Вопреки ожиданиям их друзей-некромантов гонять менталистов на полигоне по одному ир Вильос не стал, остановился на парных прохождениях со сменой партнера. У них были те, кто с простым или даже средненьким по сложности полигоном мог справиться и в одиночку, но магистр слишком хорошо представлял, к чему может привести внушенная успешным прохождением ложная уверенность в своих силах. Вести же их для развенчания той на практику в Астаресу, как это делали с прикладниками, — уже явный перебор. Они всё же менталисты, даже в условиях столкновения с нежитью их основная задача — обеспечение связи между некромантами, а боевая некромантия нужна им, чтобы уметь за себя постоять, отбиться, если боевые некроманты отвлеклись на какую-то сложную нежить или если что-то пошло не так. Потому ограничился полигонами чуть посложнее и парной работой.

— Думаю, на следующий год устроим им совместные практики с боевыми некромантами, чтобы учились работать с ними в команде, — сообщил некромант ир Ледэ, когда разговор зашёл об основах боевой некромантии и зачёте по ним. — Так и те, и другие поймут преимущества и недостатки такого сотрудничества.

— И мы тоже их поймём, — кивнул менталист.

— И мы тоже, — согласился ир Вильос. — Сейчас я бы сказал, что как минимум у Питера, Минара и Лерда с Раяном задатки для работы с боевыми некромантами точно в наличии, Ирвин, Ильда, Кассандра и Кларисса тоже могли бы, но это им самим не интересно.

— Так и есть. Питер на это и настраивается, остальные трое тянуться за ним. Что до Ирвина… он — скорее боевой менталист, чем менталист в команде боевых некромантов. Но это, конечно, моё мнение. Посмотрим, что скажет боевик.

— Ты его нашёл?

Ир Ледэ кивнул:

— На днях с ним встречался. Десять лет на границе с Лесами, любит свою работу, для наших самое то.

— Тогда почему он вдруг решил сменить любимую работу на что-то другое?

— Семья, — коротко объяснил Малькольм. Взгляд некроманта оставался требовательным: — Жена беременна вторым, поневоле задумаешься о том, чтобы меньше рисковать головой и найти стабильный заработок поспокойнее. Тем более старший сын скоро должен идти в школу, а в фортах, сам понимаешь, возможности для хорошего образования… своеобразные. Боевых там натаскивают, некромантов тоже, а вот остальные специальности явно мимо, мальчишка же творческий, ему бы, по словам отца, в иллюзионисты.

— Понимаю, — вздохнул ир Вильос. Да, своих детей у него пока не было, но своё детство пусть не в форте, но в приграничной области и сложности с этим связанные Чарльз помнил, да и знакомых с детьми, в том числе среди боевых некромантов у него хватало. У кого-то семьи оставались на заставах, у кого-то возвращались в столицу как раз из-за детских садов, школ, возможностей карьерного роста жен. Сами боевые некроманты тоже нередко в итоге после очередного ранения или истощения уходили в городские некроманты, приходили в академии или как минимум переводились в непосредственное подчиненение архимага ир Юрна. — А что с судебным менталистом?

Ир Ледэ помрачнел. С судебным было сложнее.

— У меня есть несколько вариантов.

— И надо проводить собеседование? — понял проректор

Декан кивнул и зачем-то уточнил:

— Судебные менталисты… специфичны. Оглянуться не успеешь, как не ты проводишь собеседование, а они тебя опрашивают. В общем я пока отложил это на после окончания учебного года.

— Правильно. Что хоть за кандидаты?

— Двое из практикующих в управлениях стражи, один из тюремных, один из Королевского суда и один из службы безопасности Совета. Правда, с последним я не уверен, что это не проверка. Да и с дознавателем Королевского суда может статься тоже она же.

— Откуда столько?

Малькольм вздохнул:

— Это из серии «благими намерениями…» и «хочешь сделать хорошо, делай сам». Я попросил Дерека поспрашивать по знакомым, он и поспрашивал. Мы оба не учли специфики судебников. — Видя, что приятель не понимает, пояснил: — Судебные менталисты, как правило, любопытны, пытливы, любят складывать мозаику событий и во всём разбираться. А за последние пару лет да с победами на Кубке слухов вокруг МАН хватает, вот и результат. Я ничуть не удивлюсь, если они просто хотят посмотреть на МАН и нас, чтобы разобраться, сколько в слухах правды.

— То есть для них это вроде как развлечение?

— Вроде того. Только с такими вот их развлечениями стоит заранее озаботиться очень хорошими ментальными щитами. И то не факт, что поможет. Так что попроси ир Варис, она, как посмотрю, поставила тебе очень даже неплохой вариант, может, придумает, как усилить. Ты только сразу ей скажи, что собираешься общаться с судебными менталистами.

Проректор на автомате кивнул, а потом уже осмыслил сказанное и нахмурился:

— Погоди-погоди, а кто сказал, что собеседовать их буду я? Ты же их на свой факультет принимаешь.

— Я один для них не буду достаточно убедителен.

— У меня практика у первого курса, — общаться с судебными менталистами проректору не хотелось: учитывая их количество, времени это грозило поглотить море.

— Значит, после практики. И с ир Варис насчёт щитов поговори.

Окрестности МАЦиВ

С окончанием семестра с сопутствующими ему проблемами и у него, и у магистра Пелии дел хватало, так что на новую поездку к целителям Дирк сумел договориться только непосредственно на зачётной неделе, когда у целителей по идее уже и вовсе должна была полным ходом идти сессия.

— Она и идёт, — кивнула магистр ир Мерте. — У меня все кроме троечников, каждый семестр что-нибудь да пересдающих, отстрелялись.

— Везёт, у меня на следующей неделе экзамен, — Дирк поёжился. После зимнего опыта было страшновато. Оставалось надеяться, что второй раз Кларисса так подставляться сама и подставлять его не будет.

Целительница посмотрела удивленно, пришлось, не вдаваясь в подробности, поделиться опасениями.

— У менталистов бывает, — кивнула она, выслушав.

Только после этого до юноши дошло, что в МАЦиВ менталистов тоже набирали, хотя и со строго лекарской специализацией. Зато остаток пути до выбранного магистром тихого участка территории они проделали во взаимно интересном обсуждении проблем, связанных с наличием в академии недоученных ментальных магов.

