/Джианна Аскания/

— Проснись, — вонзился в мысли приказ, и мои глаза распахнулись.

Сфокусировать взгляд удалось на сразу. Я лежала на широкой кровати под алым балдахином. На обнажённое тело было накинуто тонкое покрывало. Сознание по-прежнему пребывало в тисках чужой воли, но будто её влияние ослабло.

— Вот ты и здесь, — на кровать возле меня присел Бруно.

Успел переодеться в свободную белую рубашку и брюки. Он упёр руку возле моей талии, нависая надо мной. И тогда я заметила, что он выглядит несколько иначе. Черты лица безупречнее, плечи будто шире. Но аура та же. То, о чём говорила Мария.

— Узнала? — усмехнулся он довольно.

— Людвиг, — просипела я.

Голос слушался. И, кажется, я могла двигаться.

— Да, это я, — по-мальчишески улыбнулся он. Будто не вернулся из мёртвых, а сотворил небольшую шалость. — Рад, что ты узнала меня, Джианна. Я скучал. А ты скучала по своему жениху?

— Не особо, — ответила честно.

Душу умирающего можно поймать в течение нескольких мгновений после смерти, значит, Бруно сделал это после дуэли. Что наверняка запечатлено на сделанную мной запись. Если бы я посмотрела её до конца, давно бы получила ответы…

— Тебе всегда было на меня плевать, — качнул он головой, скользнув задумчивым взглядом по моему телу. — Ты ведь мне так и не далась, — упрекнул, опуская покрывало с моих грудей.

Захотелось тут же прикрыться от взгляда внезапно воскресшего бывшего жениха, но я не стала этого делать, чтобы не усиливать его чувство превосходства.

— Мы ведь были помолвлены. Могли сблизиться, проводить ночи вместе. Но ты не пожелала подарить мне даже один поцелуй.

Его рука легла на мою грудь, пальцы болезненно стиснули сосок. Я выдохнула сквозь зубы, стараясь сдержать вскрик.

— Как весело выходит, — Людвиг отбросил покрывало прочь, но продолжал смотреть в мои глаза. — Ты видела меня придатком к своему статусу, подчинённым, даже слугой, а станешь моей подстилкой. Нет, нашей с Бруно подстилкой. Иронично, ведь правда?

— Значит, вы организовали убийство?

— Завидую Бруно, он перерезал тебе горло, видел, как ты захлёбываешься собственной кровью. Насладился твоим телом раньше жениха, — рассмеялся Людвиг, будто говорил не о зверском убийстве. — Лучше бы сразу оживил тебя в нашей лаборатории, но он хотел твоей любви, напрягся с этой подменой, обхаживал тебя. А ты снова его отвергла. Какая же ты тварь, Джианна…

— Кто бы говорил…

Его рука стремительно метнулась к моему горлу, перекрывая поток воздуха. Я слабо забилась под ним, пытаясь вырваться, но следом раздался пугающий приказ:

— Не сопротивляйся!

И мне пришлось опустить руки. Воздуха по-прежнему не хватало, я теряла сознание, позволяя себя душить. Людвиг мрачно улыбался. Но, конечно же, не собирался меня убивать. Хватка на шее исчезла, мне позволили вновь наполнить лёгкие воздухом.

— Если ещё не поняла, теперь ты полностью в моей власти, — он поднялся, оглядывая меня.

Злое предвкушение в его глазах ввергло в новый круговорот ужаса.

— На колени, Джианна.

Мысленно закатив глаза на обширность его фантазии, я выполнила требование. Не считала унизительным выполненное по принуждению или из необходимости.

— Что дальше? — уточнила ровным тоном.

— Ты не меняешься, — выдохнул он сердито. — Смотришь так, будто на коленях я, а не ты.

— Если ты так себя чувствуешь, — пожала я плечами.

— Тварь…

Его пальцы вцепились в волосы, жёстко прихватывая их у корней. Вторая его рука принялась расстёгивать брюки. Мысленно я задрожала от омерзения. И могла надеяться теперь только на то, что получится хотя бы закрыть глаза.

— Проклятье… — Людвиг несильно оттолкнул меня и сделал шаг назад. — Будто гладио принуждаю… — пробормотал.

— Я и есть гладио, как и ты теперь.

— Да… — внезапно согласился он. — Как там моя малышка? Что планирует на её счёт Джерхолд? Ей разрешили забрать завещанное мной имущество?

— После допроса к ней нет претензий. Имущество за ней. Но она гладио, её вернут в академию для поисков нового мастера.

— Нет, так не пойдёт, — мотнул он головой, хватая с кровати покрывало, и бросил его мне. — Кесси прошла через столько боёв не для того, чтобы вернуться на фронт с каким-то профаном. Я заберу её, — заявил уверенно.

