— Сохи, прости, что мы не понимали тебя всё это время!

Девочка, прижавшись к родителям, долго рыдала. Затем несколько раз коснулась их глаз, проверяя, действительно ли исчезли очки. Не из сожаления об их утрате, а чтобы убедиться — мама и папа здоровы и вернулись к нормальной жизни.

В доме некоторое время слышались лишь облегчённые всхлипы.

Когда плач утих, девочка робко спросила:

— Можно, я больше не буду ходить в академию?

Мама слегка улыбнулась:

— Конечно, дочка. Мы думали, тебе нравится учиться. Поэтому решили, что, если немного подстегнуть тебя, ты станешь ещё лучше. Но мы, похоже, слишком давили, и тебе стало тяжело. Прости нас.

— Я не говорю, что вообще не хочу учиться. Просто мне нужно отдохнуть, а ещё… подумать о других вариантах будущей профессии, кроме дипломата.

— Правда? Как насчёт врача или юриста?

На слова папы, сказанные наполовину в шутку, наполовину всерьёз, Сохи надулась. Но когда отец извинился, улыбка мигом вернулась на её лицо.

Кугарян обратилась к людям:

— Что ж, если вы закончили разговоры, пожалуйста, подойдите сюда. Пора подкорректировать ваши воспоминания.

Кумихо по очереди положила переднюю лапу на голову каждого члена семьи, чтобы изменить их память.

Наверняка родные не хотели разлучаться. Невзирая на тяжёлые испытания, Хэджу видела в их глазах надежду на возвращение к прежней счастливой жизни.

Однако, когда охотница подумала о том, что отряд ёгве-

защитников до сих пор находится в неведении, ей стало грустно. Хорошо хоть, что одна гусеница-призрак не успела уползти далеко от дома: теперь, когда призраки покинули жилище, все двери с лёгкостью распахнулись, и Пангуби принёс беглянку.

Насекомое отчаянно извивалось, пытаясь ускользнуть, но было поймано и помещено в контейнер.

— Значит, теперь точно можно сказать, что в деревне Бамбуковая Роща появились гусеницы-призраки. Я надеялся, что ничего подобного не случится, — вздохнул Пангуби.

— Причём их целая уйма. Вероятно, они размножились после того, как попали в деревню. Подумать только — незрелые особи откладывают яйца и плодятся. Страшно представить, что будет дальше, — добавил Удодам.

Хэджу посмотрела на Чуннима:

— Ты обещал связаться с Небесами. Что удалось узнать?

Чунним лишь бессильно покачал головой:

— Вчера я связался с небесным управлением по делам призраков для выяснения хоть каких-то деталей. Однако никто не слышал о таких созданиях. Более того, там не верят в их существование.

Хэджу понимала — они зашли в тупик. Обычно призраки стремились завладеть человеческим телом, используя артефакты и неотступно следуя за людьми. Но гусеницы вели себя иначе. Некоторые явно поглощали жизненные силы своих жертв, как в случае с семьёй Сохи, а другие будто и вовсе не интересовались ими, а просто бесцельно перемещались по комнате.

Совершенно непонятно, какая у них цель. Тревожило и то, что численность насекомых постоянно росла, а формы менялись. Возможно, их цель — не обрести человеческое тело, а эволюционировать.

А ведь гусеницы-призраки появились в деревне из-за отряда охотников. Хэджу испытывала не только тревогу, но и чувство вины. Она была в замешательстве, но бездействовать не могла. После раздумий она велела ёгве патрулировать деревню.

— Давайте временно отложим наши дела, разделим территорию и постараемся выловить всех гусениц. Если тщательно осмотрим каждый уголок, возможно, сумеем их уничтожить.

Ёгве понимали чувства Хэджу. Других идей, кроме патрулирования деревни, у них не было. Поникшими они вернулись в цветочный магазин, ставший их новым домом, и разбрелись по комнатам.

Когда Тэджу тоже собирался пойти к себе, Чильчон, который задержался, тихо окликнул его:

— Постой.

И Чильчон, чей взгляд был непроницаем, отвёл Тэджу в пустой угол оранжереи.

Мальчик недоумённо улыбнулся, но ёгве был мрачен.

