Коссе

Два месяца спустя

Мне нравится умиротворенная тишина перед рассветом. Ветер свободно гуляет в кронах деревьев, небо еще не озаряется лучами солнца, даже птицы до сих пор спят. Складывается ощущение, будто мне одной принадлежат первые минуты нового дня.

Сегодня я проснулась раньше Кэша, но чувствую себя отдохнувшей. Это тихое и спокойное место дарит много сил и энергии. Здесь мне хватает несколько часов, чтобы выспаться.

Я иду вдоль клумбы и поливаю цветы. Агератум, бегония, лаватера… Раньше для меня эти названия звучали, как магические заклинания из книг «Гарри Поттера». Но сейчас я знаю о цветах достаточно, чтобы вырастить из неуверенного маленького ростка пышный бутон.

После того, как Кэш нашел кассету с маленькой Алессией, мы решили вернуть дому облик прежних лет. Мы избавились от разросшихся кустарников. Кэш покрасил фасад в кипенно-белый цвет. А я смогла вырастить те же самые цветы, какие были раньше на старой видеозаписи.

Но все-таки мы внесли кое-что новое – в прошлом месяце мы купили плетенную мебель для террасы.

Боковым зрением я улавливаю движение. Повернув голову, вижу, как Кэш выходит из дома.

На нем только серые шорты, низко сидящие на бедрах. Его каштановые волосы растрепаны самым соблазнительным образом. Пресс и V-образные линии, тянувшиеся к краю шорт, стали более выразительные, а мускулы на плечах гораздо рельефнее.

Я опускаю взгляд и слышу позади себя шаги. За секунду руки покрываются мурашками, пульс учащается. Мое тело уже предвкушает его объятия.

Обвив рукой мою талию, Кэш притягивает меня к себе. Я роняю голову ему на плечо и улыбаюсь, ощущая позади его дыхание. Кэш большой, теплый и твердый. С ним я чувствую себя хрупкой, но защищенной. И я прижимаюсь к нему так крепко, как только могу.

– С днем рождения, принцесса, – шепчет он мне в волосы.

Я поворачиваюсь к нему, и весь мир кружится вокруг нас. Кэш обхватывает обеими ладонями мое лицо и целует. От прикосновений его губ и языка жар разливается по телу. Я чувствую себя легкой и невесомой. И мгновенно забываю, что стала старше на год.

Мы возвращаемся в дом и отправляемся на кухню. Я занимаю свое привычное место – стул перед стойкой. Облокотившись на нее, я наблюдаю, как Кэш начинает готовить завтрак.

Он готовит для меня каждое утро, и это уже стало традицией. И всякий раз у меня в груди зарождается трепет. Знаю, как Кэш устает на работе, но все же он настаивает на том, чтобы я была освобождена от домашних хлопот.

Я видела, как ему было тяжело в первые дни. Кэш старался не показывать виду, но я все равно замечала, каким изможденным он возвращался. Но потом Кэш постепенно вошел в колею.

Может быть, это стало привычкой. А может быть, работа сделала его более организованным и собранным.

В старшей школе большинство воспринимали его, как импульсивного и безрассудного парня, с которым лучше не связываться. Но мало, кто догадывался, что Кэш может быть совершенно другим.

Когда я брала дополнительные часы, чтобы подтянуть математический анализ, Кэш все схватывал на лету.

И теперь он соединил в себе лучшие качества – из парня, который брал от жизни все, что хотел прямо здесь и сейчас, не думая о последствиях, Кэш стал уравновешенным и понимающим. Он с точностью продумывал каждый ход.

И от этого он не растратил своей привлекательности. Я совру, если скажу, что не считаю нового Кэша сексуальным.

– Смотри, – он берет сковороду и ловко переворачивает в воздухе кусок мяса с золотистой корочкой. – Не ожидала от меня такого?

Кэш оборачивается и ловит мой взгляд. В его глазах горят искорки веселья.

– Напрашиваешься на комплимент? – хихикаю я. – Если когда-нибудь в этом городе откроется пятизвездочный ресторан, то шеф-повар у них уже есть.

