Он проснулся от тошноты, встал с измятого вороха пропитанной потом постели и понёс свои ноги по холодному полу к окну.

На столе печенья Алисии. Они уже зачерствели. Похоже, он проспал больше суток и опять видел этот сон. Зачем она связалась с тем парнем? Как его звали? Колин? Нужно будет за ним проследить, он обязательно проследит, только потом, не сейчас. Сейчас ему нужно в дом Хансонов. Он так долго преследовал их.

Элиот медленно подошёл к окну. Там, в доме напротив, – ни света, ни признака жизни. Будто вымерло всё. Стоянка у дома пуста. Неужели никого нет? Это прекрасно! Он взломает замок и зайдёт. Главное, чтобы не заметил никто. Ему надо проникнуть в тот дом, ему надо… Вдруг в правом окне загорелся свет. Мужской силуэт. Кто это? Хансон? Элиот не мог разглядеть. Нет, для отца он слишком худой. Это пацан – сын семейства.

Подросток стоял в этом окне и смотрел на дорогу, потом на ближайший дом, а через секунду и на него. Парень кивнул и поднял в знак приветствия руку. Элиот ответил тем же. Отлично, он его не боится, уже хорошо.

На часах – без пятнадцати девять. Интересно, он дома один? Элиот успокоил волнение. Если дома нет хотя бы отца, это уже облегчит задачу.

Подросток в окне исчез.

Элиот накинул рубашку, взял ключи и вышел. Что он скажет ему? Что им сказать? Если дома миссис Хансон, он решил, что попросит соль, если отец, одолжит что-нибудь. Что ему одолжить? Что-нибудь из инструментов – он скажет, что потекли трубы, и спросит разводной ключ. Элиот прошёл по дорожке, выложенной неровным камнем. Окно, левое снизу, всё ещё горит тёплым светом. Будто зовёт его.

Если дома один парнишка, всё удастся сделать сегодня. Ему надо осмотреть весь их дом от подвала до чердака. Лишь бы пацан не путался под ногами.

На улице пахло вечерней прохладой. Где-то поодаль – смеющиеся голоса. Молодёжь собиралась в клуб. Машины проносились мимо с включёнными басами. Интересно, Алисия уже там?

Он думал о ней, пока шёл до этого дома, и даже сам не заметил, как уже стоял у крыльца. Оставалось каких-то пару шагов, когда дверь перед ним открылась.

На него смотрел Джиджи.

«Сколько тебе сейчас, – попытался прикинуть Элиот, – лет тринадцать, не больше». Он заметил на парнишке футболку с названием бейсбольной команды.

Четырнадцать, понял он.

– Отличная футболка.

Мальчик молчал.

– Увлекаешься бейсболом?

– Только болею.

– За «Янкис»? – указал он на надпись. – Я тоже болею за них. А мяч у тебя есть? – спросил он и заглянул за порог.

– Есть, подписной, – заулыбался тот.

– Да ну? – изобразил удивление Элиот. – Не врёшь?

– Могу показать.

– Ну пойдём, – сказал он и вошёл.

Огляделся по сторонам – в доме уже прибавилось мебели.

– Я хотел у вас попросить разводной ключ, – сказал он на всякий случай.

– Родители уехали в супермаркет.

– Давно?

– Около часа назад.

Значит, у него есть минут пятнадцать, может, и того меньше.

Пацан был не очень высокий, хоть и раздался в плечах.

– Ну, как учёба? – зачем-то спросил он.

Мальчик ушёл в свою комнату и стал рыться в вещах.

– Так лето же, – крикнул он оттуда, – каникулы.

– Да, – протянул Элиот, смотря на кухонный шкаф, он и сам это знал, но зачем-то спросил. В шкафу всё та же статуэтка – белая балерина миссис Хансон.

Найдя мяч, Джиджи его принёс. Свежая подпись красовалась с одной стороны.

– А ты везунчик, – посмотрел на мяч Элиот.

– Отец подарил на день рождения.

– Отличный подарок.

Мальчишка кивнул.

– Значит, вы теперь будете жить здесь? С новосельем, ещё раз.

