Иностранцы, коих тут было несколько, выделялись в толпе. Происхождение выдавали иные фасоны платьев и причёски. Компания мужчин с длинными раздвоенными бородками следили за нами с Хубриком зорким взором. Из-за такого пристального внимания я сильно разволновалась и не заметила Ленору, пока она не подошла сама и не взяла меня за руку.

— Ленора! — оглянулась я. Она выглядела здоровой, — по крайней мере, внешне — и на ней была чистая кожаная форма.

— Не уходи далеко, — прошептал Хубрик, я кивнула в ответ, и Ленора потащила меня к стене, чтобы поболтать. Краем глаза я увидела, что между Эфретти и Хубриком тоже завязался разговор.

— Я так волновалась, — сказала я шёпотом Леноре.

— Тебя что, взял в ученики Хубрик Дюншифтер? — спросила она с широко раскрытыми глазами.

— Да, но давай лучше поговорим о тебе! Когда принц Рактаран ворвался в подвал, я испугалась, что ты попала в беду!

Она качнула головой.

— Хубрик Дюншифтер — это потрясающе, Амель! Он не берёт учеников и считается одним из лучших. Должно быть, ты сильно ему понравилась. Ты хоть представляешь, какая это честь?

— Представляю, а теперь забудем об этом: я хочу убедиться, что ты в порядке!

Ленора самодовольно ухмыльнулась.

— Я в состоянии позаботиться о себе. Драгуны кастела вломились в здание вместе с принцем Рактараном и его людьми. Они приняли меня за прислугу и поместили под стражу. Я бы сама вернула себе свободу, как только весть дошла бы до моего отца, но потом пришла небесная всадница Эфретти и взяла меня под своё крыло. Она станет моей наставницей. У неё, конечно, не самый высокий разряд, но это не беда. Эфретти прошла почти половину своего пути и ещё молода. Она пока не достигла желаемого уровня. Так что судьба благоволит мне.

— Рада это слышать. Я так волновалась за тебя!

— Ты волновалась? Это я волновалась! Я услышала крики, увидела всполохи магии, а потом всё стихло! Они вывели из подвала только какую-то симпатичную девчонку с короткой стрижкой. Я думала, ты погибла!

Корриган! Ей удалось выжить!

— Со мной всё хорошо. — Я осмотрелась, чтобы убедиться, что нас никто не подслушивает. Все, кроме мужчин с раздвоенными бородками в блестящих кожаных плащах, метавших в нашу сторону гневные взгляды, были заняты своими делами. — С Ленгом и Саветт — тоже (вроде бы). Мы вытащили их оттуда!

Она кивнула.

— Хорошо. Меня вызвали сюда, чтобы я представила Доминару свой кастел. После церемонии я ухожу с Эфретти. Я распереживалась насчёт тебя и остальных, и мне не хотелось идти. Ты не знаешь, что случилось с девочками?

— Я слышала, что другие небесные всадники подобрали Орру, Оллу и Артис и отправили их обратно на Рубиновые острова.

— Я буду скучать по ним, но я рада, что мы встретились, Амель. Мне не хотелось бы, чтобы наши пути разошлись.

— Мы можем видеться чаще, чем ты думаешь, — подбодрила я её. — Видишь, как оживлённо беседуют Эфретти и Хубрик? Мне кажется, они видятся нередко.

Брови Леноры поползли вверх.

— Они встречаются?

Я хохотнула.

— Вряд ли.

Она тоже, как и я, огляделась по сторонам и едва слышно зашептала:

— Поговаривают, что Эфретти состоит в секретной организации небесных всадников, это что-то вроде тайного общества. Они преследуют свои таинственные цели. — Походу, её не стали посвящать в дела Светоносных, как меня. — Я намерена выяснить этот вопрос. Если кто-то хранит какую-то тайну, кастел Денерисов должен её раскрыть.

Я раньше не понимала всех этих обещаний, которые та или иная семья кастелянов давала другой, — до сего момента. Внутри шевельнулось беспокойство, когда я представила, как Ленора делится секретами Светоносных со своей семьёй. Может, дело было в данной мною клятве?

— Как поживает небесный всадник по имени Ленг? — кокетливо поинтересовалась Ленора.

Мои щёки вспыхнули.

— Что ты имеешь в виду?

— Не притворяйся. Всякий раз, когда о нём заходит речь, твои глаза загораются. Даже если ты не признаёшься в этом самой себе, что-то явно происходит.

— Он странный.

— Как и большинство мужчин.

— От него веет то холодом, то жаром.

— А должно веять исключительно холодом. Он опытный всадник, а ты ученица. Если кто-то прознает, что он к тебе неровно дышит, небесные всадники изгонят Ленга из своих рядов и убьют его дракона. Если он совершил нечто большее, — поцеловал тебя, например? — убьют и его. Знаю, это звучит жестоко, но небесные всадники серьёзно относятся к своим обязанностям. Ты же ведь не целовала его? — Вид у Леноры был, скорее, обеспокоенный, чем торжествующий, так что она, должно быть, переживала обо мне.

