Как неприятно во рту. Горький привкус лекарств. Джиджи смотрел в потолок. Тело уже не знобило, и жар почти прошёл.

Через шум в голове он слышал их голоса. Мать с отцом шептались за его дверью.

Он не рассказал им ничего. Всё равно никто не поверит. Они думают, он просто гулял и забыл дорогу домой.

Ему опять нужно в тот дом, ему нужно узнать, кто преступник, а если он им расскажет, они, может, опять переедут.

За стеной их голоса. Мама спорит с отцом.

– Я нашла ему няньку, – сообщает она.

– Пацану уже четырнадцать.

– Она будет с ним сидеть и гулять.

– Это какой-то кошмар. Его же засмеют в школе.

– Но он же пока на каникулах. Перестань, ну что здесь такого. – У мамы смягчается голос. – Будем звать её, когда нас не будет дома.

Отец ходит за дверью взад и вперёд.

– И кто это? – не выдерживает он.

– Дочь мистера Финчера.

– Это какой-то бред!

– Сам подумай, с ней будет не скучно. У него появится друг, да и мы будем спокойны. Или ты хочешь, чтобы он снова подглядывал в окна людей? Ну правда, я не хочу больше переезжать…

Мистер Хансон только вздохнул.

* * *

Алисия была старше его, и она была хороша. Джиджи смотрел на её загорелые ноги, на её талию и пупок – он никак не хотел прикрываться коротко обрезанной майкой.

– Привет, – сказала она, надувая пузырь.

Джиджи кивнул.

– Вот и отлично, – улыбнулась мама.

Отец улыбнулся тоже, весь прошлый день мама его уверяла, что это единственный выход.

Родители ушли почти сразу. Алисия расположилась на диване, взяв в руки пульт, переключая каналы, щёлкая кнопками – и жвачным пузырём. Закинула ногу на ногу, потянулась назад, оголив ещё выше свой стройный живот, так что Джиджи увидел гипюровые кружева её лифа.

– Ну, – небрежно взглянула она на него, оторвавшись на миг от сериала, – чем занимаешься?

Джиджи молчал. Он и подумать не мог, что сама Алисия Финчер, самая красивая девчонка в округе, когда-нибудь посмотрит на него. Что они вот так вот вместе, в его доме, где никого нет…

– Ты говоришь вообще? – улыбнулась она.

Джиджи сглотнул слюну.

– Я дурака валяю, – наконец сказал он, – лето же.

Алисия рассмеялась и взглянула на часы. Она ждала, когда кончится время, за которое ей заплатили. Он это знал. И ему было всё равно. Джиджи бы сам ей заплатил, чтобы она только сидела рядом.

– Любишь этот сериал? – спросила она.

– Ага. – Он его в жизни не видел.

Алисия посмотрела на него, а потом на часы, потом снова на Джиджи и опять на часы, подошла к окну. Там за домом звук мотоцикла.

– Вот чёрт, – лопнула она фруктовый пузырь, – забыла…

– Тебе надо идти?

– Слушай, – обернулась она и посмотрела на экран, там ещё целовались двое, – ты целоваться умеешь?

Джиджи проглотил слюну.

Алисия подошла к нему ближе, взяла его за подбородок, поцеловала играючи в щёку и сразу же рассмеялась.

– Слушай, я твоим родителям обещала, – она замялась опять, – ну, в общем, мне буквально на пару часов. – За окном снова гудок и рычание мотоцикла. – Ты посиди здесь, хорошо? А я скоро вернусь.

Она потрепала его по вспотевшей макушке.

– Я просто забыла про встречу, – сказала она, убегая, – не уходи никуда, я скоро приду!

Эта девчонка пригвоздила его к дивану этим чёртовым поцелуем. Джиджи не мог и моргнуть. Он не сдвинется с места, он будет ждать её здесь, даже если небо рухнет на землю.

Алисия выбежала за дверь, а потом снова заглянула.