– А мы часто переезжаем, – отмахнулся он, – можете не поздравлять.

– Красивая статуэтка, – посмотрел Элиот на шкаф.

– Мамина любимая. Она говорит, что человек, не привязанный к месту, не привязан уже ни к чему. Это единственное…

«Что напоминало ей о доме», – понял Элиот.

– Все коробки распаковали? – огляделся он по сторонам. – Я хотел попросить разводной ключ, – ещё раз напомнил он.

– Сейчас поищу, – сказал мальчик и ушёл опять, – не знаю, где у отца инструменты…

Джиджи скрылся на втором этаже.

Элиот метался по комнатам. В гостиной – пара комодов и ещё один шкаф, он открывал ящики и дверцы, рылся в ровно сложенных вещах. Где этот чёртов кейс…

– Ну как успехи? – крикнул он Джиджи.

– Никак не могу найти! А вам он очень нужен?

– Очень! У меня потекли трубы, я без этого ключа никуда!

Не было ничего. Нигде не было этого кейса.

– Нашёл! – услышал он радостный голос мальчишки.

Элиот закрыл нижний ящик комода и метнулся обратно к двери.

– Возьмите, – сказал он.

– Вот спасибо! – Элиот сжал ключ в руке, посмотрел на его металлический блеск, на угловатые очертания, и его вдруг затошнило – чёртово сотрясение ещё давало о себе знать.

Джиджи подбрасывал и ловил мяч, подбрасывал и ловил, эти хлопки мяча о ладонь отдавались в ушах.

– А вы не знаете, что там в лесу? – вдруг спросил он.

– Где? – приходил в себя Элиот. Он не нашёл того, что искал, но чувствовал, знал, что был близко.

– В том старом доме, рядом с лесом. Там кто-то живёт?

Элиота пробил холодный пот.

– В этом сарае? Я не смотрел. А ты? Ты что-то видел?

Джиджи молчал.

– Может, вы посмотрите? – вдруг спросил он.

– Может, – смотрел на разводной ключ Элиот, сильнее сжимая его, – может, и посмотрю.

– Может, там кто-то живёт, – подбрасывал мяч Джиджи.

– Не думаю, дом слишком старый, кто же там может жить?

– Мне кажется, там кто-то есть. – не унимался мальчик.

Элиот посмотрел на него и подошёл ближе.

– Что ты имеешь в виду? Ты кого-то видел в заброшенном доме?

Он взял пацана за плечо.

Тот слегка отстранился.

– Нет, сэр, никого. Я просто подумал, зачем он здесь нужен, этот заброшенный дом.

Во дворе через приоткрытую дверь послышался звук мотора. По стенам прошёлся свет фар.

– Приехали, – подскочил Джиджи.

– Ты хочешь, чтобы я осмотрел тот дом, – Элиот сжал его плечо ещё крепче.

Джиджи смотрел на него и молчал.

– Я могу, – сказал Элиот, – если ты попросишь.

Его рука сошла с плеча парня и потрепала того по волосам.

Мальчишка оглянулся на дверь.

Элиот наклонился к уху ребёнка.

– Ты знаешь больше, чем все, верно?

Живой взгляд мальчишки превратился в стеклянный.

Элиот прижался горячей щекой к его холодной щеке, погладил его по вихрам на затылке и резко отпрянул.

За порогом шаги и звук скрипа двери. В дом вошёл мистер Хансон и уставился на него и на ключ в руке.

Элиот также не отрываясь смотрел на хозяина дома.

«Где чёртов кейс, куда ты спрятал его?» – хотел он схватить того за грудки, но в последний момент сдержался.

– Мистер Элиот пришёл попросить разводной ключ, – сказал робко Джиджи.

– Труба потекла, – подтвердил тот.

– Понятно, – не спуская глаз с соседа, сказал отец.

– Ну, спасибо ещё раз, – улыбнулся Элиот и поспешил уйти.

На крыльце он столкнулся с миссис Хансон – та несла пакет с продуктами и удивлённо посмотрела на гостя.

– Как ваше самочувствие? – спросил он.

