ответ рассмеялся и подтвердил. В день, когда мы прощались, он протянул мне мизинец левой руки.

– А… Ну да. Мама переучила, и теперь я пользуюсь правой рукой.

– Понятно.

Такэру продолжил есть как ни в чем не бывало. А я смотрела на его правую руку, которая легко и естественно орудовала ложкой. Почему у меня в груди снова проснулась непонятная тревога?

Мы гуляли до позднего вечера, а потом сели на поезд. Выбежав на нужной остановке, забрались в автобус, который должен был вот-вот отправиться.

– Успели!

– Если бы мы опоздали, то пришлось бы еще пятнадцать минут стоять на остановке.

С ним я была бы совсем не против и подождать. Мы очень весело провели этот день. Я узнала Такэру с другой стороны, и он часто улыбался. Все было отлично, только иногда меня беспокоило неясное чувство, как будто бы что-то не сходится…

Автобус тронулся. Людей было предостаточно, а за окном уже стемнело. Разговор прервался. А когда мы проехали несколько остановок, я услышала рядом голос:

– Еще раз… встретишься… со мной? – пробормотал Такэру.

У меня что-то сжалось в груди.

– Конечно…

Автобус завернул за угол, и Такэру коснулся меня плечом.

– Я тоже… хочу увидеться.

Такэру все еще смотрел в окно. Вскоре показалось белое здание. Такэру, как обычно, нажал на кнопку и встал. Затем вышел из автобуса, помахал мне, а я ему в ответ.

Придя домой, я открыла ящик стола и впервые за долгое время взяла в руки блокнот с недописанным рассказом.