Мне оставалось преодолеть последнюю ступень, чтобы присоединиться к собравшимся, но Эфретти c мрачным видом перегородила дорогу, уперев руки в бока. Дашира потащила Ленга к одному из столов, за которым стояли два стула, уже ощупывая его опалённую руку. Он морщился от боли, но продолжал смотреть на меня, взгляд же Саветт был прикован к огню. Она быстро прошла к очагу и опустилась подле него на пол, завернувшись в мой плащ. Это о ней нужно позаботиться, а не обо мне.

— Moей подруге нужна одежда, — сказала я, кивая в сторону Саветт.

Эфретти удивилась.

— Но ты же одна из тех Принятых, которых они нашли разгуливающими по улицам Ваники, правда ведь?

Я кивнула. Эфретти улыбнулась.

— Вот видишь, Дашира, я же говорила, что она одна из них.

Она широким шагом пересекла комнату, распахнула шкаф и принялась рыться внутри. Найдя искомое, Эфретти подошла к Саветт.

— Держи, милая. Можешь одеться в комнате за той дверью. Не задерживайся, а то мы будем волноваться. — Она повернулась ко мне. — A ты давай уже поднимайся и закрывай за собой дверь, чего застыла-то?

Вздрогнув, я поспешила подчиниться, заметив, что командирский голос Эфретти подействовал и на Саветт. Тут всем рулила явно она.

— Как его рука? — спросила она сестру. Ленг откинулся на спинку стула, морщась от боли, отдававшейся в руке, которую осматривала Дашира. Тон Эфретти был резким, но лицо выражало сочувствие. Она заботилась о Ленге. В груди что-то больно кольнуло. — Так тебе и надо, Ленг, не будешь в следующий раз геройствовать в одиночку. Мы бы нашли твой труп.

— Если бы вы откликнулись сразу же и не стали ждать чужого одобрения, всё кончилось бы не так плохо, — cварливо отозвался он.

— В следующий раз, когда обратишься к нам за помощью, сумей хотя бы дождаться её! — Раскрасневшаяся Эфретти скрестила руки на груди, но что-то подсказывало мне, что прения на эту тему случались и раньше, судя по тому, как спокойно Ленг реагировал на устроенный ему нагоняй.

— Хватит ругаться, — тоном, не терпящим возражений, заявила Дашира, как будто она уже привыкла ставить точку в спорах. — Мы все действовали из добрых побуждений. Сейчас надо сосредоточиться на насущных проблемах: Ленг ранен и нужно его вылечить. Рана была нанесена магией, Ленг?

— Да.

— Пострадала только рука?

— Нет, — покраснел он.

— Ну так раздевайся, и посмотрим.

Ленг покраснел ещё больше, оглядывая комнату.

— O, ради мира во всём мире! Краснеть будешь в другом месте, так что снимай рубашку! Больше тебя никто не осмотрит, не усугубляй своё положение. Болит небось?

Он скривился. На его бритой макушке выступил пот. Ленгу определённо было больно. Мои пальцы нервно вцепились в посох. Насколько серьёзными были его раны? Он стал развязывать шарфы, но Дашира потеряла терпение и принялась помогать ему расстёгивать пряжки.

— Давай я.

Когда она сняла с Ленга рубашку, я охнула. Вся его грудь и рука были испещрены множеством ран, пузырящихся и чёрных. По краям виднелись кровоподтёки, но в центре мерцала чернота. Дашира цокнула языком и потянулась к его брюкам.

— В этом нет необходимости, — перехватил её руки Ленг. — Все мои увечья видны невооружённым глазом.

— Перестань врать в надежде спасти своё лицо. Сядь, — безапелляционно отрезала она, толкая его на стул и начиная осмотр.

Ленг, не отрываясь, смотрел на меня, и я почувствовала, что он словно просит о чём-то. Но о чём?

О пощаде для его самолюбия. Ленг хочет, чтобы ты уважала его, невзирая на тот факт, что он постоянно предстаёт перед тобой беспомощным.

Я очнулась только тогда, когда мои ноги сами пересекли комнату и я взяла Ленга за руку. Морщинки вокруг его глаз разгладились, словно моё прикосновение в самом деле помогло.

— Терпеть такую боль нелегко, — сказала я. Зачем Раолкан прочёл его мысли?

От вашего взаимного недопонимания мне становится плохо. Вы как два детёныша, кусающие себя за хвост.

Взгляд Ленга сделался стеклянным, он открыл рот и тут же его захлопнул, словно боясь подать голос в присутствии других небесных всадников. Он был значительно моложе этих женщин. Играл ли возраст какую-то роль? Мастер Эльфар что-то говорила насчёт весьма строгой иерархии в рядах небесных всадников, которая зависела от многих различных факторов.

— Я сама займусь лечением. Раны серьёзные, но не смертельные, — решительно заявила Дашира. — Сначала вытянем оставшуюся магию, a затем забинтуем. Это займёт некоторое время, так что сиди смирно, пока я не закончу. До тех пор не вздумай засыпать, понял?

