Ретроспектива

Владивосток, октябрь 2015 года

Полозов

Для князя Макарова решение Олега не стало неожиданностью. Они между собой давно договорились, что Полозов может в любой момент прервать свой контракт личника Кристины и уехать из города. Но, как бывает, этот «любой момент» наступил внезапно, как и зима на Руси.

— Позволь поинтересоваться, почему именно сейчас? — Макаров, заложив руки за спину, неторопливо расхаживал по капитанской каюте, а мягкий ковер глушил его шаги. — Тебя не устраивает оплата личного телохранителя?

— Не жалуюсь, Евгений Романович, — откликнулся Полозов, стоя возле журнального столика, на котором была изображена сцена из морской тематики. Интересный наборный шпон, красочные детали — видно было, что краснодеревщик вложил душу в свою работу.

— Ностальгия замучила? Домой захотелось? — продолжал допытываться князь. — Так у тебя нет своего угла, а здесь ты мог спокойно купить себе небольшой особнячок в центре города. Посодействовал бы.

Полозов задумался. Князь не бросал своих слов на ветер, потому что был очень влиятельным человеком во Владивостоке, с губернатором запросто общается, наместник края Великий князь Константин Михайлович к нему благоволит. Узнав, кем является Олег на самом деле, Макаров предложил ему работу телохранителя собственной дочери с хорошим жалованием, и каждые два-три месяца увеличивал его на некоторую сумму. Впервые у потайника появились хорошие деньги, которые можно было потратить с пользой, оставаясь на службе в клане Макаровых. Но… Контракт с Анатолием Архиповичем, уже покойным, продолжал действовать. А значит, нужно искать Никиту.

— Ностальгия меня не мучает, — улыбнулся Олег. — На мне есть долг, который я, в силу непреодолимых обстоятельств, не могу до сих пор закрыть.

— Ты про Назарова? — князь дошел до барной стойки, внимательно рассмотрел батарею бутылок и выбрал бутылку «шустовки». Плеснул в стаканы, подал жестом, чтобы собеседник присоединился. — Твоя история впечатлила, не спорю. Однако я по своим каналам неоднократно проверял, на самом ли деле ты находился при Никите Анатольевиче. И не нашел ни одного доказательства.

— Но ведь сам Назаров жив и здоров, — возразил Полозов. — Почему бы напрямую не обратиться к нему?

Попав после долгих мытарств во Владивосток, Олег первым делом начал собирать информацию по Никите по всевозможным каналам, и только в конце прошлого года узнал, что его молодой подопечный жив и здоров, находится в Вологде. Но бросить все дела и мчаться к нему не позволил жесткий контракт. Макаров очень серьезно относился к безопасности своей дочери, и помимо узкого круга телохранителей, денно и нощно бдящей за девушкой, приставил к ней еще и личника. А связаться с парнем Полозов не мог. Старый номер телефона оказался заблокирован, сетевые адреса неизвестны. Конечно, подобные мелочи не остановили бы потайника, но они затягивали время, и Олег нервничал. Старый Фрэнк Морган всерьез ищет Никиту с помощью демонической магии, пытаясь прорваться через барьеры чужих миров и нанести ему ущерб. Каждый ушедший день мог стать решающим.

— Олег, давай начистоту, — Макаров глотнул коньяк. — Я тебя хорошо изучил. Ты человек серьезный, не шалопай, как мои бойцы. Они многому у тебя научились, уважают и ценят. Как и я, заметь. Не хотелось бы потерять такого профессионала, умеющего в одиночку защитить клиента. Единственная причина, по которой я могу тебя отпустить — Кристина.

Полозов с удивлением взглянул на князя. Тот задрал голову и мягким движением огладил аккуратную «шкиперскую» седую бородку.

— Моя дочь — чрезмерно увлекающаяся сильными и самодостаточными мужчинами девушка. Я давно заметил, как она ведет себя в твоем обществе. Да, это прекрасно, что она для тебя — только клиент, пусть и очень очаровательный. Но Кристина отчаянно флиртует, применяя магию. Рано или поздно ты сдашься. Против таких женщин мало кто устоит. Она затащит тебя в постель однозначно, вопрос только во времени. Я же не хочу, чтобы ты пострадал из-за ее прихотей.

— Не замечал воздействия, — слукавил Олег. Девчонка в самом деле «давила» ментально очень сильно, и только амулет, подаренный Джейн, отбивал все атаки.

— Врешь, — спокойно поймал его Макаров. — Дочка не раз жаловалась, что кругляш, который ты носишь, не снимая, вмешивается в ее аурный контур, сбивает какие-то настройки. Да, я знаю…чушь городит. Меня-то не провести подобными финтами. Но она втрескалась в тебя по уши.

