И в самом-то деле, как посмотришь, любить-то больше некого. Остальные не то чтобы хуже него, а просто отвратительны! Не по виду, а по личному её восприятию. Даже пахнут как-то не так. Запахи вообще играли в её жизни огромную роль. Обоняла и чуяла на огромном, порой, расстоянии. Могла в толпе пойти на знакомый, едва уловимый запах и встретить подругу, которую не видела уже несколько лет. А ведь это просто бабушкины духи «Ландыш Серебристый» стояли на тумбочке у кровати. А у подруги ландыши были в руках. Казалось бы, никакой связи – разные ноты. Но ведь что-то было общее, какая-то, как говорится, химия. Вот и с мужем так же. Чистая химия: тяга к нему непреодолимая. И отвращение к другим мужчинам. Она от них нос воротила, в прямом и переносном смысле! Временная потеря обоняния при весеннем ковиде первой волны испугать её не успела. Заметила, что чеснок не пахнет, подумала, что генетики и тут постарались, вывели сорт без запаха, чтобы люди не дышали друг на друга чесночным духом. А потом и на мужа вдруг посмотрела словно бы протрезвевшим взглядом, без влияния пьянящих флюидов и лёгкого дуновения феромонов, исходящих от его кожи. Скучный оказался мужичок, ничем особым не интересный и не особенно привлекательный. Когда обоняние всё же вернулось, то и запах его показался ей чужим и посторонним. Распад семьи в эпоху ковидного морока никого бы не удивил. Но тут всё оказалось не так-то просто. Теперь каждое утро она с жадностью втягивала в себя запах подмышек, с радостью убеждаясь в том, что обоняние не пропало. И однажды, выйдя на улицу, она почувствовала, что её «повело». Мимо пробежал молодой парень, и за ним потянулся мощный и густой запах спортивного пота. И она, забыв про годы, вдруг потрусила за ним, да ещё на приличной скорости. Запах довёл её до ближайшей лавочки. Скорую вызвали прохожие. И когда её вкатывали в машину на носилках, мимо опять пробежал тот же парень, оставив за собой шлейф манящего молодого тела. Сейчас он бежал лицом к ней, и она вдруг узнала в нём младшего брата своего наскучившего мужа и испугалась.

С детства она помнила фразу из записной книжки Чехова: «Он умер оттого, что боялся холеры!» И сейчас она сама едва не умерла оттого, что испугалась новой любви. Наверняка безответной.