В 1865 году (окончание войны) Рокфеллер владел самым крупным (505 барр/с) из 30 существующих на тот момент в Кливленде нефтеперерабатывающих предприятий. А в начале 1870-х годов только что учрежденная Standard Oil перерабатывала уже около 10 % нефти США[36], к концу 1879 года она контролировала 90 % перерабатывающих мощностей Америки[37]. Всего три завода Standard Oil – Кливленд, Филадельфия и Бейонн (Нью-Джерси) – обеспечивали 25 % мировых поставок керосина[38].
В 1880-х годах внутриамериканская часть империи Рокфеллера включала в себя 20 000 скважин, 4000 миль трубопроводов, 5000 цистерн и более 100 000 сотрудников[39]. Доля компании в мировой нефтепереработке превышала 90 %, к концу столетия она медленно снизилась примерно до 80 %[40].
С 1882 по 1906 год, на момент подачи в Верховный суд США антимонопольного иска против Standard Oil администрацией Теодора Рузвельта, компания выплатила в общей сложности 548 436 000 долл. (15 млрд 643 млн долл. по эквиваленту покупательной способности доллара в 2021 году) в виде дивидендов с коэффициентом выплаты 65,4 %. Чистая прибыль составила 838 783 800 долл. (почти 24 млрд по эквиваленту 2021 года)[41].
В 1911 году, когда был вынесен судебный вердикт о роспуске и разделе Standard Oil на 43 компании, она контролировала большую часть добычи в старых регионах Аппалачского бассейна (78 %), Лайма-Индиана (90 %) и бассейне Иллинойса (83 %). В центральных штатах доля компании в нефтедобыче составляла 44 %, в Калифорнии – 29 %, а на побережье Мексиканского залива – 10 %[42].
Считается, что под контролем Standard Oil к моменту ее раздела находилось более 400 предприятий по всему миру, 90 тыс. миль трубопроводов, 10 тыс. железнодорожных цистерн, 60 океанских танкеров и более 200 речных пароходов, барж и катеров, снующих по Гудзону и Янцзы.
Это без учета компаний, подконтрольных напрямую акционерам Standard Oil, куда входили железные дороги, отели, банки, страховые агентства, угольные шахты, меднорудное и железорудное производство, земельные угодья, агентства недвижимости и транспортные компании. Один только Рокфеллер владел 16 железнодорожными компаниями и 6 сталелитейными (включая U.S. Steel), 9 банками, 6 пароходствами, 9 риелторскими фирмами и 3 апельсиновыми рощами.
Нефть была нескончаемым (более обильным, чем золото или серебро) источником стоимости, возникавшим из ничего, не как результат труда, а как дар природы (буквально из-под земли). В рамках актуальной теории происхождения стоимости из труда (затраты биологической энергии) у нефти нет себестоимости, мы ее не производим. У нефти только операционные затраты, возникающие при ее извлечении из земли. На заре добычи в Пенсильвании расходы на бурение скважины при попадании в пласт окупались в течение 2–3 месяцев, дальше из-под земли текли чистые деньги («черное золото»).
Денежный поток не просто переполнял (переливался через край) систему сложившихся общественных отношений. Он создавал избыточное внутреннее давление (подпор), продавливал перегородки и ломал преграды. Новые деньги требовали новых (обширных) пространств для приложения сил. Нефть буквально творила наш сегодняшний мир, а нефтяные деньги («черное золото», «обещания денег») этот мир капитализировали. За дирижерским пультом стоял Рокфеллер.
Делить на 43 части, по решению суда, пришлось не выручку или дивиденды Standard Oil и даже не добычу или рынки сбыта, не пароходы или трубопроводы. Делить пришлось сложноустроенный транснациональный конгломерат, состоявший из множества компаний, производств и банков, связанных между собой финансовыми схемами, взаимными кредитами, перекрестным владением акций и личными (очень жесткими) обязательствами.
Делить пришлось неделимое. Денежная масса, обращавшаяся внутри компании, была сопоставима с банковским капиталом всей Америки. Реальных объемов и масштабов компании никто тогда не знал, не знает их никто и сейчас.
Standard Oil долгое время существовала в виде треста (форма организации, которая обеспечивает скрытое управление другими компаниями через физических лиц). Практика эта началась еще до создания треста и продолжилась после перехода к холдинговой организации. Рокфеллер изначально предпочитал личные обязательства формальным договорам.
Иллюстрация 12. Дом семьи Рокфеллеров, Ричфорд, штат Нью-Йорк
Модель еще только прокладывала себе дорогу, форматы еще только отрабатывались. Вновь складывающиеся взаимоотношения (взаимные обязательства) бизнеса и власти оформлять контрактами и кодифицировать законодательно не представлялось возможным. Слишком они противоречили устоям человечества, нормам морали и этики, тоталитарным по своей сути, в отличие от законов и контрактов, обусловленных целеполаганием (утилитарная выгода).