— Тогда точно надо уезжать, — усмехнулся Полозов.

— Я собираюсь выдать ее замуж, — бесстрастно произнес Макаров. — На примете есть приличный молодой человек из старинного дворянского рода, благородных кровей, как никак. Несколько лет назад у дочки была проблема: энергетический вампиризм. Забавно, что тогда она охотно шла на контакты, флиртовала, влюблялась. А потом все заканчивалось. Женихи ее бросали, не перенося тяжелого воздействия на свое ментальное поле. Никита Анатольевич, с которым нас свела судьба во Владивостоке, каким-то образом «вылечил» недуг. Радоваться бы, но эффект оказался неожиданным. Теперь я не могу заставить ее выйти замуж. Подавай ей рыцарей, воинов. Короче, брутальных самцов. Так сейчас говорят, да?

— Н-да, проблема, — задумчиво проговорил Олег. Кристина давно ему рассказала об этом случае, почему-то решив, что потайник в силу своих обязанностей будет держать язык за зубами. Или в хорошенькой головке вертелись иные мысли?

— Знаешь, какие требования она предъявила давеча? — князь опрокинул в себя остатки коньяка из стакана. — Муж должен быть сильной харизматичной личностью, с мощным интеллектом, умеющий защитить семью без колебаний. Потому что ей не хочется рожать детей от слюнтяя и слабака.

— Кхм, — прокашлялся Олег. Кажется, Никита перелечил девицу.

— Ага, я тоже сначала поперхнулся, — хмыкнул Макаров, сев в огромное кожаное кресло, и закинул ногу на ногу. — Потом подумал, что доченька не так уж и неправа. Ты знаешь, по какому принципу выбирают невесту или жениха из аристократического рода?

— Магическое наследие, усиление Дара и способностей, — кивнул Полозов, вертя в руках стакан.

— Присядь, Олег, не мельтеши, — кивнул на диван Макаров, и когда потайник выполнил его просьбу, продолжил: — Все верно, на этом базируется сила и мощь Рода. Дети от молодой пары приобретают и пестуют новые грани Дара, становятся сильнее, передают с кровью уже своим детям усиленные возможности. Поэтому только старинные и древние Роды могут похвастаться «огневиками», «водниками», а то и вариативными стихийниками. Но почему-то все забывают простую истину, что помимо магии нужно закладывать в детей силу, смелость, благородство, умение ладить, интеллект. А откуда все это возьмется? Почему некоторые Роды на Руси придерживались полигамии? Мужчина со всеми этими достоинствами привлекал женщин. Они желали иметь потомство только от него, а не от слабака. Вот так и образовывались семьи по три-четыре жены при одном муже. К сожалению, истинная сущность подобных отношений оказалась задвинута в пыльной угол из-за магической селекции, ну и христианское воззрение очень сильно повлияло.

— Вы сейчас намекали о Назарове, князь? — с любопытством спросил Полозов.

— Как пример — да. Но сейчас речь о моей дочери.

— Поэтому мне лучше уехать, пока вы решаете вопрос о ее дальнейшей жизни. Поверьте, Евгений Романович, у меня никогда в мыслях не было воспользоваться душевным настроем княжны и войти в вашу семью на правах родственника.

— Я знаю, — снова провел ладонью по бородке князь. — И этот факт перевешивает беспокойство. Я хочу, чтобы ты, Олег, служил моей семье без каких-либо магических клятв и прочих атрибутов, убивающих у человека надежду на свободу. Кристину, конечно, я за тебя замуж не отдам. Вы стоите по разные стороны ущелья. Но достойных женщин во Владивостоке хватает. С моей стороны обещаю посодействовать в получении дворянства.

— Заманчиво, — Полозов задумчиво обвел шикарный интерьер капитанской каюты, словно прикидывал плюсы и минусы долгой службы у князя Макарова. — И все-таки я прошу отпустить меня в Вологду. Хочу встретиться с Никитой Назаровым и рассчитаться по долгам. Это очень важно.

— Хорошо, Олег. Съезди. А я постараюсь за время твоего отсутствия уломать Кристину и выдать ее замуж. Если хочет сильного и харизматичного мужчину — что ж, буду искать. Кандидаты есть.

— Спасибо, Евгений Романович, — выдохнул облегченно Полозов. — Значит, я могу брать билет?

— Кого ты можешь рекомендовать на свое место личника?

— Поставьте Семена Жукова, — решительно, как будто давно знал, кем заменить себя, ответил Олег. — Парень хваткий. Умеет анализировать ситуацию, в качестве личника как нельзя лучше подойдет. И Кристина Евгеньевна ему мозги набекрень не свернет.

