Дата: 224.10.20 Время: 3.14

Незнакомец ткнул в слова пальцем и важно кивнул. Губы его скривились, будто он вот-вот расплачется. Потом он сунул доску обратно под мышку.

Томас собирался с ним заговорить, но мужчина резко повернулся и зашагал прочь. Оставалось только последовать за ним, иначе пришлось бы вернуться в тоннель, полный шизов. Те по-прежнему выли, вопили и скрипели зубами, простирая руки к Томасу. Теперь издаваемые ими звуки воспринимались как посторонний шум – внимание Томаса было приковано к идущему впереди незнакомцу.

Крики позади постепенно стихали. Наконец, человек с табличкой дошел до ворот, открыл их и вышел. Потом подождал, пока выйдут все, и закрыл дверь. Охранники стояли все там же, у ворот, невозмутимо взирая на происходящее; один из них подобрал с земли цепь и запер вход в тоннель. Гул шизов теперь казался далеким эхом, идущим непонятно откуда.

Томас с друзьями инстинктивно сбились в кучку. Алби и Минхо, вопреки обыкновению, вели себя очень тихо, у Терезы был потрясенный вид. Томас, не отрываясь, следил взглядом за человеком со странной табличкой.

Тот молча приблизился к ребятам и остановился в нескольких шагах от них. Сначала заглянул каждому по очереди в глаза, потом заговорил.

– Недоумеваете, кто я такой? – спросил он нарочито бодро, отчего на душе стало еще тревожнее. – И правильно. Я тот, кто обречен до конца жизни нести эту ношу. Три слова, друзья мои. Всего три слова. Надеюсь, теперь вы понимаете, что важнее этих слов нет ничего на свете.

– Кто вы? – произнес Алби вслух то, о чем думали все, по крайней мере, Томас уж точно. – Вы здесь… работаете?

Незнакомец кивнул.

– Меня зовут Джон Майкл. Я… – Он закашлялся и прижал ладонь к груди. – Я был… важным человеком в этой организации. Когда-то. Давно. Это я… я собрал выживших. Представителей. Здесь собрал. Это была моя идея. Моя… идея! – Последнее слово он выкрикнул, брызжа слюной.

Томас отпрянул, остальные тоже.

– А потом, – продолжал Джон Майкл; взгляд при этом стал еще возбужденнее, а движения резче, – потом я подхватил этот Вирус. Чертову… Вспышку. А ведь именно я, я столько сделал для человечества. – Он уронил голову на грудь; по его щекам побежали слезы. – Я не должен был заболеть, это несправедливо. Скоро я буду… – Словно не замечая больше Томаса и его друзей, он уставился вдаль, на тоннель с клетками. – Ну уж нет, я не заслужил такой постыдной смерти. Ведь я создал… Коалицию, боролся за нее, доносил до людей важность ее существования. Разве можно такого человека к шизам в яму? Отвечайте! Можно?

Томас решительно покачал головой. Так страшно ему еще сегодня не было.

Джон Майкл шатнулся вперед. Лицо его блестело от слез.

– Я не за жалостью пришел. Я хочу сказать, что выбора у вас нет. Вы… обязаны помочь таким, как я. Тем, кто станет таким, как я. Понимаете?

Охранники стояли, не двигаясь, будто восковые фигуры.

– Мы… понимаем, – сказала Тереза твердым голосом. Томас так сейчас не смог бы. – Нам жаль, что вы заразились. У нас почти у всех родители заболели, мы знаем, каково это.

Лицо мужчины неожиданно исказилось и стало похожим на отвратительную багровую маску, глаза выпучились.

– Да ничего вы не знаете! – заорал он надломленным голосом. – Если бы знали, то не пытались бы сбежать, даже не попробовав нас спасти!

Ему становилось все хуже и хуже. Томас боялся, что не сможет выдержать это зрелище. Тут из-за его спины шагнул Минхо и встал прямо перед Джоном Майклом. Охранники даже не пошевелились.

– Никуда мы не сбегаем. – Минхо старался говорить как можно увереннее. – Зря вы так с нами.

– Да кем вы себя… – Мужчина стремглав набросился на Минхо и схватил его за шею. Тот и шевельнуться не успел. Оба повалились на землю. Джон Майкл быстро оседлал Минхо и изо всех сил сдавил ему горло.

Минхо, хрипя и пинаясь, пытался вырваться из цепких лап. Томас подался вперед, но Алби его оттолкнул и с разбегу сшиб Джона Майкла с Минхо. Тот резко сел, хватая ртом воздух.

Алби и Джон Майкл покатились по земле, и вот уже шиз снова оказался наверху, но Минхо бросился на помощь товарищу – под его неожиданным натиском Джон Майкл опять повалился на землю.

Охранники наконец вышли из ступора и вмешались в неожиданную драку.

– Хватит, – твердым голосом скомандовала охранница. – Он болен.

Минхо и Алби будто не слышали ее.

Охранница подняла пистолет.

– Прекратите! Все!

Томасу и Терезе удалось оттащить друзей от лежащего на земле Джона Майкла. Тяжело дыша, они стояли и смотрели на поверженного безумца, теперь беспомощного, жалкого, с разбитым носом и опухшей губой. И вдруг он, ко всеобщему удивлению, поднялся на колени и умоляюще сложил руки перед грудью, стиснув пальцы так, что костяшки побелели.

– Прошу вас, – произнес он дрожащим голосом. – Не осуждайте меня. Спасите. Если не меня, то тех, кто будет после. Умоляю. Спасите, спасите… – Из его глаз, будто прорвав внутреннюю плотину, полились слезы. Руки Джона Майкла дрожали, грудь ходила ходуном от рыданий. – Спасите нас. Найдите лекарство. – Он уже почти шептал. Глаза его медленно закрылись; он вновь осел на землю. – Прошу вас, – всхлипывал несчастный, сотрясаясь всем телом.

Из темноты к ним шагнул Рэндалл, будто все это время откуда-то наблюдал за происходящим, и, ни слова не говоря, подошел к Джону Майклу.

– Так будет со всеми, – сказал Рэндалл. – Кроме вас, иммунных, конечно. Пока нет лекарства, у остальных только два варианта: стать одним из… нелюдей, которых вы видели в клетках, или не дать себе перейти Черту. Этот достойный человек выбрал второе, он сам просил меня об этом. Надеюсь, вы понимаете, каких усилий ему стоило поговорить с вами. – Он кивнул охранникам: – Уведите их. Думаю, пришло время сделать то, о чем просил наш друг.

Рэндалл вынул из-за пояса пистолет и взвел курок.

– Что вы делаете? – крикнул Томас.

Рэндалл не ответил, но все было и так ясно.