Агент Тайлер остановился у внушительного вида небоскрёба с зеркальным фасадом, в котором отражались проплывающие облака и проезжающие мимо турбомобили, от кривизны стекла слегка сжимавшиеся гармошкой.

— Куда мы идём?

— Увидишь.

Они поднялись на лифте на девятый этаж. Отсюда открывался великолепный вид на панораму города. Далеко на горизонте в голубовато-серой дымке можно было разглядеть силуэт шпиля Дружбы народов: главного монумента Содружества, увековечившего принятие договора о слиянии трёх великих держав.

— Это центральный офис «Гелиос-Моторз», — объяснил Тайлер, — Феликс намерен закупить партию «семисотых» Гелиосов.

— Для агентов? — удивилась Элис, — Но маги же могут создавать порталы!

— Весьма ценное наблюдение, — усмехнулся подошедший Феликс, на ходу расстёгивая пальто, — Разумеется, могут. Но наземный транспорт всё равно нужен. Ситуации, сама понимаешь, бывают разные.

Увидев Феликса, Тайлер слегка побледнел и вытянулся по струнке, щёлкнув каблуками.

— Добрый день, молодые люди, — Феликс снял шляпу и опустился в кресло, — Как дела, Элис? Как тебе твоё новое жилище? — и, не дав девушке открыть рот, продолжил, — Можешь не отвечать. Отвратительно, сам знаю. И хозяйка — сумасшедшая кошатница, помешанная на картах и суевериях. Но это лучшее, что у нас было в резерве. Впрочем, не расстраивайся: тебе всё равно не придётся подолгу находиться там.

— Это радует, — оптимистично заметила Элис.

Феликс рассмеялся.

— Водить умеешь?

— Да, конечно.

— Отлично, — он бросил взгляд на часы, — Что-то Роджер задерживается… А времени, как всегда, в обрез. Владелец завода — мой давний приятель, — пояснил Феликс, увидев на лице девушки недоумение, — Но с годами он, к сожалению, пунктуальнее не становится, — а хотелось бы.

— Любопытно было бы взглянуть на опытный образец, — сказала Элис, — Насколько я знаю, семисотый «Гелиос» — всего лишь концепт, не так ли?

— Не совсем. Первая сотня уже собрана, но в свободную продажу они не поступят — это наша сотня. Сегодня мы заберём парочку, остальные подвезут на днях.

— Представляю, во сколько это партия обойдётся Сенату, — пробормотал Тайлер себе под нос.

— Не больше, чем весь наш департамент, — бросил Феликс, — И не дороже, чем безопасность человечества, которая бесценна… О, вот и Роджер. Сколько лет, сколько зим!

Двери лифта разошлись в стороны, и в кабинет вихрем ворвался высокий мужчина с тёмными взлохмаченными волосами, отчего он напоминал взъерошенного воробья.

— Всем привет, — поздоровался он, пытаясь отдышаться, — Прости, что опоздал: пробки.

— В порталах, оказывается, они у нас тоже бывают?

— Оставь свой сарказм для сенаторов, — Роджер поморщился, — Я не порталом, а за рулём… Ты хотел забрать свои машинки — так идём. Они внизу, в демонстрационном зале.

— Джерри — творческая личность, — сказал Феликс, заходя в лифт, — Он иногда бывает несколько странным. Не обращай на это внимания.

— Может быть, познакомишь нас? — слегка обиженно проговорил Роджер, покосившись на Элис.

— Элис, это господин Роджер Дейзи, моей бывший одноклассник и старый друг.

— Друг, я надеюсь, ещё не бывший, — отшутился тот.

— …Однако иногда он бывает столь нестерпим, что вынуждает меня забывать о том, что мы друзья. Джерри, это леди Элисон Мейнфонд, наш новый агент.

— Весьма польщён, — Роджер галантно улыбнулся ей и подал руку, пропуская впереди себя, — Надеюсь, когда-нибудь я буду удостоен чести отметить наше знакомство чашечкой кофе или, быть может, бокалом вина…

— Руки прочь, Джерри, — шёпотом предупредил Феликс. — Я понятно выразился?

Роджер с вызовом посмотрел на друга и украдкой подмигнул Элис. Лифт негромко звякнул, распахнув двери, за которыми оказался крохотный тамбур с жёлтой лампочкой под потолком, отбрасывающей на отполированные стальные стены пульсирующие кольца света.

— Секундочку, — Роджер прошёл вперед и приложил ладонь к круглой панели в углу. Спустя пару секунд передняя стена ожила, и с металлическим скрежетом поднялась вверх, пропуская посетителей внутрь. Они оказались на нулевом этаже здания.

Элис огляделась. Окон здесь не было, но помещение было ярко освещено мощными галогенными прожекторами, — так, что девушка невольно зажмурилась. Когда глаза привыкли к свету, она увидела виновницу торжества: прямо посередине зала стояла новенькая блестящая машинка алого цвета, — точь-в-точь такая, как на стереопроекции в Айзенбурге. Двое рабочих в фирменных спецовках натирали до блеска и без того ослепительно чистый турбомобиль, полируя хромированные колёсные диски и сдувая пылинки со стекол.