Ленг покорно кивнул, и Дашира направилась ко второму шкафчику, располагавшемуся в углу комнаты. Судя по звону стекла, она выбирала нужные склянки.

— Раз уж тебе пока нельзя спать, мы можем поговорить о случившемся, — предложила Эфретти. Подняв голову, я увидела, что она не спускает глаз с наших сцепленных рук. Я отстранилась, но Ленг крепко схватил мою руку в ответ, возвращая её на место.

Я вопросительно посмотрела на него, однако его лицо выражало решимость и уверенность. Ленг не собирался сбрасывать мою руку и не хотел, чтобы его отпускала я. Эфретти это не понравится. Я крепко сжала ладонь Ленга. Если он хочет держать меня за руку, так тому и быть.

Саветт появилась из-за двери, одетая в длинное белое платье и завёрнутая в мой грязный плащ, в который она как следует закуталась. В глазах Ленга вспыхнуло беспокойство. Она вернулась обратно к огню, ни на кого не глядя. Что бы там с Саветт ни случилось, она серьёзно пострадала. Подобное поведение было ей не свойственно.

Поговори с ней. У Саветт очень серьёзная проблема.

Как только у Ленга отпадёт потребность держать меня за руку, я помогу ей.

Её раны гораздо глубже.

Откуда Раолкан мог знать? Впрочем он никогда раньше не ошибался.

У неё повреждены разум и дух.

— Нужно решить, как поступить с этими Принятыми, — заметила Эфретти. — К тому же стражники кастеляна окружили всю территорию. Если с тобой был кто-то ещё, их взяли под стражу. Нам надо выяснить, кто что знает, чтобы понимать, как действовать. И это надо выяснить прямо сейчас.

Ленора! Во всей этой суматохе и кутерьме я совсем забыла про неё. Удалось ли ей выжить?

Глава четвёртая

— Со мной была моя подруга, Ленора, — ответила я, краснея от того, что не сообщила об этом раньше. — Она Принёсшая клятву.

— Принёсшая клятву! А носится вокруг, как свинья, сбежавшая из загона! — Язык Эфретти был под стать её манерам. Она не имела ничего общего с Саветт или Ленорой.

Ты теперь относишься к простым людям с предубеждением?

При этой мысли мои глаза расширились. С чего это он взял?

— Не делай такие круглые глаза, дорогая. В этом городе вас быть не должно. Вы должны находиться под присмотром своих мастеров. В Школе драконов! Пора положить этой бессмыслице конец.

— Мы действовали по приказу Доминара, — заметила я осторожно, наблюдая за Эфретти. Она была похожа на фейерверк с зажжённым фитилём. Того и гляди взорвётся.

— Да благословит небо его царствование, — ответила Эфретти по привычке, прижав к сердцу кулак, но мгновение спустя её лицо вновь посуровело. — Неважно. Мы не можем допустить, чтобы вы бесцельно шатались по городу. Особенно после вашего знакомства с Орденом Светоносных. A эту Ленору надо найти и привести сюда, чтобы держать всё время на виду. К какой касте, ты говоришь, она принадлежит? — Не дожидаясь от меня ответа, Эфретти повернулась к Ленгу. — A ещё тебе не следовало впутывать их в это дело и пускать в наш орден без надлежащего дозволения!

— Она из зелёных, — вставила я, боясь, что Эфретти пуститься в рассуждения на другую тему. — А кто такие Светоносные?

Она раскрыла рот и зыркнула на Ленга.

— Я ей ничего не говорил, — возразил изумлённый Ленг. — Это ты только что проболталась.

— Ты, часом, не нанял этих цыплят, чтобы они помогли тебе всё провернуть? — Она опустила руки вдоль тела.

— Мы пришли за Саветт, — сказала я, покосившись на подругу. Саветт стояла у огня как приклеенная, её пальцы непрестанно теребили ткань плаща. Сможет ли Дашира помочь и ей тоже? Неужели повреждённое сознание исцелить труднее?

Гораздо труднее. Я делаю всё, что в моих силах, но этого недостаточно.

Как хорошо, что у меня есть Раолкан. Он всегда разбирается во всём лучше меня.

— Мы не можем позволить им забрать Саветт, чтобы они вытворяли с ней неизвестно что. По крайней мере, я не могу, — заявила я. Грустный взгляд Саветт на секунду встретился с моим, и она отвела глаза. На её губах промелькнула тень улыбки и тут же исчезла. — Я считаю, что Ленору побудило вмешаться чувство долга. Она сказала, что кастел Денерисов и кастел Лидрисов — сюзники.

— И вы совершенно случайно наткнулись на цитадель Сумеречного завета, которую Светоносные искали месяцами? — недоверчиво вопросила Эфретти. Что она предпримет, если мне не удастся её убедить? Уж не думает ли Эфретти, что я шпионю за их орденом?

— Её нашёл Ленг.

— Это мы сообщили Ленгу, где надо искать.

