На посиделки к Кос Ильда пришла позже прочих — на второй неделе по четвергам у менталистов стояло пар больше, чем у некромантов. Улыбнулась в ответ на вопрос одного из парней про то, как прошли пары, и заняла оставленное ей местечко рядом с подругой. Та без подсказок заиграла её любимую некромантскую балладу. Потом с занятий пришёл Ник, подтянулись несколько его однокурсников, вернулась и не стала уходить Сандра… В итоге народа набилось порядочно. Ник наконец получил те самые вытребованные у Кос за молчание песни. Сразу весь долг он требовать не стал, пока остановившись на двух. Всем, разумеется, стало интересно, чем так отличился прикладник. В ход пошли не очень приличные шуточки и, не выдержавшая предположений хозяйка всё-таки поведала историю их с Иль тренировки по упокоению. Предсказуемо возник вопрос, для кого же Ник заготовил умертвие, но парень упорно молчал, так что вскоре от него отстали.

В одну из пауз старшекурсник, имени которого Иль не знала, вдруг спросил у Кос:

— А «Некромантку и лича» ты знаешь?

— Знаю, — осторожно подтвердила первокурсница. — Хотя не наизусть. Но она дуэтная.

— Если ты споёшь за некромантку, я согласен на лича.

— Согласен засчитать за третью, — быстро вклинился Ник. По его и остальных оживлению Иль поняла, что петь парень, похоже, умеет.

Кос зашуршала страницами песенника. Нужная оказалась почти в самом начале.

— Мама её любит, — пояснила девушка. — Но играл обычно отец. Да и без них я её никогда не пела, так что если кто знает, помогайте.

Это была история о девушке-некромантке, закончившей Академию в те далекие времена, когда мало кто из магинь получал не домашнее образование, а полноценное академическое. Тем более в МАН. Первый куплет рассказывал о некромантке и том, как сложно ей было поступить, как она отделывалась от приставаний сокурсников, и о том, как ей было одиноко. Кос исполняла её довольно ровно, без надрыва, в этаком повествовательном стиле. Второй куплет целиком посвящался личу, которым стал могущественный некромант после смерти. Окончательно упокаиваться он не желал, так что тщательно скрывался от бывших коллег. Голос у парня, который попросил песню, оказался красивым. В его исполнении лич получился мрачным, бесстрастным и очень усталым. Рефреном звучала тема одиночества. В третьем куплете снова вступила Кос: девушка-некромантка, получившая направление в глухую деревню, случайно встретила в её окрестностях лича и попыталась его упокоить. Лич, не ожидавший ни этой встречи, ни тем более атаки, был весьма удивлён. В поединке (четвертый куплет) тема растерянного, но всё ещё мрачного и усталого лича сплеталась с темой испуганной, но полной решимости некромантки. В сражении предсказуемо победил лич и в заключительном припеве снова, уже в два голоса звучала тема одиночества.

— А пятый и шестой куплет? — спросила вдруг Сандра, когда и «некромантка», и «лич» замолчали.

— Пятый и шестой? — переспросила некромантка, выразив тем самым общее удивление. — Разве они есть?

Её соседка кивнула и спросила:

— Можешь сыграть? Там те же аккорды.

Кос послушалась. Довольно неуверенно и осторожно Сандра запела. Поскольку партию лича никто для этого куплета не знал, девушке пришлось петь и за него. И совершенно неожиданно это оказалось только немногим хуже дуэта. Более низкий и немного дрожащий голос делал её «некромантку» гораздо более живой, испуганной и решительной, чем у Кос, а лича моложе и растеряннее. Речь в пятом куплете шла о том, что лич со свойственной им любознательностью — других радостей в их нежизни уже не было — решил изучить странный феномен девушки-некромантки и не оставил её лежать в лесу едва живую от магического истощения, а забрал в свою пещеру, где, когда она очнулась, состоялся странный разговор. То с переходом на обсуждение некромантии, то с угрозами. Финал оставался открытым, но заканчивалось всё припевом, первая строка которого повторялась на протяжении этого странного образца некрофольклора снова и снова, меняясь лишь незначительно:

— Путь наш сложен был и труден, только это не беда

Утекают мимо годы. Время — быстрая вода.

Некромантии науку время только вознесет.

Так что скоро её мальчик остальному предпочтёт [1].

Когда дозвучала последняя строчка, тут же посыпались вопросы:

— Откуда ты знаешь продолжение? — это заказавший песню старшекурсник.

— Почему ты раньше не говорила, что умеешь петь? — это уже Кос.

Сандра, волосы которой уже начали потихоньку отрастать и теперь топорщились светлым ёжиком, пожала плечами и сообщила:

— Мама так пела. Откуда она узнала, я не спрашивала. Вообще не знала, что последние куплеты малоизвестны…

— А «Однажды темной-темной ночью» знаешь? — спросил Ник.

— Знаю, конечно.

— Кос?

— Ну давайте.

Засиделись они допоздна — в пятницу пары начинались с семи вечера, так что спать никто не торопился — поэтому утром Иль встала уже ближе к обеду. Запланированные дела пришлось частично перенести. То, что перенести было нельзя (например, домашку по теории ментальной магии) пришлось срочно делать.

За обедом Кос, которой старшекурсники уже несколько раз намекали на это, поделилась планами вписаться сегодня для участия в студ. осени:

— Я уже поговорила с нашими. Решили сделать трио, только с репертуаром пока не определились. Вы-то ещё не думали?

— Когда ты вообще успела с ними поговорить? — поинтересовалась менталистка. — Я встала с час назад.

— А я давно уже: надо было домашку по Нежу сделать. Кстати, ты в курсе, что на следующей неделе олимпиада по общей теории магии? — Некромантка была полна энергии.

— Видела объявление, — осторожно подтвердила Иль.

— И?

