Председатель ассоциации охотников провинции Ван, сидел с хмурым лицом и читал отчёты, предоставленные ему его людьми. И чем больше читал, тем более хмурым становилось его лицо. И тем больше ему хотелось начать крыть матом всех и без разбору, встать и бежать, разбираться самому, пусть он и уже не молод для такого, и вообще — серьёзный человек, чтобы бежать и лично со всем разбираться. И вообще, в последнее время только и делает, что читает бумажки, и никуда не вмешивается, во избежание.

Какая-то паранормальщина происходит в этом Сиэле! Иначе и не скажешь. Пятнадцать порталов за раз, начертивших на городе полумесяц, парная семерка следом за ними, сбой оборудования, что, как бы то, надежное! И такое пусть и случается, но редко, и в основном происходит или из-за саботажа, или из-за пятерки, которую зевнули.

И то и другое бывает, но у них тут выходит, что и то, и другое случилось одновременно — и администратора посадили и обвиняют во всем подряд, и даже доказательства есть — её судьба уже решена, нужно только поставить подписи. И пятерка, вдруг взялась и нашлась, и вспышкой силы уничтожила оборудование — бывает, бывает! Сами проходили через такое со Сферой.

Но вот что он не может понять, так это зачем в таком случае присылать в Сиэль, в здание ассоциации, особый отдел и следственную группу? Да наделять её особыми полномочиями, да грифом секретно? Зачем кого-то икать, постоянно делая запросы к их базе данных, в поисках копий, потерянных данных, случившейся в результате выброса магии девочки?

Что они ищут? Кого? Диверсанта? Преступника-террориста? Еще пятерку? Зачем-то прячущеюся ото всех. Непонятно! Но одно ясно точно — там явно мутится какая-то мутка. И ему она совсем не нравится! Он… слишком стар для всего этого, и уже как бы не хочет играть в эти «игры» — наигрался! Уже прошли те времена. Когда его нос, лез во все дыры и стремные дела.

К тому же, ту девочку, Бину, бывшею администраторшу, он сам пусть и не знал, но хорошо знал её наставника, чтобы передал ей свои полномочия. Он был когда-то и его наставником тоже! И способствовал его «политической» карьере в ассоциации.

И… он был точно нормальным малым! И за ним не числись странности, участие в мути мутной, или фаворитизме. Да и в людях он разбирался очень даже неплохо, и лучше самого начальника из Вана, и уж точно не так. Когда применен термин «Ошибся, бывает!». Даже делая поправку на пожилые годы — не столь уж он и старым был, уходя на покой, чтобы так ошибаться!

Покровительствовать и прикрывать нерадивку глава охотников провинции от этого не станет, но как-то с трудом верится, чтобы его наставник так ошибся в выборе преемницы. Или она такая хорошая актриса, а пять лет беспорочной службы, это просто подготовка к большой афере?

А потом там, в Сиэле, есть еще эти дети, парочка с копьями, что вычистили подземелье шестого уровня, и ролик с сними, наверное, уже видел весь мир! Вот только… после этого ролика информация о них как-то стухла и даже правильнее сказать — потерялась.

Да, ролик о том, как они входят и выходит все еще можно найти в сети, но… он просто утонул в списке всякого шлака, левых ответов на прямой запрос и вообще — поддельных видео, где какие-то ряженные клоуны играются с хромакеем. Словно бы кто-то очень, очень, очень хочет, чтобы все забыли о существовании этих деток. Словно бы нет их и не было никогда.

И этот кто-то очень влиятельный! Ведь по итогу, даже режиссёра федерального канала, пустившего в свет тот первый материал и новость, сняли с должности, хоть он и был на хорошем счету. Причем сделали это не сразу после, чтобы считать, что он ошибся влезая с новостью в не ту программу сетки вещания и перебивая не ту рекламу, а… именно что с задержкой.

Все это странно и непонятно, и никак не хочет складываться в одну картину в голове у старого главы главного отделения. А когда картинка не складывается — жди проблем! Только вот откуда поступит удар?