— А где второй? — деловито осведомился Тайлер.

— Подвезут к обеду. Сам понимаешь…

— Пробки? — закончил за него Феликс, — Ох, Джерри, если бы ты не был моим другом…

Элис подошла к машине, с интересом рассматривая чудо современной техники. На капоте маслянисто поблёскивали кремниевые пластины фотоэлементов. Круглые фары и непропорционально большая решётка радиатора придавали машине добродушно-глуповатое выражение. Она словно не понимала, почему вокруг неё все так суетятся.

— Это и есть «Гелиос S700»? — она положила руку на кузов турбомобиля с удивлённо выпученными фарами.

— Симпатичный, правда? Гелиос семисотой серии — чудесная модель. Маленький, лёгкий, маневренный. Дает разгон до двухсот миль в час всего за пять секунд. А в пасмурную погоду может проехать несколько суток без дополнительной подзарядки.

— И ему не нужен октаниум?

— Совершенно.

— Поэтому мы и решили полностью обновить наш автопарк, — Феликс открыл дверь и придирчиво оглядел салон, — На традиционные турбомобили надеяться больше не приходится, — пробормотал он со вздохом сожаления.

Дерзкий огненно-красный кузов турбомобиля, питающегося солнцем, излучал теплоту и уверенность. У Элис на мгновение даже промелькнула мысль, что если бы машина могла говорить, она сказала бы им: «Не беспокойтесь, я не подведу. Вы можете доверить мне свою жизнь».

Голос Феликса прервал её размышления.

— Садись за руль.

— Что?

— Ты же сказала, что умеешь водить. Это твоя машина.

— Серьезно?

— Я хочу, чтобы ты её обкатала, пока на это ещё есть время. Управление «Гелиосом» немного отличается от управления обычным турбомобилем.

Элис села на водительское сиденье и опустила стекло.

— Клади руки сюда, вот так, — объяснил Роджер, — Система зафиксирует твои отпечатки пальцев, и, кроме тебя, никто не сможет завести её. Раньше на все агентские турбомобили мы ставили единый код доступа, но индивидуальная система идентификации гораздо безопаснее… Ага, отлично. Теперь поворачивай ключ зажигания до упора вправо, и одновременно включай вот эти тумблеры: это усилитель мощности, стабилизатор питания и генератор.

— Двигатель заряжается напрямую от батарей? — радостно улыбаясь, Элис легонько нажала на педаль, и «Гелиос», почувствовав её настроение, нетерпеливо завибрировал.

— Да. Сейчас, разумеется, он полностью заряжен.

— Феликс, я… даже не верится. Он просто чудо!

— Отправляйся домой, — Феликс наклонился к ней, — Только не убирай верх, и не опускай стекла. Найдёшь дорогу? Хотя, о чём это я: если бы я не был в тебе уверен, мы бы с тобой сейчас не разговаривали.

— Это карта Грейстоуна с пригородами, — Кристофер протянул ей лист бумаги, сложенный гармошкой, и, развернув на середине, указал карандашом в переплетение улиц и переулков, — Мы сейчас вот здесь. А практиковаться в вождении лучше всего в пригороде на юге: там не такое интенсивное движение, как в центре… Сориентируешься?

— Постараюсь, — кивнула Элис, пряча карту за пазуху, — Спасибо, Крис.

— Я попрошу механиков отбуксировать его к парковке, — Роджер широко улыбнулся девушке, — Турбомобиль надёжный, можешь не сомневаться. Солнце, в отличие от октаниума, будет светить всегда.

Элис внезапно вспомнила о разговоре с хозяйкой дома.

— Феликс, — проговорила она вполголоса, — Можно тебя на минутку?

— В чём дело? — он удивлённо поднял брови.

— Мне удалось кое-что узнать, — быстро заговорила Элис, — Думаю, это важно, — она пересказала ему историю, услышанную от миссис Браун. Феликс слушал внимательно, не перебивая, и с каждой секундой всё больше мрачнел.

— Там было написано, — Элис быстро огляделась и прошептала, — Там было написано: «Феликс, уничтожь октаниумовую бомбу».

Феликс нахмурился.

— Значит, агент Райан оставил напоследок послание…

— Ты знаешь, что имелось в виду? — нетерпеливо перебила девушка.

— Пока нет, — он бессильно покачал головой, — Райан был одним из лучших наших агентов, но до настоящего момента я даже не догадывался, насколько ценные сведения ему удалось добыть.

— Значит ли это, — она кашлянула, — Что октаниумовая бомба действительно может существовать?

— Боюсь, что да. И, боюсь, создавалась она для нас.

