Новости о появлении новых методов лечения онкологических заболеваний всегда помогают поднять дух раковых больных. Такая положительная информация служит горючим, поддерживающим огонь надежды в их сердцах. Одну из таких многообещающих новостей мы узнали в январе 2017 года, когда Марина продолжала получать лечение препаратом Navelbine. Во время очередного визита доктор Миллер сказала, что она хочет, чтобы Марина приняла участие в недавно ставшем популярным CDx тестировании, которое клинически и Foundation One аналитически было признано и утверждено для всех твердых опухолей.

Foundation One тестирование анализирует полный геномический профиль опухоли, проводя поиски мутаций рака в 324 генах ДНК пациента. Ожидается, что результаты тестирования помогут врачу проанализировать возможные подходы к лечению конкретного пациента. Но самое главное, базируясь на специфическом уникальном генетическом типе рака, это тестирование делает лечение индивидуальным, определяя, какие лекарства или их комбинации будут оптимальными для пациента, основываясь на уникальном генетическом проявлении рака в случае каждого отдельно взятого пациента. По ее словам, хотя тест Foundation One CDx не всегда давал правильные рекомендации, как лечить больного, но в случае с Мариной рекомендация предлагаемого лечения была однозначной.

Согласно полученному результату, идеальной комбинацией для лечения ракового процесса моей жены была комбинация препарата, который она уже принимала, с препаратом Tamoxifen. Tamoxifen, антагонист эстрогена, является популярным синтетическим лекарством, используемым для лечения у женщин рака груди и бесплодия. Онколог Марины возлагал большие надежды на полученный результат и немедленно добавил Tamoxifen к текущему режиму лечения Марины с препаратом Navelbine.

Новый подход к лечению и относительно хорошее состояние Марины не могли в очередной раз не обрадовать нас. Казалось, что после прошедших испытаний корабль нашей жизни поднял паруса и вошел в тихую гавань нормальной жизни. В очередной раз мы с радостью забыли, что жизнь Марины висит на волоске, и в момент вернулись к счастливому проживанию нашей жизни. И хоть мы вели себя так, словно жизнь никогда не кончается, в нашем поведении не было ничего необычного. Большинство людей из тех, кого я встречал в мире онкологии, вели себя точно так же в тот период времени, когда они нормально себя чувствовали и не испытывали болей. Другого конструктивного выбора нет. Хотим мы признать это или нет, но мы все смертны, что не мешает нам наслаждаться этой удивительной жизнью, пока позволяет здоровье.