— То, что я скажу, крайне важно. Слушай внимательно.

Впервые видя Чильчона настолько серьёзным, Тэджу перестал улыбаться.

Немного подумав, Чильчон продолжил:

— Почему ты так настойчиво пытался открыть дверь в доме Сохи?

Вопрос застал мальчика врасплох.

— Ну… Я решил, раз теперь стал таким же сильным, как вы, смогу легко её отворить…

— Твоя возросшая сила лишь указывает на наличие большего потенциала, но это не означает, что ты способен на всё. Нельзя отворить любую дверь, опираясь только на физическую мощь.

Тэджу растерялся.

— Запомни, бездумное применение силы никуда не годится. Ты мог подвергнуть всех реальной опасности. Впредь будь осторожнее.

— Ясно.

Чильчон потрепал Тэджу по плечу и напоследок улыбнулся.

Но теперь Тэджу не смог растянуть губы в ответной улыбке. Даже после ухода ёгве мальчик ещё долго стоял неподвижно.

Слова Чильчона снова и снова звучали в голове Тэджу.

Чильчон прав. Получив сверхспособности, Тэджу только и ждал случая их применить. И когда возможность появилась, он использовал силу, наслаждаясь моментом и не думая о последствиях. Так и случилось в доме Сохи.

Чильчон заметил, что Тэджу слишком увлёкся, не сознавая, к чему может привести опрометчивый поступок. Осознав ошибку, мальчик испытал стыд и разочарование в себе, а потому долго не мог уснуть.

Начиная со следующего дня, охотники на призраков начали патрулировать деревню. Хэджу было тяжело смотреть на ёгве, которые ёжились на пронизывающим ветру. Ей казалось, что охотники страдают из-за недостатка её способностей, и она постоянно чувствовала себя виноватой.

Хэджу хотела бы присоединиться к друзьям, но из-за ухудшающегося состояния Чуннима не могла надолго удалиться из цветочного магазина. Рука мастера выглядела всё хуже и хуже.

Даже целебная мазь не помогала: ранки не заживали, а, наоборот, разрастались.

Хэджу не раз пыталась убедить Чуннима обратиться в небесную больницу, но он отмахивался и ворчал, что скоро выйдет на пенсию и хочет провести оставшееся время в мире людей. Хэджу была подавлена. Чунним понимал её состояние. Порой он покидал цветочный магазин, чтобы побыть в одиночестве и скрыть свою боль от охотницы, но вскоре возвращался.

Именно его исчезновения вызывали у Хэджу особое беспокойство.

Так и проходили дни, наполненные тревогой.

Но, конечно же, Хэджу отправилась на встречу с Чираком, другом Сохи.

Призрачным артефактом Чирака оказался бальзам для губ, наделявший даром красноречия. Стоило нанести его, как речь становилась плавной и красивой, но Чирак чувствовал себя неловко, пользуясь таким средством, и вскоре совсем перестал его применять. Мальчик охотно отдал бальзам, пояснив, что и так дружит со всеми в школе.

Когда Хэджу осторожно коснулась Пламенником бальзама, на котором был вырезан иероглиф «призрак», оттуда принялись выползать гусеницы.

Насекомых, к счастью, оказалось немного, поэтому уничтожить их не составило труда. Хэджу невольно подумала: как было бы хорошо, если бы любые проблемы решались столь же элементарно, как и сейчас — в случае с бальзамом.

К тому времени, как Хэджу вернулась в цветочный магазин, охотники закончили патрулирование. У каждого в руках были контейнеры, наполненные гусеницами.

— Неплохой улов. Хотя, если постараемся, сможем поймать гораздо больше, — заметила Хэджу, проверяя количество гусениц.

— По-моему, им нет конца, — буркнул Чильчон. — А хуже всего, что они неотличимы от обычных. Некоторые бесстрашные дети даже пытались забрать их домой. Вероятно, приняли за капустниц из-за близости капустных грядок. Признаться, и я поначалу предположил, что это гусеницы капустной белянки — сейчас над полем вьётся целая туча бабочек.

— Но чего же хотят призраки? — спросил Канёль, осторожно прикасаясь к контейнеру с одной-единственной гусеницей, который держал Тэджу.