— Думаю, вот здесь вам будет удобнее всего, — женщина жестом обвела полянку с уже поднявшейся по колено травой, тут и там расцвеченной яркими красками цветов.

— Здесь что-то было? — ландшафт выглядел не слишком-то диким и естественным, так что стоило во избежание неожиданностей узнать детали.

— Какие-то хозяйственные постройки. Даже когда я училась, они уже разваливались, так что очередной ректор приказал разобрать.

Это должно было подойти, так что, поблагодарив её, Дирк снял рюкзак и принялся скручивать прибор для измерения фона. До заката он планировал проверить его здесь и в ближайших окрестностях по стандартной схеме и, если тот будет достаточно подходящим, расчертить рисунки, чтобы в темноте их только напитывать.

Целительница уходить не спешила, наоборот, вытащила из сумки покрывало и, бросив его на землю, устроилась прямо на нём с альбомом и красками.

— Акварель? — мельком глянув на неё, предположил некромант.

— Она самая. Откуда такие познания?

— Мама увлекается. Правда, больше натюрмортами, не пейзажами. Природы ей, по её словам, хватает по работе. — Предупреждая вопросы, пояснил: — Они с отцом — городские некроманты.

— Мне казалось это больше работа в морге?

— Не только. Ещё и проверка кладбища, а если поблизости есть аномалия, то и её. Потом в деревнях же нет некромантов, а люди умирают тоже, так что и туда нередко выезжать приходится.

— Всё почти как у целителей.

— Практически. Они и ездят иногда с целителем. Но это больше отец, мама — не любитель разъездов, ей больше по душе сидеть в городе и проводить обряды. Так что если отец может, едет он. А вот если у него нога там болит или спина, то уже мама пусть и ворчит, но едет.

— Понимаю вашу матушку, — улыбнулась ир Мерте. — Мне тоже иногда хочется просто сидеть городской целительницей в каком-нибудь небольшом городке и лечить обратившихся. Но студентов тоже должен кто-то учить и за ними присматривать. Да и преподавание я люблю не меньше чем целительскую практику.

Теперь уже Дирк понимающе кивнул. При всех минусах работы со студентами были в этом и свои плюсы, забавности и интересности.

Разговаривая, и о работе он не забывал, уже почти доскручивав измеритель фона. Правда, почему-то в сумке обнаружилась лишняя деталь… Или не такая и лишняя?..

— Что-то не так? — уточнила заметившая его колебания магистр.

— Похоже, кто-то положил в чехол лишнюю деталь. Видимо, перепутали чехлы, когда разбирали. Хотя как так вышло я не понимаю: обычно с собой берут один, а не два.

— Может, студенты?

Сначала Дирк покачал головой:

— Вряд ли, им обычно разборные измерители не дают. — Потом задумался. — Разве что на практику брали?.. Там тот ещё бардак был со сборами и дележкой оборудования…

— Слышала. Скачок фона, верно?

Дирк невозмутимо кивнул. Официальная версия была именно такой. Большинство присутствовавших на конференции некромантов, конечно, знали про личей, но, во-первых, большинство — это всё же не все, а, во-вторых, одно дело некроманты, другое — целительница. Тема личей в принципе была не из тех, которые можно спокойно обсуждать с представителями других специальностей.

— Довольно странно, что не стали переносить куда-то в другое место конференцию. Хотя, конечно, времени оставалось немного…

Некромант заверил, что да, дело было в этом и организационных сложностях, к тому же некроманты-участники конференции вполне способны за себя постоять, даже если вся нежить МАН встанет, а, учитывая присутствие сразу шести архимагов некромантии, и не только постоять за себя, но и в рекордные сроки навести порядок.

Целительница покивала, но не похоже, что полностью поверила.

— Кстати, у вас впечатляющая защита, говорят, было видно даже из Башни архимагов.

— Как я слышал, работа одного теоретика, не успевшего из-за войны написать статью о ней, — вымученно отозвался теоретик. Что-то такое упоминали то ли ир Вильос, то ли Ронда.

Скорее всего, ир Мерте знала больше, чем говорила: передала же она для ир Вильоса правила оформления? А значит как-то этот интерес или проректор, или архимаг целительства объяснили. Но Дирк не был уверен, что сказали даже про Джул, тем более действительно рассказали остальное, а не отделались общими словами, а становится тем, кто выдал тайну, не хотел.

Чтобы как-то завершить ставший неудобным разговор, подхватил прибор и отошёл на другой конец поляны. Тянуть с проверкой фона не стоило, иначе даже с поздними летними закатами до темноты он все контуры, которые требуется проверить, не начертит.

С этой точкой управился быстро, сказывался опыт.

— Я пройдусь по окрестностям, померяю фон ещё в четырех местах, по сторонам света, конвертом. Это минимальный вариант для проверки фона. — Под её взглядом смутился: — Простите, уже привычка. Не подумал, что вы это знаете.

— Я буду здесь, — не стала никак комментировать явно излишние для неё объяснения целительница.

Расстояние от центральной точки он решил взять для наглядности такое же, как брал на полигоне, где ставил опыты с контурами. Да, придётся прогуляться, но зато меньше вопросов от формалистов, способных к подобному привязаться.

Уже через десять минут, когда через заросли малины он продрался к первой точке, стало понятно, что это, кажется, он зря и надо было не страдать ерундой, а брать минималку в пятнадцать метров. Отделался бы как-нибудь от зануд. Когда через полчаса добрался до второй намеченной (ориентировался он по пространственным координатам), продравшись обратно через те же заросли, перебравшись через ручеек, текущий в овражке, и кое-как штурмовав оказавшийся почти отвесным склон, уверился в этой мысли. Но отыгрывать назад и перемерять было лень, так что со второй точки Дирк направился к третьей.

Снова овражек, спуск по идиотскому склону, подъём по более пологому противоположному, прогулка по изрядно заросшему молодыми ёлками лесочку… Снятые в очередной раз координаты, в целом показывающие, что он примерно на месте, замер фона. И прогулка по тому же лесочку к четвёртой, последней точке. Чтобы уже около неё наткнуться на надгробие со статуей, видимо, изображающей похороненного.

Дирк выругался. Вот только захоронений ему на фоновом участке и не хватало!