«Я могу отчитаться за каждый заработанный мною миллион, кроме первого», – фраза, которую одновременно приписывают и Джону Рокфеллеру, и Генри Форду. Она действительно легко могла прозвучать как из уст первого, так и второго. Фраза носит универсальный характер для времен закладки и становления новой социально-экономической модели в любой стране в любое время и в любой точке планеты.
Официальная историография не содержит в себе вразумительного (рационального) объяснения причин успеха Рокфеллера. Родился нефтяной король в картофельном захолустье Америки (Ричфорд, штат Нью-Йорк) в 1839 году. На тот момент в Ричфорде проживали 939 человек, к 2020 году (180 лет спустя) население города выросло на 113 человек (1052 жителя). В современном Ричфорде ежегодно проходит фестиваль картофеля, славящийся своими деликатесами, такими как картофельное мороженое и картофельные палочки в шоколаде.
В 13 лет будущий магнат пошел в школу, где особых надежд не подавал. Учился с трудом, как он сам напишет об этом в автобиографии. После школы Рокфеллер поступил в колледж, но закончить его он не смог, ограничившись трехмесячными курсами по бухгалтерскому учету. В официальной историографии этот факт подается как изначальная тяга «филантропа» к предпринимательству, залог будущего успеха.
…Уже в 7 лет маленький Джон начал выкармливать на продажу индюшек и подрабатывать, копая для соседей картофель. Все результаты коммерческой деятельности он тщательно фиксировал в маленькой книжечке. На первые заработанные деньги приобрел добротную бухгалтерскую книгу, в которую записывал все свои доходы и расходы, уделяя внимание даже мелочам. К этой книге Джон относился с особым трепетом и уважением, сохранив ее на всю жизнь. Заработанные деньги он вкладывал в фарфоровую копилку и уже в 13 лет ссудил знакомому фермеру 50 долл. из расчета 7,5 % годовых…
В то время не было ни одного мальчика из обычной американской семьи, который не подрабатывал бы в семилетнем возрасте. Бедное детство может многое рассказать об условиях жизни маленького Рокфеллера и многое объяснить про его характер, однако признать бедность убедительной причиной феноменального взлета Standard Oil невозможно при всем желании. Напомним, всего за 9 лет (с 1870 по 1879 год) доля Standard Oil в нефтепереработке США выросла с 10 до 90 %.
Нарастила свою долю Standard Oil не за счет строительства новых мощностей на сэкономленные с помощью скрупулезной бухгалтерии деньги, а за счет поглощения уже существующих производств путем шантажа и банкротств. Но и этот факт (рывок Standard Oil) историки нефтяной отрасли и биографы Рокфеллера объясняют исключительно рыночными факторами и предпринимательскими талантами последнего.
Вот как, например, это делает Дэниел Ергин:
«К концу шестидесятых годов Рокфеллеру удалось аккумулировать достаточные финансовые ресурсы, чтобы его компания не зависела ни от банкиров, ни от финансистов или спекулянтов, как это было с железнодорожными и другими компаниями разных отраслей. Финансовые активы не только защищали компанию от резких спадов и экономических кризисов, чему были подвержены конкуренты, но и позволяли извлекать немалую выгоду из сложившихся экономических ситуаций»[43].
В мире очень много бережливых и хорошо умеющих считать молодых людей, выросших даже в более неблагополучных, чем Рокфеллер, семьях, но нефтяным королем стал он один. В чем причина успеха Рокфеллера? Если ответ на этот вопрос и существует, то он прост.
Рокфеллер никогда не занимался бизнесом. Он не создавал машинку по зарабатыванию денег, не формировал тресты, холдинги и монополии. Он создавал механизм распределения денег (раздача «обещаний денег»), властный механизм, империю. Он строил новую иерархию, новую модель взаимоотношений, новую модель глобального мироустройства.
Рокфеллер не скупал, в общепринятом смысле этого слова, другие предприятия, не «покупал» владельцев независимых компаний, не предлагал им деньги. Он предлагал им власть, которую дает нефть, о которой они не подозревали. Он делал им предложение, от которого они не могли отказаться. Предлагал лучшие условия и больше возможностей, открывал новые перспективы, но в рамках его, Рокфеллера, империи.
Бывшие директора независимых компаний, за исключением особых случаев, получив предложение, переходили на работу в Standard Oil, часто оставаясь в своих руководящих креслах, порой даже не меняя юридический статус своих предприятий. Отказавшиеся попадали под безжалостный каток банкротства и лишались всего.
Рокфеллер делился властью, обретая еще бо́льшую власть. По воспоминаниям очевидцев, во время заседаний исполнительного комитета Standard Oil он часто ложился на диван, ссылаясь на плохое самочувствие, просил присутствующих продолжать совещание и выслушивал всех лежа.
Бизнес строить вокруг империи Рокфеллера будут другие – его «подданные», пользующиеся «обещаниями империи» (поверившие в них) служители общей модели.