И словно бы в ответ на эти мысли, взгляд человека падает на погасший свет в окнах крыла тестирования. Окна его кабинета как раз выходили туда, в ту сторону, имея хороший обзор как на юные дарования, занимающиеся в крытом прозрачным куполом тренировочной арене, так и на окна крыла тестирования, где этих дарований находят из сотен других, не одаренных магией людей. Он специально выбирал себе такой кабинет! Не побрезговал занять коморку, что раньше была почти что складом. Не захотел роскоши кабинета прошлого главы, а захотел обзора пятого этажа на все своё владение.

И поскольку на улице пасмурно, а стол главы располагался у окна, погасший свет он заметил моментально. Старый охотник, хоть отошел от дел уже давно, и вообще, уже не торт, но не растерял хватки! И до сих пор временами спускается на арену погонять, и повалять молодёжь, тряхнув старыми костями.

Только так он сам в своих глазах мог оставаться достойным своей должности, что пусть и кабинетная, но не должна принадлежать кабинетному человеку. Только так он сам для себя мог мериться с тем, что потихоньку все дальше и дальше отходит от собственных идеалов.

Он должен уметь драться за своих людей! Хотя бы иногда… И погасший свет заставил его действовать мгновенно.

— Что там у вас? — поднял он трубку телефона, соединяющего его напрямую с аппаратом в крыле тестирования, но в ответ получил лишь тишину.

Тогда он связался с ближайшим постом охраны к крылу, и получил ответ «выясняем», а через пару мгновений и более понятную фразу — произошел сбой питания кабинки тестирования, ремонтники уже выдвинулись, скоро все исправят и запустят.

Сбой питания? — прошиб человека холодный пот, но причину такой реакции тела, он сам не понял. — диверсия? ЧП? Дефект оборудования? Что там? Нужно больше сведений!

— Держи меня в курсе! — бросил он в трубку, обращаясь к охране, и разорвал связь, положив трубку на аппарат.

Посмотрел на отчеты перед собой — почему-то спина стала еще более влажной, чем была, а пот выступил и со лба, норовя затечь в глаза старого охотника. Его же инстинкты, инстинкты человека, довольно известной когда-то группы охотников «Ночные Волки», буквально выли ему в ухо, крича нечто среднее меж «Убегай!» и «Падай на колени!».

Падать, пред кем? Пустым кабинетом? Отчетами? Хах! Это конечно жизненно, учитывая сколь много на них завязано, и сколь высоки порой кабинеты начальства, даже такого высокого человека как он.

Бежать, откуда? Даже не смешно! Это его дом! — и так вот борясь с самим собой, он просидел еще некоторое время, смотря в пустоту, до тех пор, пока периферическим зрением не уловил включившийся свет в здании тестирования.

Ну вот и славно, все починили. — улыбнулся он, и вытер пот со лба платочком.

Вот только инстинкты ему в другое ухо кричали совсем иное — убегай! УБЕГАЙ! Беги БЫСТРЕЕ!

И он никак не мог понять, от чего такая паника в поджилках, если ничего страшного не случилось и не происходит? В чем причина? Почему у него такое чувство, будто он сейчас стоит пред разломом шестого уровня, и которого мерно и неспешно вышагивает его босс, великан, размером с трехэтажку, а он, слабосилок с двумя звёздами, только-только вчера их получивших, стоит тут рядом, сжимая какой-то полуржавый гоблинский меч, с трясущимися поджилками смотрит на этого гиганта, и кричит в душе «Мама! Спаси!».

Смех, и слезы ситуации в том, что мать его тогда действительно спасла! Но вот… вот это вот, вспоминать ему хочется меньше всего. Мать его тоже была охотницей, и… и тогда он решил, что во что бы то не стало, больше не допустить прорывов порталов в мир. Не в своём городе! Не в своей вотчине! Хоть это по итогу городом и ограничилось, ведь даже власти на провинцию у него просто нет, а уж будучи простым охотником… он и подавно мало что мог сделать для воплощения в жизнь подобных идеалов маленького себя.

