В Рейвеншире, где осталась моя прошлая жизнь, Хеллоуин проходит незаметно. В более крупных городах всегда так: праздничные украшения стремительно заполоняют улицы, и ты, не успев сполна прочувствовать приближение Дня всех святых, украдкой наблюдаешь за тем, как вырезанные тыквы сменяются рождественским декором. В Гост-Харборе все иначе. Хеллоуинские атрибуты на крыльце соседских домов появляются постепенно, и ты, с упоением оглядываясь по сторонам, наполняешься тем самым осенним настроением, которого так долго ждал.

Костюм ведьмы, привезенный из дома, я надевала лишь пару раз. Девчонки, с которыми я общалась в прошлой школе, называли мой образ скучным и до неприличия банальным. Конечно, у меня была причина выбрать именно этот костюм: мы с тетей обожали сериал про Сабрину, который выходил в конце девяностых и начале нулевых, – но я не видела смысла посвящать в эти подробности одноклассниц, которых даже с натяжкой нельзя было назвать подругами.

Надев черное платье с ажурным воротником и длинными прозрачными рукавами, я взглянула на себя в зеркало. Именно в этой одежде я обнаружила жуткую находку в тыкве. С тех пор прошло всего несколько дней, но по ощущениям – целая жизнь. Я надеялась, что сегодня образ ведьмы не принесет мне таких хлопот.

Когда я подошла к дому Итана, он уже стоял на пороге, но не один, а в компании Эштона.

– Эм… привет, – пробормотала я, оглядывая парней, одетых в одинаковые черные рясы, похожие на костюм убийцы из кинофраншизы «Крик».

– Надеюсь, у тебя под шляпкой припасена еще одна коробка брауни, – сказал вместо приветствия Эштон.

Его снисходительная полуулыбка действовала мне на нервы.

– Он пойдет с нами, чтобы помочь, – объяснил присутствие бывшего друга Итан.

– И чем он поможет? – нахмурилась я.

– Выиграет нам время. Идем.

Решив не спорить, я молча направилась к дому семьи Мартин. Если Итан так уверен в невиновности Эштона, то кто я такая, чтобы убеждать его в обратном? Если умник хоть как-то связан с этим делом, правда рано или поздно все равно всплывет.

– Нужно и к их соседям зайти, – высказался Эштон.

– Согласен, – поддержал его Итан. – Идти целенаправленно только в один дом – подозрительно.

Остановившись, я заглянула в пустую корзинку в своих руках. Безмолвно признав их правоту и собственную глупость, я быстро зашагала к соседям семьи Мартин.

Крайне занятая дама с телефоном в руках, не отрываясь от разговора с собеседником, вручила мне запечатанную пачку оранжевых леденцов и спешно закрыла дверь. Ее сосед, седой, похожий на Санту дедуля, оказался ее полной противоположностью, добродушным и крайне разговорчивым.

– Я тебя раньше не видел, – заметил он, внимательно разглядывая мое лицо.

– Я Лидия. Наша семья недавно переехала сюда. Вы наверняка знали мою тетю Мэри.

– Мэри? Ты та самая племяшка Мэри? – искренне обрадовался он. – Она только о тебе и говорила. Так сильно любила тебя.

– Я тоже очень любила ее, – с трудом произнесла я.

– О, мне так жаль, Лидия! – грустно улыбнулся он, насыпав мне в корзинку, очевидно, двойную порцию сладостей.

– Счастливого Хеллоуина, – попрощалась я.

Итан встретил меня встревоженным взглядом. Он стоял слишком далеко, чтобы расслышать наш разговор, но все равно уловил мое изменившееся настроение.

– Все в порядке? – уточнил он.

– Думаю, этого достаточно, – указала я на конфеты в корзине.

– Браво, Лидия! – похвалил меня Эштон. – Пойдемте уже к сестричкам.

– Да, пора, – кивнул Итан и, еще раз посмотрев на меня, отправился вслед за бывшим другом.

– Эй, умник! – позвала я Эштона и, когда тот обернулся, спросила: – Ты точно пытаешься помочь нам?

– А есть сомнения? – усмехнулся он.

Если бы издевка была человеком, то выглядела бы она как этот парень.

– Да, знаешь ли, сомнения присутствуют.

– Лидия, он поможет, – встрял в нашу перепалку Итан.