— Что и? Если ты о том, буду ли я участвовать, то однозначно нет: у меня по ней четверка в аттестате вполне заслуженная.

— А ты думаешь, у других дела с ней обстоят лучше? — ехидно поинтересовалась подруга. — Так вот, уверяю тебя, точно так же, если не хуже. Поэтому сейчас поедим и пойдём оставим заявку!

На стенде непрофильного факультета рядом с объявлением об олимпиаде, ради которого пришлось идти сначала к одному деканату, а потом к другому (заявку можно было подать только под листком своего факультета), обнаружился его двойник, сообщающий об олимпиаде по алхимии. Её благодаря отцу Иль знала относительно неплохо, так что вписалась и туда. Пока менталистка записывалась, недовольная некромантка — ей, видите ли, тоже хотелось поучаствовать — заглянула в чужой деканат, обнаружила там свою преподавательницу по алхимии и сообщила о своём желании. В итоге из деканата она вышла вместе с той самой подсказавшей им лавки женщиной.

— Здравствуйте, — поприветствовала её Ильда.

Магистр кивнула, потом нахмурилась, явно что-то припоминая, перевела взгляд с неё на Кос и сообразила:

— Это ведь вы тогда спрашивали у меня дорогу к лавкам артефактов? — Обе кивнули. — А я думала, что же мне лицо ваше знакомым показалось, — улыбнулась женщина. Потом протянула руку к объявлению, что-то шепнула и предложила: — Записывайтесь, я временно сняла ограничение. Но вообще я поговорю с вашим деканом, наверняка объявление просто затерялось в бумагах. На паре я в любом случае хотела сообщить об олимпиаде.

— Но мне не нужно будет повторно записываться? — уточнила некромантка.

— Разумеется, нет, — заверили её.

— Спасибо.

— До встречи на занятии, студентка ир Ририо. Рада была с вами познакомиться, студентка ир Росси.

— Я тоже, — растерянно ответила Иль. Когда преподавательница снова скрылась в деканате, а они отошли на достаточное расстояние, менталистка спросила: — Как она узнала мою фамилию?

— Считала со списка, наверное, — пожала плечами Кос. — Иного объяснения я не вижу. Потому что я почти на сто процентов уверена, что до того как я записалась, она как меня зовут не помнила.

— Интересно, как это работает… — задумалась девушка. Проблема была в том, что на листе для записи под объявлением не было видно ни строчки кроме собственной фамилии записавшегося.

— Может, это иллюзия?

— Вряд ли. Скорее уж зрительная проекция.

— Да ну! Смысл воздействовать на сознание, если можно просто иллюзию наложить⁈

— Иллюзия это то же воздействие. Только ненаправленное. А в случае с объявлением не обязательно же воздействовать постоянно и на всех, достаточно на того, кто обратил внимание на объявление…

— Тогда если не акцентировать внимания на списке, его было бы заметно, — возразила на это Кос. — Может, это вообще что-то из алхимии или актефакторики?

— Они действуют на тех же принципах, — возразила Иль рассеянно.

По дороге в общежитие она продолжала размышлять над природой схемы, наложенной на списки, так что собеседником была не самым лучшим. Впрочем, Кос быстро это поняла и вопросами не докучала. Задумавшись над проблемой, менталистка настолько увлеклась, что не свернула на своём этаже, а поднялась вместе с подругой на её и даже дошла до комнаты. И, только встретившись взглядом с растрепанной Сандрой, опомнилась.

— Ну и чего ты надумала? — поинтересовалась подпирающая спиной косяк Кос.

— Мне кажется, это всё же проекция. Просто какая-то особенная. Спрошу сегодня у ир Ледэ.

— О чём? — подала голос Сандра.

Подруги посмотрели на неё и уже хотели как обычно промолчать, но, вспомнив вчерашние посиделки, некромантка всё же ответила:

— Иль не даёт покоя заклятье, наложенное на списки для участия в олимпиадах.

— Насколько я слышала, это особые бланки, выпускаемые артефакторами, — поделилась недонекромантка.

— Даже если так, что лежит в основе? — не унималась Иль.

— Я считаю, что иллюзия, Иль утверждает, что проекция, — быстро сообщила соседке Кос.

— Иллюзия — та же проекция, только массовая, — возразила на это явно слушавшая ир Ледэ девушка.

— Да ну вас менталистов! — шутливо возмутилась некромантка, картинно падая на кровать.

— Мне кажется, — продолжила Сандра, не обращая на соседку внимания, — на свитках скорее иллюзия. Возможно, просто с допуском.

— Возможно, — после небольшой паузы согласилась Иль. И признала: — О допуске я не подумала. — Помолчав, решила: — Ну ладно, пойду я…

Она уже собиралась уйти, когда соседка Кос её окликнула:

— Иль!

— Да?

— Ты уже сделала домашку по ментальной?

— Пыталась, но пока безуспешно. А ты?

— И я нет. Может, попрактикуемся вместе?

Это было неожиданное предложение, но отказываться менталистка не стала — не так много было желающих испытывать на себе чужие ментальные воздействия. Оли, с которой они практиковались обычно, уже и так жаловалась, пусть и, шутя, что ей приходится объектом для практики сразу двоих выступать.

Партнером для практики недонекромантка оказалась вполне адекватным — в отличие от Оли она не пыталась строить сложных проекций, после лицезрения которых хотелось сходить в ближайшую кондитерскую за предметами её вдохновения (это, правда, было уже после того как та наловчилась достаточно, чтобы пирожные и тортики пахли как им положено). Сандра тоже остановилась на еде, но гораздо более обыденной, вроде яблок и груш. Её проекция помимо зрительного образа передавала запах и тактильную составляющую. Для поддержки вдохновения девушка купила указанных фруктов с запасом, благо осенью они были не очень дороги.

