После регистрации мы ждали в зале ожидания, где всегда было много больных, чаще всего в сопровождении близких. Медсестра вызывала пациентов на прием к врачу, на лабораторные пробы и другие процедуры. Большинство людей со злокачественными заболеваниями нельзя различить в толпе. Однако в комнате ожидания при более близком рассмотрении я мог без труда заметить, что многих пациентов отличали в разной степени признаки усталости. Среди пациентов всегда можно было видеть женщин без волос и женщин в самого разного фасона головных уборах. Всегда среди группы был кто-то в инвалидном кресле или с ходунками. Наиболее угнетающим было присутствие совсем молодых женщин. При виде их Марина не упускала случая сказать мне, «как ей повезло», что она заболела не в молодом, а пожилом возрасте.

Я крайне редко видел взрослых, которые приводили с собой детей в место, где жизнь боролась с силами, ее отрицающими. То, что почти все пациенты приходили в сопровождении друзей или родственников, лишний раз убеждало меня, что меня в основном окружают хорошие, добрые люди. И еще одно важное наблюдение состояло в том, что на лицах тех, кто ожидал вызова к врачу, светилась неугасимая надежда на благополучный исход. Эта надежда подкреплялась тем, что эти люди получали современное качественное лечение, и тем, что они не были единственными, кого постигла незаслуженная беда.

За много лет посещений онкологических больниц я беседовал с большим количеством пациентов и не могу припомнить хоть единого, кто не верил бы, что лечение продлевает ему или ей жизнь. Фактор времени не обсуждался. Снова и снова я убеждался в том, что надежда – это могущественная спасительная сила человечества. Об этом хорошо сказал американский психолог Джордж Вейнберг: «Надежда никогда тебя не покидает, это ты ее покидаешь».