Утверждение Юнга о том, что характеристики внутренней психической системы (т. е. чувствование, память, воображение и т. д.) могут существовать в «подпороговой форме», возвращает нас назад к истории психологии и к идее о существовании более одного осознания в человеке.

В своей книге «Разделённое сознание: мульти-контролёры в человеческом мышлении и действии» Эрнст Хилгард, бывший профессор из Стэнфорда и председатель Американской Психологической Ассоциации, утверждает с первого же предложения в своей книге: «Единство сознания иллюзорно»[61]. Хилгард рассказывает, что на заре развития психологии многие психологи предлагали спорные взгляды на сознание. Немецкий психолог Макс Дессуар, — говорит Хилгард, — написал книгу «Das Doppel-Ich», или «Двойственное я», в которой он обозначил два потока умственной активности, как верхнее сознание и нижнее сознание»[62]. Французский психолог Пьер Жане был «первым, кто ввёл термин подсознание для обозначения уровня познавательной деятельности вне осознанности, которая иногда может становиться сознательной»[63].Американец Мортон Принц использовал термин «со- сознание» для обозначения идеи, что «подсознательная мозговая деятельность происходит параллельно» с основным рассудком человека[64].

Подобно многим современным психологам, эти ранние теоретики указывали на сложность осознания и возможность более чем одного осознания внутри человеческой психики. Однако, Хилгард утверждает, что психоаналитическая теория Фрейда конфликтует с этими представлениями о «со- сознаниях» и «представляет альтернативную концепцию процесса бессознательного и замещает диссоциацию подавлением»[65]. По сути, Фрейд использовал подавление, чтобы объяснить и отвергнуть необходимость исследования «со-сознательной» активности. Фрейд также отрицательно относился к гипнозу, так как гипноз является состоянием, когда подсознательные процессы проявляют себя параллельно сознательным процессам. С возникновением бихевиоризма, — замечает Хилгард, — течения психологических исследований повернули от сознания и также создали «отсутствие интереса к подсознательности»[66].

Интерес к подсознательной осознанности вернулся в многочисленных формах в 1960-х и 1970-х, так как исследователи пытались понять механизм расстройств личности, популяризованных в таких книгах как «Три лица Евы». Как психология может объяснить появление новой формы эго или нового осознания? Как оно развивается? Откуда оно приходит? Хилгард замечает, что идея Принца о «со-сознании» вновь всплыла потому, что «латентная (или раздвоенная) личность иногда более нормальная или душевно здоровая, чем явная личность»[67]. Это наблюдение нового, более здорового аспекта эго опровергает идею Фрейда о «первичном бессознательном», управляемом инстинктивными импульсами или подавленными эмоциями, и утверждает существование естественной со-сознательной системы, а также способности формулировать новое осознание[68].

В своей исследовательской работе с глубоким гипнозом Хилгард обнаружил тип со-сознания, который он назвал «скрытым наблюдателем». Скрытый наблюдатель был впервые обнаружен, когда студент на занятиях спросил: «может ли некоторая часть субъекта осознавать, что происходит»[69]. К своему удивлению они услышали ответ от части «я», обрабатывающей осознанную информацию, о которой субъект не имеет знания. Эта «другая часть», или скрытый наблюдатель, может отвечать на вопросы, автоматически записывать свой опыт и задавать вопросы. Ответы от скрытого наблюдателя оказались ясными, внятными, прагматичными и аналитическими, — если верить Хилгарду, — и не намекающими ни на какую инфантильность, предлагаемую психоаналитической точкой зрения.

Беседуя со «скрытым наблюдателем», гипнотические субъекты Хилгарда впоследствии давали такого рода комментарии: «Скрытая часть не обращает внимания на боль. Она смотрит на то, что есть, а не рассуждает о нём. Это не загипнотизированная часть себя. Она знает все части». «Скрытый наблюдатель наблюдательный, взрослый, логичный, более информированный». «Скрытый наблюдатель был дополнительной, всезнающей частью меня… Скрытая часть знает загипнотизированную часть, но загипнотизированная часть не знает скрытую»[70].

Как исследователь, Хилгард понимает, что «читатель может подумать о нетронутых глубинах опыта, о возможностях расширения сознания, о нереализованном человеческом потенциале и других весьма мистических идеях», в чём он пытается разубедить. Однако, он ясно заявил, что «объективные, научные» наблюдения, сделанные скрытым наблюдателем, свидетельствуют о некотором типе внутреннего осознания[71].

Анализ Хилгарда утверждает, что психология должна снова сфокусироваться на ранних понятиях о со-осознании, должна смотреть на гипноз, как на экспериментальную процедуру для проверки этого, дальше исследовать внимание и параллельные ему процессы, и определить, имеет ли «центральный управляющий механизм» осознанности «два аспекта» — наблюдательную функцию и исполнительную или решительную, организаторскую и целеполагающую[72].