24.06.1994 года, пятница, солнечно

Здравствуйте, дедушка Гу!

Вы всё верно поняли – этот дневник написан для вас. К тому моменту как вы будете читать его, я думаю, уже будете знать всю историю целиком. И Ма На, скорее всего, уже вернулась домой. Что касается Чжоу Сицзе, я надеюсь, что он долго страдал, прежде чем задохнулся.

Могу представить себе ваше выражение лица, когда вы прочтете эти слова… Извините, я вас разочаровала. Я верю, что той ночью в канализации ваши слова были искренними. Я также верю, что если б я пошла тогда с вами, вы точно оберегали бы меня и заботились обо мне, как о родной дочери, и позволили бы мне стать обычной нормальной девушкой.

Вы знаете, это та жизнь, по которой я скучаю…

Поэтому, пожалуйста, поверьте мне: для меня это был тяжелый выбор. Но причина, по которой я отказалась от последнего шанса вернуться к обычной жизни, – это убийца, о котором вы упомянули. Его зовут Винсент. Я думаю, что он должен иметь имя, а не клеймо «убийца». Если б не Винсент, я давно умерла бы, пока была заперта в канализации. Он обработал мои раны, дал мне еды и воды и сделал все что мог, чтобы удовлетворить мои потребности. А из-за пары белых кроссовок, о которых я так мечтала, его избили до полусмерти. Я не знаю, кем он меня считал. Знаю только, что когда моя жизнь полностью обнулилась, он дал мне смелость и надежду жить. Знаю лишь, что да, он мог убить этих женщин, но со мной обращался как с сокровищем. Я знаю, что такое «правильно» и «неправильно». Однако, даже если весь мир осудил его как ужасного убийцу, он по-прежнему оставался бы моим единственным близким человеком в те дни.

Более того, Винсент совершил все эти ужасные вещи, включая ситуацию с Ма На, по указке Чжоу Сицзе. Поэтому, когда я своими глазами увидела, как Чжоу Сицзе убил его, я не считала, что он заслужил это, – и не могла просто уйти. Даже если б я послушала вас и пошла бы жить с вами, я никогда не была бы счастлива. Я должна была что-то сделать для него, даже если мне пришлось бы нести вину за это всю оставшуюся жизнь.

Дедушка Гу, мне очень жаль, что я сделала такой выбор. Но я никогда никого не убила бы собственными руками. Даже Ма На. Даже если б про меня никогда не узнали и я могла бы с легкостью убить ее. Если эти мои слова могут немного уменьшить ваше чувство вины, я буду довольна.

Дедушка Гу, спасибо за все, что вы для меня сделали. Спасибо, что готовили мне яичницу. Спасибо, что потратили столько сил и времени, чтобы найти меня. Спасибо, что не обращались со мной как с лишним ребенком. Спасибо, что дали мне ощутить, что это такое, когда тебя сильно любят.

Под конец я должна попросить вас об одной вещи. Пожалуйста, поблагодарите тетю, о которой вы упоминали в канализации, и девушку, которая помогла мне сбежать в тот день.

Дедушка Гу, когда вы закончите читать этот дневник, я уже буду в другом месте. Пожалуйста, не ищите меня. Мы можем встретиться снова, а можем и не встретиться. Но я обещаю вам, что всегда буду помнить вас – и жить хорошо.

Спустя полмесяца

Температура воздуха продолжала расти, и все больше людей с удовольствием выходили прогуляться. После недавних дождей река Литун чуть ли не вышла из берегов: ее узкое русло стало шире, а тростник – более пышным. Ее окрестности перестали быть безлюдными – с утра пораньше к реке приходили любители рыбалки, чтобы найти лучшее место для ловли.

Гу Хао тихо стоял на мосту, наблюдая за семьей из четырех человек, смеющихся на берегу. У них была установлена небольшая палатка с мангалом для барбекю. Старшая девочка помогала матери готовить шашлык из мяса и различные овощи. Младший мальчик сидел рядом с отцом, внимательно наблюдая, как тот насаживает наживку на крючок.

Это была прекрасная сцена под голубым небом и белыми облаками – и даже Гу Хао не мог сдержать улыбки. Машины мчались за его спиной по широкому мосту. Подъехал внедорожник, медленно притормозив у обочины. Из него вылез Тай Вэй.

– Я знал, что ты здесь… – Он подошел к Гу Хао. – На что смотришь?

Тот глубоко вздохнул:

– Да ни на что… Мне все равно нечего делать, просто брожу без цели…

– Позже я куплю тебе пейджер. – Вэй изо всех сил старался говорить беззаботным тоном. – Чтобы ты всегда мог связаться с кем угодно…

– Не надо. – Гу Хао улыбнулся. – Кроме тебя, я больше никому не нужен… – Он посмотрел на небо: – Твоя мать уехала?

– Да, улетела рано утром. – Тай Вэй, смутившись, почесал голову. – Старушка следит за модой – устроила свадебное путешествие…

– Это хорошо.

Лицо Гу Хао было спокойным, как обычно, но Тай Вэй все равно чувствовал себя неловко.

– Дядя Гу, нельзя винить мою мать. В тот день она была в ярости. К тому же никто не ожидал, что Лао У придет с кольцом и встанет на одно колено, чтобы предложить ей руку и сердце. Никто не смог бы устоять…

– Нет, – Гу Хао опустил голову, – учитель У хороший человек. У твоей мамы тоже хорошее впечатление о нем. Мы… – Он внезапно посерьезнел. – Кто сказал тебе называть его Лао У? Когда они вернутся, ты должен будешь называть его отцом.