— Она ощущается как яблоко, — сообщила Иль, «потрогав» лежащую на столе грушу. Точнее, подумав, что потрогала, ведь в реальности никакой груши не существовало. Менталистки старались об этом не задумываться, потому что когда задумывались, звучало это диковато. Со стороны, судя по реакции Кос, выглядело, впрочем, тоже. — Должна быть более шершавая.

— Знаю.

Сандра снова сплела схему, и на этот раз фрукт, возникший в руках Ильды, стал уже более похож на настоящую грушу.

— Лучше?

— Да. Как настоящая. Давай теперь я.

Кивнув, Сандра прекратила подпитку схемы.

На занятия они, увлекшись проекциями и, как это часто бывало у недавних школьников, обсуждением ОЭМ, пошли вместе — Кос убежала раньше, заявив, что ей нужно встретиться с однокурсниками. Первой парой стояла теория ментальной магии, так что им с некроманткой было не по пути. Оли, с которой привычно села Иль, тут же спросила:

— Ты домашку сделала?

— Да. А ты?

— Тоже. Я думала, ты придёшь.

Иль почему-то почувствовала себя виноватой. Потому её ответ и прозвучал как оправдание:

— Я к Кос зашла, а там Сандра предложила попрактиковаться, я и не стала отказываться…

— Понятно.

Звонок спас их от необходимости продолжать разговор. Ир Ледэ сегодня, видимо, в порядке исключения явился как обычные люди, через дверь. Кажется, он был вполне материальным. Хотя Иль бы не поручилась: существовали способы сделать ментальную сущность неотличимой от реального тела по всем параметрам.

Проверку домашнего задания магистр, как и на других занятиях, совместил с его отработкой. Только в этот раз те, у кого проекции уже получались, должны были отрабатывать другой набор ощущений. Так, Иль и Оли, которые пошли наиболее простым путем и проецировали запах, вид и тактильное ощущение, было сказано заменить образы (у них это были роза с маминой клумбы и неизменные пирожные) и проецировать звук или вкус.

— Ну, показывайте, — предложил мужчина, подойдя к их парте.

Девушки переглянулись, молчаливо решая, кто будет первым. Сомнительная честь выпала Иль. Удостоив её розу скупым «Неплохо», преподаватель переключил внимание на Оли. Пирожные были встречены благосклонным: «Натурально. Хотя на мой вкус запах слишком приторный». После чего им разрешили переходить к новому заданию.

После пары Иль подошла к преподавателю со своим вопросом насчет свитков. Сандра маячила неподалеку. Ир Ледэ вопросу слегка удивился, но ответил:

— Если здесь также как у нас в АПиС, то это артефакторные бланки, но изготавливаются они с использованием ментальной магии, вы правильно предположили. Но это не проекция, а гораздо более сложные схемы, на грани с магией иллюзий.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Иль.

Воскресенье началось в привычном уже режиме домашних заданий, разбавленном матчем по некробаскетболу. Разобравшись с домашкой, они с Кос занялись повторением школьного курса общей теории магии к олимпиаде — тут стоило порадоваться, что академическая библиотека работала и по выходным.

Впрочем, читать теорию обеим быстро надоело.

— Ко-ос, я больше не могу, — простонала менталистка, уткнувшись в очередную мозговыносильную формулу.

— Я тоже, — нехотя признала некромантка. — Но неужели ты не хочешь блеснуть знаниями на олимпиаде?

— Если для этого нужно штудировать этот ужас, ни капли, — честно сообщила Иль. — Тем более толку от этой зубрежки? Из головы всё равно большая часть вылетит через пару дней, если не часов. Давай лучше куда-нибудь сходим, а?

— Можно. Только куда?

— Вас ли я слышу, о любительницы учебы? — послышалось из-за спины.

— Ник! Тебе не говорили, что подслушивать неприлично? — возмутилась Кос. — А если бы мы тут о своём, о девичьем секретничали?

— Ну вы же не секретничаете, верно? Как насчет того чтобы завалиться в любимый клуб чинных-пристойных целителей и навести там шороху?

— Меня мама за такое убьёт.

— Меня тоже, — согласилась Кос. — Давай что-нибудь не связанное с целителями и твоими дурацкими шутками.

— С этим сложнее. По выходным от целителей, что в Королевской библиотеке, что в музеях не продохнуть. Да и судя по вашим кислым минам под «сходим» вы подразумевали что-то более интересное, нежели культурный досуг? — Девушки кивнули. — Хмм. Куда же вас сводить? — старшекурсник явно задумался. Потом просветлел лицом: — Знаете, а у меня есть идея!

Именно так Иль, Кос и Сандра, присоединившаяся к компании, и оказались в то ли клубе, то ли таверне с характерным названием «Буйное кладбище». На дверях висела табличка: «Вход со своей нежитью разрешён при условии количества не более одной штуки на некроманта». Ниже имелась приписка, гласившая, что ненекромантам стоит воздержаться от посещения сего места. Внутри оказалось вполне пристойно, и не было ничего такого, что обычный человек или маг ассоциирует с некромантами.

— Это именно наше местечко, не туристическое, как та безвкусица около остановки, — словно прочёл мысли Иль старшекурсник.

— О! Ник! — заметил их смутно знакомый парень из небольшой компашки, сидевшей неподалеку от дверей. — Идите к нам!

Потом девушки затруднялись сказать, каким образом разговор свернул на нежить и буйные кладбища. Тем более никто из них не понимал, за каким демоном их всех понесло на находящийся неподалеку от таверны полигон боевых некромантов. И ведь ничего крепкого вроде не пили…

Полигон, как и положено, располагался на настоящем кладбище. Разумеется, буйном. По словам старшекурсников, помимо него имелись и другие, несколько ещё времен первой Войны Нечисти. И тоже буйные.

— Некоторые даже считают, что МАН здесь из-за этих аномалий построили, — поделился один из парней, пока они бодро двигались по окружающему кладбище лесочку.

