– Просто ужасно, – сказала Лиз. – Она прямо вырубилась! Я даже подумала, что у нее сердечный приступ. Поворот уже близко.

Стоял очередной прекрасный сентябрьский денек, солнечный, хотя ранним утром воздух уже был колючий, паутина в кустах украсилась бриллиантами росы, появились первые признаки изморози.

– Точно? – Тельма могла бы добавить «на этот раз». Они дважды повернули не туда, а поворачивать приходилось в три приема по узким дорожкам. Она до сих пор не была полностью убеждена в необходимости этой поездки. Заметив брошенный заказ Банти, Лиз безуспешно попыталась дозвониться до нее. После каждой попытки она отправляла Тельме полное тревог сообщение. В конце концов им показалось, что проще всего будет поехать к ней, доставить заказ и наконец-то успокоить душу Лиз.

– Да, – неуверенно протянула Лиз. Голос у нее звенел тревогой. И неуверенность, и тревога мало способствовали успешному поиску дома Банти.

– Тифф голодает? – Тельма вела свой асфальтный «Форд» по узкой дороге. – Почему, интересно?

– На диете сидела. Но Марго мне сказала, что ее муж ходит на сторону. Оттуда и желание похудеть. Глупышка!

– Странно, – нахмурилась Тельма, – даже люди на диетах настолько себя не мучают.

– Думаешь, мы чего-то еще не знаем? – Лиз повернулась к подруге.

Та не сразу ответила, по встречке ехал трактор, и, чтобы прижаться к краю дороги и пропустить его, Тельме нужно было все ее внимание.

– Вполне возможно, – ей пришлось повысить голос, чтобы перекричать какофонию сеющей за собой пыль и солому машины. – А что, если Тифф тоже получила письмо? Что-нибудь про мужа?

Лиз округлила глаза. Она, очевидно, о таком даже не задумывалась.

– Еще одно письмо? – спросила она.

– Со слов Марго создается впечатление, что их было несколько. – Тельма надавила на газ.

Лиз нахмурилась.

– Может, мы накручиваем, а может, и не докручиваем, – сказала она. С тех пор как Тельма приехала за ней, эту фразу Лиз повторила уже раз пять. Тельма легко узнавала в подруге признаки беспокойства. И вряд ли оно было связано с узкой дорогой или с состоянием Банти Картер.

Тельма тихо вздохнула. У нее не было на эти проблемы ни времени, ни сил. Кто бы ни слал учителям мерзкие письма – если их вообще кто-то рассылает, – Кейли Бриттен была в курсе и явно разберется с этим успешнее, чем они. Тельма почувствовала резкий укол совести – зря не рассказала Кейли про второе письмо. Но у нее и самой проблем хватало. Завалы папок и записей Тедди, как и требовалось доказать, свелись к одному листу А4, и тут же «боги маркетинга» назначили ему какую-то «предварительную» летучку, одному Господу ведомо, что это такое. Когда Тедди утром ходил туда-обратно по саду с кофе в руках, она следила за ним не отрываясь, жалея, что ничем не может помочь, только постучать в окно и велеть надеть свитер.

Громко и резко заиграла музыка (Лиз сразу узнала саундтрек из «Титаника», под который корабль тонул) и напугала их.

– Н-да, вот бы Джейкоб перестал менять мне рингтоны, – извиняющимся тоном сказала Лиз и опустила глаза на экран. Номер не определился. Тогда трубку она брать не будет! С тех пор как в прошлом году мошенник, притворившийся банковским работником, развел их с коллегой Топси на настолько круглую сумму, что слезы наворачиваются, она завела правило не брать неизвестные номера.

Лиз сунула телефон обратно в сумку и хмуро уставилась в окно, не замечая будничной красоты золотого поля, усыпанного огромными злаковыми рулетиками сухой соломы. Кейли, Бекки и Тифф тоже?

Я знаю, что ты там… Скажи ему, что я занята!.. Попроси его уйти… – все это было так давно.