– Если предки вернутся, скажи, что отец меня позвал и я ушла минуту назад, договорились?

Джиджи кивнул.

– Не подведи!

– Не подведу, – повторил он, дотронувшись вспотевшими пальцами до своей щеки.

Звук мотоцикла отдалялся от дома, унося с собой и её. На экране всё те же двое уже срывали друг с друга одежду. Парень уложил девушку на пол и начал стягивать с неё штаны. Она снимала с него рубашку.

Вдруг экран телевизора отключился и загорелся опять.

И на месте тех самых актёров теперь была девушка с белыми волосами и полумёртвым лицом. Джиджи вскрикнул и нажал на красную кнопку, он вдавливал её в пульт, но картинка не исчезала, только рябила сильней. Эта девушка с белыми волосами лежала на той самой кровати с металлической старой спинкой и смотрела на Джиджи. Монстр подходил к ней ближе, кровать скрипнула под его весом, Джиджи закрыл глаза, но это не помогало – он видел всё.

Джиджи вспомнил весь тот кошмар, его обуял зябкий холод, будто он снова был там. Под теми грязными окнами того старого дома.

Ему нужно к этому дому – Джиджи заглатывал воздух, – эта девушка всё ещё там, ему нужно бежать! Он рванулся к двери и уже потянулся к замку, когда вспомнил, что обещал. Он не мог подвести Алисию. Родители платили ей деньги, чтобы она с ним сидела, если он её подведёт, её тут же уволят.

Телевизор включился опять, сериал прервался рекламой. Джиджи вернулся и сел на диван.

Алисия пришла через пару часов, на её загорелой шее красовался багровый засос. Он видел, с кем она уезжала, и уже возненавидел его.

– Спасибо, что подождал, – сказала она и, плюхнувшись на диван, чмокнула его в щёку.

– Ты была на свидании, да?

– А ты что, ревнуешь? – нахмурила она брови и рассмеялась опять. – Это же Колин, ты его знаешь?

Кто же его не знал? Колин был из крутых парней. Джиджи никогда таким не стать.

– Если хочешь, я могу его попросить, и он прокатит тебя на мотоцикле.

К ревности добавился стыд – он был для неё ребёнком, странным соседским мальчишкой, за которым надо следить.

– Ну, как вы тут? – Родители пришли через двадцать минут.

– Всё хорошо, – улыбалась Алисия.

– Ну, заходи ещё, – сказал папа и незаметно передал ей деньги.

– Ага, – поправила она топ и побежала к двери. – Пока, Джиджи, – помахала она, – если что, погуляем потом.

Родители одобрительно переглянулись.

Было полпервого ночи, когда Джиджи поднялся с постели. Он не спал всё это время, он прислушивался к стенам. Всё затихло уже час назад, только с улицы ещё доносился шорох автомобильных шин и лай собак. Джиджи зашнуровывал кеды.

Эта девушка с белыми волосами мерещилась ему постоянно, в каждой тени, в каждом свете проезжающих по потолку фар. Он видел её лицо, он слышал её тихие крики, он не мог её не спасти.

Ступени скрипели предательски шумно, лестница казалась длинней, чем обычно, самое громкое, что есть в этом мире, – это звенящая тишина.

Джиджи решил, что вернётся за час. Он взял с собой фотокамеру папы, и если этот маньяк ещё там, он просто заснимет его. Любой бред, запечатлённый на фото, перестаёт быть бредом.

И тогда ему все поверят. Родители заявят в полицию, или он сам передаст эти фото мистеру Рейли. Этот добряк по соседству, похоже, сержант. Вот только он был так же слеп, как и все остальные.

Джиджи вышел из дома.

Ветер кричал голосами неспящих птиц, лес нашёптывал шумными листьями, скрёбся по небу голыми кронами полысевших ветвей. Там, далеко, – огромная тень того самого старого дома. Джиджи пошёл к нему.

