Национальный парк,

Португалия, октябрь 2021 года

– Туристический центр вон там, – указывает Айзек на другую сторону улицы. – Но сначала мне нужна вода.

Он сбрасывает рюкзак с плеча и достает бутылку.

– Аналогично.

После большого глотка из собственной бутылки Элин снимает мокрую майку. Хотя еще рано и солнце не в зените, ужасно жарко, и она вспотела.

– Я понимаю, что фишка этого места – удаленность от цивилизации, но так далеко от всех ее благ… даже не знаю.

С точки зрения летающих ворон от кемпинга не так уж далеко, но путь занял больше сорока минут, каменистая тропа в скалах то и дело сменялась узкой лесной и обратно.

– Поддерживаю. А если испортится погода, будет совсем тяжко. – Сделав последний глоток, Айзек закидывает рюкзак обратно на плечи. – Готова?

Элин кивает и пересекает мощеную улицу.

Туристический центр располагается дальше по улице, в угловатом современном здании, с одной стороны к нему примыкает кафе в рустикальном[2] стиле, а с другой гостиница. Здание чужеродно смотрится среди длинного ряда домов, которые выстроились вдоль главной улицы. Все они выглядят элегантно, хотя и слегка блекло на фоне бескрайних холмов.

Айзек встречается с ней глазами.

– Такое спокойствие, цивилизация, а потом смотришь туда, и… – его взгляд перемещается на склон холма, – настоящие дебри.

«Это еще слабо сказано», – думает Элин, не в силах отвести взор.

Необъятные масштабы раскинувшейся за деревней территории вызывают странное чувство клаустрофобии, как будто надвигающийся лес вот-вот поглотит дома.

OBSERVAÇÃO DE FAUNA E FLORA.

FESTIVAL GASTRONÓMICO. EXPOSIÇÃO DE ARTE.

PASSEIO NOTURNO

«Наблюдение за птицами.

Кулинарный фестиваль. Художественная выставка.

Ночная прогулка».

На сенсорном экране туристического центра сменяют друг друга фотографии парка – это едва ли не единственный кусочек современности среди потрепанных шкафов и полок, прогибающихся под огромными стопками листовок и буклетов.

Внутри это место производит более мрачное впечатление, чем снаружи. К тому же окна тут закрыты многочисленными плакатами и листовками, беспорядочно прилепленными к стеклу.

За столом сидит мужчина со скучающим выражением, которое подчеркивают забранные в хвост седые волосы, удлиняющие лицо. Сначала он молча изучает их взглядом, а потом спрашивает на беглом английском:

– Чем могу помочь? Наверное, вам нужна карта?

– Не совсем. – Элин подходит к столу и останавливается перед ним. – Мы хотели спросить вас об одной нашей знакомой, ее зовут Кир.

– Ясно.

В глазах мужчины настороженность, пока он медленно рассматривает их лица и впервые по-настоящему оценивает.

– Мы считаем, что она пропала, и знаем, что она заходила сюда как минимум один раз. Может быть, вы ее помните…

– Пропала? – перебивает мужчина и резко тычет пальцем на прикрепленные к стене полароидные снимки, отчего его хвост раскачивается. На фотографиях люди на велосипедах и трекинговых тропах. – К нам заходит куча людей. Вероятность…

Он умолкает и вместо окончания фразы громко и хрипло кашляет.

– Но просто на всякий случай. – Айзек кладет на стол телефон и указывает на экран. – Мы ищем вот эту девушку.

На лице мужчины, взявшего телефон желтыми от никотина пальцами, появляется отстраненная улыбка человека, готового принести извинения, после чего он медленно кивает.

– Да, я узнаю ее. Она приходила несколько раз.

– Она не говорила, чем здесь занимается? – спрашивает Элин.

– Сказала, что она художница. Я так понял, в парке она искала вдохновение. Как и многие художники. Она интересовалась местной галереей. – Он снова тычет пальцем, на сей раз на висящую на противоположной стене акварель. – Хозяйка галереи сказала, что это ее работа. – Снова взглянув на фотографию Кир, он чешет шею. – Так вы говорите, она пропала?