– Я бы не смог готовить для других, – возражает Кэш. – Только для тебя.

С той же ловкостью он откидывает лапшу удон на дуршлаг и добавляет в нее нарезанную соломинками морковь.

– Что ты готовишь? – спрашиваю я. – Пахнет вкусно.

– Томас поделился рецептом. Это тонкацу12 с лапшой.

Кэш выключает плиту, разворачивается и прислоняется спиной к столешнице, поставив руки по обе стороны от себя.

– Какие у тебя планы на день? – интересуется он.

– Рэйчел просила съездить с ней в Уэйко, – отвечаю я. – Это примерно в часе езды отсюда. Ей понравилась наша мебель на террасе, и она тоже решила ее обновить.

– На вечер ничего не планируй. Мы идем в бар к Сэму. Я уже договорился. Сегодня мы отметим твой день рождения так, что Коссе еще долго будет его вспоминать, – Кэш подмигивает. – И раз ты собралась в город, то купи себе самое красивое платье и все, что к нему полагается. Деньги я оставил там же, где и обычно.

Я не могу сдержать улыбку.

– Хорошо, так и сделаю.

Поднявшись, я направляюсь к Кэшу. Его взгляд обжигает меня с ног до головы. Но когда наши глаза встречаются, я вижу, как они наполняются чем-то мягким и теплым.

Я встаю рядом с ним и прижимаюсь своей грудью к его голой груди. Поднимаю руку и провожу по его животу. Его пресс напрягается под моими кончиками пальцев.

– Знаешь, – дразнящим шепотом произношу я. – А мы бы могли начать праздновать прямо сейчас.

Мой намек повисает в воздухе. Кожа гудит от предвкушения. Я утыкаюсь лицом в его грудь. Мои веки опускаются, и у меня кружится голова от его аромата и полуголого тела.

От Кэша пахнет гелем для душа, кухней и теплом. Он такой потрясающий. Такой мой.

– Ким… – тяжело выдыхает Кэш.

– Тебе обязательно идти на работу?

Я провожу рукой по его груди, и под моими пальцами бешено стучит его сердце. Кроме того, чувствую его твердый член, утыкающийся в мой живот. Раскрываю глаза и вижу, как выступают вены на его руках, когда Кэш с силой сжимает край столешницы.

– Не представляешь, как мне хочется остаться… – он закрывает глаза и качает головой. – Но если я сегодня не выйду, то парням придется работать за меня. Им и так приходится тяжело. Я должен идти.

Я должен идти.

И это все?

Я киваю, проглатывая комок горечи.

Но внезапно у меня замирает дыхание. Кэш хватает мой затылок, наклоняет голову и останавливается в нескольких дюймах от моего рта.

– Целуй меня, – требует он.

Его взгляд становится жестким. Я поднимаю руки и обвиваю ими его шею. Прижимаюсь к его губам и целую Кэша нежно и медленно. Мой язык легко касается его языка. До тех пор, пока он не углубляет поцелуй.

Но в какой-то момент Кэш отстраняется от меня с разочарованным стоном.

– Черт возьми, принцесса. Мне пора, – он бросает взгляд на часы. – Иначе мне придется догонять пикап, а мой стояк будет бежать впереди меня.

С этими словами Кэш уходит, оставляя меня на кухне одну. В воздухе витает аромат пряностей, жареного мяса и свежих овощей. Мой рот наполняется слюной. Очевидно, отказ Кэша не может испортить мой аппетит.

Я наполняю тарелку и сажусь за стол. Нанизываю лапшу и отправляю ее в рот вместе с мясом.

– М-м-м, – я стону от сочетания вкусов кисло-сладкого соуса и мяса.

За последнее время кулинарные навыки Кэша сильно выросли. Мне серьезно нужно задуматься о том, чтобы следить за количеством съеденного.

Все оставшееся время я провожу за чтением книги в гостиной. Когда до эпилога остается пару страниц, я слышу стук в дверь. Может быть, это пришли в гости Меган и Мэтт.