Немного успокаивало, что надгробие было одно, но некромант слишком хорошо знал, как это бывает: надгробия могли и не сохраниться, если захоронения старые. Пришлось перепроверять, есть ли другие, обходить участок, искать, где замерить фон, чтобы точно не было местных искажений из-за близости захоронения… Да, магом похороненный, судя по приставке не был, но это не исключало того, что у него могли быть артефакты, или просто обучаться магии он не стал, а слабый дар имелся. Это всё тоже пришлось проверять схемами.

К ир Мерте на поляну Дирк вернулся, когда она уже забеспокоилась, а солнце клонилось к закату.

— Ну наконец-то! Я уже думала идти вас искать!

— Возникли кое-какие сложности. Местность у вас тут довольно дикая, а рельеф непростой… Не знаете, кто такой Жармо ри Саверси?

— Лекарь, один из основателей МАЦиВ и идейных вдохновителей создания специальности для тех, кто хочет лечить без магии и сам её либо не имеет вовсе, либо имеет, но совсем слабый дар, — сразу же ответила целительница. — А что?

— Там его могила!

Это новостью для магистра не стало.

— Ну да, мы за провинности, бывает, отсылаем студентов её прибрать. Но тут до неё ещё довольно далеко…

— Метров сто пятьдесят, — кивнул Дирк. — Как раз расстояние, которое я заложил под контрольные точки.

— Я не думала, что вы заложите их так далеко от центральной! Минимальное расстояние — пятнадцать метров, смысл превышать его в десяток раз⁈

— Согласен. Стоило взять метров пятьдесят и на том успокоиться, — вздохнул Дирк. — Но не перемерять же, тем более что если взять сотку, одна окажется в овраге, одна в пресловутом малиннике, третья в ёлках…

— Значения у вас близкие?

— Более-менее, около могилы незначительно выбиваются, но этот ваш основатель — не маг и артефакты на нём вроде бы схемами не определяются, так что, скорее всего, фон поколебали ваши студенты при уборке.

— Но он не встанет? — опасливо уточнила наученная горьким опытом зам декана.

— Нет, конечно, там не аномальный фон. Так, отклонения от других точек на три-четыре единицы и от соседнего участка на пару… Да и ритуалы над телом явно проведены. Его, даже если специально поднимать, надо очень постараться, чтобы поднять, а вероятность спонтанного поднятия вообще стремится к нулю.

Не похоже, что это полностью её успокоило, все же ещё относительно свежи в памяти обоих были заверения Дирка про маловероятное поднятие в виде нежити обитателей морга и очень быстро полученное их наглядное опровержение.

— И ваши проверки для диссертации его тоже не поднимут?

Подозрительность ир Мерте была вполне понятной, но всё равно некроманта такое неверие в его благоразумие несколько раздражало. Он — теоретик, в конце концов, а не боевик, чтобы не предусмотреть таких вещей!

Ответил он тем не менее спокойно:

— Нет. Старые захоронения в спокойном по фону месте практически не подвержены воздействию некромантии. Даже если бы я начертил контуры прямо рядом с могилой, это бы скелет не подняло.

Поблизости от относительно свежей могилы, обитатель которой ещё не успел переродиться в новом теле, один из контуров, если верить найденной о нём информации, мог бы зацепить вызовом душу. Но, судя по срокам жизни, лекаря похоронили ещё до второй войны нечисти, так что тут такого риска не было. Да и далековато до могилы. Хотя Дирк всё же ненадолго задумался, не отказаться ли от проверки этого рисунка. Проблема была в том, что тот был одним из пяти основных проверяемых и если он его не проверит, надо будет искать другой фоновый участок.

В конце концов решил, что захоронение давнее, а расстояние достаточно большое, чтобы проблем не возникло, и занялся непосредственно рисунками, тем более что времени до темноты оставалось всего ничего, а контуры у него непростые, спешку такие не любят.

Дочерчивал Дирк уже при свете светлячков. Целительница, перебравшаяся на низко расположенную ветку дерева и утеплившаяся предусмотрительно взятой курткой, читала профильный журнал, поверх него поглядывая на некроманта и его художества. Было заметно, что она устала, но на предложение возвращаться домой ир Мерте только покачала головой.

Наконец последний рисунок был завершен и, предупредив спутницу, Дирк занялся собственно активацией и проверками основных показателей. При самом лучшем раскладе это грозило растянуться на пару-тройку часов, о чем он честно сказал сразу, но целительница осталась непоколебима, хотя он предлагал проводить её до более обжитой части территории.

Первый рисунок засиял зеленью. Замер расхода. Проверки, фиксация результатов в блокноте. Деактивация.

Второй рисунок. Снова расход, сила, проверки основных показателей, фиксация результатов… и предложение целительницы с этим помочь, чтобы ускорить процесс.

Третий рисунок. Всё стало выходить уже быстрее и привычнее, подзабытый, но имеющийся навык давал о себе знать, да и помощь с записями действительно ускорила дело, так что справился Дирк уже не за сорок минут, а за тридцать.

Четвёртый рисунок. Расход, показатели, всё вроде было, как и должно быть, но что-то было не так. И, вскинув голову, теоретик понял, что именно.

Башня архимагов. Несколько раньше

Кристиан уже направлялся к выходу из Башни архимагов, когда его перехватила идущая домой секретарь ир Юрна. Оказалось, начальник о нём не так давно спрашивал, но причин не упоминал. Рассудив, что проще узнать, в чём дело самому, чтобы не возвращаться с полдороги, спиритист направился обратно наверх. Благо в башне функционировали порталы не только в другие здания Совета, но и по этажам, не на все, но на самые востребованные точно. И уж точно имелся портал на этаж, где располагались кабинеты архимагов.

— Отлично, я уже хотел послать за тобой призрака, — обрадовался ир Юрн, когда подчиненный вошёл. — Сможешь ещё расспросить Мильво? Мне нужна хотя бы примерная внешность сообщника ир Шрота.

— Попробую. А что, есть какие-то подвижки?

Архимаг кивнул:

— Похоже, что этот Ксавьер Ринсто, на которого указал ваш Мильво, — это и есть наш магистр ир Ностри.

— Бывший проректор МАН? — удивился Кристиан. — Мне казалось, он умер? И уже давно, вскоре после той истории с махинациями с приёмом?

— Мы позволили всем так считать, на самом деле он уехал в Леонию, взял другое имя. Не Ксавьера Ринсто, не думай, я не настолько забывчив, чтобы не вспомнить. Но леонские безопасники по моей просьбе постарались найти этого Ринсто и неожиданно вышли на ир Ностри. С одной стороны, если это он, это действительно бы многое объяснило, с другой — всегда есть риск ошибки. А, если у него такой же, как у Дэниэла щит, интерес со стороны безопасников вполне может спровоцировать защиту. Да и спугнуть бы не хотелось.

