— Я не слишком уверена в других людях, — сказала я. — На самом деле, я не слишком уверена ни в чём из этого, так что в любом случае это будет рискованная затея. Но мы знаем, что, когда эрлинг выбывает из игры, его дом исчезает, а вместе с ним и его сторонники. К настоящему времени осталось не так уж много людей, которые не были бы друзьями Лорда Сэро, и если мы расширим дом в ближайшие пару дней, то сможем поэкспериментировать с тем, что произойдёт.

Дэниел бросил на меня взгляд, в котором читалось раздражение.

— Да, но как захват арены избавит нас от этого?

— Помнишь, я сказала, что это всего лишь идея? — отметила я.

Зеро подавил вздох.

— Ты не знаешь точно, как это поможет нам выбраться отсюда.

— Ага. Но я знаю, что из-за этого арена станет меньше, — сказала я, откашлявшись. — Так или иначе. Мы просто должны убедиться, что на арене осталось как можно меньше эрлингов, и убедиться, что все они находятся в домах.

— Мы работаем без надежды на успех? — недоверчиво переспросил Дэниел. — Пэт…

— Значит, жить как обычно, не? — радостно спросила я.

Глава 11

В ту ночь мне приснилось, что я — дом. Огромная, спокойная и подвижная, я потянулась к эластичному миру вокруг меня и втянула его в себя. Мир стал меньше, и рядом появился ещё один дом, но это был маленький домик, легко усваиваемый. Я вобрала его в себя, ещё больше сузив мир, и почувствовала лёгкое покалывание где-то на верхнем этаже, которое могло бы быть признаком несварения желудка, если бы я всё ещё была просто человеком.

Затем что-то острое и вонючее схватило меня за маленькую часть тела, которая была моими человеческими плечами, и разбудило, рыча мне в лицо, всё лицо было усеяно острыми, как бритва, зубами. Полусонная и больше похожая на дом, чем на человека, я успела лишь на мгновение ошеломлённо подумать: «Блин, эта дворняга собирается расквасить мне лицо», прежде чем кто-то зарычал, и существо оторвали от меня.

Маленькая изящная тень, с которой капала кровь, склонилась над существом, пока я пыталась сесть и встать с дивана, и на мгновение засияла синим пламенем, которое сожгло ещё одну гусеницу и скелет, оседлавший её.

Моргана! Я брыкалась и извивалась, борясь с апатией, вызванной тем, что я была домом, а не человеком, пытаясь добраться до неё, и Моргана вскинула голову, блестящую от запекшейся крови.

— Оставайся на диване! — прорычала она, её глаза были совершенно красными, — и позволь нам защитить тебя! Присмотри за домом!

Я осталась на диване, снова погружаясь в атмосферу единения дома и человека, и услышала рокочущий голос Зеро:

— Займись ночными гусеницами. Я займусь мусорными кроликами, и обеспечу безопасность двери.

Потом я снова увидела сон или дом, и человеческие слова не имели того значения, которое должны были иметь. Всё, что имело значение, — освоиться в новом пространстве, которое я заняла, и сделать его своим.

Я бы действительно подумала, что мне всё это приснилось, если бы на следующее утро, когда я проснулась, Зеро не стоял, сгорбившись, в дверях спальни Джин Ёна. Кто-то прибрался в комнате, пока я спала, но всё равно чувствовался отчётливый, стойкий запах, который принесли с собой ночные гусеницы, когда вторглись сюда, даже несмотря на то, что вся кровь исчезла.

— Спасибки, что навели порядок, — пробормотала я всем на кухне, когда спустилась вниз, чтобы приготовить завтрак.

— Садись, — сказала Моргана. — Нет, перестань пытаться пробраться на кухню и просто сядь!

— Вчера вечером ты с домом заняла около четверти арены, как говорит Зеро. А я уже готовлю завтрак, так что…

— Я чувствую запах гари.

— Не лезь не в своё дело, — твёрдо сказала она, и два ликантропа подтолкнули меня к одному из стульев на кухонном островке. — Пей свой кофе.

— Оу, — сказала я, тупо смотря на кружку. — Там кофе.

— Я не плевал в него, — сказал Ральф, который сидел на стуле напротив меня.

Если бы я была более бодрой, то, возможно, и волновалась бы немного больше. Я не волновалась, поэтому просто пила кофе и постепенно просыпалась, когда на кухне становилось всё дымнее, а Моргана суетилась вокруг, как маленький огненный демон. И всё же было приятно, что мне не нужно было готовить, даже если нам собирались приготовить на завтрак древесный уголь.

К завтраку Лорд Сэро снова был на заднем дворе. Уже уставшая от ночных хлопот, раздражённая полным отсутствием Джин Ёна и изнывающая от беспокойства при мысли о том, что это значит, я просто хмуро смотрела в окно новой столовой, когда один из ликантропов подошёл, чтобы сообщить мне об этом.