— Я бы не удивилась, — заметила с любопытством оглядывающаяся Кос.

Сентябрь приближался к концу, листья с деревьев уже практически облетели и теперь шуршали под ногами. В отличие от некромантов Иль было некомфортно: всё казалось, что кто-то сверлит взглядом спину. Голые деревья и надгробия, видневшиеся впереди, нагоняли уныние, а в сочетании со знанием, что здесь обитает нежить, и страх. Хотя, возможно, только на неё — все остальные просто таки горели энтузиазмом. Причины его она понять не могла, как ни старалась. Особенно, когда прямо из-под ног идущих впереди четверокурсников неожиданно выскочил скелет, воинственно размахивающий дубинкой. Парни с руганью отскочили, но заклятья упокоения удержали, заменили на какие-то сдерживающие. Зачем менталистка с ужасом сообразила после провокационного вопроса:

— Не хотите попрактиковаться, девочки?

Самым ужасным было то, что и Кос, и Сандра как раз, судя по их лицам, хотели. Старшие посторонились, давая им больше пространства для манёвра. Иль попятилась под защиту широких спин, совершенно не учтя, что кладбище-то буйное и разгуливающий среди бела дня скелет тут не одиночное явление.

Взвизгнув при виде подбирающейся к некромантам с тыла нежити, менталистка отшатнулась теперь уже обратно к подругам. Те как раз разобрались с первым скелетом и бодро воевали с ещё одним, у которого оказался щит, причём, похоже, зачарованный, и достаточная сообразительность, чтобы ловить их заклятья на него.

Старшекурсники вместо того, чтобы помогать, расселись кто где (в основном прямо на старых надгробиях) и, не стесняясь язвительных комментариев, с интересом наблюдали за девушками, только отгоняя от себя нежить, а не упокаивая.

— Кооос! Здесь ещё один! И ещё…

— Я в курсе, — сообщила на это даже не запыхавшаяся Кос и напомнила: — Тебя же учили упокаивать. Сама говорила, что вы три схемы разобрали.

— Четыре уже, если считать «Рейв», который тут не подойдёт, — поправила её такая же спокойная Сандра.

— Но это же не мышовка… — растерянно ответила на это Иль.

Некромантка изловчилась и всё-таки достала хитрого скелета со щитом заклятьем. Резко повернулась, задвигая подругу себе за спину, и ударила того, что подбирался со стороны менталистки. Потом обернулась, проверяя, как дела у провалившей вступительные на спиритизм девушки, и продолжила:

— А разница? Силы просто вливай немного побольше. Защита на них только от окончательного упокоения.

— Немного это насколько?

— Как на проекцию второго типа, — ответила за соседку по комнате Сандра. — Усложнённую.

— А не мало? — продолжала сомневаться менталистка.

— Это скелеты, а не умертвия. — Тут слишком увлекшуюся разговором недонекромантку справа атаковал шишками забравшийся на ёлку скелет (это отдавало сюрреализмом, но было действительно больно), и ей стало не до вразумления однокурсницы.

— Им хватит, — коротко и ёмко резюмировала Кос, вообще-то с проекциями и ментальной магией не особо знакомая. Прежде чем Иль успела ей на это указать, как её вытолкнули вперед, прямо к надвигающемуся на них крупному скелету, вооруженному очередной палкой и доской: — Пробуй!

От ужаса все заклятья упокоения из головы у неё выдуло.

— Начни с «Исате»! — посоветовала подруга.

— Исаʹте рей сициʹста тагиʹри! — выпалила Иль, вкладывая силу как учили. Скелет закрылся доской, и она и без того трухлявая разлетелась, осыпав старшекурсников щепками. Те с проклятьями повскакивали, но от ругани в адрес девушек всё же удержались.

— Ещё раз, — спокойно приказала потомственная некромантка. — Целься по туловищу, как будто боевое заклятье кидаешь. И не бойся попасть в кого-то ещё — живым «Исате» вреда не причинит, а если пару надгробий разнесёшь, никто и не заметит…

Скелет упокоился с третьей попытки, уже в каких-то паре шагов от неё.

— Ну вот. А ты боялась. Ещё одного?

Ильда, слегка ошарашенная успехом, кивнула.

— Скучно тут как-то, — заметила Кос, когда все вылезшие скелеты были упокоены, а подруга вошла во вкус. — Ничего поинтереснее-то здесь не водится?

Как оказалось, «поинтереснее» водилось и очень даже. По мере продвижения вглубь кладбища скелетов сменили зомби, зомби заменили умертвия, потом они все стали встречаться вперемешку… Сложность упокоения нежити всё возрастала, пока наконец не стало настолько «интереснее», что старшекурсники сдались: «Драпаем!» Девушек, которым приходилось сложнее и которых прикрывали Ник с одним из четверокурсников, упрашивать дважды было не нужно.

Остановились они только за границей полигона. Сзади, за пленкой щита бесились призраки, оказавшиеся защищенными от стандартных заклятий, которые давали прикладникам. Убедившись, что им ничего не угрожает, студенты попадали кто где. Ни то что земля была уже холодной, ни то что в этом месте она была только относительно сухой никого не волновало.

— Похоже, спириты постарались, — отдышавшись, поделился догадками один из четверокурсников. Они представлялись, но девушки не запомнили. — Наверняка для Посвящения делали, чтоб ценные экземпляры первокурсники сдуру не уничтожили.

— А то ты по скелетам, швыряющимся шишками, не понял, что это для Посвящения, — фыркнул Ник. — Странно только, что преподы не сняли.

— И не снимут, так веселее и надёжнее, — заверил другой. — Ну что, дамы, идем? Или ещё посидим?

— Идём, — оглянувшись на всё ещё близких привидений, воскликнула Иль. Её подобное соседство нервировало.