— Взрыв в Нью-Майквери… — вспомнила Элис, — Он ведь уничтожил целый регион. Представить страшно, если нечто подобное произойдет в Грейстоуне… или в Айзенбурге.

— Не беспокойся, — Феликс положил руку ей на плечо, — Ни одна бомба не взорвётся в небе нашего мира. Я лично займусь этим делом.

Он подозвал к себе Тайлера и полушёпотом отдал какие-то распоряжения. Тайлер коротко кивнул, отдал честь, и, скороговоркой пробормотав координаты, скрылся в портале.

— Я зайду после обеда, Джерри, — напомнил Феликс, — Моя машина уже должна быть здесь. Идём, Элис.

— Приятно было с вами познакомиться, леди Мейнфорд, — негромко проговорил Роджер Дейзи, опасливо глядя на Феликса, которого весьма кстати отвлёк телефонный разговор, — Буду очень признателен, если когда-нибудь вы уделите мне немного времени, — если, разумеется, вас не тяготит моё общество.

— Всегда к вашим услугам, — слегка растерялась девушка, — Спасибо за «Гелиос».

— Для вас, мисс, — всё что угодно.

Они вышли из здания и направились к парковке. Феликс всё ещё разговаривал по телефону, меряя шагами тротуарную плитку. Элис окинула волосы со лба и поправила шляпу. Её алый турбомобиль уже стоял на солнцепёке, подставив спину вожделенному излучению.

— Элис, мы не прощаемся. Я заеду за тобой ближе к вечеру, — убрав, наконец, свой телефон, сказал Феликс и нарисовал в воздухе портал, — Будь дома, хорошо?

Он уже собирался шагнуть в портал, как к стеклянному небоскребу подъехал угольно-чёрный спортивный турбомобиль, и, взвизгнув тормозами, резко остановился в паре миллиметров от капота нового турбомобиля Элис.

— Мистер Уинстон? — Роджер просиял, — Какое совпадение! А я как раз-таки жду вашего звонка. Позвольте представить…

— Элис?

— Дэниел?!

— Вы знакомы? — опешил Роджер. Феликс удивлённо нахмурился. Элис растерялась было, но, моментально совладав с собой, приветливо улыбнулась и подала руку для рукопожатия.

— Какими судьбами в столице, мисс? — поинтересовался мистер Уинстон, усмехаясь в усы.

От его бархатистого голоса Элис почему-то бросило в дрожь, хотя на улице было настоящее пекло.

— Я устроилась на работу…

— Леди Мейнфорд работает в нашем НИИ, — прервал её Феликс, делая шаг вперёд. Элис, господин Уинстон — совладелец горнодобывающей корпорации, известный меценат и благотворитель. Прошу любить и жаловать.

— Опять на колёсах? — заметил Роджер, — мистер Уинстон у нас интеллигент. Порталами принципиально не пользуется. И как только вам удаётся везде успевать?

— Вечно опаздывает тот, кто вечно торопится, — по тонким губам Уинстона скользнула едва заметная улыбка, — Я стараюсь избегать этой ошибки. Спешка — плохой помощник в делах.

— А как же пробки? Неужели вы их не боитесь? — директор автоконцерна окинул беглым взглядом профессионала обтекаемый силуэт гоночного турбомобиля, — Хотя, я вижу, у вас для этого нет никаких оснований.

— Прошу прощения, сэр, меня ждут, — Феликс раскланялся с мистером Уинстоном, увлекая Элис за собой, — Хорошего дня, господа.

— О да, конечно, — спохватился Роджер, — Феликс, до завтра. Элис, увидимся!.. — он повернулся к Уинстону, мгновенно переходя на деловой тон, — Давайте поднимемся ко мне в кабинет, сэр. Бумаги лежат на столе…

Некоторое время Элис смотрела им вслед, хмурясь и улыбаясь одновременно: слишком противоречивые чувства обуревали её. Выходит, глаза её не обманули: это именно Дэниела Уинстона она видела вчера утром в вестибюле аэропорта. Чем, он говорил, он там занимается? Проактивными металлами?.. А похож больше на политика. Порталами, видите ли, брезгует. Надо же, какие мы нежные.

— До вечера, Элис.

Она вздрогнула и очнулась от оцепенения: Феликс всё ещё был здесь.

— До вечера, — на автомате повторила Элис и, подождав, пока рассеется серебристая пыль наспех наведённого портала, повернула ключ зажигания.

* * *

Девушка была настолько погружена в свои мысли, что совсем не смотрела на дорогу и нарушила, как минимум, половину правил дорожного движения. Но фортуна была сегодня на её стороне: её не рискнул остановить ни один полицейский патруль. Впрочем, дело здесь было отнюдь не в везении: на машине стояли трёхзначные ведомственные номера.

Свой «Гелиос» Элис оставила на обочине, под окнами, — вряд ли кто-то решится угнать столь приметный турбомобиль, тем более с таким номером. Но, заходя домой, она всё же обернулась и провела над ним рукой, создавая простенькое противоугонное заклятие. Мало ли что: машина-то служебная.

