Дата: 226.11.12 Время: 11.21

Прошло шесть месяцев. Минхо больше не заговаривал о побеге. Все это время жилось ребятам весело и интересно. Примерно раз в неделю Тереза проделывала свой трюк с камерами, и вся компания собиралась у кого-нибудь в комнате, но чаще всего в подвальной подсобке.

Приходили всегда одни и те же: Алби, Минхо, Ньют, Томас, Тереза. Иногда малыш Чак. Его все полюбили. Пухленький и доверчивый, он смеялся над каждой шуткой и стал для подростков кем-то вроде младшего брата.

Порой не только болтали, но и ели – если удавалось заранее стащить еды. За эти месяцы ребята перестали бояться, что в любой момент явится Рэндалл или Рамирес и снова отправит их к шизам, только уже без решеток.

Они забыли про страх и чувствовали себя в безопасности. Еще никогда в жизни им не было так хорошо!

* * *

– Скажи, когда увидишь красную точку в центре, – скомандовала Тереза.

– Вас понял, – пошутил Томас.

– Может, хватит паясничать, а?

Томас подавил смех. Его окружали высоченные каменные стены на каркасе из стали и стеклопластика. Наполовину построенный Лабиринт выглядел впечатляюще. Томас ждал Терезиного сигнала и представлял, каким все будет в законченном виде, да еще с оптическими иллюзиями. Техника плюс определенные… возможности имплантатов, и все, что здесь есть, станет втрое выше, шире и длиннее, хотя куда уж больше.

Да, они с Терезой помогали строить Лабиринт, но им не очень-то рассказывали о том, как именно он будет действовать. При Томасе часто употребляли слово «переменные», а еще говорили, что эксперименты по изучению зоны поражения разрабатывались несколько лет.

Также он знал, что условия в Лабиринте будут порой жестокими. Томас и Тереза не упускали случая узнать о проекте побольше. Так однажды им на глаза попался листок бумаги с предварительным списком переменных, и в нем среди непонятных терминов были фразы: «намеренное причинение боли», «нападение», «отсутствие удобств».

Однако работа шла, пусть и с небольшим отставанием от графика. Еще несколько лет интенсивных исследований и тестов – и у ПОРОКа будет лекарство. Томас сможет сказать, что помогал его найти. Он часто себе это повторял – так было легче терпеть.

– Неужели все еще не видишь? – раздраженно телепатировала Тереза.

– Ой! Прости. – Он опять задумался – с ним это часто случалось в последнее время. – Да-да, вижу, яркая красная точка, почти над головой.

– Над головой? Она далеко от тебя должна быть, даже очень. Может, точек получилось несколько, одна четкая, а остальные размытые. Извини.

На самом деле точка должна была быть только одна. И строго в центре.

– Том, давай уже разберемся с этим и перейдем к следующему заданию. Мне надоело.

– А мне нет? Шея отваливается стоять, задрав башку.

Она не ответила, чтобы не спровоцировать Томаса на очередной поток сарказма.

– Сейчас еще раз попробую.

Так продолжалось, по меньшей мере, две недели – то получается, то нет. Мисс Маквой дала им задание запрограммировать и настроить искусственное небо, чтобы оно выглядело как настоящее. Дневное небо, ночное, звезды, путь солнца, все такое. Томасу не терпелось увидеть результат.

Но сперва изображение надо было выровнять.

Скорее всего в ПОРОКе знали, что Томас и Тереза стали общаться телепатически, не дожидаясь официального разрешения и инструкций, однако ругать их за это не стали. Наверное, наоборот, обрадовались – умение всегда быть «на связи» как нельзя лучше пригодилось в работе.

Красная точка должна была получиться из лучей, проецируемых на небо из разных участков огромного Лабиринта. Пока все лучи не сойдутся в центре, программисты не смогут работать дальше.

Через полчаса Тереза попробовала еще раз. На этот раз точек было шесть, а самая большая спроецировалась почти у центра.

– Давай завтра продолжим, – попросил Томас. – Надо еще вздремнуть перед ночной вылазкой.

– Ладно.

* * *

В подсобке собрались около часу ночи. Томасу удалось поспать три или четыре часа, но все равно от какого-то обжигающего напитка, который притащил Минхо, его стало клонить в сон. Алби принес огромный пакет чипсов – никто и спрашивать не стал, откуда. Соленые и хрустящие, они шли особенно хорошо. Чак уже давно съел свою порцию и все никак не мог остановиться.

– Я тут к нам одного чувака позвал, – объявил Минхо, как только компания расположилась с фастфудом в подсобке.

Рука Томаса с аппетитным картофельным кружочком замерла на полпути ко рту. Тереза подалась вперед. Ньют удивленно поднял брови.

– Чего-чего? – переспросил Алби.

Один только Чак продолжал поглощать чипсы, будто от того, сколько он съест, зависело, как скоро найдут лекарство от Вспышки.

Увидев, какой эффект на товарищей произвело его объявление, Минхо встал и махнул рукой.

– Чего насторожились? Нормальный такой парень. – Он замолчал, хотя по глазам было видно, что ему еще много чего хочется сказать.

– Нормальный? – повторила Тереза. – И этого, по-твоему, достаточно, чтобы принять его в «тайное общество»?

Уверенность и бравада Минхо тут же испарились.

– Его Галли зовут. Он, ну… Помните, я говорил вам про свой план… ну, побега?

У Томаса сердце екнуло – он-то надеялся, что Минхо распрощался с этой затеей.

– Ага, помним, – сказал Алби. – Еще помним яму с шизами и то, что у нас пока что есть на чем спать, что жрать и где скрыться от дурдома, в который весь мир превратился. И что ты задумал?

– Галли мне поможет, – ответил Минхо, смущенно оглядывая комнату. – Он сейчас придет.

Будто в ответ на его слова, в дверь постучали.