— Да тут хорошая защита, не вырвутся, — успокоил Ник. — Их наверняка ещё при первой зачистке к кладбищу навеки привязали.

— Даже если так, нам всё равно уже пора — завтра с утра на пары, — напомнила Сандра.

Отмахиваться от этого никто не стал — темнело осенью быстро, а нужно было ещё выбраться из леса и добраться до академии. Желательно, засветло.

— Весело было, правда? — спросила Кос, когда они вышли на просёлочную дорогу.

— В начале и конце не очень, — тихо, чтобы не услышали остальные, ответила Иль.

— Ой, да не смогли бы они нам ничего сделать, — отмахнулась некромантка. — Это же учебный полигон, а не настоящее буйное кладбище!

— Вообще-то настоящее, — услышал последнюю реплику светловолосый четверокурсник. — Просто с рядом ограничений и уже дрессированной поколениями студентов нежитью. Но её никто не поднимает специально — сама встает. Там место такое, благоприятное для этого. Боевики иногда рассказывают курьёзные случаи с вставшей там после смерти живностью. Воронами там всякими, белочками…

— Как по мне половину они сами и выдумывают, — заметил его товарищ. Подав руку Кос, он помог девушке перебраться через очередную лужу. Ник проделал то же поочередно с Сандрой и Иль. Когда все оказались на более менее сухом участке, старшекурсник закончил: — А то и подстраивают друг для друга.

Понедельник, как всегда насыщенный, пролетел незаметно. Тем более что если передавать вкус у Иль ещё получалось (принцип был примерно такой же как с запахом, сложность была только в «кусаемости» проекции, что прекрасно обходилось созданием проекции чая или компота), то со звуком ничего не выходило, как она не пыталась. Утверждение ир Ледэ, что это вполне нормально для визуалов, то есть людей, воспринимающих мир по большей части зрительно, не успокаивало.

Перед последней парой её нашла Кос:

— Привет! Ты Сандру не видела?

— Видела. Кажется, она в буфет пошла с парнями. А что? Ты опять ключи оставила?

— Нет. И вообще после того случая я их зачаровала, чтобы, если забуду, можно было приманить, — похвасталась подруга. Потом помрачнела: — Увидишь, передай, что после пары нас ждёт проректор.

— Зачем? — не на шутку испугалась Иль.

— Учитывая, что тебя он тоже ждёт, думаю, ответ очевиден: один любитель шуток втянул нас в неприятности. Эй, да не переживай ты! Не думаю, что нас ждёт что-то серьёзнее нотаций, ну может пары вечеров в столовой…

— Или анатомичке, — вспомнив, как наказывали Ника после «шуточек» на их Посвящении, поёжилась менталистка.

— Меня, возможно, а вас с Сандрой вряд ли.

Всю практику по основам теории стихий менталистка не могла думать ни о чём кроме предстоящего вызова к проректору. Соседка Кос, которая на пару немного опоздала, о грозящем выговоре ещё не подозревала и потому подобными проблемами не страдала. Передать ей слова подруги, Иль сумела только после пары. Новость заставила потомственную некромантку нахмуриться, но всерьёз не взволновала.

— Если наказанием Нику и остальным за то, что они устроили на нашем Посвящении, была всего лишь трудовая повинность, то и сейчас нам ничего не грозит, — пояснила девушка, когда однокурсница не выдержала и поинтересовалась причинами её спокойствия. Определённая логика в этом была.

Кос, как они и договорились, поджидала менталисток около приёмной ир Вильоса. Ни Ника, ни других парней-некромантов не было.

— Им уже досталось, — опередила вопросы некромантка. — И нет, они нас не выдавали. Он сам как-то узнал о составе участников. То ли на куполе сигналки были, то ли не поленился и проверил авторов заклятий упокоения…

— Идём уже, — оборвала её нервный словесный поток Сандра.

Секретарша, уже собирающаяся домой, молча указала им на кабинет. Иль и Кос немного затормозили (точнее притормозила менталистка, а подруга просто решила её подождать), так что первой пред очи проректора предстала провалившая экзамены на спиритизм недонекромантка.

— Проходите, ир Крарт, я не кусаюсь. В отличие от зомби, которых вы вчера на полигоне потревожили. — Повысил голос: — Девушки, вас это тоже касается!

Подруги переглянулись, взглядом подбадривая друг друга, и вошли в обиталище второго (а для студентов даже скорее первого) по значимости некроманта академии.

— Прикладная некромантка и две менталистки. Интересно… — констатировал ир Вильос. — И что же, позвольте узнать, привело вас в таком составе на полигон боевых некромантов? Да ещё вместе со старшекурсниками? Острых ощущений захотелось?

— Вроде того, — подтвердила за всех Кос.

— И как? Получили? — В вопросе явно крылся подвох, потому все трое промолчали. — Надеюсь, что да, потому что практику у первого курса боевых некромантов вы своей выходкой сегодня сорвали. Проект у второго спиритистов тоже. Есть что сказать в своё оправдание? — Они молчали. Мужчина кивнул: — Вот и старшекурсники молчали. Правильно молчали, надо признать. — И без перехода: — Кто сколько нежити упокоил? Ни за что не поверю, что не считали. Ир Ририо?

— Семь скелетов, трое зомби и одно умертвие третьего уровня, — без запинки перечислила некромантка.

— Что, с призраками не сладили? — подколол преподаватель, что-то себе записывая. — Ладно, я вам ещё и не давал ничего подходящего. А школьная программа тут бессильна. У вас сколько, ир Крарт?

— Пять скелетов и четыре зомби.

— Поскромнее. Осталось выяснить, кто у нас упокоил ещё десяток. Вас, ир Росси, спрашивать полагаю бесполезно?

— Нет.

— Что нет? — не понял их преподаватель общей некромантии. — Не бесполезно? Неужели подруги сумели объяснить вам особенности упокоения крупной нежити?

