— Возможно, ты и хозяйка в своём собственном доме, но здесь ты не хозяйка, — сказал он. — И я думаю, что пришло время разлучить тебя с моим сыном, хотя бы на мгновение.

Я не сразу поняла, что он сказал; в мгновение между этими словами и осознанием того, что Лорд Сэро тоже может влиять на свой дом, пол разошёлся в стороны и унёс Зеро прочь от меня.

Мне удалось замедлить это движение — уменьшить дистанцию, которую Лорд Сэро создал между нами, — но я опоздала, и Зеро оказался в дальнем конце зала со своим отцом и целой толпой запредельных между нами, прежде чем я смогла сделать что-то большее, чем просто удержаться от удара о стену.

— Один из вас, позаботьтесь о человеке, — приказал Лорд Сэро, поворачиваясь ко мне спиной. — Я хочу поговорить со своим сыном. Причините ей боль, если возникнет необходимость.

Запредельный в жёлтом клетчатом костюме лениво шагнул вперёд и направился через зал, снова ухмыляясь.

— Пэт, возвращайся в дом! — прогремел Зеро.

Если бы ко мне не приближается фейри в клетчатом костюме, я, вероятно, послушалась бы его. Как бы то ни было, этот фейри неторопливо направлялся прямо ко мне, его запах одеколона витал перед ним, как на приветственной вечеринке, а я оставалась на месте, и во мне снова поднималось желание рассмеяться.

Вместо того чтобы рассмеяться, я подождала, пока он не окажется прямо передо мной, затем с булькающим смехом схватила его за уши, вдохнув слишком много аромата, и поцеловала его. Его руки сразу же обхватили меня, крепко и привычно, и когда я отпустила его, а он отпустил меня спустя мгновение, лицо, которое смотрело на меня сверху вниз, было лицом самого Джин Ёна, а не бледного фейри с зелёными глазами.

— Я скучала по тебе! — сказала я, убирая руки с его ушей и опуская их к щекам, пытаясь притвориться, что в моих глазах не было влажного тепла. — Тебе лучше придумать чертовски хорошую отмазку за исчезновение!

Джин Ён тихонько вздохнул и сказал:

— Прямо сейчас я бы очень хотел поцеловать тебя снова, но, думаю, на это нет времени.

— Хорошая мысль, — сказала я, когда голос Лорда Сэро рассёк воздух со всей эффективностью хлыста.

— Это вампир! Хватайте их, придурки!

— Очень надеюсь, что это не твой лучший костюм, — сказала я Джин Ёну, и смех застрял у меня в горле. — Потому что он чертовски плохо сидит!

— Я не пожалею, если этот будет испорчен, — сказал он, и его тёмные, влажные глаза смеялись. — Я уже заплатил сполна.

Мы повернулись лицом к надвигающейся волне запредельных, Джин Ён расстегнул пиджак, а я потянулась сквозь живительную пену реальности, которая была Между, чтобы сделать то, чего я никогда раньше не делала.

На этот раз, вместо того чтобы взять настоящую вещь и превратить её в оружие, я потянулась прямо к самому оружию: Мечу Эрлинга, который хранился во встроенном шкафу в комнате моих родителей.

Он тоже выплыл наружу. Не уверена, что ожидала этого, и я чертовски уверена, что никто другой тоже не ожидал ничего подобного. Джин Ён, стоявший рядом со мной, недоверчиво рассмеялся; толпа идущих впереди нас запредельных заколебалась и остановилась. Позади них Лорд Сэро уставился на меня глазами, которые могли бы быть осколками стекла.

Ну что ж. Если я не погибну в бою, у него определённо были на меня планы, которые бы мне не понравились. Впрочем, сейчас не было смысла беспокоиться об этом; нам с Джин Ёном нужно было продержаться достаточно долго, чтобы присоединиться к Зеро, которому нужно было продержаться достаточно долго, чтобы добраться до нас. Я была уверена, что у нас всё получится, если мы просто объединимся и будем сражаться.

— Выше голову! — крикнула я Зеро. Затем я бросила в него меч рукоятью вперёд, полагаясь на его длинную руку и на то, что меч хотел быть с ним, чтобы добраться до него целым и невредимым. Меч затрепетал в воздухе, жёлтый и блестящий, затем стал холодным, как голубая сталь, когда рукоять коснулась руки Зеро.

Запредельные за его спиной отступили, настороженные и темноглазые, и я увидела вспышку удовлетворения в глазах Лорда Сэро, когда они пробежались по его сыну.

Я фыркнула и более неторопливо потянулась за двумя ближайшими подсвечниками, которые плавно превратились в парные мечи. Лорд Сэро сильно ошибался, если думал, что обращение Зеро с мечом означает, что он принимает мантию претендента. Зеро обращался с Мечом Эрлинга так же, как если бы это был любой другой меч — средство борьбы с врагами. Может быть, именно поэтому это постоянно приходило ему в голову, когда он даже отдалённо не был заинтересован в том, чтобы стать королём.