Людвиг всегда хорошо относился к своему оружию, ещё поэтому мой выбор пал на него. Рада, что хоть это не фальшиво и не изменилось.

— Чем ты занимаешься, Людвиг? — раздался недовольный голос Бруно.

Он только вошёл в комнату. Теперь был не в военной форме, а в выходном костюме. Может, собирался на коронацию?

Людвиг отступил ещё на пару шагов, что позволило мне оглядеться. Мы находились в довольно роскошно обставленной спальне. В помещении отсутствовали окна, было два выхода. Один в неизвестное помещение, откуда появился Бруно, другой — в купальню.

— Решил поприветствовать гостью, — проворчал Людвиг, явно недовольный появлением брата.

— Джианна моя, — спокойно, но бескомпромиссно произнёс Бруно. — У тебя была Мария. Ты её не удержал.

— Я с тобой делился, — сердито выдохнул Людвиг.

— Я пытался исправить то, что ты натворил, — парировал тот.

— Неудачно, — фыркнул он в ответ.

— Сегодня мой день, — более миролюбиво ответил Бруно, а меня передёрнуло.

Он прошёл к нам. Когда встал рядом с братом, стало заметно, насколько усилилась разница во внешности между ними. Бруно теперь уступал по всем параметрам: был ниже, худосочнее, даже волосы не так ярко блестели.

— Вставай. День не только мой. Наш, Джианна, — радостно возвестил он, подавая мне руку.

Судя по миролюбивому настрою, он ещё не знал про ребёнка. Но сколько продлится его неведение? Он спокойно поднял на меня руку, а Людвиг бил Марию. Рано или поздно понадобится проверять, насколько серьёзно кто-то из братьев увлёкся. И тогда я лишусь своего чуда. Это пугало больше, чем возможные «игры» Бруно и Людвига.

Я поднялась с пола, ожидая новых команд. Бруно погладил меня по лицу, отвёл несколько прядей от скулы.

— Мне больше нравилось твоё старое тело. И я уже работаю над его воссозданием. Ты станешь прежней, Джианна.

Захотелось поинтересоваться его душевным состоянием, но я сдержалась. Решила не спрашивать об очевидном, ну и не злить лишний раз. Бруно, может, и в своём уме, но не видел никаких рамок, возомнив себя богом. Он спокойно играл с человеческими жизнями. Убил меня, следом воскресил, помог брату обмануть Марию и потом вместе с ним пользовался её положением, а когда брат погиб — просто вернул и его. Законы мироздания для него — пустой звук, как и нормы морали.

— Тебе нужно подготовиться. В купальне есть всё необходимое. Платье скоро принесут, — проинструктировал он.

— К чему подготовиться? — тихо спросила я, удостоверясь в том, что голос по-прежнему мне подчиняется.

— К нашей свадьбе. В прошлой жизни ты меня отвергла, в этой станешь моей. Я решил простить тебе вольность с Заном.

Какое великодушие…

— Свадьба? Ты серьёзно?

Нет, он всё же тронулся умом.

— Это неразумно, Бруно, — заговорил Людвиг. — Сашу так и не нашли. Её нет в госпиталях и моргах. Маяк не отзывается. Если она выжила, может привести врагов. Нам лучше перейти во второе убежище, про которое ей неизвестно.

— Жрец уже здесь. Сначала сыграем свадьбу, — вновь погладив меня по щеке, Бруно забрал у меня покрывало и накинул его на мои плечи. — Собирайся, Джианна. Постарайся быть красавицей.

Он отступил, глянул недовольно на Людвига.

— Идём, поговорим, — произнёс почти приказным тоном и направился на выход.

Людвиг цыкнул, но потом подмигнул мне с улыбкой и двинулся следом за братом. Мы оба понимали, что вскоре вновь вернёмся к этой же позе. Если я не придумаю, как сбежать или, скорее, ко мне не придут на помощь. Но оба варианта пока казались маловероятными. Однако приходилось верить в лучшее. Я не привыкла сдаваться.

С уходом братьев в комнату вошли три девушки. Судя по аурам и ярким волосам — гладио. Одна из них несла манекен со слишком знакомым платьем. Белоснежное, расшитое жемчугом. Точная копия моего свадебного наряда, в котором я и погибла. Бруно действительно решил переиграть мои «ошибки» в его отношении.

Как оказалось, девушкам приказано поухаживать за мной, чтобы сборы не затянулись. Меня увели в купальню. В помещении тоже отсутствовали окна, зато виднелась вентиляционная труба. Я попыталась расспросить девушек, пока они меня мыли, но, как оказалось, им запретили со мной разговаривать. Так что процесс прихорашивания прошёл в безмолвии и спешке. Похоже, братья действительно побаивались появления гостей, но Бруно всё же был готов задержаться ради свадьбы.