— Лорд Сэро, блин, может оставаться там сколько угодно, — сварливо сказала я. — Я собираюсь заняться ремонтом этого места, так что, вероятно, там будет немного неуютно. Он удалится, когда до него дойдёт эта мысль.

Я была не так уверена в себе, как казалось, но определённо была достаточно настойчива, чтобы отнестись к своей попытке подло. Думаю, в доме тоже было что-то зловещее, потому что, когда я устроилась в комнате Мамы и Папы с хорошим видом на задний двор и в качестве эксперимента надавила на Между в задней стене, весь дом стал расти незаметно и осторожно — рывками, которые, казалось, в точности совпадали с тем, когда Лорд Сэро отворачивался.

Было не совсем похоже, что это делаю я; как и вчера, мне казалось, что дом реагирует на то, чего я от него хотела, — кто-то сотрудничает со мной, пока наши интересы совпадают. Вчера, когда я спала, я даже отдалённо не чувствовала, что это так. Но, по крайней мере, что-то происходило.

Не уверена, что Лорд Сэро уловил суть идеи, но он пристально посмотрел на дом прищуренными глазами, как только дом начал подкрадываться к нему и его людям, и когда между стеной дома и живой изгородью лабиринта осталось всего несколько футов, он быстро, коротко бросил команду, которая заставила всех вскочить на ноги и броситься к живой изгороди, прежде чем я успела увидеть, что произойдёт, если стена их коснётся.

— Скатертью дорога, — сказала Моргана, стоявшая рядом со мной. Она не садилась, но в последнее время она почти не садилась; казалось, она предпочитает стоять или подпрыгивать на носочках, излучая какую-то нервную энергию. — Полагаю, он вернётся, но, по крайней мере, это дало ему повод для беспокойства.

— Таков план, — сказала я, чувствуя себя бодрее. Мне понравилась идея потревожить покой Лорда Сэро, не давая ему ни малейшего представления о том, что именно мы делаем. Помогло то, что я сама не была на сто процентов уверена в том, что делаю. Я просто пыталась поближе познакомиться с моим домом и с тем, что мы могли бы делать вместе.

— Возможно, теперь, когда Сара здесь, в доме, и является эрлингом, у нас будет ещё несколько посетителей, но, по крайней мере, мы сможем избавиться от них, не выходя наружу.

— Забавно, — медленно произнесла Моргана. — Раньше я чувствовала себя в безопасности в помещении, а теперь мне просто хочется выбраться наружу. Хотя, думаю, это к лучшему, что прямо сейчас мы не можем выйти; мне просто не нравится, что Лорд Сэро там.

Я взглянула на неё.

— Почему? Он не сможет добраться до нас.

— Просто не могу понять, зачем ему вообще понадобилось, чтобы в доме кто-то был, — сказала она. — Он мог бы просто пригрозить убить Джин Ёна у вас на глазах, если бы хотел, чтобы ты или Зеро сдались ему, но вместо этого он попытался заставить образ проникнуть внутрь.

— Должно быть, именно это беспокоит Зеро, — сказала я. — Полагаю, зависит от того, знает ли Лорд Сэро, что Сара в доме — она единственная из нас, кто согласился участвовать в испытаниях. Вижу, что он хочет, чтобы её убили — или чтобы убили всех нас, эрлингов, — но не понимаю, как он мог полагать, что образ мимика убьёт всех нас.

— Вот именно, — мрачно согласилась Моргана. — Это меня беспокоит. Я не могу думать ни о чём другом, кроме того, что Лорд Сэро пытался добраться до кого-то из нас — либо до тебя, либо до Зеро. Но я не могу себе представить, чтобы Зеро ушёл с Джин Ёном и попал во что-то опасное, и не похоже, что ты бы тоже пошла куда-нибудь с ним одна.

— Ага, не-а, — машинально ответила я, и в голову мне пришла внезапная, пугающая мысль, что я бы пошла с Джин Ёном, если бы действительно подумала, что это Джин Ён. В тот момент, если бы я могла увидеть, что он жив и невредим и находится здесь, я, вероятно, последовала бы за ним через заднюю дверь в лабиринт, не задавая вопросов.

— Полагаю, хорошо, что мимики не очень-то преуспели в том, чтобы притворяться Джин Ёном, — сказала я, чтобы хоть как-то скрыть, насколько ужасно уязвимой я себя почувствовала. — Что ж, теперь, когда они оба мертвы, нам больше не нужно беспокоиться о подделках, а их дом должен исчезнуть вместе со всеми людьми, которых они изначально привели с собой. Интересно, исчезнут ли и эрлинги, которые были у них под присягой? Непохоже, чтобы они согласились бросить вызов трону, так что, возможно, арена посчитает их неигровыми персами наряду с людьми, которых привели с настоящими эрлингами. Сейчас в доме их нигде нет, значит, они, должно быть, куда-то ушли.

