Карета дернулась. Послышались шаги. Торопливые голоса. Звуки окружили ее, а она словно парила – незримая, безымянная.

– Ей плохо. Крайне. Ее пытали Жем и Ариет…

Жем. Имя было знакомым. Девушка попыталась ухватиться за воспоминание, но оно ускользнуло от нее.

– Раны от чар Ариета… полагаю, укус заражен…

Девушка нахмурилась, крепко жмурясь. Она знала, что должна ощутить некую эмоцию. Однако мысль вновь уплыла. Окутавшая девушку тьма приглушала голос разума, успокаивала.

– Немедленно позовите целителя… Я ее не оставлю.

Другой голос что-то прошептал, а первый рявкнул:

– Я ее не оставлю!

Внезапно девушка поняла, что кто-то держит ее на руках. Ладони крепче сжали ее. Запахло амброй. Мимолетное чувство шепнуло девушке, что она дома. Но само слово «дом» казалось странным. Поморщившись, девушка забыла о нем.

– Возьмите кого-то с собой… Еда… Вода… Покой… Осмотреть, когда рану промоют. – Ровный, суровый голос то появлялся, то исчезал. Голос был женским, уверенным, рассудительным. Девушке он нравился.

– Справлюсь сам, – ответил второй голос. – Не позволю ее трогать.

Девушка дернулась в теплых руках. Мимолетной мыслью она сочла движение забавным. Потом ей едва не захотелось плакать. Темнота успокоила ее, словно ребенка, вновь очистила ее разум. Тьма была ее другом, защитником.

Раздался тихий щелчок. Закрылась дверь. До девушки донесся знакомый запах ванили и чистоты.

«Можно доверять», – сказала тьма.

– Элара, – произнес мягкий, нежный женский голос.

Девушка поморщилась. Почувствовав ласковое прикосновение к своим рукам, вздрогнула. Элара. Это ее имя. Она – Элара.

– Мне удалось достать лекарство, – вновь послышался мягкий голос. Он казался знакомым, но Элара не понимала почему.

– Как?..

– Есть один приятель, – последовал спешный ответ.

Элара дернулась. Одна из рук, что держали ее, забрала что-то у женщины.

– Благодарю, – ответил парень, прижимающий Элару к себе. – Теперь оставь нас, Мерисса.

Мерисса. Подруга. Ее подруга. София – тоже ее подруга.

Кровь.

Кровь.

Элара начала задыхаться. Темнота принялась утешать ее. Голос подруги звучал слишком близко.

– Энцо, мне нужно убедиться…

– Оставь нас.

Раздался тихий вздох. Затем резко хлопнула дверь.

– Элара, – зашептал ласковый голос.

Девушка что-то пробормотала в ответ. Голос ей нравился. Она доверяла ему. Он грел ее.

«Можно доверять», – вновь шепнула тьма.

– Элара, тебе нужно проснуться. Тогда я сумею тебя помыть.

Девушка крепче обвила его шею, не открывая глаз. Ей пока не хотелось возвращаться к реальности. Темнота была мягкой, мир за ее пределами казался таким…

– Черт, – буркнул парень.

Элару куда-то понесли. Темнота преобразилась, возникли едва различимые цвета и узоры. Все из-за света за ее веками. Она находилась в ярком помещении. Элара крепче зажмурилась.

– Посажу тебя сюда и наберу воду, хорошо?

Девушка ощутила нечто мягкое – кресло. Раздался звук бегущей воды.

Элары снова коснулись чьи-то руки. Она вздрогнула.

– Эл, это я. Энцо.

Энцо! Вот как его зовут. Имя ей нравилось. Ей нравился и он. Даже очень. Темнота улыбнулась.

«Можно доверять. Ты дома».

– Здесь только ты, я и теплая вода.

Не открывая глаз, Элара кивнула. Губы ее дрожали, а из-под век вот-вот грозились пролиться слезы.

Парень вновь нежно поднял ее на руки, и Элара позволила себе прильнуть к нему.

– Теперь я уложу тебя в ванну, – сказал он.

Девушка снова кивнула. Уверенные руки, мягко укачивая, опустили ее в теплую воду. Мозолистые ладони – умелые, ловкие – вынули из ее волос грязные, погнутые шпильки. Элара ощутила на себе вес намокшей сорочки – одежды, которая по-прежнему напоминала ей о смерти подруги.

– Хочу снять, – прохрипела она.

Первые слова, произнесенные ею, звучали надломленно. Горло пересохло от долгого молчания. Девушка дернула лямку на плече.

Ладони Энцо в ее волосах замерли.