Меня натёрли разными составами, нанесли макияж, уложили волосы, следом облачили в бельё, которое тоже было точной копией комплекта, что был на мне в день несостоявшейся свадьбы. Потом настал черёд и платья. Только вместо удобных сапог от формы мне подали белоснежные туфли. И последним штрихом вдели в причёску диадему. Глядя на себя в отражении, я пришла к выводу, что мы действительно вернулись к началу. Лишь алые волосы и новое лицо выбивались из образа принцессы-невесты Джианны Аскании. Но вскоре Бруно планирует исправить и эту «оплошность». Только, к сожалению, ждать этого момента он не собирается и намерен провести свадьбу именно сегодня. А ведь был так терпелив…

— Готова? — в спальню вошёл… Людвиг, судя по безупречной внешности гладио.

Он успел облачиться в дорогой костюм, золотистые волосы отвёл от лица.

— Я отведу тебя к алтарю, — приблизившись, он грубо взял меня за руку и положил мою ладонь себе на изгиб локтя. — Бруно разрешил нам продолжить завтра.

— Хм… ладно. Значит, мои выводы верны, ты всего лишь пешка.

По его лицу пробежала тень злости, но он вновь улыбнулся.

— Завтра, Джианна, — повторил он и настойчиво потянул меня прочь из спальни.

Покинув жилое помещение, мы вдруг попали в настоящую подземную лабораторию. Высокие своды пещеры терялись в темноте, но над отделкой стен постарались, видимо, чтобы удобно расположить довольно современное и разнообразное оборудование. В ряд стояла дюжина камер для создания гладио, в трёх из них парили в невесомости физраствора три тела. И одно из них туманно напоминало меня из прошлой жизни.

Помимо камер вдоль стен располагались табло управления, центры концентрации, стеклянные шкафы для хранения с различным лабораторным оборудованием, мензурками и законсервированными частями тел. По помещению прохаживались, осуществляя охрану, двое мужчин-гладио. Похоже, Бруно с Людвигом и отправляли убийц к Клаусу и Конраду.

— Как вы всё это создали? — не смогла удержаться я от вопроса.

Такое оборудование не приобрести для личного пользования.

— Это не мы, — рассмеялся Людвиг, довольный моей реакцией. — Думаю, ты знаешь про асатру?

— Вы им помогаете?

— Мы сделали вид, что хотим им помочь, — пояснил он, кажется, испытывая гордость за успешно разыгранную партию. — Они связались с Бруно сразу после нашей с тобой помолвки. Предложили много всего интересного. Как оказалось, в своё время они не смогли подобраться к твоему отцу, а защита сигм ограничивала их в манёврах, вот они и решили действовать через нас. Мы согласились. Вышли на них и избавились. И забрали себе все их наработки и оборудование.

— А потом решили избавиться и от меня.

— Я хотел стать королём, — отозвался он, будто это оправдывало все их поступки. — Но понимал, что фактически власть сосредоточится в твоих руках. Мне будут перепадать жалкие крохи. Твоего внимания, в том числе. А Бруно был влюблён в тебя много лет, но ты выбрала меня. Мы чуть не поссорились, когда мне пришло письмо с согласием на брак.

— Какой ужас. Я встала между братьями.

— Язви сколько хочешь, тебе больше ничего не остаётся, — хохотнул он, на миг склонившись к моему плечу в притворно доверительном жесте. — Ты полностью подчинена нам.

— Бруно, — поправила я его. — Это был его план.

— Да, — хмыкнул Людвиг, отстраняясь. Похоже, верховенство брата его злило. — Он быстро разобрался в лаборатории, нашёл много интересных артефактов. Например, кинжал, которым тебя убили. Он разорвал в лоскуты не только твою шейку, но и защиту артефактов. Или вот этот медальон. Он позволяет накладывать иллюзию на ауру, — и поддел пальцем что-то на шее.

На миг стала видна золотая цепь артефакта. Мария действительно была права, братья менялись.

— Жену Клауса тоже вы оживили?

— Это была тренировка, проверка действий всех артефактов и установок. Бруно хотел твоей взаимности, и после восстановления намеревался отправить тебя в академию. Уверял, что предусмотрел всё, но с момента твоего пробуждения мы потеряли контроль над ситуацией, — поморщился он. — Всё из-за тебя. Снова. Ты не подчинялась установкам, Саша начала бунтовать, ещё и Джерхолд вернулся в столицу…

— А ты уже предвкушал получение короны. Ты сам виноват, Людвиг. Мария верила тебе, но ты решил её насиловать.