С тех пор утекло много воды, он вошел в силу, стал трехзвездочным, собрал свою группу, прославился, заработал много денег, большую часть из которых вложил в снаряжение, отошел от дел, пошел по карьерной лестнице ассоциации, стал влиятельным человеком, раздал большую часть своей коллекции магических вещей и оружия новичкам, оставив только памятные и бесполезные вещи себе, стал главой всех охотников провинции, хотя бы номинально, и теперь вот…

Свет в окнах крыла тестирования погас, и вместо света ламп, за стеклом заплясали языки пламени. Пожар, пожар разгорался.

Мужчина сорвался с места, оставляя на столе царапины как от когтей. Ломанулся к двери, остановился у неё, проезжая по полу юзом как молодой, вернулся обратно, к столу и телефонам. Связался со всеми службами, стягивая людей к крылу, и сам, бегом и не по возрасту и не почину, устремился в сторону крыла, по пути собирая нужных людей, подпинывая их шевелится как словами, так порой и делами. Не скупясь ни выражениях, ни действиях, подгоняемый липким страхом и бушующим в крови адреналином.

Пожар нужно локализовать! Причину выяснить! Территорию отцепить, виновных наказать… и хоть его инстинкты верещали ему не ходить туда, ему сейчас плевать — он сам хозяин своей жизни! А не его, волчьи инстинкты.

И в пуще всей этой беготни, он совсем не заметил двух обычных детей, прошедших мимо него о чем-то болтая, направляющийся к лестнице на верх, ведущей к бухгалтерии и отчетным палатам.

— Ну так что будем делать? — ходил взад-вперед, начальник отдела тестирования, пред собравшимися подле него людьми.

Собрались они тут всего с пару-тройку минут назад, но в курс дела их начальник ввести уже успел. А дела их, мягко говоря, жопо-жировые. И дело не в окружающем их «пейзажу» лаборатории, где эта кучка людей собралась. Не, их сейчас копоть на стенах, запах гари, и даже горящая чуть в стороне кофе машина как-то вот вообще не волнует! Ведь они все понимают — это все меньшая их проблем. А большая… пятерка. Две, пятерки.

— Две пятерки за раз? Как такое возможно? — кричал минуту назад человек.

— Они близнецы, -отвечал ему начальник на это.

— Но ведь родственность не влияет на магию! Близнецы, даже однояйцевые, зачатую имеют разные потенциалы!

— Но в данном случае это не так, и потенциал их… Сфера утерлась бы.

И толпа на несколько секунд погрузилась в тишину, которую прервал все тот же уже немолодой начальник отдела.

— А еще они не «только пробудившиеся и ничего не знающие детки» какими мы обычно принимаем пятерок, почти беспомощных, и по силе, даже голой силе, уступающие опытным четверкам, а именно что… уже познавшие свою мощь Волки, на губах которых свежая кровь.

И задумался сам, кровь ли эта людей, или монстров? Или и тех и других? Но в каких пропорциях⁈

— Что делать будем? — и начал он тогда ходить взад и вперед, повторяя эту фразу, словно бы в ней был скрыт ответ на данный вопрос.

— Что у вас тут происходит⁈ — валился, чуть не вышибая дверь, в комнату начальник их отделения охотников и глава этого части ассоциации, пусть и не единоправный властитель, а просто «глава совета директоров».

И мужик с ходу сагрилс на горящий «чайник».

Но орать, брызжа слюной, костеря подчиненных, или кидаться на объект горения, желая растоптать или уничтожить, не стал, а тут же кивком головы дал команду кому-то за своей спиной, отходя в сторону и пропуская человека с огнетушителем внутрь. Две минуты работы и тишины, и бедный «чайник с кофе» обращен в кусочек льда, а парень с огнетушителем покидает помещение.

Правда за это время глава ассоциации Вана и бывший глава группы Ночные Волки Павел Иф, стал еще более хмурым, и, злым. И стал по-настоящему походить на волка! С топорщащейся шевелюрой на загривке, ведь там у этого человека тоже росли волосы, что сейчас встали дыбом, как и, впрочем, весь богатый объём волос на голове, что словно грива льва.

Иф стал человеком, со взглядом хищника, оценивающего жертв, и с огромными черными когтями маны на руках, что по слухам, могут пробить даже броню монстров бронированного типа подземелья седьмого уровня.