Особь изолировали, чтобы проследить за скоростью роста.

Хэджу подозрительно посмотрела на гусеницу и сказала:

— Очевидно, кто-то использует их в своих целях.

После слов охотницы в сознании ёгве возник один и тот же образ.

— Незнакомец в чёрном плаще, который следовал за каретой. Он и есть тот, кто создал подарки Бамбуковой Рощи, — хмуро заключила Кугарян.

Именно он воспользовался призрачной каретой, чтобы доставить гусениц в деревню. Логично, что он должен стоять за этим беспределом.

Охотники посуровели пуще прежнего.

Однако Хэджу придерживалась иного мнения.

— Вряд ли всадник в чёрном плаще проник в деревню. Он использовал Тэджу как посредника, чтобы доставить призраков в Бамбуковую Рощу. Будь у него возможность войти в селение, он бы наверняка лично принёс гусениц, — рассуждала Хэджу.

— И снова мы в тупике, — удручённо проронил Канёль.

Время шло, но решение не появлялось, и Хэджу всё острее ощущала собственное бессилие. Выбора, впрочем, не было.

День за днём охотники продолжали нескончаемые патрули, вылавливая гусениц. Было заметно, как ёгве постепенно теряют бодрость в борьбе с ледяным ветром. Отряд выглядел по-настоящему измождённым.

Когда Чунним после очередной прогулки вернулся домой, Хэджу поделилась с мастером своими сомнениями:

— Не уверена, что есть смысл в ловле гусениц.

— Сейчас это может казаться бессмысленным, но нам нельзя сидеть сложа руки. Благодаря ёгве рано или поздно гусеницы исчезнут. К тому же другого плана у нас пока нет. — Чунним похлопал Хэджу по плечу, но ей не помогла такая поддержка.

Похожие чувства испытывал и Тэджу. Если бы он присоединился к охотникам на дежурствах, ему бы стало чуточку легче. Но мальчик не мог отправиться на патрулирование, поскольку должен был присматривать за цветочным магазином.

Ощущение вины мешало Тэджу. Всё, что ему оставалось, — провожать ёгве по утрам, когда те отправлялись на раннее патрулирование.

Однако Чильчону Тэджу не мог адресовать свои ободряющие напутствия.

Мальчик не находил в себе сил взглянуть ему в глаза.

«Ты мог подвергнуть всех реальной опасности».

Фраза всплывала в голове Тэджу всякий раз, когда он видел Чильчона. Мальчик и сам не понимал, почему она так глубоко засела в его памяти.

Однажды, проводив ёгве, Тэджу вышел во двор перед цветочным магазином, пытаясь избавиться от гнетущих мыслей. Мальчик сел на скамейку, наблюдая за колышущейся рощей. Шорох бамбуковых листьев успокаивал его.

Теперь Тэджу начал понимать тех, кто приходил к зарослям поделиться своими переживаниями. Мальчик поднёс к лицу контейнер с гусеницей. На вид она казалась совершенно обычной — трудно поверить, что перед ним призрак. Было в ней даже что-то милое.

— Знаешь ли ты, сколько людей страдает из-за тебя?

Гусеница вдруг зашевелилась, будто откликаясь на вопрос мальчика. Но её движения были странными. Казалось, из её тела вот-вот что-то вырвется наружу.

— Ой! Она собирается трансформироваться? — пробормотал Тэджу, открывая крышку контейнера.

Внезапно мальчик услышал чьи-то шаги, а на контейнер упала тень. К Тэджу приблизился Чунним.

— Мастер, где вы опять пропадали? Хэджу места себе не находит, — сказал Тэджу.

И действительно, Хэджу как раз покинула цветочный магазин в поисках исчезнувшего Чуннима.

Мастер, подобно ребёнку, застигнутому за кражей сладостей, вжал голову в плечи, но тотчас выпрямился и усмехнулся. Однако его беззаботный вид лишь сильнее разозлил Тэджу.

— Как-никак, но это призрак, не стоит трогать его голыми руками, — небрежно заметил Чунним.

Тэджу со вздохом опустил контейнер.

— Тебя что-то беспокоит? — полюбопытствовал мастер.