Лиз постаралась взять себя в руки, как и каждый раз, когда эти мысли проскальзывали в ее раздумья.

– Да, мы, наверное, накручиваем. Или не докручиваем, – пробубнила она.

«Шесть раз», – подумала Тельма. А вслух сказала:

– Ты заметила температуру в школе?

– Да, духота.

– Я подумала, разовая ли это проблема, – удивилась Тельма. – Батареи вовсю работают.

– Это мне объяснили, кстати, – сказала Лиз. – Джен рассказала, что у них там какой-то новый экологичный котел.

– Экологичный?

– Работает на древесных гранулах. На биовесе?

– Биомассе.

– Точно!

– Ну, он отлично справляется с работой. Жара почти невыносимая.

Лиз начинала терять терпение – зачем они настолько соскочили с темы?

– Я не могу перестать думать о Банти. – Она намеренно вернула разговор в нужное русло, напоминая Тельме, зачем они вообще куда-то едут.

Та бросила на нее беглый взгляд.

– Ты же понимаешь, что, если у Банти один из ее «эпизодов»… Она будет сильно не рада, что мы приехали.

Они обе замолчали на мгновение, вспоминая эти самые «эпизоды» из прошлого, которые начались после смерти сына Банти и болезненного разрыва с мужем. Ее поведение на Дне спорта. И все равно каждый раз, благодаря терпению Фэй, Банти возвращалась в строй. Но Фэй ей больше не поможет…

Дорога совсем начала мельчать, ей было совершенно все равно, можно ее все еще считать трассой или уже нет. Вдруг справа появилось маленькое кирпичное строение, будто тонущее посреди поля. Позади можно было рассмотреть провода над рельсами железнодорожного пути, который тянется вдоль восточного побережья.

– Приехали, – сказала довольная Лиз. Пока они вылезали из машины, где-то позади стрелой промчался шумный поезд, поднимая волну воздуха. – Я бы так не смогла. Жить в таком уединении, совершенно одна.

Люди, которые плохо знали Банти, никогда бы не поняли, почему после развода она переехала именно сюда. «Люблю тишину и покой», – тогда объясняла она. Близкие примерно знали, что скрывается за этой фразой, но каждый все равно понимал, что тишину и покой можно найти и не прячась за городом, на самом конце трассы, прямо у железной дороги.

Ворота во двор были сломаны, стояли рядом с забором в стороне. Лиз окинула двор скептичным взглядом заядлого разбойника.

– Говорить будешь ты, – сказала она.

Тельма, которая на другое и не рассчитывала, подошла к деревянной панельной двери со стеклянными окошками и решительно постучала.

Лиз сделала шаг назад.

– Держись на расстоянии, – сказала она. – Может, у нее и правда вирус. На этих выходных мы собираемся с огородниками, мне еще пудинги готовить, не могу заболеть.

Никто им не ответил.

– Спит, может, – с сомнением сказала Лиз. Она осторожно заглянула в окно. Тельма делала другие выводы. Иногда, еще даже не постучав, понимаешь, что тебе не откроют. Банти Картер точно не спешит к двери.

Тельма еще раз постучала.

– Может, ушла? – продолжила Лиз. – В аптеку, например.

Тельма приложила ладонь ко лбу, как козырек, и прижалась к стеклянному окну в двери.

– На полу валяется почта, – сказала она. – Явно копится пару дней.

– Уехала, видимо.

– В разгар четверти?

Они обошли дом, заглядывая во все окна, у каждой в голове проигрывался худший вариант развития событий. То немногое, что они успели рассмотреть, – последний номер газеты с телевизионной программой, открытая книжка на подлокотнике кресла – не подтверждало версию запланированного отъезда. В одной из комнат у двери стояли шоперы, на каждом нарисована кричащая радуга. Обе сумки будто готовились вот-вот уехать в магазин с благотворительными товарами. Тельма замерла, пытаясь рассмотреть, что было внутри.

– Может, она упала? – испуганно спросила Лиз.

– Где? – парировала Тельма. Она все еще заглядывала в окно, отгораживаясь от солнца ладонью. – Мы же каждую комнату просмотрели.