Я почувствовала прикосновение руки Джин Ёна к моей, когда он шагнул вперёд, чтобы поравняться со мной, и, взглянув на него, обнаружила, что его глаза, такие яркие и знакомые по выражению, ждут моего взгляда.

Эти глаза говорили: «Начнём?».

— Вполне можем, — сказала я вслух. — Иначе они начнут думать, что им всё сойдёт с рук, если повсюду они будут срывать испытания эрлингов. Ой.

Его глаза снова встретились с моими.

— Если мы справимся с этим, я буду встречаться с тобой. Просто чтобы посмотреть, как всё пройдёт. Думаешь, мы сможем добраться до Зеро, не будучи убитыми?

Он пожал одним плечом, но его глаза сияли.

— Есть половина шанса. Я думаю, Хайион предоставит вторую половину.

— Ну что ж, это лучше, чем я предполагала, — сказала я и, создав между нами достаточное пространство, чтобы случайно не порезать его, выставила мечи скрещенными для защиты, чтобы отразить первую атаку. Жилистый, мускулистый запредельный, который выглядел наполовину человеком, наполовину деревом, рубанул с такой энергией, что мне пришлось увернуться от удара, вместо того чтобы блокировать его. Джин Ён метнулся мимо меня, целясь прямо в горло ближайшему, и тот фейри, падая навзничь, врезался в приближающегося запредельного, обливаясь кровью. Я рубила и колола, уклонялась и парировала, стараясь не отставать от него, понимая в суматохе боя, что, если мы разделимся, наши шансы значительно упадут.

Я больше не могла видеть Зеро за массивными фигурами, окружавшими Лорда Сэро, но я видела голубое сияние Меча Эрлинга на мягком фоне белого мрамора, как маяк, указывающий нам путь, к которому нужно стремиться. Постоянная артериальная струя крови рядом со мной, которая была Джин Ёном, двигалась вперёд, замедлялась, снова двигалась. Наблюдая за мной, ожидая меня.

Я не могла разглядеть движения в толпе у главного входа, но, должно быть, там была суматоха, потому что рычание нарастало, пока не превратилось в яростный рёв, перекрывающий шум драки: ликантропы присоединились к драке. Моё сердце затрепетало от надежды, и на несколько мгновений мне показалось, что исход боя складывается в нашу пользу, давление справа и слева уменьшилось из-за налей численности сражающихся. Половина нападавших развернулась, чтобы отразить новые атаки с тыла, а Зеро атаковал сбоку. Теперь я могла сражаться и идти прямо вперёд, вместо того чтобы постоянно следить за своим флангом, и Джин Ён, казалось, рванулся вперёд рядом со мной.

Я не ожидала, что Лорд Сэро примет участие в битве. Сколько я его знала, он никогда этого не делал, и мне никогда не пришло бы в голову, пока он не оказался прямо передо мной, что он, возможно, настолько сильно раздражён мной или просто полон решимости увидеть меня мёртвой, что сам вступил в бой.

Джин Ён увидел это и попытался добраться до меня. Я мельком увидела его, как раз в тот момент, когда метатель камней отбросил его в сторону и впечатал в стену, а затем рука, достаточно большая, чтобы полностью обхватить моё горло, схватила меня сзади и буквально выбила мечи из моих рук.

— Хватит! — сказал Лорд Сэро, и от его голоса лёд пробежал по моим венам и проник в землю. Трава замерзла, и морозные цветы взошли и распустились в стремительном треске льда, который покрыл землю и вырос, образовав стену из стилизованных белых роз вокруг нас двоих и всех, кто был рядом с ним, непрозрачную и прекрасную.

Сквозь эти розы я увидела Зеро, стоящего на одном колене, рядом с ним Дэниела в волчьем обличье и слегка размытую фигуру Морганы, всю в белом и красном, склонившуюся над распростёртым телом. Я дико огляделась в поисках Джин Ёна и наконец увидела его за ледяной стеной, в нескольких футах от остальных, — смятую массу в жёлто-сером костюме. Он с трудом поднялся, по левой стороне его лица струилась кровь из рваной раны, которая рассекла лоб от брови и спускалась к уху, и снова упал, лишь приблизившись на шаг к ледяной стене.

Я яростно боролась, пытаясь вырваться, но рука на моей шее безжалостно сжалась и подняла меня в воздух, а затем швырнула на землю. Я ударилась о мёрзлую траву с тошнотворным хрустом, хотя не могла сказать, был ли это треск моей головы или рёбер, которые, казалось, вонзились мне в бок, прилипший к ледяной земле.

Я не могла дышать, но не была уверена, было ли это из-за того, что я была ранена, или из-за того, что всё так сильно болело. Лорд Сэро схватил меня за толстовку и рывком поставил на ноги, и к тому времени я уже дышала чисто инстинктивно. Всё болело, и когда он встряхнул меня, мне показалось, что все моё тело содрогнулось от боли.

— Не двигайся, — прорычал он мне, как будто я могла справиться с болью.

— Может быть. Перестань трясти. Тогда меня, — простонала я.

Где-то вдалеке я услышал рёв Зеро и его удары кулаками по ледяной стене.