— Да, здесь я просчитался, — поморщился он, возможно, вспомнив день дуэли. — Но она так раздражала… Вся такая несчастная, вечно просила рассказать ещё какую-нибудь новую историю про тебя. Ей так сочувствовали, а на меня смотрели словно на мерзавца. Ведь я променял одну сестру на другую. Это злило, и Мария злила… Особенно тем, что твоя сестра. Она заслужила всё, что с ней случилось, — ожесточённо выдохнул он, и снова явно не испытывая и толики чувства вины.

Мерзавец…

— Ты ведь никогда не видела меня настоящего, — снова упрекнул он.

— Больного ублюдка, имеешь в виду?

Таким он мне действительно никогда не представал, наоборот, Людвиг всегда умел себя подать, был лениво-вальяжным, красноречивым, харизматичным и при этом исполнительным. Из него бы мог выйти хороший политик, особенно в свете открывшихся актёрских талантов.

— Да даже такого, — гневно рассмеялся он. — Тебя интересовало только удобство. Я год ухаживал за тобой, ты ни разу не позволила даже обнять себя. Держала меня на расстоянии. А мне приходилось терпеть, иначе не получил бы трон.

— Ты был очень терпелив, — отозвалась я.

— Приходилось ради короны. Но всему есть предел.

— Я тебя не принуждала к браку со мной. Ты сделал мне предложение, хотя прекрасно видел, какая я тварь, по твоим словам. Я ответила своими условиями. Тебя они не устроили, но ты дал согласие, хотя пересиливал себя каждый раз. Хотя знал, что в меня влюблён твой брат. Не вини меня в том, что пошёл на подлость ради получения власти. У тебя всегда был выбор. Ты мог отказаться от брака, мог сказать мне о чувствах Бруно, мог проявить уважение к Марии. Выбор был всегда, — повторила. — Он есть и сейчас, Людвиг. У меня новая жизнь, и в ней я стала портальным магом. Я нужна, чтобы закрыть Разлом. Иначе асатру уничтожат наш мир.

— Только что придумала? — нахмурился он.

— А почему, думаешь, Вилдбэрн принёсся на похороны? Свяжись с ним для интереса. Я не вру. Ты меня знаешь, Людвиг.

— Лучше бы не знал, — пробормотал он, проводя меня через арочный переход. — Я… передам Бруно. Но свадьбу не отменю. Он мечтал о тебе много лет.

Я задрожала, когда мы перешли в новое помещение. Оно оказалось не таким обширным, но тоже просторным. Судя по отодвинутым в сторону столам, обычно оно использовалось как столовая, но теперь его оформили под зал бракосочетаний. По стенам сверкали иллюзорные цветы, под потолком сияли магические огоньки разных оттенков. От двери пустили алую ковровую дорожку, ведущую к круглому столу с небольшим алтарём стихии воздуха, возле которого стоял ожидающий нас Бруно и топтался перепуганный жрец. В Традане нет богов, но маги отдают дань уважения стихиям. Бруно, само собой, не посчитал нужным поставить и алтарь огня. Наше бракосочетание должно было пройти под покровительством его стихии.

— Идём. И улыбайся, Джианна. Бруно лучше не злить, — Людвиг неспешно повёл меня по ковровой дорожке.

Я улыбалась, но не потому, что хотела, мне снова приходилось подчиняться. И это жутко злило. Но больше выводила из себя собственная беспомощность.

— Ты такая красивая, Джианна, — похвалил Бруно, когда Людвиг подвёл меня к алтарю.

Я не ответила. Решила попридержать язвительность при себе. Учитывая, на что пошёл Бруно на пути получения меня, его действительно лучше не злить.

— Стихии приветствуют вас, маги, — чуть подрагивающим голосом заговорил жрец. Наверняка понимал, что после увиденного его не оставят в живых. — Сегодня мы призываем к воздуху, просим соединить любящие сердца в вечном круговороте астрала.

Я отвела взгляд, стараясь не сосредотачиваться на его словах, и отметила, что Людвиг стоит рядом. Если бы Бруно не держал меня за руку, со стороны было бы и не понять, кто жених. Впрочем, можно сказать, я выхожу замуж за обоих братьев. Так что моя свадьба с Людвигом практически состоялась. Мы и вправду вернулись к началу.

Похоже, и моего бывшего посетили те же мысли.

— Почти наша свадьба, — шепнул он.

И мне снова пришлось сдержать язвительные комментарии.

— Она согласна, — произнёс Бруно вместо меня.

— Да свяжут неистовые ветра астрала ваши души, — произнёс жрец торжественно.

Бруно потянул меня на себя, словно специально разворачивая спиной к Людвигу.

— Наконец-то, Джианна, — произнёс он воодушевлённо в мои губы и поцеловал.

У человека сбылась давняя мечта, а я, такая тварь, даже не пыталась за него порадоваться.