Я поспешила объясниться, пока Эфретти не перескочила на другую тему.

— Мы допросили Стари Атрелан. Кастелянка уже давно в сговоре с магами, и она рассказала нам, как разыскать Саветт.

Эфретти изогнула бровь и на какое-то время замолчала.

— Из зелёной касты, говоришь? В таком случае мне лучше взять её под крыло — и побыстрее.

— A что делать с ней? — спросила Дашира так тихо, что я едва её расслышала.

— Кое-кто из находившихся в том подвале призвал вам на помощь магию. Без этой помощи вы бы здесь не сидели, — cказала мне Эфретти. Откуда ей это было известно? Меня охватил страх: до чего же сообразительная. Она так скоро выпытает все мои секреты. — Это, случайно, не ты была?

Я покачала головой, не отрывая от неё взгляда, чтобы ненароком не выдать Саветт.

Эфретти обернулась к Дашире.

— Прихвачу ещё и Хубрика. Другого способа я не вижу.

Дашира поджала губы, с осуждением глядя на сестру.

— Он и так всё узнает, даже если мы ему не скажем, — возразила Эфретти. — Дело приняло очень серьёзный оборот, одни мы не справимся.

— Можно отдать их Тене и Джавину, чтобы они отправили учениц обратно к преподавателям. — Голос Даширы прозвучал как-то неуверенно.

— Этот вариант отпал, как только они переступили наш порог. Теперь они наши. — Выражение лица Эфретти не соответствовало сказанным словам. Я крепко вцепилась в посох, стараясь унять дрожь в руках. Что они собирались с нами сделать?

Глава пятая

После ухода Эфретти Дашира молча принялась за работу, обращаясь ко мне, только когда требовалось подержать повязкy или передать ту или иную склянку со стола. Закончив, она придирчиво оглядела Ленга.

— Теперь надо подождать, пока магия не выйдет полностью, так что отдыхай; потом мы снимем бинты, поставим припарки и снова наложим повязки. Но я боюсь, тебе придётся остаться здесь до возвращения Эфретти. Мне нужно кое-то сделать, я буду в передней комнате, все остальные заняты. Нельзя допустить, чтобы тебя кто-нибудь увидел. Уборные в той самой комнате, где переодевалась Саветт. Можете пользоваться, только никуда не уходите.

Нам ясно дали понять: выходить отсюда нельзя. Отныне моя судьба — какой бы она ни была — зависела от них, пока я не решу сбежать, но такое решение приведёт нас всех в исходную точку, и мы вновь окажемся посреди зимы. Надеюсь, этим Светоносным можно доверять и они не станут требовать от меня то, чего я дать не в силах.

В этом-то и проблема. Все от тебя чего-то хотят. Вопрос только в том, сможешь ли ты им это дать.

— Я скоро вернусь, захвачу вам еды. Устраивайтесь поудобнее. — Дашира резко встала и ушла, разбросав бутыли на столе. Я собрала их и поставила обратно в шкаф. Она не очень-то чистоплотна для человека, который занимается врачеванием. Надеюсь, она ответственнее отнеслась к лечению Ленга.

Обернувшись, я увидела, что побледневший Ленг перегнулся через стол.

— Давай выберем местечко получше, — предложила я. — Уложить тебя на ковёр?

— Да, пожалуйста.

Я уже приловчилась поднимать и усаживать недужных, орудуя своим костылём (ну или в моём случае — посохом). Всё-таки из меня бы вышла неплохая целительница.

Только через мой труп.

Я всё время забывала, что белые в какой-то степени были полной противоположностью фиолетовых.

Ты поймёшь почему, когда станешь опытнее. Скажем так, они смотрят на вещи иначе, чем мы. Должна быть причина, по которой Ленг не стал дожидаться их помощи и сам бросился спасать Саветт. Другие касты не такие чуткие, как фиолетовые. Ты уже в этом убедилась.

— Амель? — позвал меня Ленг, после того как я помогла ему устроиться. — Ты же ведь знаешь, что между опытным всадником и ученицей не может быть никаких личных отношений?

Я беспокойно заёрзала, оглянувшись на Саветт. Она смотрела в окно, спрятавшись за штору. Нужно переговорить с ней, но сначала я должна уладить наше дело.

— Тогда почему ты всё время пытаешься защитить меня? Ты же ведь знаешь, что можешь на меня положиться.

Он полуприкрыл глаза, и я почувствовала резкий запах камфоры. Лекарство заработало? Оно начало уже вытягивать магическую гадость из его тела?

— Ты похожа на яркий огонёк, сияющий в тёмной ночи. На красный цветок, выросший посреди мёртвой травы.

Ленг закрыл глаза, превращаясь из сурового небесного всадника в беззащитного юношу. Я вздохнула.

— Перестань воспринимать меня как цветок и подумай о том, что я могу тебе пригодиться. Мир не даёт мне права быть хрупкой девицей, которую нужно постоянно опекать. Иного выбора нет, так что придётся быть жёсткой, даже если это идёт вразрез с моей природой.