— Я попробую расспросить Мильво, — кивнул Кристиан. — Могу прямо сейчас и при вас.

— Было бы неплохо.

Но дойти до подвала, где располагалось экранированное и подготовленное для работы спиритистов помещение, они не успели: по дороге были перехвачены посланцем из лазарета.

— Ваш сумасшедший! С ним что-то не так! — выпалила девушка-целительница в форме. Судя по юному виду, студентка или недавняя выпускница.

Некромантам не нужно было объяснять, о ком речь: сумасшедший у них был только один — Дэниэл ир Шрот.

В палату, выделенную экс-ректору, они влетели через пару минут. Над бесчувственным некромантом уже склонились две помощницы миледи ир Вэй и дежурный менталист.

— Он лепетал-лепетал, а потом замолчал и упал, — сообщила догнавшая их девушка. — Я сразу позвала старшую, но…

Но, похоже, попытки целителей что-то сделать результата не давали. Что, впрочем, вполне логично — все признаки того, что проблема скорее по некромантскому профилю, были налицо.

— Нолан! — Рядом возник дух некроманта: — Его душа на месте?

Все присутствующие уставились на спиритиста и его духа. Выражения лиц были самыми разными — от страха до любопытства.

— Нет, — подтвердил подозрения высший. — Но связь есть, это не уход из-за смерти тела.

— Значит, найди её! — приказал архимаг некромантии. — Она не могла уйти далеко!

— Найди, — повторил приказ спиритист. Посмотрел на начальство: — Чертить под призыв или под ловушку?

— Давай пока призыв, — вздохнул ир Юрн.

На случай, если у духа поймать ту не выйдет, нужен был способ, чтобы призвать душу обратно.

Окрестности МАЦиВ

Около рисунка висел призрак. И ладно бы он был похож на статую, это было бы хоть и неприятно, но хоть сколько-то ожидаемо. Но нет, внешность у него оказалась магистра Дэниэла ир Шрота.

— Привидение! — тоже увидела того целительница.

— Это душа, — опроверг её предположение успевший приглядеться к «призраку» Дирк. Тот имел все характерные признаки души: ещё расплывающиеся контуры, совершенно иной, более «бледный», чем у призраков и духов, оттенок и ряд других сдававшему основы спиритизма некроманту знакомых признаков, которые объяснить на словах неспециалисту было сложно.

Преподаватель вызывал для них дух согласного на это умершего и объяснял на его примере, как будет отличаться душа. Основным отличием между собственно терминами было то, что душа принадлежала живому или совсем недавно умершему, а духи тем, кто умер раньше. При этом у недавно умерших, не собирающихся становиться призраками, были вполне явственные признаки, которые сложно не заметить, их уже тянуло уйти, что выражалось в судорожных движениях и словно бы постепенном выцветании, тем большем, чем больше прошло времени со смерти тела. Те, кто собирался задержаться в этом мире, наоборот становились ярче, с более чёткими контурами, а остальное уже зависело от того, кем именно они должны задержаться. Эта конкретная душа не принадлежала ни к одной из категорий.

Текущая ситуация была неординарной, особенно, если учесть, что Дирк как раз проверял рисунок, способный давать побочные эффекты на недавние захоронения. Вот только экс-ректор не был умершим, душа явно принадлежала ещё живому.

Потратив пару минут на то, чтобы собраться с мыслями и решить, что в такой ситуации делать, Дирк отошёл в сторону от рисунка так, чтобы он не сработал и на почтового призрака, вызвал того и, поколебавшись секунду, адресовал его сразу конечному получателю, решив обойтись без посредника в виде проректора:

— Герберту ир Юрну от Дирка ир Осторе. Архимаг, я в МАЦиВ, и у меня тут душа магистра ир Шрота. Координаты, — озвучил примерные координаты самой южной из точек. Давать координаты поляны было рискованно: порталы нарушали стабильность слишком многих заклятий, а как поведёт себя сейчас висящая над рисунком душа, если он будет дестабилизирован, сказать было сложно. — От точки выхода сто пятьдесят метров на север.

Почтовый призрак исчез, потянув силу из резерва. Теоретик скрипнул зубами: оставалось той не то что бы много, такими темпами сил на то, чтобы держать рисунок активным дольше часа, ему может и не хватить, тот для этого слишком энергоёмкий. А деактивация, скорее всего, заставит душу улететь и едва ли к телу, раз уж она его уже покинула.

— Это что, правда, магистр ир Шрот? — ир Мерте вопреки ожиданиям некроманта не отошла подальше, а подошла ближе.

— Души облик менять не способны.

— Но он же жив! Просто… эээ… слегка сошёл с ума?

Дирк про это тоже слышал, то, что у ректора проблемы именно менталистского характера, было, пусть и не в широких кругах, но известно, как и о причины этого. Для теоретиков история с неудачным ритуалом была слишком поучительна, чтобы её замалчивать.

— Он и жив. Понятия не имею, почему душа вдруг оказалась здесь. Но, надеюсь, архимаг, разберётся.

Рядом возник Нолан Кристиана ир Корнеги.

— Ещё одна! — пискнула целительница.

— Нашёл, — довольно улыбнулся высший дух и, не глядя на рисунок (или не видя его?), направился к душе.

— Стой! — едва успел затормозить его Дирк. Среагировал высший куда быстрее живого. Замер, посмотрел на некроманта: — Сунешься, тебя тоже притянет! На рисунок посмотри! — На высших духов в непосредственной близости тот очень даже действовал. В теории, проверять теоретику не доводилось. — Архимагу я уже координаты сообщил, ждём.

— Я передам Кристиану, — дух исчез так же как появился.

— Это призрак-посланник?

— Лучше. Высший одного из спиритистов. Ждём, — повторил Дирк.

— А у нас есть время ждать? Тело без души ведь умирает, разве нет?

— Да, но не мгновенно, какое-то время есть. Ну и, чтобы вернуть душу обратно в тело, его всё равно надо убить, наша схема привязки работает только на мёртвых, так что даже если умрёт, это не очень-то критично. Хуже, что, если умрёт тело, душа попытается уйти. Поэтому сначала её надо поймать, а потом уже дать телу умереть, провести привязку и вернуть к жизни.

