Институт «земских соборов», просуществовавший в Московском царстве до конца семнадцатого века, являлся не протопарламентом и даже не совещательным съездом сословных представителей вроде французских Генеральных Штатов или испанских кортесов. Царь не «совещался» с делегатами, а информировал их о больших государственных решениях и в лучшем случае выслушивал их верноподданные петиции. И всё же это был важный, чуть ли не единственный канал «обратной связи» — напрямую от сословий к монарху, минуя его обычное многослойное окружение.

Сведения о самом первом соборе туманны, историки даже спорят, когда в точности он состоялся — в 1549 году или в 1550. Неизвестен и состав участников. Кажется, в их число входили представители местных властей. Программа и ход съезда тоже нигде не зарегистрированы. Скорее всего собравшимся разъясняли правила государственной жизни, изложенные в новом Судебнике, который однако был обнародован на более авторитетном церковном соборе, год спустя. Власть удельных князей этим документом окончательно упразднялась, укреплялось положение дворянства, вводились элементы народного представительства в гражданском судопроизводстве. Дальнейшая эволюция, вернее сказать деградация общественно-государственного устройства в царствование Ивана IV лишила земские соборы какого-либо значения. Однако позднее, в семнадцатом веке, когда возникнет «второе» государство, менее монократичное, чем «первое», соборы будут играть довольно существенную роль.