– Хорошо, – мягко произнес он.

Мерзкая ткань соскользнула с Элары, и девушка глубже погрузилась в воду, позволяя ей очистить себя.

Энцо ненадолго исчез, а затем вернулся. О плитку стукнула бутылка.

– Эл, я прошу тебя выпить это.

Элара попыталась отстраниться.

– Кровь Звезды, – продолжил Энцо. – Тебе будет больно, ведь Ариет поил тебя ею по капле, а сейчас придется выпить много, иначе от яда в крови не избавиться.

Девушка замотала головой, но Лоренцо мягко коснулся ее рукой, успокаивая.

– Прошу, Эл. Тебе нужно вылечиться.

От мольбы в его голосе Элара невольно сдалась и приоткрыла рот. Принц прижал к нему бутылку, и девушка начала пить.

Несколько глотков – и она начала давиться, но Энцо не убрал сосуд.

– Нужно выпить все, принцесса. Давай, ты справишься.

Элара закашлялась, но глотать продолжила. Кровь была насыщенной, с утонченным и сладким, даже слишком, вкусом. Девушку едва не стошнило, но Лоренцо не сдавался, пока она не осушила все до дна.

Элару пронзила боль. Она вскрикнула, согнулась, чувствуя, как выпитая кровь начинает действовать, борется с ядом, пропитавшим организм. Боль была невыносимой, нестерпимой. Девушку затрясло в агонии – и тут она почувствовала, как в ванну садится Энцо. Он сел позади нее, обнял, прижался к спине обнаженной грудью. Успокаивающе гладил Элару, пока она билась, умоляла тьму избавить ее от мучений. И темнота услышала ее – взяла за руку, увела от боли, позволила наблюдать со стороны.

Наконец тьма позволила ей вернуться к реальности. Постепенно становилось легче, и рядом был Энцо. А где Энцо – там дом. Элара в безопасности.

Она ощутила, как сквозь нее течет свет, укутывает, согревает – теплый и красивый, словно сам Лоренцо. Принц напевал под нос мирную мелодию. Элара смутно узнала ее, но не смогла вспомнить, что это за песня.

Полностью вернувшись в свое тело, она услышала шепот Энцо. Разобрала слова:

– Ты такая храбрая… Ты прекрасно справляешься, принцесса.

Элара тяжело дышала, веки ее подергивались. Наконец последний приступ боли стих. Раздался шум – это утекла в слив вода. Стало холодно. Но тут кран включился вновь, и небольшой бассейн вновь наполнился. Элара согрелась, и разуму стало легче. Энцо подвинулся и начал намыливать ее. Воздух наполнился запахом эвкалипта.

– А теперь примемся за волосы, – сказал принц, и Элара по голосу поняла, что он улыбается.

И это стало для нее последним шагом. Темнота слегка подтолкнула девушку. «Все в порядке, можешь смотреть», – шепнула она. Вода текла сквозь волосы, смывая ужасы пережитого, яд, грязь. Еще один вздох – и Элара открыла глаза и обернулась.

Энцо замер.

Элара вгляделась в его лицо, увидела каждую черту, за которую держалась, пока Жем разрывала ее разум. Серьгу, веснушку, складку. Наконец она посмотрела ему в глаза – теплые, с золотистыми проблесками, те самые, в которые она впервые взглянула в тронном зале, кажется, вечность назад. Принц стоял на коленях в ванне. Рубашки на нем не было. Он поднес влажную ладонь к лицу Элары, коснулся за ухом, погладил большим пальцем по виску.

– Я скучал по твоим глазам, – прошептал он.

Девушка зажмурилась, и по ее щекам полились слезы.

– Эл, прошу, не плачь. Клянусь, тебе ничто не угрожает.

Элара вновь открыла глаза. Энцо никуда не исчез, как и его ладони в ее мокрых волосах, они гладили ее, успокаивали.

– Ты здесь? Это все наяву? – пробормотала она, слезы лились по лицу.

– Да, – так же тихо ответил он, положил вторую ладонь на ее щеку.

Энцо потянулся к ней, поймал губами слезу. Элара заплакала сильнее прежнего, принц наклонился, поцеловал ее в щеку, забирая еще одну соленую каплю. И еще. И не было вокруг больше ничего, кроме мягких касаний губ, избавляющих ее от боли, и плеска воды. Когда всхлипы Элары стихли, Лоренцо отстранился, принялся смазывать ее волосы маслами, напевая все ту же нежную мелодию:

– Он мне дорог был, словно ночь Темноте, я ему, как для Света – весна…

– И пусть львы взмоют вверх и наш короток век, но любовь моя будет вечна, – тихо закончила вместе с ним Элара, и голос ее надломился.