Князь не стал возражать против кандидатуры нового телохранителя дочери, и Полозов вышел из капитанской каюты с небывалым облегчением. Он с большой опаской заводил разговор о прекращении службы. Ведь у него был долг жизни перед Макаровым за свое спасение, а значит, любая попытка прервать контракт могла осложнить отношения с кланом дальневосточных князей.

А еще Олегу нравился Владивосток с его высокими холмами, застроенными высотными домами и богатыми особняками с нарядными цветными крышами, с которых открывается вид на многочисленные бухты с темно-лазоревыми водами; лес мачт и судовых корпусов, доки, набережные и верфи; десятки мощных портовых кранов, вытягивающих свои длинные металлические шеи подобно древним гигантским ящерам. И все это частенько скрывается во влажном тумане, окутывающем сопки и гавань загадочным флером, словно талантливый фотограф применил светофильтры.

Впрочем, местные жители не всегда рады подобным казусам природы в отличие от гостей. Их подобная картина почему-то приводила в восторг, особенно азиатов.

Бесконечное множество рынков с разноголосицей языков: русского, китайского, корейского, японского, английского и даже немецкого. Последний можно было вообще считать родным, так как немецкие купцы, впервые появившись во Владивостоке, осели здесь и возвели целые районы жилья приличного качества, торговых и складских зданий, ставших визитной карточкой города. Обрусевшие потомки помнили язык первопроходцев из германских земель, но уже не стремились отделять себя от местного населения.

Здесь была жизнь, связанная с морем и необъятными просторами, будоражащими воображение увлекательными походами под парусами или на быстроходных океанских яхтах. Город на берегу Тихого океана впитывал в себя, подобно губке, культуру русского Дальнего Востока, Южной Азии и чванливо-чопорной Северной Америки, и от этого казался весьма привлекательным для множества людей, у которых еще не пропал дух путешественника и романтика. Здесь, на краю огромного континента, билось сердце авантюризма и энергии жизни.

Итак, Полозов распрощался на неопределенное время со всем семейством князя Евгения Романовича, выслушал поток упреков от княжны Кристины, что она теперь сойдет с ума от скуки в доме, где редко встретишь больше трех-четырех человек, потому как остальные все время находятся в море или на яхте папочки. Как-никак, морская династия. Олег не обещал девушке вернуться как можно скоро, боясь прослыть пустобрехом. С такой магической наследственностью как у Кристины, действительно существовала опасность попасть под ее чары, чего потайник не хотел вовсе. Слишком стар он для такой очаровательной и перспективной невесты. Да и прав был князь Макаров: глубокое сословное ущелье разделяло их. Но иногда шальные и ретивые мысли увлекали Полозова в дебри гипотетического будущего, где он с Кристиной счастливо жил под одной крышей, деля с ней постель.

И понимал, насколько глупо выглядит даже в своих глазах. Купив билет на самолет от Владивостока до Москвы, он без малейшего сожаления покинул трёхэтажный каменный особняк Макаровых, расположенный на Нагорной улице.

Лететь предстояло долго, с двумя промежуточными посадками. Садясь в самолет с известным логотипом ПМА, то бишь «Петербургских международных авиалиний» (авиакомпания, принадлежащая Шереметевым, работала только на длинных рейсах), Полозов не знал, что его ждет впереди. Никита вполне мог уговорить его остаться в своем молодом клане, если захочет продлить контракт. Но потайник твердо решил вначале убедится, достаточно ли крепко стоит на ногах Никита и набрал ли сил, чтобы обеспечить безопасность своего рода. Если так — он сможет с чистой совестью сказать, что долг оплачен. Остается вологодский Тайный Двор, с которым предстояло решить куда более важный вопрос: уйти «в отставку». Прецеденты были, но редко кто по собственной инициативе разрывал отношения с потайниками.

Олег не сомневался, что Страж, кто бы ни был сейчас на этом посту, позволит ему стать частным телохранителем без обязательств Тайному Двору.

Богиня Макошь, однако, предпочитала вить нити судеб по своим лекалам.

Мощный грозовой фронт над Маньчжурией, быстро смещающийся к северу, вынудил авиалайнер, в котором летел Олег, приземлиться в аэропорту Благовещенска. Просидев два часа в небольшом помещение вокзала, пассажиры услышали неприятную для себя новость: рейс задерживается надолго, возможно, на сутки. Якобы метеорологическая обстановка не позволяет поднимать самолеты в воздух. Если бы дело было во Владивостоке, Полозов не удивился бы. Там такие инциденты частенько происходили. Но здесь? Скорее всего, русские войска опять проводили какую-то операцию с привлечением волхвов-погодников. Вот и нагнали стихию.