— А как-то без смерти?

— Я о таких схемах не слышал, — честно признался Дирк. — Но, может, у спиритистов что-то такое и есть, просто для других некромантов оно непригодно из-за специфики схем.

Архимаг в сопровождении спиритиста и Нолана появился минут через десять: похоже, с порталом возникли какие-то сложности. А может, просто обходили молодой ельник.

— Это ещё что за рисунок? — удивился Кристиан, следом за архимагом коротко поприветствовав Дирка и ир Мерте.

— Руническая экзотика, нашёл в одной старой книге, — вздохнул теоретик. — По строению похож на другие мои, поэтому проверял. Но он, если не рядом со свежим захоронением не должен вызывать духов, а тем более притягивать души!

Комментировать это прибывшие не стали.

Спиритист подошёл к рисунку, осмотрел, потом предложил:

— Давай так, я черчу ловушку где-нибудь в стороне. Потом ты деактивируешь свой рисунок, Нолан ловит душу, затаскивает в ловушку, я её захлопываю. А там уже будем разбираться с её перемещением в Башню или тела сюда и вселением.

Дирк кивнул. План был вполне рабочий и главное понятный.

— Безопаснее вселять здесь, — заметил главный некромант страны.

Спорить с ним никто не стал, с перемещением души действительно сложностей потенциально было больше.

Спиритист выбрал место в стороне от рисунков теоретика, на другом конце поляны, и, позаимствовав ту же ветку, которой чертил Дирк, занялся подготовкой.

Ир Юрн, до того внимательно изучавший структуру рисунка, посмотрел на юношу:

— Как она могла подействовать на ир Шрота? Судя по тому, что я вижу, у неё небольшая площадь действия?

— Метров сто, может чуть больше, — кивнул теоретик. — Поэтому не знаю. Я бы ещё понял, если бы зацепило того лекаря из могилы, хотя и его не должно бы, всё же старое захоронение и расстояние большое, уже на пределе действия схемы.

— Какого ещё лекаря? — почти ласково поинтересовался архимаг.

Дирк посмотрел на ир Мерте. Имя в стрессовой ситуации из головы вылетело.

— Жармо ри Саверси, — подсказала та. — Один из основателей МАЦиВ.

— Как-как? — Кристиан даже оторвался от чертежа.

Целительница повторила.

— А это разве не одно из его, — кивок на ир Шрота, — прошлых воплощений? — вдруг спросил Нолан, с переданным когда-то через него списком личностей экс-ректора, тоже ознакомившийся.

— Оно самое, — мрачно подтвердил архимаг. — Причем это именно та личность, которой сейчас больше всего. Возможно, поэтому ваш рисунок так и сработал.

Дирк и Пелия ир Мерте одинаково ошарашенно смотрели на главного некроманта страны. Теоретик потому, что пусть и знал про применение ритуала восстановления воспоминаний, не думал, что это может вот так сыграть, а целительница потому что о причинах сумасшествия ректора соседней академии была не осведомлена.

Пришлось ир Юрну немного прояснить ситуацию. Благо, в том, что ир Мерте не из болтливых, он не сомневался, был знаком и лично, и наслышан от ир Вэй.

— Он провёл ритуал восстановления воспоминаний прошлых жизней, причём не однажды, а по самым скромным прикидкам раз так пять, в результате вытащив уже не осколки памяти одного воплощения, а сразу нескольких более или менее полноценных личностей, включая вот этого самого вашего Жармо или его полного тёзку. Но, судя по сегодняшнему, всё же скорее именно этого. Я, правда, не встречал нигде упоминаний, что он имел отношение к МАЦиВ, но я теми, у кого магических способностей не было, и не слишком интересовался.

— Но подобное — это ведь верный путь к потенциальным ментальным проблемам! Да и сам ритуал, полагаю, не безобидный?

Архимаг кивнул и вздохнул:

— Далеко не безобидный. Отчасти поэтому его постарались вымарать из всех книг. Но, видимо, что-то в старых архивах упустили, Дэниэл и воспользовался. В последний раз ещё и с непроверенным на взаимодействия с некромантией экспериментальным ментальным щитом на разуме… Возможно, пошло взаимодействие, эффект усилился, расход скакнул… Ну и на этом Дэниэл доэкспериментировался, как понимаете. Не найди мы его, уже был бы мертв. Впрочем, не уверен, что то, что сейчас он жив, много лучше смерти: даже с использованными ир Льером схемами о здравом рассудке говорить сложно…

Дирк поёжился. Таких подробностей он не знал, но особой радости от их выяснения не было. И хотя теоретик понимал, что ир Шрот в сложившейся ситуации виноват исключительно сам — как всякий теоретик, он должен был бы осознавать риски — но всё же его было жаль. Подобного конца, что называется, врагу не пожелаешь.

— Но зачем ему это потребовалось? — зам. декана причин для риска не понимала. — Я имею в виду, проводить этот ваш ритуал? Да ещё и не впервые?

— Как я понимаю, дело в том, что одна из его прошлых личностей была некромантом с довольно интересными идеями, которые ир Шрот стал развивать. — Говорить про баньши особого смыла он не видел, тем более что, если верить Мильво, не только и не столько знания Конт-Вертая интересовали его приятеля, сколько знания и умения Карла ир Мерети, магистр-теоретика, умершего ещё в первую войну нечисти. А значит не стоит запутывать присутствующих и нагружать их совершенно ненужными деталями.

На этом с объяснениями ир Юрн предпочёл закончить — необходимый минимум он сказал, а остальное не так важно. Обошёл рисунок так, чтобы остановиться напротив зависшей души подчиненного, но та на него даже не взглянула. Смотрела она только на линии сияющего зеленью рисунка Дирка. На обращенные к ней слова тоже не отреагировала.

— Возможно, душу получится разговорить, когда она будет в «Лепте», — осторожно заметил Нолан. — Вне ловушки она может вас вообще не слышать.

— Возможно, — согласился архимаг, но без особой уверенности. И он сам, и ир Льер расспрашивать Дэниэла уже пытались, но с бардаком в голове ир Шрота и многообразием личностей, полностью ментальными схемами всё же не изолируемых, добились немногого. Шансы, что с душой будет проще, были, но совсем небольшие, действует ли на неё ментальный разграничитель, было неясно.