— Ещё одно движение, и твой питомец умрёт, — сказал Лорд Сэро своему сыну, снова встряхнув меня. — Вы сдадитесь.

Последовало лишь мгновение тишины, прежде чем я увидела, как Зеро отбросил Меч Эрлинга. Сара проделала то же самое со своим оружием, и ликантропы сели, поскуливая.

— Не вздумайте, чёрт возьми, сдаваться! — завопила я, задыхаясь от боли и возмущения. — Вы, чёрт возьми, продолжаете сражаться!

Лорд Сэро улыбнулся, глядя на меня сверху вниз, и в его глазах промелькнуло дикое веселье.

— Удивительно, насколько простыми становятся вещи, когда находишь нужную точку давления. Казалось бы, у тебя есть талант становиться дорогой для людей, а теперь люди, которые тебе дороже всего, умрут.

— Отпусти меня, — процедила я сквозь зубы. — Ты сильно пожалеешь, если не сделаешь этого!

— Очень сомневаюсь в этом, — сказал он. Обращаясь к остальным за ледяной стеной, он крикнул: — Я собираюсь разобрать этого вашего маленького питомца по кусочкам, пока вы не поклянётесь в верности моему сыну. Возможно, я даже отрежу ещё несколько кусочков после того, как вы это сделаете, так что хорошенько подумайте о том, как долго сможет продержаться питомец и сколько функционирующих частей тела может потерять человек, прежде чем жизнь станет нежизнеспособной.

Я ничего не могла расслышать из-за ледяной стены, но было очевидно, что они нас слышат: как только Лорд Сэро заговорил, на льду вскипела яростная пена движения, потемневшая по краям от боли и нехватки дыхания. Я увидела искажённое гримасой лицо Джин Ёна и красные глаза Морганы, и снова поднял глаза, чтобы встретиться с весёлым взглядом Лорда Сэро.

— Кажется, ты пожалеешь, если не отпустишь меня, — сказала я, слегка запинаясь. — Потому что одна из особенностей любви людей к тебе заключается в том, что они многое для тебя сделают, и я не думаю, что смогу их остановить, если они выберутся.

— Начнём с твоих ушей, — презрительно сказал он, игнорируя меня. — Ты ими не пользуешься, так что сочти за любезность, что я сначала уберу те отростки, которыми ты не пользуешься.

— Оторви мне уши, и моя подруга набьёт тебе морду, — выплюнула я в его сторону. — В последнее время она ужасно голодна, и тебе вряд ли понравится, если ты её разозлишь.

Он рассмеялся надо мной и потянулся, чтобы ущипнуть меня за ухо указательным и большим пальцами, а я укусила его за запястье. Я чертовски сильно укусила и почувствовала вкус крови — и когда я почувствовала вкус этой крови, то в пронзительный момент ясности поняла, что того, что я только что сделала, уже не вернуть.

Тогда я могла бы остановиться, но вместо этого укусила сильнее. Должно быть, это было больно, но Сэро только снова рассмеялся и презрительно оттолкнул меня. Я сильно ударилась о землю и от боли у меня перехватило дыхание, когда меня снова ударили по рёбрам.

— Человек до конца, — сказал он, насмешливо глядя на меня сверху вниз. — Когда ты бессильна, всё, что ты можешь сделать, — стать диким и умереть, огрызаясь.

Не думаю, что он ожидал, что я оскалю окровавленные зубы, и я абсолютно уверена, что он не ожидал, что у меня вырвется смех, такой же кровавый и злой, как у Джин Ёна.

— Не думаю, что ты понимаешь, приятель, — сказала я. — В смысле, что я дикая, да, достаточно дикая, чтобы укусить тебя. Но сейчас во мне не это главное.

— Самое важное в тебе сейчас то, что ты дорога моему сыну, — сказал он. — И от этого ты не менее дорога мне. Сын…

С этими словами он повернулся и зашагал обратно к Зеро. Он всё равно попытался повернуться; в этом повороте была какая-то слабость, из-за которой он схватился за плечо ближайшего преследователя и успел сделать всего несколько шагов, прежде чем я окликнула его.

— Хочешь знать, что самое важное?

Он пошатнулся и тоже обернулся, и я могла бы поклясться, что в его холодных голубых глазах был страх.

— Что ты со мной сделала, дикарка?

— Самое важное для меня сегодня то, что я сказала вампиру, что пойду с ним на свидание, — сказала я, всё ещё улыбаясь ему своей кровавой ухмылкой. — И поцеловала его, что, вероятно, важнее.

— Твоё омерзительное поведение меня совершенно не интересует, — сказал Лорд Сэро, выглядя больным. — Вампиры могут время от времени целовать людей, но в конце концов у них остается только одно желание: кусать и поглощать.

— Может быть, когда они думают о них как о еде, — согласилась я, с трудом поднимаясь на ноги. — Но мой вампир не думает обо мне как о еде, и ты упускаешь главное. Ты не очень хорошо себя чувствуешь, не?

— Что ты со мной сделала, дикарка? — процедил он сквозь зубы.