Мысль посетить город и переночевать там в приличной гостинице пришла в голову Полозова спонтанно и резко. Почему бы и нет? Большого багажа у Олега не было кроме дорожной сумки. Закинув ее на плечо, он решительно направился к выходу. Искать попутную машину даже не пришлось. Несколько водителей таксомоторов стояли в большом вестибюле аэровокзала, уныло поглядывая на пассажиров московского рейса. Стоило Олегу сказать, куда ему нужно, один из таксистов (видать, соблюдали очередь) назвал цену. Полозов не чинился и кивнул согласно. Они вышли под проливной дождь, усугубленный сильным ветром с Амура. В лицо то и дело летела водяная пыль. Грязные потоки образовывали огромные пенные потоки, и чтобы их преодолеть, приходилось по-мальчишечьи прыгать.

Добравшись до машины, Олег с облегчением нырнул в салон. Таксист заметил, что давненько такой погоды не было. Налетало, бывало, резким штормом и тут же уходило на север кошмарить тайгу. Полозов поинтересовался, насколько может затянуться проблема. Водитель пожал плечами, неуверенно сказал, что два-три дня, и сосредоточился на дороге. Трасса от аэропорта до Благовещенска оказалась почти пустой, доехали быстро.

Когда машина остановилась возле гостиницы с забавным названием «Шкатулка», светившимся размазанными зелено-красными росчерками на фасаде двухэтажного здания, Полозов спросил с сомнением:

— А вдруг мест не будет?

— Не беспокойтесь, сударь, — усмехнулся водитель. — Можете смело идти и заказывать номер. У меня здесь сестра двоюродная работает, иногда просит, чтобы клиентов к ним подвозили. Я точно знаю, что свободные комнаты есть.

— Однако, — в ответ рассмеялся Полозов, рассчитываясь с ушлым таксистом. — Семейная коммерция?

— Жить как-то надо, — без тени раскаяния ответил мужчина.

Полозов быстро забежал под козырек здания и открыл тяжелую дверь, сразу оказавшись в небольшом, но уютном холле, где было тепло и сухо. Скучавшая за административной стойкой пожилая дама в строгом темно-сером брючном костюме оживилась при его появлении.

— Мне бы до утра номер, сударыня, — отряхнув плащ от дождевых капель, улыбнулся Полозов.

Администраторша пытливым взором оглядела мужчину, отметив про себя его обветренное лицо и загар, который в местных условиях вряд ли получишь. Вроде бы нормальный клиент, сдержанный и вежливый.

— Давайте документы, — чуть мягче сказала она и заполнила формуляр. — Во сколько планируете выехать?

— Не знаю, — ответил Олег, расписываясь в журнале. — В шесть часов утра позвоню в аэропорт, выясню ситуацию.

— Тогда с вас десять рублей. Тариф почасовой, поэтому чуть дороже.

— Хорошо, как скажете, — две пятирублевые банкноты легли на стойку. — А еще дайте мне справочник.

Женщина выложила ключ от номера с прозрачным пластиковым брелоком с красной цифрой «8».

— Справочник всех городских служб находится в каждой комнате, — сказала она. — Спокойной ночи.

Войдя в номер, Полозов не стал включать большую люстру, обойдясь настенным светильником возле двери. Плащ аккуратно повесил на плечики и не убрал в гардеробную, чтобы побыстрее просох. Выставил на мобильнике время, чтобы не проспать, разделся и лег в постель. Заснул мгновенно, отбросив все мысли, крутящиеся в голове. И встал по мелодичному звонку.

Половина шестого. Полозов вскочил, энергично размялся и подошел к окну, отдернул штору. Утренняя хмарь висела над городом, дождь по-прежнему падал с низких туч, пузырился в лужах. Но такого сильного ветра уже не было.

Справочник в виде трехстраничной брошюры, закатанной в тонкий пластик, обнаружился на журнальном столике. Позевывая, Олег набрал нужный номер, и дождавшись, когда в телефоне раздался приятный женский голос, спросил, когда нужный ему рейс может следовать дальше. Услышав ответ, он некоторое время осмысливал произошедшее. И не знал, плакать ему или смеяться.

— Когда улетел самолет?

— Два часа назад, — сочувственно ответила диспетчер. — Не переживайте так. Не вы один оказались в такой ситуации. Сами понимаете, ждать каждого пассажира авиакомпания не обязана. Это же большие издержки за простой, штрафы. Мы вернем вам часть денег за вычетом амортизации. Или переоформим билет на другие маршруты, чтобы вы могли добраться, как минимум, до Иркутска, откуда есть рейсы до Москвы.