Кристиану ир Корнеги потребовалось минут десять, чтобы закончить с рисунком. Учитывая сложность того и дополнительно усложняющие работу неровности почвы, траву и прочее, весьма впечатляющая скорость. Судя по некоторым признакам вроде того, как он заранее «скосил» траву отдельной схемой, практический опыт подобного у спиритиста имелся.

Ещё раз всё проверив, кивнул Дирку:

— Давай.

Нолан приготовился. Теоретик прервал подпитку рисунка. Тот, запитанный так, что подпитка шла по всей площади, а не в одном месте, потух сразу весь.

Высший дух метнулся вперед даже прежде, чем душа успела пошевелиться. Схватил за плечи и поволок к ловушке. Ир Шрот попытался сопротивляться, но они с высшим духом были в разных весовых категориях. Кристиан ир Корнеги явно сделал Нолану довольно необычный набор ограничений: на парах теоретикам говорили, что своим высшим спиритисты подобное обычно при привязке запрещают. С другой стороны, если он достаточно доверял тому, в работе это могло пригодиться.

Потребовалось меньше минуты, чтобы Нолан дотащил душу до ловушки. Дух сразу отпрянул, чтобы сам в ту не попасть, а спиритист активировал контур.

— Молодец, — похвалил архимаг и подошёл ближе. Окликнул: — Дэниэл.

Вот теперь его явно услышали, но сделали вид, что нет. Пришлось повторить.

— Это тот придурок — Дэниэл, а я — Жармо, — ворчливо сообщила душа.

Судя по всему, разграничитель всё же действовал, но, похоже, как-то не так.

— Жармо ри Саверси? — в голосе ир Мерте звучало сомнение. — Тот самый? Создатель эликсира ри Саверси?

— А вы слышали о каких-то других? — уже более спокойным тоном осведомился лекарь. Похоже, то, что о его достижениях вспомнили, мужчине понравилось.

Архимаг жестами показал целительнице развить успех. Душа — не призрак, заставить её что-то рассказывать против воли можно, но это слишком большой риск для тела. А между тем упускать возможность глупо: то ли удачно совпал момент, то ли ещё что-то, но сейчас ир Шрот, кажется, был в достаточно здравом уме для хоть каких-то ответов. Если, конечно, можно считать здравым умом преобладание личности одного из предыдущих воплощений души.

Ир Мерте не подвела, похоже, историю своей науки она знала на уровне, возможно, какое-то время её преподавала, а может просто была из числа отличниц. В любом случае им с ней повезло. Некроманты ни о каком эликсире даже не слышали, видимо, тот был чем-то узкоспециальным.

— Милорд ри Саверси, — привлёк к себе внимание ир Юрн, когда через пару минут целительница исчерпала тему. — Вы ведь уже давно с Дэниэлом и наверняка знаете, зачем он решился на очередной ритуал и что вообще планировал?

— Предположим, — вопрос заставил Жармо снова насторожиться. — Но зачем мне это рассказывать вам?

Вопрос был хороший. И на взгляд Дирка ответить на него было непросто, но ир Юрн нашёлся достаточно легко:

— Потому что мы хотим помочь и вам, и Дэниэлу, и тому его приятелю, на котором они с менталистом испытывали щит. Он ведь крайне опасен и вполне может убить того, на ком стоит.

— И чем же вы поможете? Я, может, не маг, но даже я понимаю, что однажды пробужденное уже не усыпить. Можно стереть память, можно поставить заслоны, но это ведь не ментальные отклонения, это всё реально. Я реален. Как и остальные. Просто я с Дэниэлом уже действительно давно и плотнее, они гораздо меньше.

— Конкретно сейчас вас нужно вернуть в тело, иначе оно умрёт довольно быстро. А в целом, насколько понимаю, если вы будете сотрудничать, менталисты смогут изолировать других.

— Чтобы вытащить Дэниэла.

— Да, — не стал лгать архимаг некромантии.

— Его не отделить от меня. Мы слишком давно одно целое. Скорее всего, в этом ваши менталисты и совершили ошибку.

— Я им передам. А сейчас не могли бы вы всё же ответить на мои вопросы?

Лекарь заколебался, но потом всё же сообщил уже известное им от Мильво:

— Дэниэл хотел больше знаний Карла и баньши.

Ир Юрн постарался скрыть разочарование, сказал нечто поощряюще-благодарное и повторно поинтересовался:

— Зачем они ему потребовались? Что он собирался с ними делать?

— Понятия не имею. Мы же не можем все собраться и всё обсудить! Их дела с Карлом — это их дела с Карлом.

Это было довольно неожиданно и некстати. Но важно, ир Льеру эта информация определенно пригодится.

— Но Дэниэл же наверняка как-то показывал, чем интересуется? Проявлял интерес к определенным работам, или ещё чему-то? Возможно, вёл какие-то записи?

— Я не интересовался, что он читает. Я — не маг, и не некромант. Для меня что ваши учебники, что те книги в подвале — одна и та же тарабарщина.

Это было уже что-то. Хотя насчёт подвала ир Юрн подозревал и сам, и даже общался на эту тему с Томасом ир Тармаем, но тот не смог ему чем-то помочь: ректор в разное время успел перечитать едва ли не всё, что было в склепе, а имелось там немало. Библиотечный формуляр тоже помощником не был — у имеющего доступ к защите академии ир Шрота была возможность брать литературу напрямую из хранилища, а то и закрытого отдела.

— Может, хотя бы какие-то книги вам запомнились?

Жармо, помедлив, кивнул:

— Дневники. Те, что прошлых архимагов. Он всё искал инструкцию, как они совершали открытия. Как будто это можно повторить вот так по записям, но на другом!

Обрадовавшийся было ир Юрн скис, это было совершенно не то, что им требовалось. Но приходилось довольствоваться тем, что есть, потому перешёл к следующему вопросу:

— Щит от чтения мыслей они с ир Тарнади испытывали на ир Ностри?

Кивок. Вот это подтверждение уже было достижением. Маленьким, учитывая, что они в принципе и сами это уже подозревали, но всё же движением вперед.

Задав ещё несколько вопросов больше технического характера, архимаг посмотрел на Кристиана, заканчивающего с ещё одним рисунком, но ничего сказать ему не успел: рядом с тем возникла Лора.

— Вас просили поторопиться. — И тут же исчезла снова.

Похоже, времени на расспросы у них уже не было. Ир Юрн кивнул Кристиану и тот подозвал Нолана, чтобы передать с ним инструкции. Безопаснее для привязки было доставить тело сюда, а не наоборот.