— В общих чертах. — Под его скептическим взглядом поспешила уточнить: — Но суть я уловила. Конечно, у меня получилось только с третьего раза, но…

— Сколько? — перебил некромант.

— Десять скелетов. Кажется.

— Да точно десять, я считала, — ободряюще положив ей руку на плечо, сообщила Кос, смело глядя на ир Вильоса. Потому в отличие от опустившей глаза подруги она и заметила его удивление.

Впрочем, он быстро с ним справился и заинтересовался техническими особенностями, а, когда Иль ответила на вопросы, задумчиво сообщил:

— На паре продемонстрируете. Если окажется, что получилось у вас не исключительно с испугу, наказывать всех троих за эту выходку не буду. Не получится — будете неделю каждый день в анатомичке скелеты собирать за компанию со старшими. Ну что стоите? Марш отсюда!

Девушки, не веря своему счастью, вылетели из кабинета. Разумеется, оставшееся время до дня икс (а ближайшая пара по общенекру была в среду) Иль постоянно пытались натаскать по некромантии — избежать наказания хотелось всем. Учитывая, что и Иль, и Кос участвовали в эти дни в олимпиадах, да и пары никто не отменял, время на это находилось только на переменах (у Сандры) да во время приёмов пищи (у Кос), хотя подобным менталистка и возмущалась.

Олимпиада по общей теории магии, вернее, как им сообщили после начала, теоретическая её часть, была назначена на полдень вторника. Тест оказался вполне решаемым, задачи же заставили подумать и побиться с формулами, но в итоге тоже почти все поддались.

— Ну как у тебя? — спросила Кос, выйдя из большой потоковой аудитории, где состоялось мероприятие: некромантка просидела до самого конца и вышла едва ли не последней.

Иль, как раз обсуждающая задание с Ником и несколькими его сокурсниками (олимпиада была одинаковой для всех курсов, а вот зачет, по словам организаторов, шел по раздельности), только махнула рукой, слишком увлеченная собственно обсуждением:

— Поверь, это не похоже на преобразование энергии. Я недавно видела его схему. Тут всё намного проще, — втолковывала она приятелю третьекурсника, позабыв о разнице в курсах и прочем.

— Вот я же говорю, это что-то со стихиями, — поддержал её Ник.

— Третью задачу обсуждаете? — вклинилась Кос.

— О! Кос, ты что там написала? — сразу же обратил на неё внимание любитель шуток.

— Целительный закрепитель.

— Что⁈ — изумились все хором.

— Я видела что-то такое в пособиях по целительству, — пояснила девушка. — Но на сто процентов не уверена. А вы что?

— Преобразователь заклятий упокоения в боевые, — огорошил её один из парней.

Девушка некультурно уронила челюсть, потом, справившись с удивлением спросила:

— Такие есть?

— Есть, — подтвердил Ник. — Но это не он. Я думаю, это что-то стихийное. Возможно, межстихийный преобразователь.

— Я думаю, преобразователь энергии.

— Это не он, — уверенно заявила Кос. — Мы с Иль недавно видели его схему.

— Когда готовились? — предположил их приятель с третьего курса.

— Вроде того, — не стала уточнять первокурсница. И перевела тему: — А что вы в пятой написали?

Каждый попытался ответить, в итоге слышно не было никого. Поняв это, все наоборот замолчали. Однако быстро сориентировались и уже спустя минуту живо обсуждали возможные варианты решения.

Обсуждали олимпиаду и за поздним обедом, и на паре по истории магии, и за ужином. Если с тестовыми вопросами мнения примерно сходились, то насчет нескольких задач дискуссии не стихали. Ответов пока не было, их обещали выдать в пятницу, на оглашении результатов, так что пока существовали несколько версий. Самые дотошные даже успели сбегать в библиотеку за справочниками, так что часть версий насчет схемы из третьей задачи удалось отмести.

Но далеко не все были охвачены олимпиадным азартом — на перемене к Иль подошел староста и прямо поинтересовался насчет её талантов в области творчества. Девушка с сожалением развела руками. Но Оли, уже видевшая кое-что из её задумчивых почеркушек, тут же сдала соседку по парте. Ирвин очень вежливо потребовал показать и от продемонстрированного остался практически в восторге. Так Иль нежданно-негаданно стала художником декораций для планируемой менталистами постановки — по словам Ирвина на старостате их поставили перед фактом, что представить сценки должны все группы.

Олимпиада по алхимии, к которой они в суматохе не успели подготовиться, состоялась на следующий день. Благо пары по средам снова были не с утра. Записавшихся оказалось на порядок меньше — фанатами алхимии некроманты явно не были. Впрочем, не только они: из менталистов не записался вообще никто кроме Иль. А вот группа алхимиков принимала участие в полном составе, но, по словам Лии, в принудительном порядке.

Здесь Иль чувствовала себя увереннее, всё-таки, пусть она и не любила эту науку, но знала её на вполне приличном уровне. До практической части, также как и на общей теории магии должны были допустить первую десятку по результатам части теоретической. В связи с тем, что провести её планировалось в субботу, преподавательница по алхимии обещала повесить результаты на стенде уже к вечеру.

Именно по этой причине на перемене между практикой по теорией ментальной магии и лекцией по нечистоведению Иль оказалась у стенда своего факультета. Здесь же обнаружилась и Кос. Списков пока не было, зато висели плакат о новом наборе в клубы по интересам, несколько объявлений о других олимпиадах, лист для заявок на творческий конкурс и «вопли о помощи», как окрестила их некромантка. Последние содержали объявления вроде: «Срочно требуется иллюзионист для постановки».

— Записалась куда-нибудь? — подруга кивком головы указала на объявления олимпиад.

— Хотела, но на боевую магию допуск только для старших курсов.