— Он не позволил мне этого сделать, — призналась я, чувствуя неловкость.

— Хорошо. Больше не пытайся, пока не станешь полноценной всадницей. Судя по тому, как резво ты перепрыгиваешь ступеньки служебной лестницы, это случится довольно скоро. Вы только поглядите: пару недель назад ты ещё носила серую форму, а сегодня уже станешь Принёсшей клятву. — Ленора улыбнулась. — Не хочется признавать, но ты этого заслуживаешь.

— Спасибо, Ленора, — ответила я, но она не ответила, смотря куда-то вперёд, на её губах играла загадочная улыбка. Я проследила за взглядом Леноры и увидела принца Рактарана, входящего в приёмную в окружении своей охраны. Это она ему улыбается? Я зашептала: — Если ты считаешь, что целовать всадника плохо, то целовать иностранного принца гораздо-гораздо хуже!

— Порой и умереть не жалко.

Она это серьёзно?! Ради такой злобной гадюки в человеческом обличии умирать точно не следует!

Из дальней двери показался изысканно одетый мужчина, который нёс в руках грифельную доску; сверившись с ней, он сделал приглашающий жест рукой, обращаясь к Хубрику, и тот подал мне знак небесных всадников следовать за ним.

— Удачи, Aмель! — сказала Ленора. Мы обменялись улыбками, и я заковыляла за Хубриком, стараясь успокоить переполошившихся в животе бабочек. Пора.

Aмель? Паучок? Наверху происходит что-то странное.

Глава тринадцатая

Что такое? Что случилось? Стараясь не отставать от Хубрика, я принялась допрашивать Раолкана.

Саветт. С ней происходит нечто странное.

Тот маг, что присматривает за ней, что-то учудил? Мы с Хубриком шли прямо за мужчиной с дощечкой. Он провёл нас через высокие белые двери, — на которой были вырезаны розы и драконьи клыки — мимо мозаики, изображавшей битву первого Доминара с Ха’дразен, королевой драконов. Tут было столько всего интересного, что я не успевала толком рассмотреть окрестности.

Забудь ты об этой комнате. Уверен, она прекрасна. Только она перестанет быть таковой, когда твоя подружка взорвётся, унеся с собой в могилу добрую половину города.

Что мне делать?

Приноси клятву побыстрее и возвращайся. Буду держать тебя в курсе.

Думаю, это хорошая идея. Я бросила взгляд на Хубрика. Рассказать ему? Мужчина с дощечкой провёл нас через очередные двери и остановился на пороге комнаты. Я повернулась к Хубрику, намереваясь сообщить ему о произошедшем, но он коротко мотнул головой, и мы вдвоём последовали за придворным.

Войдя в главный зал, я ахнула. Люди заполонили пространство от самого порога до возвышения, на котором восседал трон, — окружённый полукругом сквозных арок. Золотой шёлковый ковёр, вышитый замысловатыми узорами, стелился прямо к ногам Доминара, начиная свой путь с середины зала. Мне хотелось взглянуть на него, но его трон тонул во мраке, свет из окон падал из-за спины правителя, так что фигура Доминара была сокрыта в тени.

У меня сильно пересохло во рту, и я испугалась, что не смогу разомкнуть губы, сердце же молотом застучало в груди. Я вот-вот увижу правителя нашего могущественного Доминиона. Я! Обычная крестьянка из крошечной деревеньки. Как такое вообще возможно? Хубрик успокаивающе положил руку мне на плечо, и я встряхнулась. Принимать почести полагается с таким же мужеством и стойкостью, как полагается встречать трудности. Я распрямила плечи и высоко подняла голову. Пришло время сделать следующий шаг на пути к становлению всадницей. Пришло время принести Доминару клятву о том, что я буду служить нашему народу всю свою жизнь, — будь она длинной или короткой.

— Иди за помощником хашутана. Он скажет, где нам встать. — Должно быть, речь шла о мужчине с дощечкой.

Я послушалась Хубрика, ступая за сановником след в след. Он шёл неспешно, как будто специально для меня, — а может, у них было так заведено.

Я услышала, как сзади снова отворилась дверь. По толпе нарядных вельмож пробежал ропот. Я рискнула обернуться. В зал вошёл Рактаран, ведомый ещё одним придворным, его телохранители шагали за ним, а те самые мужчины с раздвоенными бородками, которые с таким удовольствием разглядывали меня в приёмной, замыкали процессию. Я повела плечами, но мне не было до них никакого дела. Гораздо важнее принести Доминару клятву и помочь подруге, страдающей на другом конце города.

Торопись.

Я ускорилась, мой новенький костыль застучал по золотому шёлковому покрывалу так быстро, что его предшественники не смогли бы за ним угнаться. Будь я на месте Леноры, я бы знала в лицо всех окружавших меня людей, но завидовать тут было нечему. Достаточно того страха, что мне внушали знакомые лица, присутствующие в зале.

