Дата: 225.05.12 Время: 19.44
Следующий день показался нескончаемой пыткой, так сильно Томас хотел увидеть Терезу. Хотя бы на десять минут. Или на пять. Только заглянуть ей в глаза и спросить: «Это правда была ты?» Он позавтракал, прошел осмотр, отправился на урок, потом на следующий и все это время думал, не спятил ли.
Томас даже решился намекнуть на свои страхи доктору Пейдж, когда они утром шли по коридору.
– Как вы узнали, что я иммунный? – спросил он, внимательно следя за выражением ее лица.
– Легко, – ответила она сразу. – У тебя в крови, в ДНК и спинномозговой жидкости присутствуют специфические маркеры, которые есть у всех иммунных. У неиммунных этих маркеров нет. Мы провели тщательные исследования.
Звучало правдоподобно.
– Кроме того, – добавила доктор Пейдж, – есть и другое свидетельство наличия иммунитета у тебя и у других субъектов.
– Какое?
– На снимках мозга видно, что вирус в нем давно поселился, но никак не влияет ни на самочувствие, ни на умственные способности. Он сидит в мозгу годами и себя не проявляет. Если только не произойдет какой-то глобальной мутации – а наши исследования такую вероятность не подтверждают, – то можно с полной уверенностью говорить о том, что у тебя иммунитет.
Томас кивнул.
– А если бы у меня появились симптомы, скажем, завтра, вы бы сильно удивились? Ну, по шкале от одного до десяти?
Она внимательно на него посмотрела:
– Десять, Томас. Тут не то что удивилась бы… Это как если бы у тебя третье ухо выросло. А почему ты спрашиваешь?
Он остановился и посмотрел на нее.
– Доктор Пейдж, а вы можете жизнью поклясться, что я иммунный? Что это не какой-нибудь… тест? Вы же много всяких тестов проводите. Откуда мне знать, что я не как Ньют? Что у меня действительно иммунитет?
Доктор Пейдж улыбнулась – от ее улыбки ему всегда становилось легче.
– Клянусь тебе, Томас. Могилами близких мне людей клянусь, что никогда тебе не лгала. Ты иммунный, насколько только известно медицине и науке. А если бы что-то угрожало твоей жизни, разве бы я такое допустила?
Томас посмотрел ей в глаза. Да, он ей верит – внутри разлилось тепло, и будто откололся кусочек стены, которой он отгородился от всех и вся.
– К чему эти вопросы? Что случилось?
Он чуть не признался ей, что слышал голос.
– Из-за снов. Мне часто снится, что я схожу с ума. И весь ужас в том, что я этого даже не осознаю. А шизы понимают, что сошли с ума? Откуда мы вообще знаем, что мы не шизы?
Доктор Пейдж кивнула, словно в его вопросе не было ничего необычного.
– В следующем месяце ты начнешь изучать философию, вот там и поговорите об этом. – И она пошла дальше по коридору, давая понять, что разговор окончен.
Вернувшись в комнату, Томас тщательно обдумал слова доктора Пейдж. Весь день он одновременно хотел и боялся вновь услышать Терезу у себя в голове – вдруг это тоже признак того, что он заболел и сошел с ума?
Но чем больше он об этом думал, тем больше верил в то, что сказала доктор Пейдж – не может человек так искренне притворяться. Наконец, сил переживать не осталось. Томас выключил свет и улегся спать в надежде хоть на время забыть про все эти странности.
Прошел всего час или около того – он как раз задремал, – когда Тереза вновь с ним заговорила:
– Томас, ты меня слышишь?
На этот раз жужжания не было и испуга тоже, однако сон сразу улетучился. Томас вскочил с кровати и сел у стола.
– Слышу, – ответил он вслух, чувствуя себя по-дурацки, потому что понятия не имел, как обмениваться мыслями.
– Я чувствую, что ты пытаешься ответить. Эти имплантаты… я все пыталась понять, что изменилось с тех пор, как нам их поставили, и как только попробовала мысленно к тебе пробиться, так все и сошлось.
Томас сидел и кивал головой, точно китайский божок. Удивительно – он уже почти привык, что с ним разговаривают телепатически.
– Сначала сосредоточься, – продолжала Тереза. – Мысленно поищи у себя в голове эту штуку и как бы продави ее. Короче, так не объяснишь, пробовать надо.
Теперь он понимал ее слова сразу. И боли больше не было, только растерянность.
– Ладно, – снова ответил он вслух, хоть и знал, что она его не слышит.
– Попробуй, когда спать ляжешь, – мысленно сказала Тереза. – Я буду с тобой разговаривать каждую ночь, пока не ответишь. Давай, все получится!
Последние слова прозвучали с нажимом, почему-то Терезе было очень важно, чтобы он научился.
– Ладно, – повторил Томас. Потом, сообразив, что на сегодня все, вернулся в постель и принялся мысленно искать нужное ощущение.
Он пытался несколько дней и ночей. Увы, к великому его разочарованию, ничего не получалось. Мысли – это тебе не скальпель, чтобы голову разрезать и поискать там переключатель. И вообще, легко сказать: закрой глаза и найди то, не знаю что.
Однако когда он перестал воспринимать задачу буквально, у него стало получаться. Он выгонял из головы все мысли, а потом из пустоты неожиданно возникало что-то постороннее. Тогда он пытался нажать на это «что-то» и послать в никуда одно-единственное слово: Тереза.
Однажды ночью он почувствовал, что Тереза получила его «сообщение» – будто наткнулся на нее чем-то вроде электрощупа. Томас издал торжествующий вопль, а потом заволновался: вдруг Терезе больно?
– Еще пробуй, – мысленно велела Тереза. – Почти получилось. Только в следующий раз током промеж глаз не бей.
Шутит она или нет, Томас не понял, но все равно улыбнулся.
И попробовал еще раз.