«До Иркутска можно добраться и по железке, — подумал Полозов. — Какой смысл теперь ловить нужный рейс? Воспользуюсь поездом».

— Девушка, сделайте мне возврат денег, пожалуйста. Раз такое дело, поищу другие варианты.

— Как вам угодно, сударь. Деньги вернутся на банковскую карту в течение трех дней.

— Спасибо, барышня. Хоть в этом вы меня утешили.

— Сожалеем, господин Полозов, — дежурно ответила девушка. — Для нас тоже неприятно, что так произошло. Появилось погодное «окно», и экипажу дали добро на вылет. Через пару-тройку часов город опять накроет.

Она могла этого не говорить, но ситуация оказалась действительно забавной. На рейс опоздало не меньше десяти человек, уехавших в город, как и Олег. Тоже рассчитывали пересидеть непогоду в уютных городских номерах.

Об этом он узнал позже от словоохотливой родственницы того самого таксиста. Девушка сменила за стойкой пожилую администраторшу, и рассказала, что пассажиры решили усложнить жизнь администрации аэропорта коллективным иском, пока не вмешался губернатор. Все претензии следовало предъявлять не аэропорту, а князьям Шереметевым. Ведь это их самолет, их пилоты. Диспетчеры лишь рекомендовали взлет, и пилоты сами решили на свой страх и риск лететь, прорываясь через грозовой фронт. Странно, что при наличии двух «воздушников» на борту они вообще сели в Благовещенске.

Судьба играет с нами поддавки, и кажущиеся неприятности в любой момент могут повернуться такой неожиданной стороной, что досадное недоразумение в виде опоздания на рейс обернется приятными подарками. Впрочем, потайник об этом сейчас не думал. Он собирался походить по городу, несмотря на унылую погоду.

Первым делом Полозов продлил пребывание в «Шкатулке» еще на два дня, и неторопливо сойдя с мокрым ступенек гостиницы, направился на прогулку, невзирая на низкое серое небо с тяжелыми дождевыми тучами, плывущими как большая стая птиц. Изредка сверху сыпало моросью, и на плаще Олега появлялись мелкие капельки.

Осторожно поглядывая на проносящиеся машины, норовящие то и дело наехать на лужи и обрызгать редких прохожих, Полозов посмотрел, куда его занесла медитирующая прогулка. Оказывается, сейчас он находился на Зейской улице. Потайник внезапно ощутил потребность плотно позавтракать, тем более, уходя из гостиницы, он ничего не ел. Чтобы исправить подобную оплошность, следовало найти подходящее кафе. Зейская слыла купеческой улицей, и чтобы здесь нельзя было удовлетворить любые потребности, даже речи не шло.

«Шарман» — кафе с симпатичным и очень игривым названием находилось в цокольном этаже жилого дома из красного кирпича на другой стороне улицы, призывно перемигивалось гирляндами, развешанными на окнах. За ними проглядывалось уютное помещение со столиками, накрытыми скатертями.

Улучив момент, когда на дороге образовалась пустота, Полозов перебежал ее, и убедившись, что его выходка осталась без последствий, и рядом нет полицейских, он зашел в кафе и втянул в себя невозможный запах свежей выпечки и кофе.

Повесив плащ и шляпу на свободную вешалку, Олег огляделся, выбирая себе место. Благо, свободных столиков хватало. Плохая погода резко сократила количество посетителей, что было на руку потайнику.

Он сел подальше от окон. Сказалась давняя привычка контролировать открытое пространство. К нему тут же, цокая каблучками туфель, подошла молодая официантка, поздоровалась и поинтересовалась, что господин желает.

— Мне омлет с зеленью и сыром, — быстро просмотрев меню, заказал Полозов. — Два круассана, только без шоколада, а с каким-нибудь джемом. Самым вкусным, какой у вас есть. И черный кофе с парой кусочков сахара.

— Через десять минут все будет готово, — даже не записывая пожелания клиента, кивнула официантка.

— Я подожду, — кивнул Полозов и стал «рассеяно», как бы случайно, смотреть по сторонам. И автоматически отмечал, кто здесь находится. Молодая парочка, тихо воркующая о своем; пожилой мужчина, просматривающий солидный еженедельник и периодически прихлебывающий то ли чай, то ли кофе; двое служащих, судя по строгим костюмам и папкам на столе, в которых они изредка что-то посматривали; молодая красивая женщина с «кошачьими» глазами на чуть вытянутом лице, на котором лежала тень каких-то проблем, загнанных внутрь и запертых на крепкий замок.