– Невозможно. – Тай Вэй поджал губы. – В любом случае у меня только два отца – один биологический и один крестный.

– Ах ты дерьмец… Подожди, мать с тобой разберется. – Гу Хао покачал головой. – Как у тебя с расследованием?

– В доме Чжоу Сицзе ничего особенного не оказалось. – Тай Вэй горделиво посмотрел на него. – Но позже меня осенило – и я нашел большое количество фотографий и видео в шкафу в актовом зале той школы, где он хранил камеры. И угадай, что это были за фото и видео…

– Что?

– Полностью отснятый процесс – как тот бездомный мучит жертв, насилует их… ничего не упустил. – Тай Вэй осуждающе цыкнул. – Даже у нашего заместителя директора это вызвало рвоту. Представляешь, насколько было отвратительно?

– Это все снял Чжоу Сицзе?

– Да. Он хранил у себя ключ от шкафа. – Тай Вэй кивнул. – Его жена сказала нам, что их брак уже распадался. Бо́льшую часть нерабочего времени он проводил в арендованной студии. Поэтому мы подозреваем, что он связывался с жертвами, обманом заманивал их туда, затем бездомный насиловал и убивал их, – а Сицзе снимал все на видео. Затем бездомный бросал тела в резервуар. В этой студии мы нашли волосы и отпечатки пальцев жертв.

Гу Хао помрачнел:

– Зачем он это делал?

– Я проконсультировался с экспертом по криминальной психологии, – произнес Тай Вэй. – Он сказал, что сексуальная дисфункция Чжоу Сицзе явилась следствием его статуса в семье – мол, его не уважали и не ценили. Только когда такой человек полностью контролирует ситуацию, он может удовлетворить свое сексуальное желание. Другими словами, он не может сделать это со своей женой, но у него запросто все получалось при просмотре видео и фотографий.

– Другими словами, – рассуждал Гу Хао, – Чжоу Сицзе – зачинщик, а бездомный – просто пособник?

– Да. – Тай Вэй фыркнул. – Этот ублюдок был очень хитер. Он позволял бездомному совершить изнасилования и убийства, поэтому ДНК Чжоу Сицзе не обнаружили. Что касается бездомного, тот был дураком. Похоже, Чжоу Сицзе как-то убедил его идти на преступления… И тот просто бездумно это делал.

– Похоже, твои подозрения были верны.

– Хе-хе… – Тай Вэй выпятил грудь. – Я же чувствовал: что-то не так.

– Твоему наставнику было неловко?

– Совсем нет. Кстати, мой наставник – настоящий мужик. – Тай Вэй улыбнулся. – На самом деле он был согласен с моей версией. Бюро просило его закрыть дело пораньше, но ему удалось уговорить их. После того как оно было раскрыто, Бюро хотело повысить его в должности, но старик отказался… – Он вздохнул: – Наставник уйдет на пенсию через два года, и я очень надеюсь, что он сможет уйти с видом победителя.

– Он действительно мужественный человек, – согласно закивал Гу Хао. – Найди возможность привести его ко мне домой и выпить вместе.

– Нет проблем. – Тай Вэй обнял Гу Хао за плечи: – Он слышал о твоих славных делах и хочет подружиться с тобой.

– Да ладно, это пустяки… – Гу Хао горько улыбнулся – и вдруг вспомнил: – Как там Ма На? Где ее отец?

– С ним разбираются отдельно. Ма Дунчэню все как с гуся вода. Да, он непреднамеренно убил человека, но тот хотел навредить его дочери… Я думаю, он вполне счастлив.

Гу Хао произнес короткое «о» и замолчал. Тай Вэй тоже помолчал, затем спросил:

– Кстати, дядя Гу, есть ли новости от Су Линь?

– Нет.

– Ее семья снова доставала тебя?

– Лао Су сказал, что я знал обо всем, но не сообщил, и что он призовет меня к ответу по закону. – Гу Хао улыбнулся. – Мне до него и дела нет.

Снова воцарилось молчание. Наконец Тай Вэй вздохнул:

– Я все еще не могу понять, как девушка семнадцати лет могла сделать все это… – Он посмотрел на Гу Хао: – Ма На все-таки рассказала кое-что. Су Линь отключила Чжоу Сицзе, ударив его палкой, привязала к железной двери, забрала его мобильный телефон, затем вытащила из Ма На номер телефона ее отца, отправила ее к выходу из сети дождевых труб к реке Литун, а потом выманила Ма Дунчэня в канализацию… – Тай Вэй говорил так, будто не верил в произошедшее: – Неужели все это сделал в сущности ребенок?

– Да, – рассеянно пробормотал Гу Хао.

– Дядя Гу… Что она за девушка, в конце концов?

– Хм… – Гу Хао пришел в себя: – Девушка, которая хотела носить белое платье и стать принцессой-русалкой.

– Какой еще принцессой-русалкой? – Вэй был еще больше сбит с толку. – Какое отношение это имеет к делу?

Гу Хао, опустив голову, снова бросил взгляд на мост. Тай Вэй покачал головой:

– Мы даже не знаем, куда она убежала…

– Она…

Гу Хао посмотрел на разлившуюся реку Литун. На поверхности воды гуляли легкие волны, и солнечные лучи словно покрывали воду сверкающей чешуей. Река несла в себе жизненную силу и бесчисленные секреты, упрямо устремляясь в неизведанную даль.

Гу Хао улыбнулся:

– Я думаю, она поплыла к морю.