Циклопы, это большие гуманоидные существа, похожие на людей. Отличия меж видов определенно есть и заметны невооруженным глазом, но две руки и две ноги наличествуют, а в остальном…

У циклопов не только глаза, не как у людей, но и пропорции всех частей тела, ведь у этих гигантов длинные руки, вытянутые головы, как и все тело, и ноги, что, прямо-таки, не человеческие, с коленями назад, и необычными суставами ступни, делающими точку опоры похожими на куриную лапу.

Ну и весь их рост, что даже выше чем у гигантов, обусловлен этой общей вытянутостью и странностью, а не пропорциональным увеличением человека до высоты третьего этажа. Ну и из-за «дубля» глаза во лбу, череп, тоже, явно нелюдской, даже если отбросить его вытянутость, ведь там, за точкой призрачного глаза, есть некие… образования, отвечающее за этот манообразный плазмоган.

Вооружены дубинами — нафига они им, если не они их основное оружие? И… стреляют своими лучами смерти во все что движется и нет, но пахнет человеком или выглядит похоже. Действуют по принципу: двигается? Стреляй! Не двигается? Все равно стреляй! Чтобы и дальше не двигалось!

— Ты главное голову прикрывай! — кричу я сестрице, и та, взвизгнув как малолеточка от паука, извернулась пред лучом, летящим по башке, подставляя спину.

Контакт, удар, взрыв, сестра кубарем летит прочь от места попадания, собирая на пути камни, и пропахивая точащими во все стороны конечностями борозды в хрупком камне.

— Бра… — хочет она что-то мне сказать, соскакивая на ноги, но новый луч уже спешит к ней, и она вновь взвизгнув, прикрывается руками.

Новый взрыв, и новый полет сестры. На этот раз недалекий — стенка была рядышком. И она в неё впечаталась спиной, пробивая дыру. Выбралась, пылая неудовольствием.

— Брат! Да это издеватель… — договорить она не успевает, новый луч отправляет её обратно в стену, увеличивая дыру.

А как только она выбирается — получает еще один выстрел, но на этот раз с попаданием в ногу, а не в тело, и её от такого только немного подбрасывает вверх, пробивая башкой потолок, и давая ощущения, словно бы обычного человека по голове подушкой отоварили. Мягкой, но с хорошего размаху! Но подушкой! Но с душой!

— Брат! — кричит сестра, упав на землю, и стоя на ногах пошатываясь, — Да они мне даже ответить не дают! — и кидает куда-то копья, но видит в тот же миг, что в неё летит новая порция оплеухи, и прикрывает голову руками.

Правда оплеуха попадает ей в живот, выбивает дух, и отправляет обратно в стену.

Надо бы все же и правда зашить ей ту дыру между ног, — думаю, отводя луч смерти от того места в сторону в самый последний момент.

— Сама виновата, что их вокруг себя пять штук собрала! — кричу сестренке, что вновь выпала из стенки и вновь пошатываясь стоит на ногах, явно туго соображая, — Хотела, блин, побыстрее… — бурчу себе под нос, и отправляю копья в парочку циклопов, превращая их в дикобразов.

Но живых! Собака такая! Я не умею столь ловко с этими копья управляться! А накачивать их до чёртиков магией и делать как тогда с осами не хочу — эти копья не выдержат и десятой части той силы, что выдержали те. Эти копья… более совершенны, в них больше всего внутрь запихано, и места для сырой силы там не осталось.

Но внимание циклопов я на себя обратил, и, поскольку они немного отделились от товарищей, желая заняться уже этой букашкой, швыряющей зубочистки, сестре стало чуть легче «дышать».

Циклопы прут на меня, сводя свои магопушки мне на макушку, желая и мной поиграть в мяч, да покидать взрывами, вот только неожиданно для них, ребята оказываются совсем не там, где были, и агрессивной букашки, ни одной ни другой уже нет — погуляйте пока ребятки!