Почему-то Олега привлек ее аккуратный носик с рыжеватыми точками веснушек. То и дело скользя по незнакомке взглядом, он отмечал, какие у нее густые и мягкие локоны, лежащие на плечах. Шатенка изредка и непроизвольно поднимала левую руку ко лбу и убирала прядь в сторону. А правая, изящно поднималась вверх и подносила чашку к светло-карминовым губам.

Откинувшись на спинку стула, Полозов задумался. Он видал много красивых женщин, и никогда не страдал юношеской неуверенностью. Да, ему нравилось их рассматривать и знакомиться. Не со всеми подряд, конечно. Нельзя же объять необъятное! Но те представительницы слабого и прекрасного пола, от которых исходила особая энергетика, становились объектами его интереса. Как Мария Бланка, зеленоглазая ведьма, исчезнувшая с горизонта его жизни. Где она сейчас? Выжила ли в диком шторме, разразившемся неподалеку от Формозы? Сердце неприятно ворохнулось от потери женщины, в которую он влюбился. Может, и эта незнакомка излучала флюиды, которые достигли потаенных уголков его души?

Официантка принесла заказ, пожелала приятного аппетита и ушла, цокая каблуками. Олег пристроил салфетку на груди и неторопливо принялся есть отлично приготовленный омлет, посыпанный зеленью и тертым острым сыром. И вдруг понял, что видел эту молодую женщину несколько лет назад, еще задолго до своего путешествия в поисках Никиты. Осталось только поднапрячь память и выдернуть из глубин ее образ.

«Она из Албазина! — молнией сверкнула догадка. — Конечно же! Племянница Барышева. Зовут Анастасией. У нее есть сестра Ольга. Никита о них часто рассказывал, да и я несколько раз видел девушек».

Он снова, как бы случайно, поднял голову и встретился со взглядом незнакомки, которая, по сути, уже таковой и не являлась? Молодая женщина нервно поставила чашку на блюдце и повертела головой в поисках официантки, чтобы расплатиться. Она явно чего-то испугалась. У Полозова созрело решение. Допив кофе с одним из круассанов, потайник дождался, когда Анастасия выйдет на улицу, положил деньги на стол и заторопился следом.

Светло-бежевый плащ, в котором была женщина, был хорошим ориентиром для Олега. Почему-то Анастасия и не думала сворачивать с Зейской на другую улицу, целенаправленно шагая в западном направлении. Может быть, она где-то там жила? Шагая следом за племянницей Барышева, потайник досадовал, что не подошел к ней в кафе и не представился. А теперь выглядит так, словно преследует испуганную женщину. Еще хватит ума закричать и побежать, привлекая внимание.

В Благовещенске Полозов бывал дважды, и город худо-бедно изучил. Где-то неподалеку есть стоянка автомобилей, куда, по логике, стремится Настя. Или же целенаправленно двигается в сторону городской больницы. Может, работает там? Ага, все-таки свернула! Значит, на стоянку!

Он нырнул в первый подвернувшийся проулок буквально за мгновение до того, как женщина обернулась, чтобы проверить свои подозрения, и не увидела незнакомца в темном плаще и шляпе. Ее шаги сразу же стали размеренными и спокойными.

* * *

Настя облегченно вздохнула, когда странный мужик в карикатурном шпионском плаще куда-то пропал, и свернула на улочку, ведущую к автостоянке. Она серьезно перепугалась, что Семен — ее муж — приставил к ней частного агента из сыскной компании. У него давно появились подозрения, что жена изменяет ему, и постоянные придирки всерьез расшатали психику Насти. Впрочем, дыма без огня не бывает, и для подобных действий у господина Подшивалова основания были. Жуткий ревнивец опасался, что у его супруги найдется парочка-другая если и не любовников, то воздыхателей точно.

Оглянувшись еще раз, она успокоилась окончательно. Тот мужчина, сидевший в кафе, слишком быстро выскочил следом, что и заронило подозрения у Насти. Хотя, может, господин куда-то опаздывал, а их маршрут частично совпал. Уф, слава богам!

Отыскав взглядом свой «рено-соболь» нежно-зеленого цвета, она за несколько шагов до него нажала на брелок, разблокировав замок. Машинка радостно пискнула, приветствуя хозяйку. Оказавшись внутри, Настя чересчур нервно достала из сумочки помаду и решила подкрасить губы.

Замужество не входило в ее планы. Если бы не давление со стороны родителей, вдруг оказавшихся на финансовой мели, она продолжала бы порхать вольной бабочкой, наслаждаясь жизнью. А то и в Петербург махнуть желание появилось. К Оленьке. Она скучала по младшей сестре, увлеченной своим целительством, а по ее легким намекам — еще и молодым человеком, офицером. Судя по всему, дело двигалось к свадьбе. Никита, взявший Ольгу под серьезную защиту, нисколько не противился данному обстоятельству. А ведь Настя рассчитывала, что он возьмет ее замуж, а потом и Настю освободит от постылого брака. Сил и возможностей у Назарова хватало. Но… Пока все уныло.