Триумф Бруно затянулся. По ощущениям он оторвался от меня только минут через пять. Потом обнял и уткнулся носом в мою макушку, часто дыша и посмеиваясь.

— Поздравляю вас, Бруно, — сдержанно произнёс Людвиг. — Но теперь пора бы покинуть лабораторию.

— Сегодня наша первая брачная ночь.

— К ночи мы как раз доберёмся до следующего убежища.

— Ладно, ты прав. Джианна моя, остальное мы успеем.

И стоило произнести эту фразу, как из соседнего помещения раздался треск боевого заклинания и следом грохот.

Схватив меня за руку, Бруно пробежал к выходу из помещения. В лаборатории творился хаос. В воздухе клубился дым, одна из камер лопнула, выливая на пол склизкий физраствор. Гладио куда-то неслись, заготавливая атакующие плетения.

— Нас нашли, — пришёл к очевидным выводам Людвиг.

— Уходим, — продолжая держать меня за руку, Бруно сорвался на бег. — Быстрее, Джианна!

Я подхватила длинные юбки и понеслась со всех ног, но краем глаза выискивала того, кого боялась больше не увидеть. Связь была заблокирована, но Конрад бы ни за что не остался в стороне. Я чувствовала, он уже рядом. И вряд ли будет рад, что его возлюбленная стала женой другого мужчины.

Лаборатория за считаные минуты превратилась в поле боя. Слышались крики, звон стекла, взрывы встречающихся боевых заклинаний. Бруно и Людвиг неслись вдоль стены, закрывшись от возможных атак щитами. Что спасало и меня от случайных ударов, но лучше бы они оставили меня у алтаря, а не тащили за собой. Тем более, их сосредоточенность настораживала. Конечно, это не первое их боевое столкновение, но они явно были в себе уверены. А значит, у них имелся план побега.

— Бруно! — раздался яростный оклик Конрада.

Мой «муж» обернулся лишь мельком, а я вовсе оказалась лишена этой возможности. К тому же мы добежали до угла пещеры, где в тени скрывалась дверь. Людвиг распахнул её, Бруно вбежал со мной, не останавливаясь. Судя по звуку удара за спиной, дверь снова захлопнулась. На некоторое время стало темно, но перед нами вспыхнули магические огни и понеслись вперёд, освещая дорогу. Мы миновали узкий коридор и попали в относительно небольшую пещеру. И здесь мужчины остановились, развернулись, вытягивая руки, чтобы сформировать атакующие плетения. Только они не ждали противников, а собирались завалить проход. В конце коридора появился просвет, когда вновь открылась дверь. Послышались звуки торопливых шагов. Взгляд успел выхватить из темноты знакомую фигуру Конрада, когда плетения сорвались с рук братьев. Я не могла даже закричать, потому лишь наблюдала, как потолок обваливается, и огромные камни перекрывают коридор, погребая под собой моего любимого. Но он ведь маг земли, он не может погибнуть от обвала. Ведь не может?

— Удачно, — заключил Бруно, разворачиваясь ко мне и беря за руку. — Идём, Джианна.

Он мазнул пальцем по моему лицу, стирая солёные следы слёз. Я и не заметила, как заплакала. А Бруно, кажется, вновь разозлился.

— Ты его забудешь! — рявкнул он, даже скорее приказал, но никакие установки не могли заставить меня выполнить это требование.

Грянул грохот. Камни вылетели из заваленного коридора словно под давлением. Бруно повалился на пол, уволакивая меня за собой. Людвиг закрыл нас щитами, выкрикивая в воздух грязные ругательства. Из наполовину заваленного коридора выбежали Конрад и Райнер. Оба в пыли и невероятно злые. Вот только других помощников не наблюдалось, что вызывало беспокойство. Разве что Райнер сжимал в руках обращённого мечом Фалко.

— И это удачно, — Бруно поднялся, потом помог встать мне и вручил мне знакомый кинжал. Именно им он перерезал мне горло. — Держи при себе и убей, если кто-то из них к тебе приблизится.

Душой я пришла в ужас от его приказа, но рука послушно сжала рукоять кинжала и спрятала его в грязных от пыли складках подола свадебного платья.

— Людвиг, ты жив, — со злым весельем в голосе отметил Райнер.

— Ты пока тоже, — ответил сердито Аденауэр.

А Бруно тем временем сблизился с Конрадом. На кончиках пальцев обоих потрескивала магия. Водяной меч Людвига и гладио Райнера скрестились. Начинались два решающих боя, а я стояла словно статуя и просто наблюдала. Вдруг поняла, что мне выпала совершенно непривычная роль девы в беде. Райнер потом будет долго смеяться. Если, конечно, выживет.