– Если подведешь нас, я… я никогда больше не угощу тебя брауни!

Тяжело угрожать тем, кого даже толком не знаешь. Будь у меня информация о его слабых местах, у меня был бы шанс поквитаться с ним.

– Ты такая забавная, – рассмеялся Эштон. – Начинаю понимать, почему этот придурок с тобой тусуется.

– Ты кого придурком назвал? – возмутилась я. – Итан, ты его слышал?

– Слышал, но давайте уже займемся делом.

Переглянувшись с не прекращающим ехидно улыбаться Эштоном, я продолжила путь к дому сестер.

Четырехэтажный кирпичный особняк семьи Мартин выделялся не только своими габаритами, но и количеством хеллоуинского декора: свисающая с крыши искусственная паутина, изобилие горящих в темноте тыкв на крыльце, бумажные силуэты привидений на окнах, объемные черные наклейки в виде пауков и летучих мышей на белоснежной деревянной двери.

– Похоже, они очень любят этот праздник, – заметила я.

– Или у них просто много денег, – парировал Итан.

– Вы собираетесь стучать или как? – проворчал Эштон.

– А ты куда-то спешишь? – спросила я, повернувшись к нему.

– Вообще-то, да. У меня полно дел.

– И они важнее, чем налаживание общения с бывшим другом?

– Лидия, он здесь не для этого, – сказал Итан.

– А для чего?

Он не успел ответить, потому что дверь отворилась, и на пороге этого роскошного дома появилась Одри. Судя по ее домашней одежде, на празднование Хеллоуина она не собиралась.

– Вы чего тут стоите? – поинтересовалась она, разглядывая нас по очереди.

– Мы собирались постучать, но возникла заминка, – объяснила я, растерявшись.

Чего я точно не ожидала, так этого того, что трудности возникнут с первых же секунд.

– Счастливого Хеллоуина! – Эштон сделал шаг вперед и, заглянув за плечо Одри, спросил: – А Кэри дома?

– Да, она наверху, а что?

– Можно мне к ней ненадолго? Я кое-что забыл у нее в комнате, когда мы готовились к контрольной по физике.

– Только быстро. – Устало покачав головой, она впустила его внутрь, а затем обратилась к нам с Итаном: – А вам двоим что, конфеты нужны?

– Если можно, – вежливо улыбнулась я.

– Сейчас принесу.

– Пора, – сказал Итан.

Закрыв глаза, он вытянул вперед руку и принялся что-то нашептывать себе под нос. У меня от его действий побежали мурашки.

– Она здесь.

– Оу, ну… хорошо… – Растерявшись, я посмотрела туда, куда устремился взгляд Итана, но ничего, кроме светлого коридора, не увидела. – Она готова помочь?

– Нет, просит оставить ее внучек в покое.

– Блин. И что делать?

Ничего не ответив, Итан достал из кармана небольшую белоснежную свечу и спички. Как только он зажег фитиль, мне в спину врезался порыв ледяного ветра.

– Что происходит? – прошептала я, обернувшись.

Итан не отвечал, но с каждой секундой, что мы стояли на крыльце, я все больше убеждалась в наличии сил, о которых он говорил. Удивительнее всего было его меняющееся до неузнаваемости выражение лица. Мне никак не удавалось понять, как в одном теле уживаются медиум и обычный человек.

Когда в коридоре послышались шаги, я толкнула Итана в сторону, и он, едва не упав, быстро спрятал свечу за спину.

– Это все, что у нас осталось, – сказала вернувшаяся с горстью конфет в руках Одри.

– Спасибо.

Я протянула ей корзинку, чтобы она могла высыпать сладости туда.

– Чем тут воняет? – поморщилась Одри.

Мельком взглянув на стекающий по свече расплавленный воск, я шумно втянула воздух.

– Может, одна из ваших тыкв горит? – предположила я.

– Только этого не хватало!

Одри уже собиралась выйти на крыльцо, когда позади нее раздался знакомый голос.

– В этом году тыквы приносят одни проблемы, не так ли? – ехидно заметил спустившийся со второго этажа Эштон с тетрадью в руках.

Воспользовавшись тем, что Одри на нас не смотрит, Итан быстро потушил свечу и убрал ее в карман черной рясы.

– Спасибо за конфеты, – поблагодарила я, медленно пятясь к выходу. – Мы пойдем дальше.