— Миссис Браун? Эмили?..

Ответом ей было кошачье мяуканье, сменившееся отчаянным шипением, — сразу, как только Рокси учуяла её запах.

— Есть кто дома? — крикнула Элис.

Стояла такая тишина, что было слышно тиканье старинных часов-ходиков, доносившееся из гостиной. Пожав плечами, Элис разулась и прошла на кухню. Чайник стоял там, где она оставила его утром: на плите. Разумеется, за время её отсутствия он десять раз успел остыть. В фарфоровой конфетнице сиротливо лежала одна-единственная ириска.

Рокси, тщательно подобрав хвост, прошмыгнула мимо неё в дальний угол за буфетом, и принялась лакать своё молоко. Глядя на кошку, Элис подумала, что ей тоже не мешало бы подкрепиться, и тут же почувствовала согласие с этим своего желудка. Решив для начала сварить кофе, она насыпала в жестяную кружку молотых зёрен и повернула кран.

Ледяная струя воды, ударившая в потолок, оказалась для девушки полнейшей неожиданностью. Безуспешно пытаясь вспомнить заклинание, замораживающее воду, она зажала кран рукой, и изо всех сил закрутила его назад. Результат не заставил себя ждать: резьба сорвалась, и винт просто-напросто отломился у самого основания. Спустя пару минут, с головы до ног забрызганная водой, Элис решила оставить бесплодные попытки приладить злополучную деталь на место, и, наскоро остановив течь сжатым воздухом, — подбирать более подходящую магию не было времени, принялась исследовать трубы на предмет наличия вентилей, которыми можно было бы перекрыть воду. Трубы уходили в пол.

«Должно быть, что-то есть в подвале».

Дверь в подвал нашлась под лестницей, и оказалась запертой. Самое интересное, что замок был магического происхождения: плотный сгусток энергии, невидимый глазу обычного человека. Элис отметила про себя эту странность, но задумываться, откуда в доме у миссис Браун столь мощный магический замок, времени не оставалось: нужно было срочно ликвидировать последствия устроенного ею потопа. Справившись с замком, она вооружилась переносным светильником и спустилась вниз, на ходу разматывая шнур.

Изо рта вырвалось облачко пара, — в подвале было так холодно, что по телу пробежал озноб. «Настоящий морозильник», — подумала Элис, стуча зубами, — «И туман такой, что ничего не разглядеть. Ну, и как здесь идут эти трубы?!»

Где-то наверху хлопнула дверь: видимо, она передавила провод, потому что лампа вдруг погасла, оставив девушку в полной темноте. Элис потёрла ладонь о ладонь, и между ними вспыхнул белый лепесток света, — достаточно яркий, чтобы разогнать мрак. Заклинание весьма энергоёмкое, как и вся магия огня, но выбирать не приходится. Подняв повыше свой самодельный светильник, она, наконец, отыскала трубы, и до упора закрутила старый тугой винт.

«Кажется, всё».

Оставалось найти выход, то бишь, вход.

Туман немного рассеялся, — именно поэтому девушка увидела, что к дальней стене подвала прислонен квадратный лист промышленного армированного стекла. В отражении она узнала себя, но не это привлекло её внимание, заставив вздрогнуть уже не от холода: вместо кирпичной стены там отражалось совершенно незнакомое место.

Безумная догадка промелькнула в её голове, когда на земляной пол упала полоска красноватого света, — света, идущего из-за зеркала.

Реверсайд.

Обратная сторона мироздания.

Вскоре туман исчез почти полностью, а полоска света доползла до носков её ботинок. Затаив дыхание, Элис приблизилась к зеркалу и подняла руку, ожидая, что её пальцы вот-вот наткнуться на препятствие.

Стекла не было. Как не было и зеркала. Шагнув вперёд, девушка замерла в изумлении: она стояла на верхушке полуразрушенной башни. Вокруг клубился густой туман, а прямо перед ней, у самого горизонта пылало рассветное солнце, красное, как раскалённая конфорка.

Про свой так и не сваренный кофе Элис позабыла напрочь: словно зачарованная, она подошла к каменной стене, и, вцепившись в белоснежный мрамор, перегнулась через край. Восходящее солнце катилось по небу, проливая свет на мир, в котором она очутилась: внизу, у подножия башни, лежал огромный город. Тёмный и манящий, он поражал своим великолепием и одновременно грозной, жестокой силой: высотные здания, телевышки и заводские трубы, очертания которых терялись в тумане, колючий свет уличных фонарей, от которых слезились глаза, серый слежавшийся снег, укатанный колёсами здешних турбомобилей. Да, снег. В этом мире сейчас стояла зима. Морозный воздух был пропитан смогом и гарью: именно этот запах проникал в дом миссис Браун. Элис ещё удивилась, почему у чистоплотной домохозяйки в подвале пахнет выхлопными газами.

«Надо бы вернуться».