— Неужели он ничего и никому не говорил о том, зачем ему это потребовалось? И у вас нет даже предположений? — спросил Дирк. Польстил: — Вы ведь вдумчивый исследователь.

— Ну почему же нет? — вдруг усмехнулся лекарь. И самодовольно заметил, отчасти противореча самому себе: — Я же не слепой и видел, что он читает!

— И что же? — поддержала некроманта ир Мерте. — Было в этом что-то необычное?

— Конечно. После того как баньши стало больше, Дэниэл искал статьи и книги о конструктах и разных способах их контроля. Даже в закрытые комнаты спускался.

Архимаг с трудом сдержал желание выругаться. Он надеялся, что в историю с конструктами подчиненного втянули личи, а не он втянулся сам по каким-то своим причинам. Подозревал, что такое тоже возможно, учитывая, кто был его баньши-личностью, но надеялся, что нет. Оставался вопрос, передавал ли он информацию о конструктах ир Ламарту и зачем? Об этом ир Юрн и спросил Жармо.

— Нет, никому он ничего не рассказывал. Зачем ему с кем-то что-то обсуждать, когда есть мы? Ир Тарнади он просто использовал, да и ир Ностри в общем-то тоже. Ему просто нужен был напарник.

Это ставило под вопрос то, насколько много они смогут от того узнать, но сейчас это были детали, к делу не относящиеся. Куда важнее вселить душу обратно в тело. Благо из портала как раз появились подручные архимага с носилками.

— Сможешь сделать это с живым? — посмотрел на Кристиана ир Юрн и протянул артефакт.

— Попробую, — не слишком уверенно отозвался спиритист. Вариант схемы для подобного существовал, но был сложнее и работал только при определенных условиях, в обычных ситуациях как раз не выполнявшихся. — Нолан говорил, что связь души и тела не разорвана, может, и выйдет.

Это как раз и было одно из самых сложно выполняемых условий, из-за которого обычно и использовался вариант схемы с мёртвым телом. Ну, помимо большей доступности того для некромантов всех специализаций. Этот всё же требовал узкоспециальных знаний именно спиритиста: надо было аккуратно подтянуть душу к телу и вселить, не разорвав и не повредив пресловутой связи, а это ох, как непросто.

— Не разорвана, — заверил тоже вернувшийся высший дух.

Лора согласно кивнула.

— Ну, давайте попробуем, — Кристиан парой росчерков завершил связующий рисунки узор, объединяя контур ловушки с контуром под вселение и одновременно начиная наполнять силой оба.

Задачка с тремя звездочками даже на взгляд достаточно опытного в ритуалистике и конкретно сложных контурах Дирка. Это понимали все, так что замерли, боясь ненароком помешать словом или жестом.

Вышла из-за облака луна, добавляя происходящему некой торжественности, а теням глубины. Светились зелёным светом контуры, сияли светлячки над ними и около что некромантов, что целительницы. Отсветы того и другого ложились на лица и деревья. Но не на духов и душу, этим резко выделяя их из остального мира. Именно сейчас целительница поняла, что именно пугает в призрачных сущностях и насколько те могут быть пугающи, причём не жуткими оскалами или же какими-то уродствами, а совершенно в бытовом смысле. Казалось бы, что такого в том, что свет проходит сквозь них? Но вот было в этом что-то жуткое и всё тут.

Спиритист шептал заклятье, вливая силу в сложную схему, тело Дэниэла ир Шрота на земле опутывала всё более плотная паутина чар, потихоньку начинающая опутывать и замершую, замолчавшую душу. Чтобы начать сантиметр за сантиметром подтягивать её к телу. Заклятье всё не кончалось, сила лилась, стало понятно, почему Кристиан именно шепчет, а не говорит в полный голос — слишком сложно было бы иначе поддерживать ровный тон, который был залогом ровного потока вливаемой силы. Наконец нити дотянули душу до тела, взметнулись вверх и резко втянули её в него. Магистр спиритизма бросил взгляд на Нолана, получил кивок, и начал закрепляющее заклятье.

— Впечатляет, — только и сказала магистр ир Мерте, когда он наконец закончил и деактивировал контуры.

— Проверьте его, если не сложно, — попросил ир Юрн.

Целительница отказывать не стала, подошла, наклонилась, проверила диагностической схемой.

— Физически всё в порядке. Магически не скажу вот так сразу, но вроде бы тоже. Он просто спит.

— И должен, — хрипло заметил сидящий прямо на земле Кристиан.

— Ну и отлично, — архимаг сделал подчиненным знак погрузить несчастного обратно на носилки.

Пелия ир Мерте повернулась к спиритисту:

— Вы-то себя хорошо чувствуете?

— А сами как думаете? — вздохнул тот. Протянул артефакт архимагу. Предупредил: — Вычерпал целиком. Энергоёмкая схема.

Ир Юрн нахмурился и посмотрел на целительницу, уже забормотавшую заклятье для проверки резерва.

Та, закончив, резюмировала:

— Лучше чем я думала, но не очень хорошо. Может, к нам в лазарет?

— Дома отлежусь, — отмахнулся Кристиан.

— Лучше в Башне. Дома тебе покоя не дадут.

— А без меня мои покоя не дадут всем остальным, а Лидии в особенности.

— Одолжу карету, — пообещал его начальник. Посмотрел на Дирка: — Вы с нами?

Тот качнул головой:

— Нет, спасибо. Сам доберусь.

— Как хотите, — и архимаг кивнул вернувшемуся за ними пространственнику.

Оставшись наедине с ир Мерте, Дирк парой схем затёр свои и чужие контуры и предложил:

— Идёмте?

— Вы из-за меня остались? — осенило целительницу.

— Ну, я же вас сюда вытащил. Было бы невежливо после этого бросить в одиночестве посреди почти что леса, — пожал плечами некромант. — Да и что-то не слишком мне хочется в Башню: это сейчас они не стали допытываться до подробностей, а там ведь вцепятся и не отстанут…

Ир Мерте кивнула. Вцепятся наверняка. Даже она понимала, что эффект достаточно неожиданный. Впрочем, скорее всего, и непрогнозируемый и вовсе случайный. Слишком много совпадений.

— Будете брать новый фоновый участок?