Угораздило ее познакомиться в Хабаровске, где она училась, с невероятно шебутным, веселым и насквозь деловым Семеном Подшиваловым, старшим сыном известного дворянина, державшего в руках речные перевозки по Амуру и торговавшими разнообразным товаром в Маньчжурии и Китае. В общем, купеческая жилка у Подшиваловых срослась с дворянской спесью, отчего на выходе получилась не самая приятная родня. Отец с матерью ухватились за увлечение дочери и стали давить на Настю. В результате вышло так, как вышло.

Сыграли свадьбу, и родители Семена отправили молодых в Благовещенск, где находилась так называемая «семейная фактория», то есть филиал компании «Подшиваловы. Торговля и перевозки», который наследник и возглавил. Здесь у них был большой дом на Иркутской улице: двухэтажный особняк с двумя летними флигелями, личный парк с дорожками и гараж на несколько автомобилей.

Но очень быстро выяснилось, что Семен чрезмерно любвеобилен. Он хотел жить по старинному кону и привести в дом еще несколько жен, чему Настя яростно противилась. Девушка не признавала подобных отношений, о чем прямо говорила Ольге, но почему-то хотела, чтобы сестренка вошла в дом Никиты Назарова, где уже были две жены. Может, дело было в разных характерах мужчин и их взглядах на жизнь?

Семен удивлялся сопротивлению жены, а потом начал злиться, почему Настя не беременеет, что еще больше добавило аргументов в пользу многоженства. Хотя кто мешал ему развестись и найти более покладистую? Он же не знал, что Настя попросила Олю воздействовать на ее детородную функцию магией. И с тех пор жила спокойно, не опасаясь последствий супружеской жизни. Блок справлялся не хуже контрацептивов. Забавно, что Семен одно время тайно рыскал в ее вещах в поисках таблеток. Недаром подозревал подвох.

Раздался щелчок двери — и соседнее кресло стремительно сел тот самый мужчина из кафе. Настя от неожиданности уронила тюбик на пол и вскрикнула. Она даже забыла, что можно использовать легкую и неопасную магоформу, чтобы парализовать незнакомца, и со страхом вжалась в кресло.

— Успокойтесь, Анастасия, — голос мужчины был резким, но не грубым. Он продолжал сидеть спокойно, сняв с головы шляпу и пригладив короткий ежик жестких темных волос. — Я не причиню вам никакого вреда. Абсолютно. Не знаю, кого вы так опасаетесь, но я не тот, кого вам совершенно не хочется видеть.

— Кто? Вы? Такой? — выдохнув страх из груди, спросила Настя. — Вас послал мой муж?

— О, так вы уже замужем? — странным образом оживился мужчина. — Поздравляю!

— Не за что поздравлять, — сухо обронила Настя, успокаиваясь окончательно. Кто бы ни был этот человек, за ним не стоят Подшиваловы. — Я, кажется, задала вопрос.

— Да-да, извиняюсь за бестактность. Полозов Олег. Тайный поверенный в делах некоего Назарова Никиты Анатольевича. Вы, кажется, с ним знакомы по Албазину…

— Все! Достаточно! — Настя обхватила горящие щеки ледяными ладонями, приведшими ее в чувство. — Боже мой! Ну зачем вы так меня испугали? Я невесть что подумала… Неужели Никита попросил вас помочь в моей путаной жизни?

— К сожалению, пока нет. Я направлялся в Вологду к нему после долгой отлучки, но случайно застрял в Благовещенске из-за непогоды. И совершенно случайно встретил вас в кафе «Шарман».

— Так откуда вы меня знаете? — подозрение снова захлестнуло Настю.

— Я часто видел вас в Албазине, когда прикрывал Никиту от… нежелательных знакомств. У вас есть сестра, вы проживали у своего дядюшки Кондратия Ивановича, ведь так?

— Случайная встреча, — медленно проговорила Настя, и наклонившись, подняла тюбик, который тут же полетел в сумочку. — Кто бы еще поверил в такую иронию судьбы. Ну надо же!

— Я поверил, когда вспомнил, где видел такую прелестную молодую женщину. У вас очень характерный разрез глаз. Такое лицо трудно забыть даже спустя десять лет.

— Вы льстец, господин Полозов, — легкая улыбка скользнула по губам Насти. — Но я бы попросила вас покинуть машину. Вы дискредитируете меня. Муж очень ревнив, устроил за мной слежку. Если узнает, появятся очень большие проблемы у нас обоих.