– Ага, валите, – буркнула Одри.

Когда Эштон проходил мимо нее, она придержала его за локоть и пригрозила:

– Только попробуй обидеть мою сестру – тебе конец!

– У-у-у, как страшно! – рассмеялся он в ответ.

– Я серьезно, придурок! – крикнула она вдогонку, когда мы уже вышли на дорогу.

– Пока, злюка! – громко ответил ей Эштон.

Поправив очки, он тихо спросил у Итана:

– Ну что, удачно?

– Нет, ничего не вышло, – с сожалением в голосе сообщил Итан.

У меня от разочарования едва не подкосились ноги.

– Сочувствую, мои юные сыщики, но я свою работу выполнил. Так что на этом наши пути расходятся. Увидимся в школе.

– Ага, спасибо, Эш, – бросил ему вслед Итан.

Его взгляд был все еще затуманен и расфокусирован.

– Ты в порядке? – забеспокоилась я.

Спустя пару минут, когда Эштон ушел далеко вперед, Итан наконец-то ответил:

– Ты была права. Семья Мартин связана с Габриэлем Фоксом.

– Что? Ты же сказал…

– Я не забыл, что Эштон твой подозреваемый, поэтому не стал говорить при нем. Это ведь только наше расследование, Лидс.

Широко улыбнувшись, я бросилась обнимать его.

– Ты меня чуть с ног не сбила! – пожаловался он, когда я быстро отстранилась.

– Я просто очень рада, – объяснила я свое импульсивное поведение. – Рассказывай, что узнал!

– Я кое-что увидел.

– И что же? Не тяни!

– Если я все правильно понял, мистер Фокс собирался уйти от жены к Эшли Мартин.

– К матери Одри и Кэри?

– Ага. Наверное, сблизился с ней, когда стал репетитором девчонок.

– А где их отец?

– Он умер несколько лет назад из-за несчастного случая на работе.

– Оу… Значит, мистер Фокс и впрямь пытался заменить им отца.

– Похоже на то, – кивнул Итан.

– Ты же знаешь, что первый подозреваемый в таких делах – почти всегда супруг жертвы?

– Да, но Стелла Фокс не похожа на убийцу.

– Итан, меня умиляет то, как искренне ты веришь в невиновность жителей этого города, но это точно кто-то из них.

– Ты не знаешь этого наверняка.

– Рано или поздно правда всплывет, – пожала я плечами, осознав, что нет смысла продолжать этот спор. – Кстати, как ты уговорил бабушку Мартин помочь тебе?

– Никак. Мне удалось перехватить несколько образов, поскольку я установил очень тесный контакт.

– Насколько тесный?

– Насколько это вообще возможно, не впуская дух в свое тело.

– Звучит опасно.

– Да уж. Я бы не хотел это повторять.

– Надеюсь, не придется, – обнадеживающе улыбнулась я, все же чувствуя за собой вину.

Не стоило просить его о таком. Итан живет по правилам незнакомого мне мира, и нельзя вмешиваться в установленный там порядок.

– Извини, что тебе пришлось рисковать и идти наперекор собственным принципам, – тихо проговорила я, пока мы шли вниз по улице.

– Я уже слишком далеко зашел, пытаясь раскрыть это дело. Нет смысла отступать.

– Твоя самоотверженность поражает.

– В хорошем смысле, надеюсь?

– Не знаю. Время покажет. – Заглянув в наполненную конфетами корзинку, я предложила: – Разделим сладости пополам?

– Пожалуй, я пас, – подняв руки, поморщился Итан. – Что будем делать дальше?

– Думаю, сначала мне нужно поговорить с папой.

– Собираешься выпытать у него подробности расследования?

– Попробую, но он крепкий орешек, так просто не расколется.

– Что ж, удачи. – Остановившись около моего дома, Итан поднял голову на чердак, где живет крылан. – Нужна помощь с Джеральдом?

– Да, но мне пора учиться самостоятельности.

– Точно, – согласился он, робко улыбнувшись. – Ну, тогда я пойду домой. Увидимся завтра в школе.

– Да, увидимся.

Проводив Итана взглядом, я задумалась о том, как сильно мы сблизились за последние дни, и это не на шутку испугало меня. Быстро выбросив все ненужные мысли из головы, я поспешила домой.