Мысль была донельзя здравая: оставаться здесь, после всего того, что она успела услышать о Реверсайде, было как минимум неразумно. Но жгучее любопытство толкало Элис вперёд: туда, где багрово-красные облака переплетались с сизыми клубами дыма из толстых круглых градирен, а с железных опор свисали гирлянды проводов, покрытые белой шубой инея.

«Нет, надо всё-таки вернуться. Холодно».

Вокруг ни души. Никто её не заметил, — Элис поспешно соорудила отражающий экран, — и не заметит. Теперь она для всех — почти невидимка, случайный прохожий, слишком непримечательный и скучный, чтобы привлечь чье-либо внимание.

Она лишь взглянет одним глазком на город внизу, — и сразу же вернётся назад. Честное слово.

— Вот так и пропадают в Реверсайде, — вздохнул кто-то за её спиной, — А потом в народе множатся слухи про пилигримов, ворующих маленьких детей, и драконов-людоедов.

Вскрикнув от неожиданности, Элис резко повернулась, отчаянно краснея.

— Нравится? — Феликс развёл руками.

— Да! То есть…

Он выглядел очень усталым, и Элис вдруг стало стыдно.

— Прости, я…

— Не хотела? Отчего же.

— Мне не следовало здесь появляться…

— Вообще-то, да. Раньше времени. Но теперь это уже не имеет значения.

— Это Реверсайд, верно?

— Это Дарквуд, крупнейший город Реверсайда. И главный оплот наших врагов.

Враги.

Вот оно, ключевое слово.

— Жители Реверсайда — наши враги? — переспросила Элис.

— Увы, да. Все без исключения. Большинство людей, надо сказать, не подозревают о существовании иного мира. Однако нас, главным образом, интересуют те из них, кто знает и о Зеркалах, и о нашем мире — Аверсайде. Здесь тоже есть спецслужба, подобная ДВР, — так называемый «нулевой отдел».

— ДВР?

— Департамент внешней разведки. Немногие знают, что так расшифровывается эта аббревиатура, и очень немногие владеют информацией о том, чем на самом деле занимается наш департамент.

— Значит, правду скрывают от населения?

— А как же иначе? Представь себе, что о параллельном мире знают все и каждый. Что будет?

— Поднимется паника, начнутся беспорядки… — принялась рассуждать Элис, — Преступность расцветет пышным цветом. Очень удобно — у тебя есть целый мир, чтобы замести следы, спрятаться, скрыться. Через Зеркала хлынут потоки мигрантов. Для экономики это будет полное фиаско. Очень скоро ситуация выйдет из-под контроля властей, нынешний порядок рассыплется, как карточный домик, государства перестанут существовать… Действительно, хорошего мало.

— Это лишь полбеды, — веско сказал Феликс, — Самое страшное в другом.

— В чём?

Феликс не ответил. Скрестив руки на груди, он вышел на балкон, молча глядя на зимнее солнце. Элис подошла к нему и встала рядом.

— Этот город… Дарквуд, — она стряхнула снег и поставила локти на перила, — Этот мир. Он ведь не единственный во Вселенной. Не спорь. Я училась в школе. Выходит, должны быть Зеркала, ведущие в иные миры? Выходит, профессор Джонс оказался прав?

— Вряд ли я смогу ответить на все твои вопросы, — произнес Феликс после паузы, — Мы сами до сих пор многого не понимаем.

— Расскажи мне всё, — потребовала Элис, — Я хочу знать.

— Так и быть, — он перевёл дыхание, — Не могу поручиться на все сто, что это правда, однако принято считать, что Аверсайд и Реверсайд когда-то были единым, цельным миром. Неизвестно, что за катастрофа произошла тогда, тысячи лет назад, была ли она природного или техногенного характера, но однажды по какой-то причине единый мир раскололся пополам. Время шло, различия между мирами становились всё значительнее, и приблизительно через шесть тысячелетий, — точную дату тебе не назовёт никто, мы пришли к тому, что имеем на сегодняшний день.

— Как странно. У нас сейчас лето в самом разгаре, — Элис покачала головой, — А здесь лежит снег.

— А что ты хочешь: на протяжении стольких лет каждый мир развивался самостоятельно. Здесь время бежит чуть быстрее, чем у нас.

— И рельеф тоже сильно различается, — заметила Элис, — у нас это Зеркало находится под землёй.

— Да, трудно поверить, что когда-то эти два мира были абсолютно идентичны. Теперь это два разных мира. Однако связь между ними осталась.

— Зеркала?