– Что?

– Кровь носом уже не идёт?

– А, – дотронулась она до губы, – нет-нет, всё хорошо, спасибо. Вы что-то хотели?

– Одолжил у вас разводной ключ.

В окне дома уже стоял мистер Хансон и провожал его взглядом, выжидая, когда тот уйдёт.

Элиот помахал и ему. В ответ получил лишь невнятный кивок.

– Всего доброго, – улыбнулась женщина.

Элиот вздрогнул. Ему вдруг показалось, что зубы её были в крови.

– Что-то не так? – испугалась она его взгляда.

– Ваши зубы…

– Что?

– У вас на зубах, вот здесь, – потёр он свои.

Она провела по ним пальцем.

– Что такое?

Кровь испарилась, превратившись в обычную тень.

– Нет, – он отошёл от неё и поплёлся к дороге, – нет, мне показалось.

– Доброй ночи, милый, – сказала она.

– Что, простите? – обернулся он.

– Что? – не поняла миссис Хансон.

– Нет, ничего, извините. – Элиот отмахнулся и пошёл быстрым шагом к себе.

Миссис Хансон ушла, дверь закрылась, на кухне загорелся свет.

Элиот почесал ключом затылок.

Что-то липкое осталось на шее. В темноте почти не разглядеть. Он встал под фонарь, освещавший крыльцо его дома, провёл рукой по затылку – на пальцах осталась кровь. Элиот провёл по шее ещё раз. Так и есть. Откуда здесь кровь, чёрт возьми? Наверное, он напоролся на какой-то гвоздь в этом доме, пока заглядывал во все шкафы.

Он посмотрел на гаечный ключ – тот тоже испачкался кровью. Элиот вздрогнул, ключ выпал из рук на траву. Над головой загромыхало. Там от горизонта на город шла стена серого ливня, погребая всё под собой.

Элиот стоял под дождём и смотрел, как быстро смывались остатки крови с разводного ключа. Он хотел уже развернуться и пойти в дом, как вздрогнул и замер. Там, на дороге, что-то лежало, что-то странное, похожее на человека. Он прищурился: так и было – на дороге лежал человек.

– Эй, – крикнул Элиот, – эй, парень…

Дождь усилился. Неподвижное тело так и не спешило вставать.

«Надрался он, что ли», – подумал Элиот и побежал к нему. Но чем ближе он подходил, тем сильнее ему не хотелось. Желудок свело тошнотой, ноги дрожали. Вдали грохотало небо, осветив свои же чертоги грозовым электрическим светом. На миг осветилось и тело. Человек был в широкой толстовке, капюшон закрывал всё лицо.

– Эй, парень, ты как? – Элиот склонился над телом и дёрнул за плечо, но в тот же миг отшатнулся.

На него смотрели глазницы, полные пустоты. От черепа пахло смертью, Элиот чуть не упал.

Сержант Рейли приехал не сразу, через каких-то десять минут. Но даже это короткое время казалось ему бесконечным.

– Что случилось? – крикнул он, выходя из полицейской машины, но вскоре и сам всё понял, взглянув на неподвижное тело.

– Вот ведь чёрт, – выкрикнул он. – Что, не дышит?

Подойдя к мёртвому телу, отдёрнув с лица капюшон, сержант осветил его фонарём. Теперь на них на обоих смотрел настоящий скелет.

Запах человеческой смерти витал совсем рядом над ними, запах земли и гниения не давал и вздохнуть, Элиоту казалось, его скоро стошнит.

– Ненормальные дети! – пробурчал наконец сержант Рейли.

– Что? – пришёл в себя Элиот и опять взглянул на скелет.

– Я говорю, – кричал Рейли сквозь ветер и дождь, – чёртовы дети украли из школы лабораторный скелет и притащили сюда!

Это был не человек, и сейчас только он это понял. Как он раньше мог не понять?

Его ещё долго шатало, пока он шёл к своему дому, пока открывал заевшую дверь, пока запах гнили и смерти не остался за ней.

«Дождь смоет всё, – думал Элиот, – дождь смоет всё».