Поднимаюсь с дивана, прохожу в фойе и распахиваю дверь. И тут же вздрагиваю от пронзительного гудка. На пороге стоит Рэйчел и дует в язык-гудок. В ее руках коробка в праздничной упаковке и с красным бантом.

– С днем рождения!

Рэйчел заключает меня в такие крепкие объятия, что мои ребра рискуют треснуть пополам. Затем чмокает меня в щеку и отстраняется.

– Спасибо, – я улыбаюсь. – А где Мэтт и Меган?

– Я оставила их с бабушкой. Сегодня твой день.

Рэйчел отдает мне коробку и проходит мимо меня в гостиную. Садится в кресло и принимает расслабленную позу. На ней джинсы и белый топ с тонкими бретелями, подчеркивающий ее загорелую кожу.

– Ты уже решила, где мы будем праздновать?  – спрашивает она.

– Кэш сказал, что в баре у Сэма.

Рэйчел складывает руки на животе и осматривается.

– Я уже говорила, какой у вас уютный дом?

– Ты говоришь об этом каждый раз, – я киваю и сажусь в соседнее кресло.

– Неудивительно, что Меган и Мэтт торчат у вас целыми днями.

– Мне кажется, они приходят сюда больше из-за того, чтобы поиграть с Кэшем. Или из-за того, что он готовит для них что-нибудь вкусненькое, – я улыбаюсь, вспоминая детские нетерпеливые личики, ожидающие появления Кэша из кухни.

– Надо будет сказать Рику, чтобы он взял у него пару уроков. До сих пор не могу поверить, что мы сегодня оторвемся, как следует. Я сто лет не была на вечеринках, – Рэйчел смотрит на коробку, которую я держу в руках. – Ты так и не открыла подарок.

Избавляюсь от праздничной обертки и вижу упаковку синего цвета.

– Это электронная книга? – спрашиваю я.

– Я знаю, как ты любишь читать. У нас в городе тяжело найти стоящие издания. Поэтому я решила, что тебе так будет проще.

Я смотрю на подарок Рэйчел. До этого я читала только бумажные книги.

– Сделай вид, что тебе понравился подарок, и собирайся, – говорит Рэйчел. – У нас нет времени.

– Но ты же сказала, что мы поедем ближе к обеду.

– Планы изменились. Мы должны ехать прямо сейчас. Я записала нас в салон к лучшим мастерам. Сегодня мы должны быть самыми блистательными и красивыми, – Рэйчел многозначительно шевелит бровями. – У нас будет девчачий день, который плавно перетечет в жаркую ночь.

В ее голосе проскальзывают дразнящие нотки, и я прыскаю со смеху. Поднимаюсь с кресла и подхожу к комоду, на котором стоит ваза. Как правило, Кэш оставляет в ней деньги на расходы.

Я пересчитываю купюры, и мои брови ползут вверх.

Забудьте о том, что я говорила. Кэш не перестал быть безрассудным. Подумать только, он оставил мне на платье свою месячную зарплату!

***

По сравнению с Коссе Уэйко более крупный и развитый город. Здесь есть несколько высотных зданий, три аэропорта и университет Бэйлора. Все жители ближайших маленьких городов приезжают сюда за покупками или просто на выходные сходить в аквапарк или музей.

Мы с Рэйчел проходим мимо магазина женской одежды в торговом центре. Я останавливаюсь напротив витрины и смотрю на белое платье с одним оголенным плечом и чуть-чуть прикрывающим бедра у манекена.

– Как думаешь, какие платья ты могла носить до того, как потеряла память? – спрашивает Рэйчел.

– Не знаю, – я указываю на коктейльное платье за кристально чистым стеклом. – Но в школе я точно не носила чего-то подобного.

– Тогда это единственный способ узнать, – Рэйчел подталкивает меня плечом. – Идем.

Мы заходим внутрь, и следующие несколько минут я задумчиво перебираю платья на вешалках. У меня не екает сердце ни от одного варианта. В свой день рождения мне бы хотелось чего-то особенного.