Руки Энцо замерли.

– Откуда ты знаешь эту песню?

Девушка нахмурилась.

– Это астерианская колыбельная.

Лоренцо в недоумении посмотрел на нее.

– Странно, – прошептал он. – Я-то думал, она мне в детстве приснилась.

Элара не знала, что на это ответить, и потому промолчала.

Принц потянулся к другим пузырькам, а девушка тем временем рассматривала каждую его черту. Предплечья, натянутые мышцы на них, заметные вены. Дуги темных бровей. Нетерпеливый взмах головой, когда кудри падали поверх глаз. Элара тихонько наблюдала за ним, а после растаяла в его руках, наклонила назад голову, пока он натирал маслом кончики ее волос. Затем Энцо поднял ей руки, чтобы смыть пену, а с ней и кошмарные воспоминания.

Он встал, и девушка увидела, что брюки его намокли от воды. Принц взял теплое, пушистое полотенце и укутал Элару, поднял, понес в спальню. Усадил на подушки, накинул на нее мягкую хлопковую ночную рубашку, укрыл одеялом, от которого пахло ванилью.

Энцо удалился в ванную и вскоре вернулся в сухих свободных брюках, но по-прежнему без рубашки. Он подошел к двери. Элара заметила за ней Лео – он стоял на страже. Энцо что-то прошептал ему, снова закрыл дверь и сел на кресло рядом с кроватью.

Элара на ощупь потянулась к руке принца. Где-то на границе разума звенели эмоции. Она сосредоточилась на большом пальце, поглаживающем ее по тыльной стороне ладони, и мысли на время стихли.

Раздался тихий щелчок, и в комнату вошла целительница. Элара узнала ее голос – ровный, суровый, и подняла взгляд. Перед ней стояла женщина. Ее прямые, угольного цвета волосы полотнами опускались по обе стороны лица. Светло-голубые глаза смотрели бесхитростно.

– Рада видеть, что вы пришли в чувство, Ваше Величество, – кивнула целительница и, опустившись на кровать, аккуратно ощупала шею Элары. – Рана выглядит намного лучше. Видимо, Его Высочество постарался на славу.

Элара перевела взгляд на Энцо. Его лицо не выражало ровным счетом ничего. Прищурившись, Элара заметила, как дергается нерв на его скуле. Он смотрел на укус, и в глазах бушевало пламя.

– Я заставлю обоих молить о смерти, – ледяным тоном произнес принц.

Затем, взяв себя в руки, он заставил себя улыбнуться Эларе и сжал ее ладонь.

Девушку окатила прохладная, напоминающая бальзам магия – это целительница проверяла ее состояние.

– Яда в крови больше нет, – сказала она и открыла глаза. – А рана на шее затянется. – Она посмотрела на Энцо. – Волноваться следует о ее рассудке.

– Вы так выражаетесь, словно меня тут нет, – буркнула Элара.

Лоренцо сдержал улыбку.

– Думаю, переживать стоит меньше, чем предполагалось.

Целительница слегка улыбнулась, открыла сумку, вынула два пузырька с зельями и начала смешивать. В свете, льющемся из дверей балкона, Элара разглядела, что зелье в одной из склянок было бледно-голубым, а в другой – чуть темнее. Наконец целительница закончила.

– Это поможет вам заснуть, – сказала она и осторожно приоткрыла Эларе рот.

Девушка вздрогнула от прикосновения. Энцо придвинулся ближе. Целительница успела капнуть Эларе на язык две капли снадобья и начала собираться.

– Ей нужен отдых, еда и вода, и все это в больших количествах. Доверяю заботу о ней вам. – Женщина строго посмотрела на Лоренцо.

– Буду лучшим в ее жизни прислужником, – с натянутой улыбкой ответил принц и потянулся.

Уголки губ Элары чуть дрогнули. Целительница кивнула и удалилась. Когда дверь за ней с мягким щелчком закрылась, девушка повернулась к Лоренцо.

– Я боюсь засыпать, – едва слышно прошептала она.

Энцо нахмурился и наклонился ближе к ней.

– Я чувствую приближение боли, – продолжила Элара. – За границей тьмы кишат мысли. Я боюсь, что увижу кошмары.

Лицо принца смягчилось.

– Я не могу уберечь тебя от воспоминаний о пережитом. Но обещаю: когда ты проснешься, я буду рядом. Я не оставлю тебя.

Элара вновь схватила его за руку и крепко сжала, словно спасительную соломинку в бушующем море. А после позволила себе утонуть в волнах.