— Дискриминация, — согласилась Кос. И не без ехидства спросила: — А на Неч не хочешь?

— Через годик, когда экзамен по нему сдам, — пообещала менталистка. И предупредила: — Про общую некромантию даже не спрашивай.

— И не собиралась. Туда и я не стала. Ир Вильос же меня на парах потом достанет так, что хоть сама прикапывайся!

— Ты не знаешь насчет клубов?

— Что именно?

— Насколько туда стоит идти.

— Смотря куда. Есть, говорят, очень даже неплохие, жаль у меня времени нет.

Подробнее расспросить её Иль не успела: прозвенел звонок на пару и обе спохватились, что опаздывают.

Подробнее узнать про клубы получилось за ужином у подсевшего к ним Ника. Оказалось, что часть этих клубов была не более чем фикцией, часть брала только тех, кто что-то в нужной области уже умел (вроде музыкального или баскетбольного), часть по факту представляла собой междусобойчик для своих… Много рассказать старшекурсник не успел — перемена была не очень длинной, тем более что нужно было ещё и поесть успеть — но главное Иль уяснила: идти в музыкальный клуб чтобы научиться играть на той же гитаре не стоит. В целом в академии было по два-три танцевальных, музыкальных и спортивных клуба, клубы «Новости МАН» (занимался изданием академической газеты, которую редкий студент видел вживую), «Теория некромантии» (эксклюзивно для теоретиков) и «Некромозаика» (для любителей собирать скелеты), а также дискуссионный (являлся детищем фундаментальных некромантов и тематику имел соответствующую), игровой (для любителей настольных игр), дуэльный и ораторский.

Таким образом, из перечисленных менталистке, ни на чем играть, как и публично выступать не умеющей, танцами или спортом даже на любительском уровне не занимавшейся, настолки и некромозаики не любящей, подходили только дуэльный и новостной. Но к боевой магии она была равнодушна, да и, по словам Ника, преобладали там боевые некроманты, статьи писать не умела, а рисовать для них иллюстрации не горела желанием. О чём она и сообщила Кос в ответ на её вопрос в четверг за обедом (завтрак та снова проспала).

— Сосредоточусь на учебе, — совершенно спокойно резюмировала менталистка.

— Точно? — переспросила подруга. — Может, ты просто одна идти стесняешься? Хочешь, с тобой на пару встреч схожу?

— Куда⁈ К боевикам⁈

— Ну, я вообще про газету думала, — несколько обескураженно начала некромантка, — но если ты хочешь в дуэльный, давай туда.

— Думаешь, я хочу заняться боевой магией⁈

— Ты сама про неё сказала, — напомнила Кос. Крыть было нечем. — Впрочем, могу тебя понять, боевики — такие накачанные красавчики…

— Да причём тут это⁈ — возопила Иль. Её подруга, не выдержав, рассмеялась. — Издеваешься, да⁈

— Ну, они действительно красавчики…

— Кос!!! Я же не подкалываю тебя насчет Арта⁈

— Причём тут Арт? — сразу напряглась девушка, которая, насколько Иль знала, пространственнику написала уже второе, если не третье письмо и теперь ждала ответа.

— Ой, ну вот не надо, а? Не говори, что он тебе не нравится! Ведь нравится же? Или тебе Ник больше по душе? Ко-ос!

— Всё-всё! Я поняла. Никаких шуток на тему накачанных боевиков!

— А всё-таки, если серьёзно? Кто тебе больше нравится? Арт или Ник?

Прежде чем ответить, некромантка огляделась, а потом вообще сотворила заклятье против подслушивания:

— Ника я вообще в этом ракурсе не рассматривала. Да и ему, мне кажется, вовсе не я нравлюсь.

— Разве? — удивилась менталистка.

— Не прикидывайся дурочкой! Он ко мне, когда я одна и не подходит почти. Только когда с тобой. — Это Иль так поразило, что она не нашлась, что сказать. — И без меня к тебе наверняка подходил. Подходил же? Ну вот и делай выводы.

Объяснив группе сегодняшнее задание, проректор указал Иль на человеческий скелет, смирно стоящий у дверей. На шее у него висела табличка, сообщающая, что некросоздание зовут Тошей.

— А это ваше персональное задание на сегодня, ир Росси. Или желаете продемонстрировать сразу? — Девушка замотала головой. Сколько бы её не натаскивали, вот так сразу на оценку пробовать было страшно. — Тогда готовьтесь и пробуйте. У вас три попытки.

— Только три? — вырвалось у неё.

— Вы сами сказали, что на полигоне у вас получилось с третьей, — напомнил злопамятный некромант. — Или преувеличили?

— Нет-нет.

Прежде чем пробовать упокоение на Тоше, менталистка подняла простейшей схемой (они проходили сейчас уже другую) скелетик мышовки и тут же упокоила его с помощью «Исате». Получилось это легко и сразу, так что сильно тянуть с выполнением персонального задания Иль не стала, хотя затраты на разных этапах и пересчитала так, как показывала Кос. Потом позвала отошедшего проверить задание у Сандры и других недонекромантов преподавателя. Встретилась взглядом с соседкой Кос и кивнула.

— Уже готовы? Что ж. Давайте.

Закончив заклинание, девушка отпустила силу точно в нежить. Та пошатнулся, и Иль не сдержала разочарованного вздоха. Обернулась к ир Вильосу, чтобы объясниться, но мужчина смотрел в сторону скелета.

— Надо же! — наконец выдал он.

Обернувшись, Иль увидела на месте «Тоши» кучу костей и табличку. Ещё не веря в свой успех — на то, что получится с первого раза, она даже не рассчитывала — облегченно вздохнула.

— Видимо, зря я сомневался насчет уместности ваших тренировок на полигоне. Что ж, учтём на будущее.