Еще парочка циклопов тоже исчезают от сестренке, оставляя её одну на один с тварью, что вновь стреляет в неё своим лучом. Сестра, несмотря на состояние, замечает это, и прыжком на четвереньках отпрыгивает в сторону, пропуская луч мимо себя.

Выстрел, угодив в стену подземелья, выкрашивает в нем сферу диаметром больше трех метров. А с учетом того, что сестренка там уже набила ямку в эти три метра собой, а луч попал почти на дно — у нас тут получился практически готовый проход в соседнюю комнату лабиринта! И, циклопы что сейчас там, уже почувствовали девчонку-человечку, начав долбить по стене своими дубинами. Им что, дубины нужны именно для такого? А лучи… типо фаршмак на такое тратить, да?

— Сестренка! Он тут один! Добивай! — кричу я Лине через весь зал, указывая пальчиками на одинокого гиганта, с хмурой роже делающего «перезарядку», накачивая ману в свой третий-второй глаз.

Сестрица, слегка очнувшись от моего крика, вновь встала с земли, на которой валялась, отряхнулась, встряхнулась, послала копья в гиганта с одним зрячим глазом. Копья воткнулись в тело существа, сделав его похожим на дикобраза, но опять же не убили.

Впрочем, сестрица не отчаялась, и поднатужившись, с ехидной улыбкой направило пару копий в глаз и глазаолоб на голове у циклопа. В самый момент концентрации энергии! Концентрация оказалась сбита в хлам, и несмотря на отсутствие явного урона, вместо луча смерти получился какой-то пук, да еще и в потолок. Но ни один из глаз так и не был выбит.

Сестренка ухмыльнулась еще сильнее.

— Больше скорости говоришь, — проговорила она, и из её плеч появилось два наконечника копья.

О че делает! О че делает! О… она растягивает пространство! Сами копья тянет! А сейчас сожмет, и… Моя школа! Но копья от такого подохнут! Жалко, но… пусть разок пыхнет!

Пых вышел душевным! От копий остались только торчащие из тела сестрицы наконечники, но зато они, получив конский импульс от всего остального, что при сжатии обратилось в пыль, и полетели на скорости раз в десять быстрее звука.

Пробили звуковой барьер еще на старте, и… нанесли какой-то смешной урон по цели — с разрушением копий разрушились и все контуры усиления, и магической напитки. И сестра пусть и швырнула во врага острые прочные и магически насыщенные болванки на бешённой скорости, но урон несопоставим затраченной энергии.

Впрочем, циклопу хватило и этого, он лишился глаза, и получил сломанные ребра совместно с дыркой в груди. Не умер, нет. Но тут уже хмурая сестрица его добила, не став мучить бедолагу, затыкав копьями просто как змею камнями.

— Это была плохая идея. — покивал я, подходя к ней поближе. — Делай все по-старому, просто больше энергии и сильнее разгон.

— Но… как? — не поняла сестренка, тяжело дыша и пытаясь привести себя в норму после всего.

— Просто растягивай пространство вокруг линии разгона, не трогая само копьё.

— М… — задумалась она.

— Больше энергии в общем!

— Ладно…

— Но не переусердствуй! А то копья спалишь!

— ЛАДНО!

— Ути моя умница!

— Брат! Ты же специально ничего не делал… пока меня избивали, да?

— Как это ничего не делал⁈ — притворно обиделся я, отходя от неё на пол шага, — А кто твою голову, и гениталии, от попаданий прикрывал? Или ты думаешь, все лучи просто так летели куда угодно, но только не в эти части тела?

Сестра нахмурилась, и хлипнула носиком — понимает, она все понимает! Она видела смерть мелькающею перед носом, что почему-то уходит в бок, словно изгибаясь. Но ей обидно! Впрочем, иногда нужно и обиженным побыть, чтобы в следующий раз не говорить после первых двух убитых циклопов «Да что там! Напугал. Они ж не сложнее гигантов! Пошли быстрее! Соберем побольше, да постреляем!».