— Должно быть, приятно быть NPC, — сказала Моргана. — У них есть шанс исчезнуть вместе с домом, как только их боец уйдёт или присоединится к другой группе. Нам, эрлингам, приходится сражаться, умирать или заключать союзы — а потом, вероятно, всё равно умирать. Надеюсь, они выбрались.

— Если они выберутся, им, вероятно, всё равно придётся сражаться или умереть позже, когда испытания закончатся, — сказал Зеро позади нас. — Сколько ты поглотила, Пэт?

— Кажется,

добрых двадцать метров — сказала я ему, отводя взгляд от окна и поворачиваясь к нему.

— Устала?

— Не. У меня получилось совсем не так, как в первый раз; я даже не знаю, я ли это сделала. А ещё я должна быть способна на большее.

— А мой отец заметил это?

— Оу, да, он заметил, всё в порядке, — удовлетворенно сказала я. — Не думаю, что он понял, что происходит, но он заметил, что это происходит.

— Разумно ли было делать это, пока он был там?

— Как, блин, тебе удаётся изображать папу, если ты всего лишь мой дядя? Это просто ужасно!

— Я не твой дядя, — жёстко сказал Зеро. — Я твой двоюродный прапрадедушка.

— Тогда ты определённо не должен уметь говорить голосом папы. Почти уверена, что твой отец точно знает, что в данный момент происходит на арене, поэтому я не думала, что это будет иметь большое значение, если я сделаю это у него на глазах. Он не знает, что это делаю я — он просто обнаружил, что у него немного меньше места, чем он думал. С сегодняшнего утра арена сама по себе становится всё меньше.

— Я заметил, — сказал он.

— Живые изгороди тоже стали темнее, заметили? — спросила Моргана. — Я чувствую запах крови всякий раз, когда кто-то открывает окно.

Зеро сразу же уставился на неё.

— Никому не следует открывать окна.

— Это Лес виноват, — сказала я. — Он всё время подкрадывается и выходит, а ликантропы любят подбадривать его, когда он бежит к дому, если кто-то за ним гонится. Сегодняшним утром он сделал это дважды.

— Вот почему тебе не следует приводить домой бродяг, — холодно сказал Зеро и вышел из комнаты.

Вероятно, он хотел пойти и убедиться, что Лес всё ещё в доме — или не дома, при условии, что это условие перестанет быть переменной величиной.

— А что этот старый хрыч вообще там делает? — спросила Моргана. — Он всегда выглядит немного потрёпанным, когда возвращается, так что, за чем бы он ни уходил, он за это платит.

— Без понятия, — ответила я. — Он мне не скажет. Надеюсь, его поймают в одном из домов, которые недавно освободились, и заберут обратно в мир людей, прежде чем кто-нибудь до него доберётся.

— Как ты думаешь, родители Сары уже вернулись?

— Позвоню Туату и уточню через пару минут, — сказала я. — Сара не просила, но я вижу, что она этого хочет.

Более спокойно она спросила:

— Как думаешь, что случилось с моими родителями, когда мой дом исчез с арены? Я не смогла попасть к ним в комнату перед уходом, и никто из них не ответил, когда я попрощалась.

Я колебалась, потому что не знала, как много я могу рассказать, не расстроив её. Дело было не столько в том, что я беспокоилась о раздражённой зомби в доме, сколько в том, что она уже через многое прошла, и мне не хотелось взваливать на неё что-то ещё. К сожалению, я была очень хорошо осведомлена о том, кем были родители Морганы и что они натворили, и, если бы они исчезли совсем, когда дом вернулся в мир людей, это было бы лучшим исходом, на который я могла надеяться. Атилас по-своему позаботился о том, чтобы все родители, которые торговались за свою жизнь жизнями своих детей, в конечном итоге потеряли гораздо больше, чем приобрели. Блин, это, вероятно, стало для него очищающим средством.

Это не помогло мне понять, что сказать маленькой зомби, которой больше не нужно было неосознанно питаться тенями, оставшимися от её родителей, потому что теперь она придерживалась диеты, которая позволяла ей оставаться не просто тенью. Не помогало и то, что я была почти уверена, что они превратились в тот неприятный осадок, которым уже были в душе, в тот момент, когда Моргана перешла на более… плотную диету.

— Тебе не кажется, что им было бы неплохо немного отдохнуть? — спросила я вместо этого. — Они живут здесь столько же, сколько и ты, но они всего лишь тени. Думаю, это утомляет — быть такими худыми. Большинство родителей были бы рады узнать, что их ребёнок на ногах и в безопасности — думаю, они были бы рады больше не запираться в этой комнате.

— Это правда? — внезапно спросила она. — Тот кошмар… то, что сказал Атилас? Мои родители согласились позволить ему убить меня, чтобы спасти свои жизни?

— Не отвечай, — добавила она, прежде чем я успела придумать достойный ответ. — Полагаю, это всё равно, что спросить тебя, что бы ты сделала, если бы он вернулся, умоляя о прощении. Какое-то время вы с ним были довольно близки.