— Здесь их называют Мостами. Это некие точки сопряжения. Как на стёганом одеяле, там, где расположены Зеркала, между двумя мирами находятся своеобразные «стежки». Они-то и скрепляют два мира вместе, не позволяя им расклеиться и разойтись окончательно. Зеркала разбросаны по всей земле, где хаотично, где более-менее упорядоченно. Как правило, они располагаются рядом с большими скоплениями людей, — хотя единой закономерности не выявлено. На полюсах, в зонах вечной мерзлоты, или, к примеру, в открытом океане Зеркала тоже встречаются, но пользоваться ими крайне затруднительно, — Феликс, не мигая, смотрел на солнце: так, словно хотел уничтожить ни в чём не повинное светило, да и весь Реверсайд в придачу, — Проблема в том, что с каждым годом пригодных для использования проходов всё меньше. А в последнее время Зеркала исчезают с ужасающей быстротой. Это крайне осложняет нашу работу.

— Кристофер Тайлер нашёл Зеркало в «Кристалл-Паласе».

— Да. Это был проход, неизвестный шпионам Реверсайда. Из-за того юноши он мог быть обнаружен врагами, и стать непригодным для использования… Я был против, и Тайлер тоже, но решение ликвидировать Стивена было принято большинством голосов… Я рад, что мальчишка остался жив.

Элис молчала, жадно ловя каждое слово.

— Зеркало в этой башне — одна их немногих лазеек в Реверсайд, о которой не известно нашим врагам. Каждое такое Зеркало — стократ дороже, чем тонна высокоактивного октаниума.

Вздрогнув, девушка с тревогой обернулась назад, туда, где в белой стене башни темнел проход, ведущий домой.

— Здесь относительно безопасно, — успокоил её Феликс, — Я говорю «относительно», потому что, когда ты в Реверсайде, ничто нельзя утверждать наверняка. Ты, как я погляжу, довольно неплохо замаскировалась, но этого недостаточно.

Элис поспешно сдёрнула ненужный теперь морок.

— Фасон твоего костюма выдает тебя с головой. А его цвет прямо-таки кричит о том, что в Реверсайде ты — гостья.

— Этого я не знала…

— Тебе повезло, что мне пришло в голову поискать тебя в погребе, а не ждать наверху, в гостиной. Иначе…

— Постой-ка, — взволнованно перебила его Элис, — Если есть проходы, о которых не знают в Реверсайде, значит, есть проходы и у нас, о местоположении которых мы не знаем! Значит, их шпионы ходят по улицам, среди людей?

— Быстро соображаешь, — Феликс одобрительно кивнул, — Это тоже входит в широкий список наших обязанностей: розыск новых Зеркал и постановка на учёт, выявление и нейтрализация разведчиков Реверсайда, контроль за безопасностью стратегически значимых объектов, вроде горно-обогатительных комбинатов и энергостанций. Кроме того, мы стараемся не пускать лишнюю информацию в прессу. И неустанно следим за всем происходящим в мире, особое внимание уделяя всему подозрительному, вроде ведущих в никуда порталов, и людей, одетых не по погоде, — он слегка улыбнулся, — Ты не догадывалась об этом, но мы наблюдаем за тобой почти два года: с того самого момента, как ты начала работать над своим исследованием.

— Моё исследование, — на лице Элис отразилось осмысление происходящего, — Расчёты показывают, что мерность пространства растёт. Так вот где собака зарыта!..

— Мерность пространства растёт, потому что наш мир теряет энергию, — подтвердил Феликс, — Утечка происходит через зеркала, так как в настоящее время баланс смещён в сторону Реверсайда. Почему так происходит, и как с этим бороться, — это мы и пытаемся выяснить. Говоря «нам», я имею в виду и тебя, Элис. Отныне ты — одна из нас. Надеюсь, ты нас не разочаруешь.

— Я сделаю всё, чтобы оправдать возлагаемые на меня надежды, — медленно проговорила Элис, взвешивая каждое слово, — Не сомневайся.

Феликс взял девушку за плечи и поймал её взгляд.

— Назад пути не будет. Ты уверена, что готова? Мне нужны агенты, на которых я могу положиться как на себя.

— Ты сомневаешься во мне? — в сиреневых глазах сверкнула уязвлённая гордость.

— Лично я — нет, — честно сказал Феликс, — Важно, чтобы ты сама в себе не сомневалась.

— Я уже дала тебе ответ, — немного раздражённо произнесла Элис, — Не заставляй меня повторять дважды. Ты знаешь, что я люблю свой мир. И если у меня будет возможность бороться за него, я буду бороться до конца.

— Хорошо. Я должен был услышать от тебя эти слова, — он схватил её руку и шагнул назад, возвращаясь в полутьму подвала, — Пошли.

Серебристая воронка портала, похожая на раструб патефона, раскрылась мгновенно, — Элис едва успела глотнуть воздуха, как вокруг неё завертелся холодный влажный вихрь.

Когда он растаял, девушка увидела, что они стоят у входа в каменное здание с длинными одноэтажными флигелями, никак не выделявшееся среди типовой городской застройки. На запылённом серо-синем фасаде красовалась вывеска: «Грейстоунский научно-исследовательский институт прикладной магии и смежных наук». Прохожие не обращали на невзрачный дом ровным счётом никакого внимания.

