Покупатель картины жил в Монако. И назначил встречу в казино "Рояль", не сомневаясь, что Богдан приедет из Праги вовремя. А как и на чем, уже не важно. Главное, зачем. И Богдан с Марой успели. Картину они оставили в банковской ячейке, и покупатель Леонид Куперман не выказал явного недовольства. Удержался. Но просил ничего не говорить его жене. И он кивнул в сторону ресторанного столика, над которым царственно возвышалась крупная, яркая женщина с копной огненных волос. Было очевидно, что он боится свою жену. Или, что точнее, боится её потерять. Одного взгляда на неё было достаточно, чтобы определить степень её власти над ним. Обожание и благоговение были словно впечатаны в его вальяжный и холеный облик.

Богдан давно заметил влияние женского имени на судьбу мужчины, избравшего спутницу жизни. Люся – имя роковое, для многих ослепленных любовью старых распутников и бонвиванов. Стоило такому казанове споткнуться однажды о волоокий взгляд какой-нибудь рыжеволосой Люси – и он уже однолюб. Застолье затянулось заполночь. Леонид щедро тратился. Оказалось, что он удачливый игрок. Но это, захмелев похвастался Леонид, если рядом с ним Люся. Стоит ей не пойти с ним – и всё, деньги плакали.

О картине словно забыли. Но утром, уже без Люси, сделка состоялась. Мара, честно говоря, неохотно расставалась с портретом юной девицы кисти раннего Репина. Это был один из эскизов к картине "Читающая девушка". И передавая картину новому владельцу, она вдруг заметила поразительное сходство своей юной прабабки со вчерашней Люсей! Воздушная волна золотых с красным отливом волос, глаза с поволокой, властный и влекущий полувзгляд. Может, они родня с этой Люсей, а Мара этого и не знала? Нужно будет проверить. И она впервые пожалела, что приходится продавать фамильные ценности, чтобы расплатиться с долгами, в которые влез её богоданный Богдан. "В данном случае имя никак не повлияло на судьбу, – подумалось Маре. – Одни убытки". Видимо, и впрямь делать рисковые ставки в отсутствие магического талисмана вроде такой вот Люси, хоть у Леонида спросите, напрасная затея…

"А нельзя ли нам будет хоть иногда брать этот портрет в аренду? Мы заплатим с выигрыша," – почти неслышным голосом спросила Мара, пока Богдан, потея от волнения, пересчитывал миллионную наличку.

И Леонид странно посмотрел на неё. И кивнул, очевидно, из жалости соглашаясь…