В конце концов, я выбираю четыре модели и ухожу в примерочную. Раздеваюсь и смотрю на себя в зеркало в полный рост. Мои бедра стали более округлыми и совсем скоро рискует появиться «животик».

Я поджимаю губы и качаю головой. Пора завязывать со стряпней Кэша.

– Как дела? – интересуется Рэйчел за ширмой.

– Предыдущие платья не подошли, – я застегиваю боковую молнию. – Этот вариант последний.

Я поднимаю взгляд на отражение. Платье нежного розового оттенка. Его верх напоминает корсет и приподнимает грудь. Расклешенная многослойная юбка из шифона доходит до колена.

Я морщусь и страдальческим голосом произношу:

– Я похожа в нем на зефир.

Рэйчел отодвигает штору и несколько секунд на меня смотрит.

– Кэш все равно захочет в нем тебя съесть, – с улыбкой возражает она. – А я нашла кое-что интересное. Ну-ка, примерь.

Она вынимает из-за спины платье яркого красного цвета. Мои брови взлетают вверх. Оно вызывающее, откровенное и очень короткое. Я бы точно такое не рискнула надеть. Уже чувствую, как буду неуместно выглядеть в нем в баре у Сэма.

– Оно больше подходит для вечеринки у бассейна или для ночного клуба, – я категорично мотаю головой. – Нет.

Рэйчел снисходительно усмехается и оценивающе осматривает меня с головы до ног.

– Вот как? А твои круглые сиськи второго размера и ноги от ушей думают иначе.

Она решительно заходит в примерочную и задвигает за собой штору. После чего разворачивает меня к зеркалу и подносит платье к моей груди.

– Представь, как ты заходишь в бар, – говорит Рэйчел. – На тебе это платье и высокие каблуки. Все оборачиваются и замолкают. Даже музыка становится тише. Но тебе нет до этого никакого дела. Потому что тебя волнует только его взгляд. 

Я потрясено раскрываю рот и тут же его закрываю.

– Он будет смотреть на тебя и думать только об одном, – продолжает Рэйчел. – Как ты чертовски красива в этом платье. И как он чертовски хочет его с тебя снять. Он обязательно подойдет к тебе, чтобы продемонстрировать всем, кому ты принадлежишь. И обязательно поцелует так, что из тебя выйдет весь воздух. А потом… – она замолкает и делает голос тише. – Он утащит тебя в какое-нибудь укромное местечко и оттрахает так, что всю следующую неделю ты сможешь сидеть только с широко раздвинутыми ногами.

– Рэйчел! – ахаю я.

– Но ты ведь не отдашься ему сразу? – она подмигивает мне в отражении. – Сначала ты, как следует, его изведешь. Будешь подпускать его и отталкивать до тех пор, пока не доведешь его до грани. И он всю ночь не сможет отвести от тебя глаз и будет мечтать о том, как оказаться в тебе.

Вытаращив глаза, я смотрю в зеркало на Рэйчел.

– А я не догадывалась о том, какая ты шаловливая мамочка!

На губах Рэйчел появляется озорная улыбка.

– Итак, мы будем примерять это платье?

***

– Ты готова? – спрашивает Рэйчел.

Я без колебаний киваю.

Уже два часа я сижу в кресле в салоне красоты, где надо мной хлопотали два мастера. Одна девушка делала мне укладку, а другая наносила макияж. Все это время мне не разрешали и мельком взглянуть на себя в зеркало. И мне не терпится увидеть результат.

Рэйчел хлопает в ладоши.

– Отлично, – радостно заявляет она. – Но сначала закрой глаза.

Прежде чем опустить веки, я замечаю, как она подает знак одной из девушек. Меня разворачивают, и я улыбаюсь в приятном предвкушении.

– Можешь открыть.

Я поднимаю взгляд на себя в зеркало, и мое сердце подпрыгивает в груди. Внутри все переворачивается, словно я сижу не в кресле, а на американских горках.

