1 Начальнику хора: псалом Давида.
2 В день беды да откликнется Господь на твой зов,
имя Бога Иакова тебя да хранит.
3 Из святилища Он да поможет тебе,
да пошлет подмогу с горы Сион.
4 Да вспомнит приношения твои,
всесожжениями пусть будет доволен.
[Музыка]
5 Да исполнит желания сердца твоего,
твои замыслы осуществит,
6 а нам даст ликовать о победе твоей,
знамя поднять во имя нашего Бога!
Да исполнит Господь все мольбы твои!
7 Я знаю, что Господь помазанника спас,
с небес Своих святых откликнулся на зов,
десницей могучей победу ему даровал.
8 У тех – колесницы, у этих – кони,
а мы призвали имя Господа, нашего Бога.
9 И вот они повержены, пали,
а мы стоим – мы тверды!
10 О Господь! Даруй победу царю,
отзовись, когда мы призываем Тебя!
Здесь два псалма, они даже стоят друг за другом, то есть объединены тематически. Но в них есть несколько акцентов, которые вносят очень существенное различие в смысл. Девятнадцатый псалом – это прошение народа к Богу о царе. Здесь мы видим, чтопервая фигура – это царь: «да откликнется Господь на твой зов», «имя Бога Иакова тебя да хранит», «Он поможет тебе», «вспомнит приношения твои».
То есть в тексте присутствует автор, который молится, и лицо, о котором он повествует, – царь Израиля. Что касается контекста – упоминается святилище, Сион, значит, по всей видимости, это период царствования Соломона и далее. Потому что здесь Сион – уже гора, где находится столица государства, а святилище – вряд ли скиния: это, скорее всего, Храм в Иерусалиме.
Тема царя в псалме соотнесена с темой народа – «а нам даст ликовать о победе твоей, знамя поднять во имя нашего Бога!»: если Бог поддерживает царя и царь благоуспешен в своих начинаниях, то и народ живет в мире и благоденствии. Вообще тема взаимосоотнесенности отношений правителя и Бога и народа и Бога – не специфично библейская, она предельно общечеловеческая и наблюдается даже у неписьменных народов. Вот наш вождь, он же жрец, и от его взаимоотношений с Богом, точнее с богами, зависит мир и благополучие всего его народа, всего племени. Если эти отношения хороши, то все живут благополучно. Если у него с богами разлад, то и племя страдает от неурожаев, болезней и врагов. То есть вождь является вершиной пирамиды, точкой, через которую отношения с небожителями осуществляются у всех.
Конечно, богословие Ветхого Завета уже отлично от этой концепции. Здесь также есть упор на значимость фигуры правителя, но значимость эта не безусловна. На примере исторической драмы отношений Давида и Саула, двух царей Израиля – помазанного первым, актуального царя, и помазанного вторым, то есть ожидаемого царя, – мы видим, что сам по себе царский титул, само по себе царское призвание не вводит человека автоматически в какие-то уникальные отношения с Богом, отнюдь. Саул нарушает волю Бога, и Бог отворачивается от Саула. Притом, что интересно, здесь даже указывается, что взаимосвязь отношений правителя с Богом и народа с Богом, так системно осмысливаемая во всех культурах, на самом деле линейно не работает. Саул уходит от Бога, и это личный грех Саула. Бог не будет карать Израиль, не будет уходить от Израиля – он поставит ему другого царя, того, который будет созвучен благочестию своего народа. Саул диссонирует, он не таков, не справляется – значит, царем будет другой. И это очень своеобразная мысль для культурного поля этого региона и времени.
Важнейшая идея и этого и следующего псалма в том, что основание политического благополучия Израиля – это не царь, а Бог: «Я знаю, что Господь помазанника спас, с небес Своих святых откликнулся на зов, десницей могучей победу ему даровал. / У тех – колесницы, у этих – кони, а мы призвали имя Господа, нашего Бога. / И вот они повержены, пали, а мы стоим – мы тверды!» Эта мысль выписана очень ярко и вполне соотносится с периодом царствования Соломона. Он через политические и экономические ходы постарался максимально укрепить свое царство, имея к этому ресурс, Бог даровал ему мудрость. Но что-то пошло не так. Упор оказался сделан на очень простые, понятные и измеримые вещи – коней, колесницы, политические браки.
Мысль, что Бог – защитник Израиля, звучит абстрактно, а вот все это как защита воспринимается более однозначно. Но в конечном итоге такой путь укрепления царства приведет к тому, что появится тема религиозного плюрализма, толерантного отношения к чужим подходам к духовности… И все закончится распадом Израиля за очень маленький промежуток времени.
В псалме – указание на ветхозаветное восприятие истории как таковой. В ней Бог – это активно действующее лицо. Он не завел механизм и дальше ушел по делам – пружинки сами работают, как-то все крутится… Нет, Он активный участник истории, и исключать Его из процесса нельзя. С одной стороны, абсолютно провально все возложить на Бога – мы будем отлично молиться, а Бог будет нам все благоустроять. С другой стороны, точно так же провально все возложить на себя, думая, что вот есть какая-то аморфная сфера духовной жизни, а есть очень понятные, простые здешние категории, и мы будем трудиться в них, а со всем этим пусть разбираются специально обученные люди… Как идея византийских монархов – мы им построим монастырь, они будут молиться о нас, чтобы воздухи благорастворялись, при этом и не лезут никуда… И будет отлично. Армии воюют, монахи молятся, финансисты считают деньги – все работает, все хорошо.
Но, опять же, практика покажет, что такая фрагментированность гибельна. В культуре термин «византийская дипломатия» звучит в значении «лживая, двуличная дипломатия». Подходы, при которых византийцы торговались с варварскими князьями по поводу выдачи своей принцессы в брак, а в это же время их послы с мешками золота уже к каким-нибудь «печенегам» скакали, чтобы те варваров с тыла атаковали, были для василевсов в порядке вещей. При этом, конечно, все это делалось из исключительно благородных соображений сохранности империи, поддержки правоверия и других хороших штук. Но, увы, плохими способами не достичь хороших целей.
Об этом и напоминает псалом. О том, что все-таки не в абсолютной гениальности, одаренности и всех остальных достоинствах правителя заключена судьба его народа. Она заключена в руках Бога, и Он здесь первый воитель, первый прилагающий труды и усилия, и от Него все зависит в конечном итоге, поэтому соизмерять политику и нравственность в любом случае придется.