Мальчик помедлил с ответом. Своевольное поведение мастера раздражало его, продолжать беседу не хотелось. Впрочем, Чунним уже сообразил, в чём дело.

— Это из-за разговора с Чильчоном, верно?

— Как вы догадались?

— Чильчон переживает не меньше твоего.

В тот день, когда Чильчон сделал Тэджу замечание, ёгве тоже одолевали тяжёлые мысли. Он не мог уснуть и долго сидел во дворе, где его и обнаружил вернувшийся с прогулки Чунним.

— Чильчон всегда мечтал стать охотником на призраков. Но когда понял, что ёгве могут быть лишь помощниками, а не настоящими охотниками, хоть им и разрешено так себя называть, ужасно расстроился. Это стало для него страшным ударом. До такой степени, что он даже ел человеческие ногти, надеясь превратиться в человека. Пожалуй, старая травма заставила его ревновать, когда ты вернулся в отряд как стажёр.

Тэджу был потрясён. Он знал о желании Чильчона стать человеком, но не предполагал, что именно мечта стать охотником на призраков и была первопричиной. Тэджу стало его жаль.

Всё время Тэджу бездумно хвастался силой и, вероятно, выглядел очень глупо.

— Но почему ёгве не могут стать охотниками на призраков? — спросил Тэджу.

— Люди и жители Небес, в общем, те, кто составляет большинство, никогда не замечают того, что не причиняет им неудобств. А страдания меньшинства для них несущественны. Полагаю, и ты сталкивался с чем-то подобным: когда в компании что-то планируется, мнением двух несогласных часто пренебрегают, поступая по-своему.

Тэджу вспомнил случай из прежней жизни. Как-то раз он вместе с друзьями решил купить что-нибудь навынос, но один из товарищей не ел острое и попросил исключить такие блюда. Однако остальные настояли на своём, полностью проигнорировав его просьбу.

Другу пришлось есть острую еду против своей воли.

«Интересно, что он тогда чувствовал?»

Чунним поднял принесённый ветром бамбуковый лист. В руках охотника он казался особенно зелёным.

Слегка поёжившись от холодного ветра, мастер отпустил лист, и тот унёсся прочь.

— Слова Чильчона — не просто зависть. Он упоминал, что физических возможностей недостаточно для достижения цели. В мире полно вещей, которые нельзя решить только грубой силой. Я сам прошёл через такое. Думал, что стану охотником на призраков, поскольку у меня есть дар. Но после нескольких провалов на экзаменах я осознал: сила — не главное. Для охотника крайне важно уметь слышать того, кто стал призраком. А это, кстати, напрямую касается и тебя, ведь ты различаешь голоса, недоступные другим.

История с призрачным артефактом — очками Сохи — разрешилась не благодаря сверхспособностям, а как раз потому, что Тэджу сумел услышать голоса её родителей.

Однако сверхспособности едва не привели к катастрофе. Смутившись, Тэджу рассеянно коснулся контейнера для насекомых.

— Ты принёс в деревню не только хаос, но и кое-что ещё, Тэджу… — начал мастер.

Но договорить он не успел: в тот же миг гусеница выпрыгнула из контейнера — Тэджу забыл закрыть крышку. Воспользовавшись шансом, она впилась в палец мальчика.

— Ай! — Тэджу дёрнулся, и гусеница полетела на землю.

— Осторожно! — воскликнул Чунним.

К счастью, Тэджу не раздавил её — иначе снова появился бы ядовитый дым, и ситуация бы ухудшилась.

Мальчик поймал беглянку и вернул в контейнер. Но что-то с ней было не так: из извивающейся спины появились крылья, а тело обмякло. Оболочка была сброшена. Гусеница превратилась в бабочку. Тэджу застыл в изумлении.

— Она трансформировалась, поглотив твою энергию. Значит, ты пока ещё человек, — задумчиво произнёс Чунним, наблюдая за бабочкой.

Тэджу тоже не отрывал взгляда от белокрылой бабочки, которая ещё совсем недавно была призрачной гусеницей.

И тут его осенило: возможно, есть ключ к решению проблемы!

— Разве бабочки появляются зимой? — спросил мальчик у Чуннима.