По пещере пронёсся ветер, пол завибрировал, раздались первые хлопки встретившихся заклинаний, и столкновение началось. Я не знала, за кем наблюдать. Волновалась за своих защитников и боялась подлянок со стороны братьев. А бои со стороны выглядели зрелищно, столкнулись опытные военные маги. Воздух потрескивал, земля тряслась, а вспышки заклинаний ослепляли.

Людвиг яростно наседал на Райнера, обрушивая на него удары водяного меча, но наталкивался на методичную защиту. На этот раз его противник не был ослаблен ядом, потому ответные атаки проходили яростно и беспощадно. Лезвия мелькали в смертельном круговороте, и я снова терялась в прогнозах. Да и не хотела их проводить, просто верила в своего друга и будущего короля.

А столкновение Бруно и Конрада проходило эмоционально. Мужчины не уставали бросать следом за заклинаниями оскорбления и язвительные комментарии. Мой внезапный муж пытался вывести моего возлюбленного на эмоции, но явно не осознавал его твердолобости и умения сохранять самообладание, потому, скорее, доводил до каления себя.

— Неудачник, у тебя было два шанса её завоевать, — сопровождая каждое слово ударом, говорил Конрад. — А ты не смог получить её даже силой.

— Она моя! Должна была стать моей! Она даже выбрала мою копию! — прорычал Бруно, посылая особенно сильную воздушную волну.

Конрад закрылся щитом, но рухнул на спину и перевернулся через плечо. Вот только Людвиг отвлёкся на крики брата.

— Копию? — выдохнул он, лишь на миг глянув на Бруно.

Но этой секунды оказалось достаточно, чтобы упустить противника из вида. Райнер провёл молниеносный выпад, подкрепив его магической волной. Водяное оружие разлетелось каплями. Удлинившееся стальное лезвие в лице Фалко вонзилось в живот Людвига. Он закричал от боли, вцепился в острый металл, пытаясь не позволить углубить рану. Но то выскользнуло из его окровавленных ладоней, обращаясь кинжалом. И Райнер с разворота ударил противника эфесом по виску.

— Людвиг! — прокричал Бруно, отступая ко мне.

Конрад сумел сократить расстояние, почти достиг его, и тогда он бросил руку в мою сторону. Воздушный жгут ударил в потолок и сорвал с него острую каменную глыбу. Она понеслась прямо на меня, угрожая придавить своей тяжестью.

— Джи! — Конрад сбил булыжник сырой силой и подлетел ко мне, намеренный сорвать с моей руки браслет.

«Нет!» — прокричала я мысленно.

Умоляла его уйти, только он не слышал, а моё тело двигалось помимо моей воли, но со свойственной мне быстротой. Короткий рывок и удар — кинжал вонзился в грудь Конрада. Он задохнулся, кажется, больше в неверии, чем от боли.

Бруно усмехнулся и толкнул воздушным валом отвлёкшегося Райнера. Того с силой ударило о каменную стену. Он повалился на пол и затих. Людвиг тоже не шевелился. Бруно же двинулся ко мне. А я всё ещё удерживала Конрада за плечо, вонзив кинжал по самую рукоять, и беззвучно плакала, глядя в его широко распахнутые глаза.

— Жаль, что так получилось. Но ты принадлежишь мне с момента второго рождения, Джианна. Не стоило этого забывать, — Бруно приблизился ко мне.

Он улыбался, праздновал победу. Потому мы оба не ожидали, что Конрад вдруг стремительно развернётся, направляя удар кулака снизу под подбородок. Подкреплённая магией атака отбросила Бруно почти на метр. Он с глухим стуком упал на пол и больше не шевелился.

— Всё хорошо, Джи, — Конрад вновь развернулся ко мне и вставил ключ в паз моего блокиратора.

Резерв тут же воспрянул, магия полилась по телу, избавляя меня от слабости и тисков чужой воли.

— Конрад! — я сразу бросилась осматривать его грудь.

Но крови не было. Мой изумлённый взгляд обратился к отброшенному на пол кинжалу. Лезвие отсутствовало, оно будто расплавилось.

— Видимо, для того и нужен был оберег, — произнёс он, снимая с шеи дымящийся медальон.

Похоже, подарок королевы-ведьмы истратил всю силу, приняв на себя удар мощного артефакта.

— Больше не пугай меня так, — попросила я, прикрывая глаза. — И не приближайся ко мне, когда я под воздействием.

— Буду иметь в виду, — усмехнулся он, обнимая меня за плечи, и развернулся к другим участникам этого боя.

Райнер кривился, но при поддержке Фалко поднимался с пола. Людвиг истекал кровью, только, судя по ауре, был ещё жив. Как и Бруно. Он и вовсе почти не пострадал. Лишь потерял сознание.