– Мы так думаем. В последний раз ее видели здесь, в парке.

– Такое часто случается. – Его лицо напрягается. – Знаете, порой я даже думаю, не для этого ли сюда приезжают.

– Чтобы исчезнуть?

– Даже не знаю… мой отец говорил, что если ты не родился здесь и не турист, то приехал в такое место не просто так. Скорее всего, чтобы сбежать от кого-то или чего-то.

– И здесь пропадает много людей? – спрашивает Элин, которую смутила обреченность в его тоне.

Он кивает.

– В прошлом году пропал один турист. Жил в палатке с другом. Они шли по тропе у водопада. А потом – раз! – Он щелкает пальцами. – И его нет.

– Его так и не нашли?

– Никаких следов. – Мужчина пожимает плечами. – Знаете, существуют теории заговора по поводу того, почему здесь пропадают люди, но на самом деле в большинстве случаев причины куда более банальные. Люди просто не готовы к внезапной перемене погоды, нехватке воды в жару, нехватке теплой одежды в холода. Надевают неподходящую обувь и падают. – Он устремляет взор в окно. – Даже если вы привыкли к подобным паркам, то все равно можете заблудиться…

Элин тоже смотрит в окно, на впечатляющую шеренгу холмов.

Учитывая маршрут, по которому они только что прошли, опасные тропы в его первой половине, легко можно представить, как человек сбивается с пути при малейшей оплошности, ведь холмы и деревья так похожи друг на друга.

– А другие случаи? – не унимается Айзек. – Которые не настолько банальны.

– Ну, рейнджеры могут охватить лишь небольшую территорию, и когда опускается туман, этим пользуются преступники. Контрабанда. Вымогательство. Незаконная перевозка людей, разные запрещенные товары. Ну и конечно, самоубийства или убийства. – На его лице появляется странное, вызывающее тревогу выражение. – Обычно виновны друзья или члены семьи, но иногда и незнакомцы.

– Так значит, такое случается? – Занервничав, Элин старается разгадать выражение его лица. – Неужели в подобном месте появляются убийцы со стороны? Я думала, это просто городская легенда.

– Нет, не городская легенда. Такое случается. Я… – Он снова сипло кашляет и долго пьет воду из стакана. – Простите. Как я и упоминал, такое случается. Здесь бывали странные люди.

– Так сказали и в лагере.

– В лагере? – быстро переспрашивает он.

– Да, с другой стороны холма, – машет рукой Айзек. – Недавно там произошел взрыв, один трейлер взлетел на воздух. Его обитатели считают, это подстроено, кто-то их невзлюбил.

Его лицо мрачнеет.

– Все целы?

– Да. Внутри никого не было, но все могло закончиться куда хуже. – Айзек делает паузу. – Вы их знаете? Тех, кто живет в лагере?

И мужчина мгновенно надевает маску, словно захлопывает дверь.

– Знаю, но мы редко общаемся. Они предпочитают держаться сами по себе. – Он смотрит Айзеку в глаза. – Знаете, такие люди обычно не хотят, чтобы их беспокоили.

Элин чувствует, что за его словами скрывается что-то еще, но, прежде чем успевает открыть рот, раздается громкое пиканье компьютера.

Бросив на них извиняющийся взгляд, мужчина показывает на клавиатуру.

– Слушайте, мне надо… И мне очень жаль вашу подругу.

– Конечно. Спасибо, что уделили нам время. Всего один вопрос. – Элин кивает на акварель. – Далеко отсюда до галереи?

– Несколько минут пешком, она будет справа. Спросите Луизу. – На его лице мелькает слабая улыбка. – Передайте ей от меня привет.

Они выходят на улицу и закрывают дверь. После сумрака туристического центра Элин щурится на ярком солнце.

Айзек сразу идет дальше, но Элин оборачивается. Администратор туристического центра не работает, как намеревался, а сосредоточенно разговаривает по телефону.

Словно почувствовав, что она смотрит, он поднимает голову.

Мужчина ловит ее взгляд, и его лицо тут же мрачнеет.