— Это главный штаб нашего департамента, — сказал Феликс, — Внутрь в целях безопасности порталы не открываются. Сними перчатки, — велел он, — Без пропуска сюда не попасть, но я тебя проведу.

Первую дверь он просто толкнул локтем, крепко держа Элис другой рукой. Когда они очутились в тесном тамбуре без окон, Феликс прикоснулся ладонью к дверной ручке, и замок послушно щёлкнул, пропуская их в вестибюль. Над окошечком контрольно-пропускного пункта висела табличка «Центральная проходная».

— Добрый день, сэр, — поздоровался комендант, вытягиваясь по стойке «смирно», — Разрешите обратиться…

— Девушка со мной, Ральф, — предупредил Феликс дальнейшие вопросы, — Наш новый сотрудник, — он посмотрел на часы, — Тайлер уже здесь?

— Агент Тайлер пришел только что. Вызвать его?

— Да, будьте добры.

Внезапно у Феликса зазвонил телефон, и Элис тактично отошла в сторону, осторожно ступая по свежевымытому полу. Разноцветные каменные плиты были уложены в овальную розетку, в центре которой гордо раскинул крылья двуглавый дракон — эмблема ДВР. Она обошла вокруг мозаики, стараясь не сильно стучать каблуками. Воздух потрескивал от переизбытка боевой магии: девушка почувствовала, что у неё наэлектризовались даже брови и ресницы.

Феликс разговаривал по телефону очень долго. Элис судорожно вздохнула: напряжённость обстановки делала ожидание ещё более томительным. Мимо неё сновали сотрудники департамента, бросая долгие подозрительные взгляды на молодую девушку в штатском. Чтобы немного успокоиться, Элис подошла к турникету и положила ладони на стальную перекладину, впрочем, тут же отдёрнув их: металл оказался под напряжением.

— Элис?

— Привет, Крис, — она была неописуемо рада увидеть знакомое лицо.

— Добро пожаловать в штаб, — поприветствовал её Тайлер, проводя рукой по световому индикатору турникета, — Чувствуй себя как дома, — прищурившись, он внимательно посмотрел на её одежду, — А почему ты вся мокрая?

— Водопроводчиком пришлось поработать, — проворчала Элис, стараясь привести себя в более-менее приличный вид, — У миссис Браун не всё в порядке с трубами.

— Ясно, — усмехнувшись, Тайлер потёр ладони и направил ей в лицо струю горячего воздуха, — Помочь?

— Спасибо, я сама!

— Дело твоё. Но учти: у тебя скоро церемония посвящения.

— Церемония… Что?! О, нет, только не это!.. — Элис негромко застонала, — Может, можно как-нибудь без церемоний? Я похожа на мокрую курицу.

— Да ладно, не дрейфь, ты отлично выглядишь. Пойдем, я провожу.

Небольшой кабинет, порог которого переступила Элис, абсолютно не вязался с её представлениями о церемониях, и немного смахивал на районный зал суда. Сверху донизу помещение было затянуто потемневшими от времени кленовыми панелями. Несколько деревянных табуретов по углам, круглый стол в центре, — меблировка более чем скромная. И два одностворчатых окна, у одного из которых плотным кольцом стояло семь человек: две девушки, остальные парни.

«Семеро магов, — поправила она себя, — Все с допусками, примерно моего уровня. Вчерашние студенты, только что с университетской скамьи. Интересно, их завербовали так же, как меня?»

Похоже, будущие коллеги уже успели перезнакомиться друг с другом, и сейчас молча ждали начала церемонии. Когда Элис вошла, все дружно повернули головы в её сторону, но тут же отвели взгляд. Кое-кто не сдержал смешок, заметив её влажные растрепанные волосы.

Раздумывая, стоит ли ей заговорить с ними первой, Элис отошла в противоположный угол комнаты. Подойдя ближе, она увидела, что поверхность стен сплошь покрыта какими-то письменами, однако полустёртые буквы древнего алфавита были столь неразборчивы, что написанное почти невозможно было прочесть.

— Не старайся, текст совершенно нечитабельный, — произнёс кто-то, — Мы уже пытались. Есть мнение, что это символы, усиливающие природные свойства дерева.

Элис отметила про себя, что в убранстве кабинета не было ничего металлического.

— Чистое дерево не дает ни солгать, не высказаться двояко, — она вспомнила школьный курс теоретической магии, — Однако всего одна медная монетка полностью нейтрализует любое количество дерева. Вы об этом?

— Перед тем, как мы станем курсантами, нас приведут к присяге, — худенькая зеленоглазая девушка подошла к Элис, — Вообще-то, клятва замешана на магии, поэтому мы не сможем её нарушить. Так что дерево — скорее, лишь дань традициям, — она протянула руку, — Анабель Лайтерс.

— Элисон Мейнфорд.

— Мейнфорд? — встрепенулся рыжий веснушчатый паренёк, — Графиня Мейнфорд из «Маунтин-Парка»?