— Подожди… — опомнившись, я отстранилась и направила в себя заклинание диагностики.

Оно вернулось через миг и принесло успокоение в душу. Беременность сохранялась. А я умудрилась за эту историю лишь заработать пару синяков.

— Всё в порядке? — встревожился Конрад.

Вновь приблизившись, он заключил моё лицо в свои ладони. Синие глаза кипели сотней эмоций.

— Я думал, что потерял тебя, когда нашёл ту камеру и записку.

— Прости, я ничего не могла сделать с момента, когда активировался браслет. Но как вы нашли нас? Надеюсь, благодаря Саше, и она жива.

— Жива, — подтвердил Конрад. — Руди почувствовал её боль по связи и вовремя оказал ей помощь. Она указала местоположение лаборатории. А ты? Он… они…

— Меня не трогали. Лишь заставили выйти замуж за Бруно, но брак, как ты понял, не подтверждён.

— Сволочь… — выдохнул Конрад, недобро глянув на поверженного врага.

— Но уверена, тебе станет спокойнее, когда ты удостоверишься в том, что я в порядке, — произнесла с намёком.

Его, если и удивили мои слова, он принял их и активировал заклинание диагностики. Оно вернулось к нему голубым шариком и рассеялось блёстками, сообщая о результатах проверки. Задумчивость на его лице сменилась недоумением, следом солнечной радостью.

— Это правда? — сипло проговорил он, протянув дрожащую руку к моему животу.

— Да. Я узнала утром, — закивала, ощущая, как глаза вновь увлажняются, но теперь от радости. — У нас будет ребёнок. Как у настоящей семьи.

— Джианна, — Конрад трепетно положил руку на мой живот и обняла меня. Его губы коснулись моего лба в нежном поцелуе. — Разве можно быть счастливее?

— Думаю, можно. Когда он родится. Спасибо, Конрад.

— За что? — удивился он.

— За то, что полюбил меня и не отказался, несмотря на все требования.

— Разве я мог тебя отпустить?

— Не мог, — признала я. — Ты слишком твердолобый для этого.

Он показал мне другой путь. Не знаю, что принесёт нам закрытие Разлома, но до момента ритуала я намерена наполнять каждый свой день счастьем.

— Похоже, вас стоит поздравить, — Райнер подошёл к нам. Он морщился, разминая плечо. — Рад, что ты в порядке, Джи.

— Ещё бы. Сам король явился меня спасать.

— Я никак не мог оставить принцессу в беде, — заявил со смешком, на что я демонстративно закатила глаза. — Поэтому я пока не король.

— Вы отменили коронацию? — изумилась я. — Из-за меня?

— Перенесли, — пожал он плечами. — Главное, что ты жива. И, похоже, у нас много материала для расследования.

— Спасибо, Райнер, — искренне произнесла я. — Но, может, мы ещё успеем с коронацией?

— У меня сотрясение. Но, может, и успеем, — согласился он, сверившись со временем на наручных часах.

В итоге коронация состоялась, вечером, с немного побитым будущим королём, но мы прошли через неё со свободными сердцами, ведь наконец нашли последнего из своих врагов.

Марию и Райнера провозгласили королевой и королём Традана. На их месте должны были находиться я и Людвиг, но в душе не было сожаления. Моя судьба сложилась именно так, и никак иначе, чтобы весь мир получил шанс на будущее. Только я не считала себя жертвой, наоборот, мне повезло обрести в новой жизни счастье и взаимную любовь. То, чего я была бы лишена в прошлой жизни принцессы. Так зачем жалеть?

/Мария Аскания/

— Три мастера в госпитале, у меня сотрясение, у Конрада сломаны рёбра, а у Джианны даже причёска не растрепалась. Сразу видно, настоящая принцесса, — с улыбкой заключил Райнер.

Коронация прошла позже запланированного времени на пять часов, но завершилась благополучно. На наши головы надели короны, мы произнесли присягу и приняли поздравления союзников и подданных. Какое пугающее слово… Но ко всему привыкаешь, вот и я однажды привыкну. Тем более, все опасности позади, самые страшные враги схвачены. Хотя мне до сих пор не верится в масштаб злодейства братьев, как и в причины их действий.

— Райнер, тебе мало досталось? — пропела Джианна, прищурив глаза.

Сестра действительно выглядела свежо и привлекательно благодаря макияжу и изящной причёске, но причины подобного вида вводили в ужас. Сегодня её насильно выдали замуж за Бруно. Конечно, церемония аннулирована, ведь проведена под принуждением, но мне до сих пор страшно от того, что могло произойти с сестрой позже. Правда, она сохраняла внезапно добрый и позитивный настрой, пока в гостиной покоев Райнера велось обсуждение сегодняшних событий, и всё не выпускала руки Конрада. Наверное, дело во внезапной и такой радостной новости о её беременности. Я сама до слёз радовалась за сестру и благодарила все стихии за то, что Бруно не узнал про ребёнка.