– Может, она там, – сказала Лиз. – С мамой Джойс такое случилось. Прямо на дверь упала. Пришлось пожарников вызывать.

– Я заглядывала, – резко ответила Тельма. Она, чуть не падая, стояла на шаткой, ржавой, забытой лейке. – И знаешь что… – Тельма сделала паузу. – Я не вижу бутылок в переработке.

Лиз нахмурилась:

– Уверена?

Тельма кивнула, и они молча посмотрели друг другу в глаза. В убаюкивающих лучах золотого солнца, посреди волнующегося ячменного моря, так сложно было представить, что здесь могло произойти что-то плохое…

Но Банти Картер дома не было. И как минимум несколько дней.

– Как думаешь, стоит звонить в полицию? – спросила Лиз.

– Давай сначала позвоним ее дочке, – предложила Тельма.

– А у тебя есть ее номер? – Лих уже заметно тревожилась. – У меня нет.

– Ку-ку! – Услышав чей-то бодренький голос, они резко схватились за руки. – Я вас напугала? Извиняюсь! Я припарковалась за поворотом. С полуприводом на таких узеньких дорогах не вариант.

К дому шла круглая женщина с седым горшком волос на голове.

– Банти? – Она заметила Лиз и Тельму. – Не Банти. Вот же!

– Кажется, ее нет дома, – сказала Лиз. – Мы тоже ее ищем.

– Чего и стоило ожидать, – бросила женщина. – Она мне не ответила, хотя обычно никогда не игнорирует. Она не из крысок, которых я из вежливости не назову по имени.

Они молча пялились на незнакомку. Она засмеялась.

– Я по поводу eBay! – сказала женщина. – Дай бог ему здоровья, да? Чаще всего я покупаю у Большой Ма. Сегодня вот надеялась выкупить у нее восковые мелки. Я на этих выходных устраиваю детям и их друзьям чаепитие с брауни, но погода-то какая, да? Столько солнца, на выходных по-любому начнутся дожди. Закон подлости! Так что мне нужен план Б! – Она вздохнула и посмотрела на дом. – Это так на нее не похоже. Она же такая надежная. Я приехала из Эйндерби, не далеко, но и не близко, пока сядешь в машину, пока доедешь! Что ж! Придется ехать в «Канцтовары Паунд». Правда, их мелки ломаются, стоит косо на них посмотреть. – Женщина как ни в чем не бывало пожала плечами, развернулась и пошла прочь.

Тельма и Лиз посмотрели друг на друга. Тихие тревожные звоночки уже стучали колоколами.

Где Банти Картер? Телефон Лиз издал громкий «пип», будто придавая их испугу настоящую звуковую форму.

– Сообщение, – сказала Лиз. Она вспомнила, что недавно проигнорировала звонок. – Наверное, наш Джейкоб шалит.

Это был не Джейкоб.

– Сообщение для Лиз Ньюсом. – У тихого голоса было носовое звучание. – Это Кэндис Бертон-Картер. Дочка Банти Картер. – Лиз тут же включила динамик и поманила Тельму к себе. – Со слов мамы я поняла, что вы пытались с ней связаться. Она со мной. Спину потянула. Работала в саду, и как стрельнуло в лопатки и плечо – с тех пор она чуть ли не в агонии, почти не может двигаться. – Что-то в голосе было не так, какое-то странное напряжение. Они обе его услышали, но не могли объяснить. – Мы уже отправили заявление на больничный в школу. Она свяжется с вами, как будет лучше себя чувствовать.

Аудио закончилось. Они переглянулись.

– Я думала, тебе говорили что-то про вирус, – сказала Лиз.

Тельма кивнула:

– Со слов Кейли Бриттен.

– И знаешь, что еще? Кэндис говорит, что Банти работала в саду, – Лиз кивнула в сторону клумб во дворе, где высились розовые и желтые дикоросы. – К этому саду месяцами не притрагивались.

С шумом и перестукиванием мимо пронесся еще один поезд.