Все взоры моментально обратились к Элис.

— Ты меня знаешь?

— Наши отцы когда-то служили вместе в Барденских горах, — он взволнованно стряхнул кудри со лба, — Я — Питер Кортни. Моя семья живет в Вест-Гардене.

— Я тоже наслышана о тебе, Питер, — не осталась в долгу Элис, — Самый молодой выпускник Грейстоунского университета. Скажи, как тебе выдали допуск, если тебе ещё нет восемнадцати?

— Смотри, я до тебя доберусь, — пискнул красный как рак Питер, — То есть, прошу прощения, ваша светлость!

— Ботаник.

— Аристократка.

— Рыжий, — подытожила Элис, — Соберешься в Реверсайд, не забудь захватить шарфик. Там сейчас прохладно.

В комнате разом стало тихо, но через мгновение она взорвалась возбуждёнными криками.

— Ты была в Реверсайде?

— Ты побывала там, и вернулась назад??

— Расскажи, что ты там видела!

Внезапно голоса испуганно притихли: в кабинет вошёл Крис Тайлер, Феликс в сопровождении своего помощника, Энтони, и ещё несколько сотрудников ДВР.

— Сюда всё металлическое, — распорядился Тайлер, ставя на пол плетёную корзину, — В карманы заглянуть не забудьте. Имейте в виду, я всё равно проверю. Невыполнение требования будет расцениваться как попытка обойти присягу.

Взволнованно переглянувшись, кандидаты в агенты принялись отстёгивать пряжки и запонки. Элис бросила в корзину серебряный браслет. Поверх него коротко стриженый парень в белой замшевой куртке положил свои часы, постаравшись незаметно дотронуться рукой до её руки. Элис руку отдернула, и молодой человек смущённо потупил взгляд, не зная, как замять неловкость.

Феликс подошёл к столу, знаком приказывая новичкам встать вокруг. Посередине лежал плоский серый валун. С одной стороны его Элис заметила неровный скол с острыми, зазубренными краями, а с трёх сторон камень был плавно закруглён. Воздух над ним колебался и рябил, — настолько сильная энергия шла от его поверхности.

— Это Первый камень, — торжественно произнес Феликс, — Точнее, его половина. Второй обломок где-то в Реверсайде. Много веков назад, в момент, когда миры разошлись, этот камень оказался в эпицентре, и разлом прошёл прямо через него. Всё остальное, как вы, я надеюсь, знаете, — люди, животные, растения, просто отразились в пространстве, после чего отражение приобрело все свойства оригинала. Первый камень — исключение. Отыскавшие его и учредили наше ведомство: Департамент внешней разведки. Нет, мы не охотимся за несуществующими пришельцами из космоса, как предполагают обыватели, — наш противник, к сожалению, реален, и куда более опасен, чем мне хотелось бы. Сегодня вы принесёте клятву верности департаменту и всему миру, — клятву, которую будете хранить, что бы ни случилось. И пусть Раскол, создавший наши миры и их вечное противостояние, служит вам постоянным напоминанием того, как хрупко и зыбко равновесие во Вселенной, и как мало нужно, чтобы нарушить его.

— Мисс Анабель Лайтерс! — Тайлер сверился со списком, — Ты первая.

Вздрогнув, зеленоглазая девушка вышла вперёд и положила на камень правую руку.

— Я, Анабель Лаура Лайтерс, — звенящим от волнения голосом начала она, — Клянусь на Первом камне верой и правдой служить своему родному миру, следуя букве закона и устава, совести и чести. Клянусь помогать товарищам по оружию, уважать подчинённых и беспрекословно выполнять приказы старших по званию. Клянусь днём и ночью, в холод и зной, на земле, под землёй и в небесах бороться с врагами и хранить мир, не жалея сил и жизни. Прошу принять меня в ряды курсантов с аккредитацией до соответствующего уровня допуска.

По мере того, как очередь приближалась к Элис, тревога ощущалась всё сильнее. Казалось бы, всего делов-то: положить руку на камушек и прочитать с листа готовый текст, который даже не нужно было заучивать наизусть, вставив в начале своё имя. Ничего сложного. Ничего страшного.

Почему же тогда её трясет так, словно она все ещё стоит в мраморной башне на ледяном ветру Реверсайда?

Наконец, Феликс назвал её фамилию. Девушка сделала шаг к столу, кладя ладонь на священный камень. На ощупь поверхность артефакта была тёплой и шершавой.

Язык прилип к нёбу, но Элис не запнулась ни разу, словно она знала текст присяги наизусть. С каждым словом камень всё больше накалялся, обжигая кожу, но слова лились как музыка, и девушка чувствовала, как её наполняет неведомая доселе сила. Выкрикнув последнее слово клятвы, Элис оторвала руку от камня, и с удивлением обнаружила, что старая пентаграмма исчезла без следа, а на её месте отпечатался уже знакомый трилистник, — в точности такой же, как у Феликса.