— Придётся, скорее всего, — вздохнул теоретик. — Здесь будет слишком сложно обосновать, что этот эффект — случайность. Для разбора принципов действия рисунка ещё пойдёт, даже интересно можно сделать, но не для фонового участка.

— И часто вам так не везёт? — явно намекая на осеннее происшествие, поинтересовалась целительница некоторое время спустя.

— Да как и всем, — пожал плечами некромант. — Ну, может чуть чаще. Но это скорее потому что я выбираю более интересные точки, не сижу на одном-двух полигонах. А когда проверяешь всё не в лаборатории, а непосредственно в поле, случайности неизбежны, всего не учтёшь. А тут результат в принципе непредсказуем и точно неповторим. Едва ли у нас сейчас найдётся другой некромант, пробудивший прошлую личность в достаточной степени, чтобы использование этого рисунка вблизи его могилы вытащило душу из тела.

Такой ответ заставил ир Мерте, понявшую всё несколько иначе, заинтересоваться:

— Думаете дело в этом?

— Скорее всего. У этого рисунка есть побочный эффект в виде риска вытащить недавно умершего, но с настолько давним захоронением, да после перерождения, если правильно понимаю, ещё и не одного, он сработать вот так был не должен. Я, конечно, не спиритист, нужно будет потом обсуждать это с ир Корнеги, но как по мне, вероятно дело в том, что душа сейчас осознаёт себя не столько магистром ир Шротом, сколько этим ри Саверси.

Висед

Весна на юге плавно перешла в лето: развернулись листья на деревьях, процвели яблони. И не скажешь, что ещё май. Поколебавшись, Оскар продлил аренду квартиры ещё на месяц. Мальчишка оказался, пожалуй, не просто не бестолков, а достаточно многообещающ. При нормальном дообучении, потому что сейчас практики ему не хватало критически. Этот пробел они в меру сил и пытались ликвидировать. При отсутствии поблизости от города аномалий задачка та ещё.

Как выяснилось, чтобы их учить, магистры сами поднимали нежить. Можно было пойти тем же путём, но Оскар не был уверен, что этим не привлечёт внимания. Всё же появление в окрестностях нежити может пройти незамеченным только если той нежити мало, а как ты ограничишься малым количеством, когда ей ещё надо после упокоения отходить?

Потому он погулял по местным лесам, лугам и овражкам, особое внимание уделив тем захоронениям, по которым Гас писал диплом и их ближайшим окрестностям. Измеренный парнем фон и пусть небольшие, но его отклонения наводили на мысль, что не везде он тут такой уж ровный и местные магистры — просто лентяи, которым неохота тащиться со студентами куда-то далеко. Удача улыбнулась ему не сразу, но маленькую аномалию, по всей видимости, сформированную какими-то магорудными породами, ир Ламарт нашёл.

Над ней даже стоял купол, но не похоже было, что сюда часто заходили. Можно было бы проверить, но схему проверки Оскар не помнил — в Лесах та была совершенно бесполезна, а после у него не возникало в ней необходимости. Так что заглянул без проверки, убедился, что аномалия отвратительно тихая и на следующий день закинул туда свои заготовки нежити, набранные по окрестным оврагам. Он не коллекционировал ту в сумасшедших количествах в лучших традициях боевых некромантов, но если натыкался на что-то подходящее и интересное, вполне мог и прибрать. Эту нежить следовало где-то хранить и лучше уж в аномалии, чем там, где она может сбежать и навредить мирным жителям. А тут и парня будет на чём потренировать. Заодно возьмёт на будущее участок для сравнения именно в аномалии — на диплом это будет уже излишним, а вот потом может пригодиться.

По своему опыту Оскар знал, как обидно бывает не доделать что-то на месте и ехать туда специально из-за какой-нибудь ерунды: с его дипломом когда-то получилось именно так — почти все данные в ходе работы над курсовой он собрал, но кое-что не учёл и пришлось специально из-за этого снова ехать в ту аномалию.

Фоновые точки бы тоже стоило взять. Благо с дополнительным материалом для диплома вдвоём они разобрались довольно быстро, не так там и много надо было доделывать. Оскар и сам текст глянул, хотя не собирался, и поправил по мелочи какие-то моменты. Усердствовать, впрочем, не стал, для правок по тексту у парня был руководитель, пусть он и смотрит. С доделками по практической части диплома тоже надо было бы отсылать к нему, но тут вмешались обстоятельства — магистр ещё до конференции в МАН крайне неудачно сломал ногу. И то ли что-то там пошло не так, то ли работать ему не особо хотелось, но пока что всё ещё был на больничном. Но Оскару это было только на руку — меньше вопросов и возможных проблем.

В местную аномалию отправились с утра пораньше — идти было далеко, мальчишка вообще очень удивился, когда про ту услышал. Расчёт был прост: пока померяют магический фон на одной из точек по дороге, которую можно взять в качестве контрольной, пока дойдут до аномалии и померяют там, уже и дело к вечеру. А там можно и погонять парня с упокоением — нежить Оскара как раз должна была уже встать.

Не учёл лич двух вещей: того, что Гас живой и устаёт, и того, что в аномалии уже кто-то похозяйничает. Причём характерно так. Следы работы баньши Оскару в Лесах встречать приходилось. Здесь баньши был изрядно криворуким, но это был именно баньши, очень уж характерные следы упокоения. Хорошо ещё уничтожать нежить он не стал, только упокоил.

— Похоже, здесь побывали до нас, — поморщился ир Ламарт. — Ну, значит, придётся подождать, пока отойдёт. Но хотя бы фон померяем.

С фоном тоже творилось нечто странное. Был он несколько ниже чем должен был бы для такого быстрого поднятия нежити.

— Место запомни, потом если что сам сходишь. Только пока нормально не набьёшь руку в практике, лучше не лезь, это не подконтрольные вашим магистрам скелеты.

Мальчишка кивнул. Оставалось надеяться, послушается, а не сложит голову по глупости, как… известно кто.

Перед вторым визитом в аномалию ир Ламарт наведался туда сам. Как оказалось, не зря: похоже, баньши понравилось тренироваться на его нежити. Это раздражало, хотя, казалось бы, эмоций лич испытывать не должен. Поколебавшись, Оскар вывел мелом на аншлаге знак лича, череп с короной, который использовал ир Пелте, и накарябал записку: «Свалил бы ты отсюда, баньши!». Надолго не хватит, дождь смоет, но эффект, хотелось надеяться, даст.