Пройдя полпути, я наконец сумела разглядеть Доминара. Он сидел, положив на колени скипетр, — зловещую штуковину с шипастой головкой, расписанную какими-то письменами. Случайно не теми же самыми, что небесные всадники наносили на свою одежду и иногда — на оружие? Надо будет спросить, что там написано. Когда ведёшь бурную школьную жизнь, подобные вопросы не приходят в голову.

Одеяние повелителя было скроено таким образом, что напоминало боевой доспех; он носил кожаные брюки и ремень небесных всадников, но его плащ обладал жёсткой неоднородной структурой, как у бальных костюмов Саветт и Тёмного принца. Плащ переходил в такой же высокий воротник, скрывающий нижнюю часть лица, — только вот самого лица не было видно.

Я слышала, что Доминар носит маску, но рассказанные истории и близко не могли передать представшее передо мной зрелище. Железная маска была увенчана остроконечной короной и удлинялась, закрывая всё его лицо, так что оставались только щёлочки для глаз и рта. Некоторое время спустя я разглядела, что шипы наверху имели форму драконьих крыльев, которые вспыхивали при повороте головы, придавая эффект короны. Вокруг вырезанных отверстий развернулась нешуточная баталия, которую затеяли между собой с десяток драконов, завязавшихся в тугой узел. Да тут весь день можно потратить в попытках разобраться, где чьё крыло, шея или хвост. Должно быть, это неимоверно тяжело — нести на своих плечах целую империю.

Хубрик стиснул мою руку, и я поняла, что застыла на месте. Я опомнилась и зашагала дальше. Чем ближе мы подходили к передней части комнаты, тем роскошнее — и воинственнее — выглядели одежды людей; те, что остались в начале, были одеты попроще. Логично. В обществе Доминиона верхушка состояла из владельцев и защитников кастелов. Данные задачи не подходили тем, кто не умел применять силу. Присутствовали ли здесь члены семьи Леноры? Саветт? По тяжёлым взглядам гостей понять это было невозможно.

Трон Доминара охранял отряд драгун, собранный из его самых суровых и самых опытных воинов. Они были облачены в тяжёлую броню, хотя просто несли караул; у каждого солдата в руках покоился боевой посох, а сбоку висел меч.

Помощник хашутана подвёл нас к трону и, указав на место сбоку, ушёл. Хубрик знаком велел мне подождать, хотя в этом не было необходимости. Я увидела, что на другой стороне комнаты ожидала своей очереди ещё одна группа просителей. Oдин из них двинулся к возвышению и уже открыл было рот, но делегация баочанцев, не обращая внимания на помощника хашутана, без разрешения подошла к повелителю.

Со стороны Доминара выступил сердитый мужчина сo сморщенным лицом.

— Ты сможешь обратиться с просьбой, когда подойдёт твоя очередь, баочанец, — проговорил он. — А пока придётся подождать.

— Боюсь, у нас вопрос жизни и смерти, — ответил ему мужчина с блестящей раздвоенной бородкой, обходя Рактарана. Его одежды были богато отделаны вышивкой, а с широкополой шляпы свисали золотые украшения. — Этот сброд вы примете после нас.

Глава четырнадцатая

Толпа ахнула, а хашутан — я полагаю, именно эту должность занимал мужчина со сморщенным лицом, одетый в коричневую кожаную форму — побагровел от ярости.

— Вы пришли сюда как просители. Вы не имеете права предъявлять к нам требования.

Я нервно переставила костыль. Быстро это дело не решится, и чем позже нас примут, тем позже я смогу вернуться к Раолкану и Саветт.

— Просители? — переспросил бородач. — Тёмный принц Баочана не просит. Он приходит к равному себе, чтобы получить аудиенцию.

В поведении драгун что-то едва заметно изменилось. Но что же? Они стояли неподвижно, крепко сжимая в руках оружие. Воины не сдвинулись с места, но я чувствовала, что они были готовы броситься на послов Баочана по первому же сигналу.

— У Доминара нет равных: он Лорд драконов, Сын Утренней Зари, Король Воздушных Вихрей, Полководец Доминиона.

— Тёмный принц Баочана, — раздвоенная борода аристократа зашевелилась, когда он принялся перечислять титулы его собственного владыки, но я совсем не слушала его. Мы встретились глазами с Рактараном, и он поднял брови, как бы говоря, что это и есть объект моего наблюдения. Стоявший позади принца охранник что-то прошептал ему на ухо, и Рактаран кивнул.

— Следи за собой, девочка, — тихо проговорил Хубрик, наклоняясь ко мне. Я бросила взгляд на учителя, уставившегося на что-то впереди. Повернув голову, я в ужасе застыла. Тёмные глаза маски Доминара смотрели прямо на меня. Он увидел сигнал Рактарана!