— Павел, ты только успокойся! — подошел к нему начальник отдела тестирования, его бывший коллега по группе, отошедший от дел еще до того, как сам Павел задумался о карьер в ассоциации.

— У? — почти прорычал в ответ старый волк.

— Павел. — поднял руки бывший напарник, что подался в ученые еще тогда, когда его бывший начальник еще гонял монстров по подземельям, хоть меж ними и не было особой разнице в возрасте.

— Я спокоен, говори. — проговорил мужчина, едва сдерживая рык.

Вот только если окружающие видели в нем злобу и гнев, сам мужчина с волчьими инстинктами, чувствовал совсем иную эмоцию — страх! Ведь он чувствовал, ощущал каждой клеточкой своего тела, что только что, зашел НА ЧУЖУЮ ТЕРРИТОРИЮ! И гнев из-за этого позволял хоть как-то держатся, но не сильно помогал — он понимал, что с таким противником ему не потягаться, и инстинкты требовали и кричали, отступить, уступить землю более сильному, но он не мог так поступить!

Все же, он не животное, а человек! Пусть и привык в бою полагаться на инстинкты. Но он давно уже не воюет, и научился держать себя в руках, когда этого требует ситуация. Иначе бы… уже бы сбежал, поджав хвост, как трусливый щенок.

И гнев, и такое состояние, было следствием его борьбы с самим собой. Его волчьи инстинкты, не раз спасавшие ему жизнь и здоровье, сейчас шли против его самого, но он все равно был сильнее, хоть и давалась это большой ценой и большими усилиями.

— Павел… у нас пятерка. — сказал бывший товарищ, ожидая реакции начальника.

А начальник только выдохнул в ответ и как-то сдулся. Став казаться не таким грозным, большим, и злым. И все тоже выдохнули — разноса не будет, а вернее, он откладывается и можно успеть подготовится, хотя бы морально.

Ну а Павел понял «откуда дует ветер» и ему стало проще держать себя в руках. Ведь известный враг не так страшен! А тут… всего лишь пятерка. Понятно, что с таким охотником ему, старому пню, не тягаться, но с другой стороны — это же новичок! Обучит, покажет, расскажет, вотрется в доверия… или хотя бы останутся друзьями, разойдясь бортами, как было с той же Сферой.

Ничего страшного, опыт уже есть! Главное, не начать лебезить с ходу, чтобы не избаловать, как некоторые избаловали своих подопечных, но и не допускать фамильярности и грубого обращения — глупо делать это с теми, кто может тебя размазать, неловко дернув ручкой.

— Две пятерки. — огорошил тем временем его подчинённый.

Это уже что-то! — прозвучало в голове у Павла. И тот даже как-то растерялся — Две пятерки за раз? Это вообще, как? С неба вода твердой западает? Или земля под ногами трястись сама по себе начнет? Это… это сильно усложняет дело! Двум пятеркам одновременно внимания не уделишь! Кто-то непременно будет обижен! А начнешь дрыгаться меж двух — обоим насолишь! И в итоге… придется делится! И кому… кому тогда подсунуть этот золотой презент и чемодан без ручки? Пусть и с золотом внутри, но которое нельзя вытряхнуть.

— И это близнецы. — словно бы не замечая состояния начальника продолжил его добивать старый друг.

Близнецы? Атас! Этих не разделишь! А зависти и ревность — верные спутники их жизни! Чуть что кому чуть больше — крик, слезы, истерика! А учитывая их силу, которую они будут все набирать и набирать… это похороны.

Как не дать им развалить город⁈ Заставить «резвится» только в здании ассоциации… пятерку ведь, и их арена не удержит! И…

Друг старого волка прекрасно видел, как поник его начальник, перестав походить на взъерошенного зверя, начав выглядеть как простой старый служака, не больше, не меньше. Морщины на лице, руки с немного дряблой кожей… в общем — старик стариком! Даром что роста за два метра верх, что в дверях пригибаться приходится, и ширена плеч, что шкафы завидуют, и в дери только боком. Но тут больше не тот дикий зверь, что пришел рвать и метать всего пару минут назад.

Но тем н менее, подчинённый не мог остановится и не рассказать всей истины ситуации тому, кто должен о ней знать в первую очередь.