— В таком случае я могу помочь, — неожиданно для самого себя ответил Олег. — Давайте, поговорю с вашим мужем, поставлю его на место. Впрочем, есть другие методы воздействия.

Настя медленно повернула голову и пристально, без боязни, взглянула в серые глаза мужчины, в которых она заметила сочувствие. А еще в них был интерес и заинтересованность.

— А можете убить? — выпалила она.

— Могу, — бесстрастно ответил Полозов. — Только зачем? Я-то спокойно выполню грязную работу, а вот мучиться всю жизнь будете вы. Проще подловить на обычных человеческих страстях.

— Да, глупость какую сморозила, — пробормотала Настя и вдруг порывисто, сама не ожидая, схватила за руку потайника. — Помогите мне, пожалуйста! Когда встретитесь с Никитой, передайте ему мою просьбу! Пусть найдет возможность разорвать брак! Я же по христианскому обычаю пошла под венец! Значит, до смерти теперь видеть опостылевшего мне человека?

— Анастасия… Как вас по батюшке?

— Викторовна.

— Анастасия Викторовна, чтобы разорвать брачные отношения, нужны очень серьезные аргументы. Уличить в измене, спровоцировать на дуэль, где ваш муж будет убит… Или есть иной вариант, подходящий для вас?

— Вы дворянин, господин Полозов?

— Увы, нет.

— А Подшиваловы дворяне, и поэтому вы Семена на дуэль никак не вызовете, — вздохнула Настя.

— Поэтому я предлагаю свою помощь, — улыбнулся Олег. — Безвозмездно. Буду следить за господином Подшиваловым, собирать на него компромат. Месяца два мне хватит. С собранным материалом я уеду в Вологду на некоторое время. С Никитой решим вашу проблему.

— Спасибо! — глаза Насти вспыхнули от радости. — Но я бы не хотела быть неблагодарной. Деньги у меня есть. Если они вам понадобятся, обращайтесь.

— Посмотрим, — увернулся Полозов. — Теперь о главном. Как мы будем контактировать? Если за вами устроили слежку, о наших встречах станет известно мужу. Поэтому настоятельно советую меня не искать. Сам найду.

— Как сейчас? — улыбнулась Настя.

— Как сейчас — это просто случайность, — потайник надел шляпу. — В дальнейшем все действия будут исходить от меня. Живите спокойно, не давайте лишних поводов для подозрений. И ведите себя естественно, как и всегда. Это очень важно. Даже изменившаяся походка навлечет еще больше подозрений мужа. Вы поняли?

— Более чем.

— Теперь мне нужна фотография господина Подшивалова, его семьи, все рабочие и дружеские связи — ну, что знаете вы, по мере возможности. Пришлете одним письмом на этот номер телефона.

Олег вытащил из кармана пиджака блокнот, записал свой номер и отдал Насте.

— Когда передадите информацию — уничтожьте записку и удалите номер из памяти телефона, как и досье. Сделайте это обязательно.

— Я поняла, — закусив губу, молодая женщина забрала записку и положила ее в сумочку.

— Муж не интересуется ее содержимым? — на всякий случай спросил Олег.

— Надеюсь, что нет, — щеки Насти вспыхнули. — До сих пор ничего подозрительного не замечала. Не переживайте. Я сегодня же составлю досье и перекину вам.

— Тогда всего доброго, Анастасия Викторовна! — Полозов ободряюще улыбнулся и вылез из машины. Приподнял шляпу, прощаясь, когда «рено-соболь» тронулся с места, и еще долго смотрел вслед зеленой юркой машинке, выглядевшей ярким пятном на фоне промозглого осеннего дня.

Он с трудом убрал улыбку с лица, ощущая себя довольно необычно. Октябрьская непогода вдруг перестала давить своей мрачностью, а неожиданное опоздание на самолет уже выглядело как счастливый поворот в судьбе. Маленький червячок сомнения еще копошился внутри и попискивал, чтобы потайник не вмешивался в чужую жизнь, но Олег безжалостно задавил его. Встреча с Никитой подождет — он сейчас не беззащитный мальчишка, каким его впервые узнал Полозов, и справится с любой опасностью.

Олег впервые решил изменить своему принципу: не испытывать симпатий к клиентам. Есть контракт и его исполнение. Завершенное дело оплачивается, дальнейшие взаимоотношения исключаются. Здесь же он сам предложил свою помощь. Пытаясь как-то сформулировать свое решение, Полозов постоянно возвращался к простой мысли: помогая Насте, он помогает и Никите. И боялся признаться в одном, что эта молодая женщина ему понравилась.