— Мне досталось от души, спасибо, что поинтересовалась, — отозвался мой муж, похлопав себя по плечу. Он был в расстёгнутой на верхние пуговицы рубашке, сквозь ткань которой проступали слои бинтов. — Но ради спасения принцессы я готов получить ещё.

Сидящий рядом с ним Фалко с трудом подавил смешок.

— Ты мне всю жизнь будешь припоминать, да? — вздохнула она, глянув в поисках поддержки на Зана.

Её действия и удивили, и развеселили.

— Хватит, Райнер, — попросил он, вступаясь за невесту. Именно невесту, они не мастер и оружие, а возлюбленные. — Джианну лишили возможности защищаться. Мы должны радоваться, что она сохранила причёску.

— Конрад, — она закатила глаза, а я начала немного нервно хихикать. — Что вы все про мою причёску?

— Пытаемся отвлечься от ужасов, которые открылись, — вздохнул Райнер. — Прости, Джи.

— Да уж… — нахмурилась она. — Никогда бы не подумала, что Бруно способен на такое. И ведь даже не ради короны, он хотел меня. Столько убийств, только потому, что я ему отказала. Если бы…

— Не вини себя, — Зан сильнее сжал руку Джианны. — У него был выбор, и он его сделал.

Ведь так и есть, Конрад тоже влюблён в неё столько лет, но не пошёл на подлость в стремлении её получить, даже когда она стала гладио.

— Сделал и поплатится за это, — подтвердил Райнер. — На его счету жизни ни в чём не повинных гладио.

— Я, пожалуй, отстранюсь от решения по братьям. Не хочу мстить, — заявила она, поднимаясь из-за стола. — Поздно, все очень устали.

— Идём, — Зан тоже встал, обнял её за плечи и потянул к выходу.

— Да, Мария, Райнер, поздравляю с коронацией. Уверена, вы не подведёте, — Джианна обернулась, чтобы одарить нас тёплой улыбкой.

Я видела, она говорит искренне.

— Спасибо, — выдохнули мы с Райнером почти одновременно.

Джианна нас благословила, это не могло не радовать и не вызывать эйфории.

— Тоже пойду, — Фалко кивнул своему мастеру, поднимаясь с кресла.

— Кстати, вот кто тоже сохранил причёску, — пошутила я.

— Я гладио короля и королевы, пока у вас нет своего оружия, надо соответствовать, — зеленоволосый гладио рассмеялся и подмигнул мне. — Поможете моему мастеру добраться до кровати, королева?

— Я в состоянии передвигаться, Фалко, — Райнер закатил глаза.

— Конечно, — усмехнулась я, немного смутившись от непривычного обращения.

Кивнув мне в благодарность, Фалко ушёл. Мы с Райнером остались одни. Не впервые за последние дни, но меня посетило волнение. Мы теперь не вынужденные муж и жена, а пришедшие к миру в отношениях король и королева.

— Тебе помочь? — уточнила я, вставая со своего места.

— Если только снять рубашку. Бинты ограничивают в движениях.

Кивнув, я приблизилась к нему, а он поднялся с кресла. Пальцы подрагивали, когда я принялась расстёгивать одну пуговицу за другой. Мы молчали, а между нами постепенно нарастало напряжение общих сомнений. Полы рубашки раздвинулись, демонстрируя обтянутое бинтами плечо и смуглую грудь с виднеющимися на коже шрамами. Один из них выделялся особенно ярко, тот, что остался после дуэли с Людвигом.

— Спасибо, что спас Джианну, — произнесла, подняв взгляд к лицу Райнера.

В малахитовых глазах плескались сотни эмоций.

— Я не мог иначе.

— И за это спасибо. Спасибо, что не разочаровываешь, — поколебавшись секунду, я положила ладонь на его щеку.

Накрыв мою руку своей, он коснулся губами изгиба моей кисти и медленно склонился ко мне. Я приподнялась на цыпочках в ответ. И наши губы слились в неспешном поцелуе. Волнение медленно разгоралось в груди. Я ощущала, как в Райнере кипит страсть ко мне, и сама чувствовала её несмелые покалывания. Возможная близость по-прежнему пугала, но благодарность и вера в мужа были сильнее. Потому, когда он отстранился, я запустила пальцы в его волосы, не позволяя отстраниться.

— Это да? — хрипло спросил он, заглядывая в мои глаза.

— Да, — судорожно кивнула я.

И он поднял меня на руки, чтобы отнести в спальню. Я уже сама припала к его губам в поцелуе. Волновалась и даже боялась, но верила, Райнер развеет все мои страхи.