К моему удивлению, за кухонным столом ужинала не только мама, но и отец. Увидев меня, родители приподнялись с места, чтобы я смогла обнять их.

– Как погуляла? – спросил папа, заметив корзинку в моих руках. – Вижу, успешно.

– Мы всего в парочку домов зашли, – отмахнулась я, снимая ведьминский колпак с головы.

– Как дела у Фелисити? – участливо поинтересовалась мама. – Давненько она не заходила.

– У нее все хорошо. Просто домашки много.

Я даже себе пока не могла признаться, как сильно мы отдалились после случившегося на вечеринке. До чертиков перепугавшаяся Фел боялась даже взглянуть на меня, словно мое лицо воскрешало в ее памяти весь пережитый ужас. Наверное, из нас двоих именно у нее была подходящая ситуации реакция, а вот я вела себя по-настоящему странно. Рано или поздно до нее дойдут слухи о допросах, которые мы устраиваем с Итаном, и тогда она окончательно запишет меня в ненормальные.

– Мой руки и садись за стол, милая, – сказала мне мама.

Когда я, переодевшись в домашнюю одежду, вернулась в кухню, родители уже заканчивали ужин.

– Пап, ты сейчас снова уйдешь на работу?

– А что? – широко улыбнулся он. – Соскучилась по своему старику?

– Не такой уж ты и старый. Но да, конечно, соскучилась: мы почти не видимся в последнее время.

– Прости, дочка, но, пока мы не поймаем убийцу, мне придется много работать.

– Знаю, – кивнула я, накладывая себе на тарелку куриные крылышки с соусом. – Есть успехи в расследовании?

– Постольку-поскольку.

– Поня-я-ятно, – протянула я, изобразив безразличие. – Я тут кое-что узнала про убитого учителя.

– Надеюсь, не от своего друга-медиума? – хмыкнул отец.

– Нет, от девчонок в школе.

– И что же тебе сказали девчонки?

– Что у мистера Фокса был роман с другой женщиной. Говорят, он собирался уйти от жены. Я сразу вспомнила, как ты всегда повторяешь: первый подозреваемый – всегда супруг жертвы.

– У Стеллы Фокс железное алиби, Лидия, – сказал папа. – И я в курсе про его интрижку на стороне. Но та женщина тоже ни при чем.

– М-м-м… Значит, подозреваемых так и нет?

– Пока нет, но мы продолжаем копать.

– А тебе не кажется странным, что поиски мистера Фокса так быстро свернули? Девчонки в школе…

– Лидия, – прервала меня мама, – тебе не стоит болтать об этом в школе. Твой отец – ведущий детектив полиции.

– Я и не болтаю, – поспорила я, – только слушаю.

– Ладно, – сдался отец, – продолжай.

– Ага. Так вот. Поговаривают, что детектив, который занимался поисками Габриэля Фокса, был самым настоящим продажным копом. Некоторые считают, что кто-то заплатил ему, чтобы он прекратил искать учителя и уничтожил найденные улики.

– Насколько мне известно, дело зашло в тупик и было нецелесообразно тратить немногочисленные ресурсы полиции на дальнейшие поисковые мероприятия.

Приподнявшись, я потянулась за кувшином с апельсиновым соком.

– А что насчет черепа? – спросила я как бы невзначай.

– И о чем только мы говорим за столом? – возмутилась мама.

– Я сегодня слышала, как чирлидерши обсуждали найденный в тыкве череп. Якобы он не мог стать таким за год.

– Твои чирлидерши правы, существуют степени трупного разложения. Но голова Габриэля Фокса стала такой из-за определенного воздействия.

– Воздействия? – изогнула я брови и, вспомнив одно из давних дел отца, предположила: – Убийца использовал какую-то кислоту?

– Я не могу обсуждать это, Лидия. – Покачав головой, отец поднялся с места. – Мне пора в участок. Постараюсь вернуться, чтобы немного поспать.

– Удачи, дорогой, – попрощалась мама, нежно поцеловав его в губы.

– Пока, пап, – помахала я ему рукой, не переставая обдумывать услышанное.

Выходит, кто-то растворил тело мистера Фокса в каком-то веществе. Да уж, школьникам такое вряд ли под силу. Значит, пора обратить внимание на взрослых.

И начать стоит с Гэвина Уилсона.