Только тут до Иль дошло, зачем ему вообще всё это понадобилось. Поняв, как подставила однокурсников, девушка побледнела, но делать было нечего.

— Ну как? — жадно поинтересовалась Кос, стоило Иль показаться на пороге комнаты после олимпиады по алхимии.

— Сложно, — честно ответила менталистка. — Я наверняка провалилась. У тебя есть что-нибудь попить? А то я сразу к тебе пошла.

Некромантка послушно направилась к шкафу, на верхней полке которого держала посуду:

— А что было-то?

— Аналитика.

— То есть?

Дочь алхимика выпила всю воду и только тогда ответила:

— Ну алхимия аналитическая. Определите вещество с помощью качественных реакций.

— Ооо! И как?

— Ты думаешь, я помню все эти их формулы⁈ Намешать я что-то намешала, вещества ещё вспомнила, но формулы реакций написать не смогла. Говорила же, я не настолько хорошо алхимию знаю!

— Но в десятку-то ты вошла, — резонно возразила подруга. Сама Кос не попала ни в первую, ни даже во вторую десятку общего зачета. Также как и по общей теории магии. Но в ней не блистала и Иль: с задачами они всё-таки наляпали ошибок, да и в тесте те тоже были. Правда, среди первокурсников результаты у них были неплохие. Но, разумеется, всё же хуже, чем у некромантов-теоретиков и фундаменталистов.

— Десятку неалхимиков, не забывай, — напомнила ей Иль. — Большинство из них меня по результатам выше. Да и остальные наверняка больше меня знают, просто либо тесты решать не умеют как Лия, либо ещё что.

Кос медленно покачала головой:

— Не думаю, что дело именно в том, что Лия не умеет решать тесты. Мне кажется, она на самом деле не слишком хорошо знает алхимию.

— Может и так, — не стала спорить соседка означенной. Всё-таки постоянно читаемые алхимичкой учебники по школьному курсу вызывали подозрение. Но лезть не в своё дело и спрашивать прямо Иль не собиралась. Вместо этого перевела тему: — Ты можешь помочь мне с некромантией? С этой олимпиадой я не успела сделать домашку, а ир Вильос как назло сегодня лекцию практикой заменил. И вряд ли для него олимпиада будет оправданием.

— Конечно. Что у тебя за задание?

— Схема «Рив». У меня не получается заклинание.

— О! Там есть один маленький нюанс, о котором вам ир Вильос наверняка не сказал…

Благодаря Кос, у которой в комнате оказалась недавно выданная подборка скелетиков, на паре по общей некромантии Иль удалось успешно справится с заданием. Проректор удостоил её нового задумчивого взгляда и скупо похвалил. После чего дал очередной мышиный скелет и заявил, что теперь ей стоит попробовать то же, но со схемой «Сот».

После пары староста попросил их задержаться для обсуждения номера на творческий конкурс. Преподаватель, слышавший это, тут же не преминул уточнить, что каждая группа первокурсников должна представить небольшую сценку и как минимум два-три номера. Когда он вышел, Ирвин озвучил придуманное им и несколькими энтузиастами:

— Мы решили сделать сценку «Некроманты на приёме у менталиста». Только жаловаться они будут не на свои ментальные проблемы, а как бы рассказывать про специальность и её трудности.

— То есть прикладной некромант, что скучно на кладбище сидеть, боевой — что устал бегать по болотам и так далее, — уточнила задумку одна из активных девушек. Тес, кажется. — Тут нам очень нужны ваши идеи.

— Идеально, если бы кто-то из тех, кто более менее знаком с некромантией сыграл некромантов, — обтекаемо намекнул Ирвин, переводя взгляд с одного недонекроманта на другого.

— Чур, я фундаментальный! — поспешно заявила Кларисса ир Дербет.

— Отлично. Сандра, сыграешь спиритиста?

— Если очень нужно, — не очень охотно согласилась соседка Кос.

— Остались прикладной, боевой и теоретик. Ну и собственно менталист.

— Это должен быть парень, — выкрикнул кто-то. Послышались возмущенные возгласы девчонок. Многие обернулись в поисках шовиниста. Сандра хмуро указала на сидящего впереди парня. Им оказался Минар ри Соттэ. Под скрестившимися на нем взглядами недонекроманант занервничал и поспешно пояснил свою задумку: — Ну, может и девчонка, но её будет сложнее под ир Ледэ загримировать.

Все, осознав предложение, зафыркали. Идея пришлась по душе. Началось обсуждение деталей облика менталиста. Потом та же девчонка-активистка, которая рассказывала про сценку, вдруг спросила:

— А ир Вильос у нас кто по специализации?

— Боевой, по-моему, — не слишком уверенно ответил староста.

— Да неее… Прикладной же наверняка.

Конец разгоревшейся дискуссии положил молчавший до недонекромант по имени Раян:

— Прикладник он. Я читал его работу по массовому упокоению умертвий третьего уровня.

Все притихли, переваривая информацию, а потом обсуждение закипело с новой силой.

Первая репетиция, на которую Иль затащили в качестве художника декораций (хотя какие тут могли быть декорации она не очень понимала), представляла собой слабо организованный хаос. Разговор постоянно сбивался с темы, обсуждение костюмов и ролей не клеилось, один танцевальный номер был ещё не придуман (он следовал за излияниями менталисту боевого некроманта), второй никак не могли никуда приткнуть, музыкально одарённых в группе оказалось кот наплакал и учить некромантский репертуар они в большинстве своём не горели желанием… В общем проблем была целая куча.

Кос, которой менталистка пожаловалась на это за обедом (не раскрывая задумки, разумеется), успокоила подругу, заявив, что у них почти то же самое, только поющих и играющих хватает, а вот с танцорами проблемы.

— Наверняка и у остальных та же картина. Так что прорвёмся, — резюмировала прикладная некромантка.

[1] здесь и далее стихи автора