Фотоаппарат тянул шею, ноги колола трава, острая, мокрая, почти неживая, скоро пожухнет здесь всё. В окнах чёрного дома словно что-то горело, тусклый свет лампы или то луна отражалась в стекле.

Джиджи услышал знакомый стук. В доме распахнута дверь. Она билась и билась о стену, будто приглашая зайти.

И Джиджи вошёл.

Внутри была та же кровать с металлической спинкой, постеры на стене, раньше он их не видел, через это небольшое окно трудно всё разглядеть. Джиджи протёр объектив и нацелил его на съёмку – щелчок, ещё один и ещё, он сделал несколько фото. Он посмотрит их после и оставит себе. Он всматривался в каждый предмет: у стены неприглядный комод, на спинке кровати верёвка. Девушки нигде нет.

Неужели он опоздал? Джиджи вышел из дома, отошёл чуть поодаль и заснял сарай целиком.

Этот тип, должно быть, избавился от тела, он убил её, он… Джиджи оглянулся на шум – он возле леса. Монстр шёл по тропе, исчезая в тёмных зарослях тенистых ветвей, ещё немного, и он пропадёт совсем.

Джиджи смотрел сквозь объектив и только сейчас вспомнил про вспышку, он её не включил, если он сделает снимок сейчас, этот тип заметит его. Он сделал несколько снимков без вспышки. Он заснял только темень и тень, исчезающую в лесу.

– Привет, – раздался за спиной голос.

Джиджи вздрогнул и обернулся.

– Ты здесь один? – спросил кто-то из пустоты.

Джиджи не двигался с места, он хотел побежать, но этот голос показался каким-то знакомым.

Точно, это он с ним говорил в том лесу, это он позвал тогда помощь, странный Рони, соседский чудак.

– Ты меня напугал, – сказал Джиджи.

– Извини, – улыбался Рони какой-то странной улыбкой, перекошенной на одну половину лица.

Джиджи молчал и думал, похож ли он был на подонка из этого странного дома? Нет, куда ему до него.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Джиджи, протирая футболкой вымокший объектив.

– Я увидел, как ты пошёл через поле, и пошёл за тобой.

– Ты спас меня там, в лесу. Это же ты позвал предков?

– Ага.

Парень странно заулыбался, Джиджи закрыл объектив.

– Слушай, ты не видел, кто живёт в этом доме?

– Никого, – пожал тот плечами.

– Значит, не видел? – переспросил Джиджи.

– Никого, – опять повторил он.

– А девушку с длинными волосами не замечал?

– Кого? – Парень рассматривал свои пальцы, будто видел их первый раз в жизни, и начал оттопыривать каждый – Папа-пальчик, папа-пальчик, где же ты? Вот он я, вот он я. Как твои дела…

– Да ладно, забудь, – отмахнулся от него Джиджи и пошёл к себе домой. Чудик плёлся за ним.

– Мама-пальчик, мама-пальчик, где же ты…

Когда Рони дошёл до четвёртого куплета, с дороги раздался рёв мотоцикла, игривый визг Алисии, потом её смех, и ещё смех пары таких же парочек на мопедах – они все возвращались из клуба.

– Опять этот Колин, – пробубнил под нос Джиджи.

– Колин хороший, – вдруг сказал Рони, убрав руку в карман.

– Чего это?

– Он меня на мотоцикле катал.

– Ну тогда-то конечно.

– А у тебя есть мотоцикл?

– Мне только четырнадцать, – буркнул Джиджи и разозлился на Рони, сам не зная за что.

– У него крутой мотоцикл, и сам он крутой, – не унимался тот.

– Иди домой, понял!

Парень вжал голову в плечи, съёжил кривую улыбку и отошёл.

– И не ходи за мной больше!

Рони удалялся всё дальше, а Джиджи смотрел ему вслед.

– Папа-пальчик, папа-пальчик, – доносилось из темноты.

И зачем он на него накричал? Плохо кричать на младших. Этот чудик в шесть футов ростом был значительно младше его.