И пусть по прочности тел и манопокрову циклопы реально почти те же гиганты, но вот из-за способности стрелять — сильно более сложный противник чем те бугаи с дубинами. Да и «чуть-чуть» да «чуть-чуть» уже довольно много, что делает убийство циклопов не таким простым, как убийство гигантов.

— У тебя пол часа, чтобы привести себя в норму. И не отнекивайся пожалуйста. — улыбнулся я, садясь на ставшим похожий на стул валун, наблюдая за тем, как в соседнем помещении пара одноглазых с остервенением работают по стене пещеры.

Они как раз через пол часика проход пробьют! Всё точно, как в аптеке!

— Ладно. — бурчит сестрёнка, и присаживается на другой камень.

Начинает осматривать себя, вздыхать, щупать небольшие синяки, появившиеся на теле. Вновь вздыхать и осматривать, понимая, что давно, очень давно, не была битой. А еще, она вдруг вспоминает о своих шикарных волосах, что во время боя небыли прикрыты ровным счетом ничем, ни маной, ни доспехом. С ужасом ощупывает шевелюру — шевелюра на месте. Даже пыльной и грязной не стала!

— Брат! — кричит она, голосом со смесью радости и возмущения.

Видимо намекая, что я мог бы и её саму целиком прикрыть, пока её тут били и избивали.

— В следующий раз песка туда насыплю, чтобы не дулась. — ухмыляюсь я, глядя на её умильную мордашку.

Она начинает дуться уже по серьёзному, но недолго — расчесывание своих шикарных волосиков доставляет ей удовольствие и умиротворение. Целы, невредимы, чисты! Радость! С потолка на её гриву начинает ссыпается подозрительный песок…

— БРАТ!

— Молчу, молчу! — улыбаюсь я, и она вновь начинает походить на дутого хомячка — Милаха!

Но все же сильно долго у нас тут развлекаться времени нет. Буду подводить к ней циклопов по одному-двух, заставляя отрабатывать на них навыки стрельбы как по мишеням. Она должна научится ускорять потяжелевшие копья до звуковой скорости или даже чуть выше, ну и уходить от атак, тоже должна уметь вне зависимости от сосредоточения на разгоне снарядов и выцеливания целей.

Оставшихся восьми часов конечно на это вряд ли хватит, но хотя бы даст понимание и основы! А там… там уж как-нибудь отполируем-отрепетируем. Ну а от ответных рисков циклопов я её прикрою, без проблем. Я ведь не хочу лишится сестренки! А то ведь выстрелы этих тварей легко оторвут ей голову, и мано покров тут никак её не спасет.

Только её броня способна выдержать такие атаки! Принятые «на грудь» просто так без подготовки. Сестрица уже успела отвыкнуть от серьёзного боя! Давно не гонял я её на тренировках, броня тоже стала пропускать удары, даря синяки. Она напрямую зависит от готовности тела к удару, и если оно не готово, броня тоже реагирует не так как следует.

После получения еще пары оплеух от циклопов, у сестренки наконец включились мозги, или инстинкт самосохранения, уж не знаю, и она вспомнила, что твари как бы тоже условно живые, и имеют ручки-ножки. А в них суставы, сухожилия, связки… А возможно её на правильную мозговую деятельность натолкнул страх за сохранения причёски — а то гадкий брат еще песка туда насыпит!

В общем, она перестала пытаться с ходу одолеть вражин, и стала сначала лишать их подвижности. Пара выстрелов по коленям — и вот большая туша большого циклопа уже на земле. Далее можно спокойно расстрелять лоб лежачего, лишая его возможности отстреливаться, а в идеале и жить вообще — череп там, во лбу, у призрачного глаза, как ни странно довольно мягкий, так что это несложно, просто находится он обычно довольно высоко от маленьких нас, да еще и расположен к нам частенько под углом, увеличивая броню за счёт наклона.