Мои волосы сейчас абсолютно прямые и достигают талии. На веках смоки и безупречные стрелки, что придает глазам выразительность. Тон лица ровный с подчеркнутой линией скул и переливающимся блеском от хайлайтера. На губах помада такого соблазнительного розового оттенка, что мне хочется ее моментально съесть.

– Тебе нравится? – спрашивает Рэйчел.

Я чувствую, как слезы подступают к глазам. Но тут же приказываю себе держать эмоции под контролем. Этот макияж не заслуживает того, чтобы быть испорченным в первую же минуту.

– Это потрясающе, – выдыхаю я. – Спасибо.

Я поднимаюсь с кресла и обнимаю Рэйчел.

– Я еще никогда не видела себя такой красивой, – признаюсь я.

– Мы проторчали здесь сегодня весь день, чтобы так и было, – она снова осматривает меня и улыбается.

Стоит отметить, что Рэйчел выглядит превосходно. Ее волосы спускаются по спине мягкими волнами, макияж с темно-бордовыми губами, на глазах сияние.

– Готова поспорить, что Рик будет на седьмом небе от счастья, – я вскидываю бровь, и Рэйчел игриво виляет задницей, когда мы выходим из салона.

Со смехом мы выбираемся наружу. У входа стоит мужчина в ковбойское шляпе. При виде нас он замирает, его дымящаяся сигарета останавливается на середине пути.

– Леди… – начинает он, но Рэйчел его пресекает.

– Даже не думай, ковбой.

На стоянке припаркован пикап, куда мы сложили покупки. Я забираюсь на пассажирское сиденье. Рэйчел открывает водительскую дверь и смотрит на меня.

– Ты когда-нибудь водила машину? – неожиданно спрашивает она.

– Откуда мне знать, – пожимаю плечами. – Я же не помню последние три года моей жизни. Но думаю, вряд ли.

Рэйчел обходит пикап со стороны капота и открывает пассажирскую дверь.

– Садись за руль.

– Ты с ума сошла? – восклицаю я.

– Лучшего момента проверить не будет, – уверенно заявляет Рэйчел. – Это как плавать или кататься на велосипеде. Если ты однажды этому научилась, никогда уже не забудешь, – тоном знатока произносит она. – Давай, девочка. Сегодня твой день. Сегодня тебе можно все.

– Это плохая идея, – я качаю головой.

– Всего один круг по парковке, – настаивает она.

– Хорошо, – бормочу я, слезая с сиденья. – Но только ради тебя.

Стараясь унять волнение, я забираюсь на водительское место, нагретое солнцем. Захлопываю за собой дверь и обхватываю руль обеими руками. Я пытаюсь расслабиться и получить какой-либо сигнал от моей мышечной памяти.

– Что я должна делать? – спрашиваю я, когда Рэйчел садится в соседнее кресло.

– Сначала поворачиваешь ключ, – инструктирует она.

Я завожу машину, и двигатель оживает.

– Что дальше?

– Левой ногой до упора выжимаешь педаль, – объясняет Рэйчел. – Это тормоз.

Моя нога в сандалии опускается на педаль. Одновременно с этим моя рука рефлекторно опускается на коробку передач и переводит его в положение «D».

– Откуда ты знала об этом? – Рэйчел смотрит на мою руку, лежащую на рычаге коробки передач. – Сейчас ты отпускаешь педаль тормоза, и машина покатится. Давай, аккуратнее, – предупреждает она.

Я отпускаю тормоз и тут же инстинктивно нажимаю на газ. Машина срывается с места.

– Эй, полегче! – восклицает Рэйчел.

Затаив дыхание, я проезжаю между рядами машин. Крепко сжимаю руль и поворачиваю его, сделав круг по парковке.

– Кимберли, ты умеешь водить! Ты это сделала! – радостно кричит Рэйчел. – Давай, выезжай на дорогу.

– У меня нет прав, – возражаю я.

– Ты забыла, что мы в Техасе? – беззаботно смеется она. – Здесь можно все.