— И это дети.

— Дети⁈ — взревел волк, окончательно фигея и тупея от ситуации.

— Лет семь-восемь, точно не скажу. — развел руками татуировщик.

— Ааррааа… — «волк» упал на ближайший стул, заставляя тот жалобно скрипнуть и чуть сдвигая задом сидящего на соседнем стульчике даму в лабораторном халате, хватаясь за голову, и принимая вид «Все кончено! Всё!».

Ведь дети — неуправляемые! Даже на обычных не всегда могут найти управу их родители! А на таких… кто приструнит юнцов, что могут уничтожить папку с мамой одним лишь взглядом? Да, потом будут плакать! Но это будет потом! И от этих слез всем будет только хуже — они будут мстить всем, кроме себя, обвиняя всех, во своих грехах.

Это ты виноват! Ты виноват! Ты виноват в этом! Из-за тебя они умерли! Из-за тебя я их убил! — так и стоит картина пред внутренним взором старого волка, показывая, как два неопределённого вида и пола ребенка, идут по городу и выжигают всех и вся, кто только попадается им на глаза. Вот только почему-то чем дольше пред ним стояла эта картина, тем больше парочка детей обретала вполне четкие очертания, неуловимо схожие с видимой им совсем недавно парочкой деток.

— И… — замялся человек, не решаясь сказать главного, самого главной «вещи» всей этой трагедии.

— Ну что, что! Говори! — поднял начальник отделения свои глаза на собеседника, имея вид жалкий, раздавленный, и обреченный, словно у приговоренного на смерть человека, болеющего смертельным недугом, у которого жена рожает, а денег даже на кроватку нет.

— И… — переглянулся человек с коллегами, что отводили взоры, боясь о таком даже думать, не говоря уж о речи и ответственности.

— НУ! — выдал мужчина в отчаянье.

— Они в силе. Не новички.

— Оооаа… — простонал старый волк, разводя руками, словно бы описывая солнце, — ТАК ПОЧЕМУ ЗДАНИЕ ДО СИХ ПОР СТОИТ⁈ — рявкнул он во всю глотку, что зазвенели стекла, и взглядом стоящего на эшафоте человека, уставился на собеседника, требуя ответа.

— Они адекватны. — припечатал начальник отдела тестирования.

И все звуки, словно бы пропали после этих слов. Воцарилась тишина, что стало слышно собственное сердце и дыхание. И даже звуки работы групп пожарных и техников за стенкой, словно бы куда-то делись, словно бы их там и нет, и словно бы эта комната-лаборатория, стала единственным существующим местом посреди бескрайнего ничего.

И вожак отделения охотников, что уже подумывал вспороть себе горло, чтобы не мучится, замер, с вознесенными вверх руками. Постоял с минуту, опустил руки, встал и распрямился нормально, осмотрел присутствующих людей пристальным взглядом.

Осмотрел помещение, в том числе и в поисках следов целенаправленного применения магии. Подошел к подчиненному, слегка нависая над ним, как скала над морем. Смотря пристально, словно бы изучая его, мимику, действия, ища лож и недомолвки. Изучая его магию, и запахи.

— Насколько, адекватные? — почти прошипел он в лицо человека.

— Ни на кого не напали, не убили, не покалечили, — и даже уже этого было бы достаточно, чтобы задуматься, чтобы прекратить истерику и психоз и начать думать о плане, но собеседник не остановился, продолжив нести благую весть, — Все что вы тут видите, это результат выброса их силы в две сферы измерения. Вернее, — стушевался человек, — скорее даже в одну. — и вздохнул. — Я виноват, готов понести наказание.

— Рассказывай. — приподнял человека за ворот защитного костюма старый волчара, что неосознанно вновь вошел в боевой режим.

— Не думаю, что сейчас для нас имеют смысл подробности чего-то еще, кроме того, что они из города Сиэль.

— Сиэль говоришь… — пробормотал волк-глава местной ассоциации, и отпустил человека, пригладив его костюм, — рассказывай все что знаешь о них! И вы тоже! — крикнул он на собравшихся тут людей, что припухли от такого наезда, — А потом будем думать, что делать дальше.