А уже почти обездвиженную — руки не в счет, и лишенную главного оружия — руки не в счет! цель, сестренки добить не стоит особой проблемой. Обойти с боку. И пока твари тянут ручки, пытаются встать или дотянутся дубиной, с копьями во лбу, что до мозга частенько не достают, напихать им копья между ребер, пробивая дыру до самого сердца и ребер с другой стороны.

Благо, после убийства монстров я распыляю их тушки, всасывая в себя их ману, и выковыривать копья или ждать развивания не нужно — не до того сейчас, нужно поторапливаться. Я даже копья сестре самой собирать не заставляю! Так что освоившись с тактикой, она стала наслаждаться боем, как того и хотела. Правда, к скоростному пулянию копий на звуковых скоростях мы та и не дошли, обидно.

Спустя девять часов блуждания, мы наконец добрались и до босса. Огромное многоглазое чудище! С двумя лицами, тремя руками и четырьмя ногами! По своей сути — ничего из себя не представляет. Ну кроме того, что огромное. Сильное, довольно быстрое, и умеет стрелять лучами смерти во все стороны разом. Но из-за перезарядки его можно раскурочить на раз.

И поскольку бой этот бой сестренки, и сестренки с боссом, то всех прочих чудишь, оказавшихся в комнате босса я убрал за раз, просто обратив в ничто. А тот тут были и гиганты, непонятно как затесавшиеся в не свой осколок. И довольно шустрые гиганты! Которые могли бы доставить проблем из-за своей ловкости и скорости несмотря на рыхлую плоть.

А вот один на один с главарем…

— Вышиби ему две ноги! Урони, и… нда, — проговорил я, так как босс в этот момент отаковал по сестре, что прикрылась от луча смерти руками.

Отправил её полетать к стене, развернулся другим глазом, и долбанул еще разок. Еще крутанулся на месте. И новый удар. И… нет, так не пойдет! Лешу-ка я его половины глаз! А то это уже какая-то многоствольная пушка получается! Без перезарядки совсем! Что взяв цель на прицель, её уже никогда не отпустит — «патроны» у твари вечные и бесконечные, и усталости он не знает совсем.

— РРРАААА! — взревел урод, хватаясь за лицо.

— Сестра, ты там как? — кричу я, перекрикивая рев босса.

— Живая, — говорит она, выползая из стены.

И у неё на глаз текла кровь из разбитой брови…

— Нее… — полы рычу я, — так не пойдет! — и поворачиваюсь к боссу, которого туту же рвет на две половинки само пространство вокруг него, а я начинаю тяжело дышать от заполнявшего меня гнева.

— Эй! — кричит сестра, заметив, что я сделал, — Это была моя добыча! Так нечестно, брат!

— Прости. — извиняюсь я, понурив голову, — Не сдержался.

Тварь, несмотря на порванный вид, был еще малость живым. Он уже не мог стрелять и падал в разные стороны, но еще махал руками с дубинами, желая кого-то достать. В него полетели копья, но… толку от них было немного — крепкая тварь! Так что копья хоть и пробили его броню и вошли до середины, из-за размеров двадцати метрового чудища, урон нанесли до смешного минимальны. Просто иглоукалывание получил! Изощренное. Но просто иглы.

Босс упал, и начал распадаться. Подземелье начало терять стабильность.

— Собираем копья и валим, — покивал я сам себе, глядя на поверженного босса, — на сегодня хватит.

Повернулся к сестре, и посмотрел на её слегка потрепанный вид. Достал полотенце из тайника, подошел к ней, утер кровь с виска, улыбнулся, и отдал новые вещи чтобы переоделась, вместе с еще одним полотенцем, чтобы вытерла пыль и грязь с тела.

Она неплохо постаралась! Ну а травмы… ничего серьёзного, заживут как-нибудь.

— Ты молодец. — улыбнулся я ей, стирая остатки крови, с уже почти поджившей разбитой брови. — Одевайся, и пойдем на выход.

А то там наверняка уже толпа собралась, из людей, пытающихся понять, что происходит и что им со всем этим делать. Все же, не стоит, наверное, вот так вот открывать подземелья где хочу, даже если того очень хочу.