Я смотрю на лобовое стекло, когда подъезжаю к выезду с парковки. По шоссе несутся машины, и мое сердце начинает быстрее стучать. Волнение берет надо мной верх, и моя нога неуверенно застывает над педалью газа.

– У тебя отлично получается, – Рэйчел широко улыбается. – Ничего не бойся.

Кивнув, я делаю вздох и давлю на газ. Машина вырывается вперед, и я занимаю дорожную полосу. Мои губы растягиваются в улыбке. Поверить не могу, что у меня получается!

– Я на самом деле умею водить! – я поворачиваюсь и смотрю на Рейчел.

– Давай, девочка, разгоняйся! – ликующе кричит она.

Рэйчел тянется к приборной панели и включает музыку. «Unstoppable» Sia начинает звучать в салоне.

Я выжимаю педаль до упора, чтобы разогнаться. Стрелка спидометра поднимается.

Под кожей гудит напряжение вместе с восторгом. Впереди едет джип, и я занимаю соседнюю полосу, чтобы его обогнать. Вырываюсь вперед и, дернув руль в сторону, дерзко занимаю место перед капотом внедорожника.

Я опускаю окно с водительской стороны, впуская ветер в салон. Мои волосы развеваются, а с губ срывается смех.

– Ты вся светишься, – замечает Рэйчел.

Ты вся светишься. 

Ты вся светишься.

Ты вся светишься. 

Внезапно мое дыхание останавливается.

Я уже слышала эти слова…

Моя голова расслабленно откинута на подголовник. Взгляд сосредоточен на дороге. Я сижу внутри спортивной машины. Моя рука с небрежностью лежит на гоночном руле с эмблемой Agera. 

Стрелка спидометра показывает более девяносто миль в час. За окном все проносится с бешеной скоростью, а в ушах гудит рокот мотора.

Боковым зрением я замечаю дорожный указатель с надписью Мельбурн и стрелкой с поворотом направо. Одной рукой я выкручиваю руль и прибавляю скорость.

– Ты вся светишься, – раздается мужской голос рядом со мной.

Повернув голову, я вижу парня на пассажирском сиденье. Солнечные лучи, проникающие через люк, отбрасывают на его лицо золотистые полосы. Он выглядит немного старше меня. 

На нем пиджак с изящным покроем и идеально скроенные брюки на бедрах. Его темно-русые волосы безупречно уложены. 

Его серые глаза обращены на меня. И в них я читаю только одно. Бесконечное восхищение. 

– Я люблю тебя, – говорит он. 

Я убираю руку с коробки передач. Протягиваю ее и запускаю пальцы в его волосы, чтобы придать им немного небрежности. На моем безымянном пальце сверкает кольцо с бриллиантом…

Громкий треск стояночного тормоза резко возвращает меня в реальность. Раздается визг тормозов. Мои руки инстинктивно сжимаются вокруг руля, удерживая меня на месте.

– Кимберли! – кричит Рэйчел. – С тобой все в порядке?

Я испуганно поворачиваюсь к ней и тут же вздрагиваю от пронзительного гудка. Обернувшись, я поднимаю взгляд и вижу возвышающийся над нами черный грузовой фургон.

Только сейчас до меня доходит, что пикап стоит посередине дороги и перекрывает встречную полосу.

– Так, Кимберли, уроки вождения на сегодня закончены, – заявляет Рэйчел. – Пересаживайся. Я сяду за руль.

Моя трясущаяся рука нащупывает ручку. Я раскрываю дверь и выбираюсь наружу. Обхожу пикап со стороны капота, и в воздухе снова раздается громкий гудок.

– Иди на хрен! – Рэйчел показывает водителю фургона поднятый средний палец.

Мы садимся в машину. Я нащупываю ремень безопасности и не могу пристегнуться с первого раза. Холодная дрожь пробивает меня.

– Кимберли, что с тобой? – спрашивает Рэйчел.

Она включает заднюю передачу и выкручивает руль. Я опускаю взгляд на безымянный палец и смотрю на бледную полосу от кольца.

– Прости, – едва слышно произношу я, отворачиваюсь к окну. – У меня резко потемнело в глазах.