Они поймали лошадей, которых прогнали маны, и вернулись на сильно пострадавших повозках в Иггебург. Айрин, к своему удивлению, быстро оправилась от ужаса и надеялась, что сможет провести здесь больше времени с лейтенантом. Она уже рисовала в уме долгие прогулки с ним, например на море, но ничего не получилось.

Капитан Зарро выставил людей на посты, и у них был срочный приказ тотчас доставить лейтенанта к нему.

– Из-за меня у вас будут неприятности? – забеспокоилась Айрин.

В ответ лейтенант криво усмехнулся.

– Посмотрим, может, мне удастся всё уладить, – пробурчал мастер Маберик и отправился вместе с Бо Теганом к его начальнику.

Барену и Айрин пришлось ехать на магический рынок одним. Нужно было починить повозку, а рынок был единственным местом, где разрешалось её оставить.

Но Айрин не интересовалась ремонтом – так сильно она беспокоилась о лейтенанте. Наконец на площади появился мастер Маберик.

– Не так страшно, как ты думала, – постарался успокоить её лар. – Хотя капитан считает, что Теган без разрешения и даже против его прямого приказа покинул отряд, я смог убедить его, что лейтенант сослужил большую службу нам и Землям Бурь.

– Но вы же сказали, что нам нельзя говорить о том, что случилось в той пещере.

– И это так. Но капитан Зарро знает меня, и моё слово имеет для него вес. Мне удалось объяснить ему, что лейтенант помог нам избежать большой опасности.

– И когда я вновь увижу его?

– Это, боюсь, будет нескоро, ведь капитан теперь так быстро его не отпустит.

– Тогда я сама пойду к нему, нам есть что обсудить!

Мастер Маберик почесал затылок.

– Не советую тебе делать это, Айрин. Иначе капитан подумает, что это никакая не геройская, а любовная история лейтенанта. Подожди хотя бы несколько дней. У нас и без того есть чем заняться – маны сильно потрепали нашу бедную повозку.

Дел у Айрин и правда было по горло, и мастер поручал ей всё новые задания. Но через два дня её терпение лопнуло, и она тайно ускользнула, чтобы повидать Бо Тегана. К своему ужасу, она узнала, что лейтенант со своим отрядом уже отправился на север.

– Даже не попрощался! – жаловалась она, вернувшись к повозке.

– И не оставил никакой весточки? – спросил Барен, напрасно пытавшийся её утешить.

Айрин молча покачала головой. Теперь ей было безразлично, что поручал ей мастер. Любое поручение она выполняла, понурив голову, кое-как и чаще всего не могла вспомнить, что вообще делала.

На следующий день мастер Маберик, прежде тщательно следивший за прилежным выполнением своих поручений, вдруг заторопился.

– К чему такая перемена, дядя? – спросил лар Тимин.

– Ты ещё не слышал? Появились слухи о драконах, проснувшихся в Йотуне.

– О, наслышан. Говорят, двое мужчин из Хорнталя своими глазами видели их, – сообщил племянник, мимоходом ухмыльнувшись. – По слухам, драконы проглотили сотню воинов гор и затем ещё несколько крестьянских дворов. Но почему тебя беспокоит эта глупая болтовня?

Мастер Маберик вздохнул:

– Во-первых, потому, что несколько любопытных нашли тела воинов гор. Нам следовало бы их похоронить. Во-вторых и в-главных, поскольку об этом тоже говорят, дракона разбудило якобы тёмное ремесло двух мастеров рун, и теперь эти лары выжидают, чтобы напасть на Иггебург.

Тимин побледнел.

– Понятно, – пробормотал он и тоже стал торопить Барена, помогавшего ему с повозкой.

В тот же день после обеда они уехали из Иггебурга через восточные ворота. Вообще-то мастер Маберик собирался направиться в Дривигг, чтобы расплатиться с долгами, как он это называл, но прежде хотел подбодрить Айрин и показать ей море. Они остановились на холме, возвышающимся над побережьем, и девушка наконец увидела его.

Айрин посмотрела на юг, но не увидела ничего, кроме коричневой пустыни из ила, прерываемой светлыми пятнами многочисленных крошечных песчаных островков. Песок был приблизительно того же цвета, что и волосы Бо Тегана.

– Так это и есть знаменитое море…

– Я предупреждал тебя, что в отлив оно выглядит не очень привлекательно, – с лёгким смущением ответил мастер Маберик.

– Ах, это меня не удивляет. Ещё одно разочарование хорошо дополняет то, что случилось в последние дни. Когда море вернётся?

– Через какое-то время. Мы можем подождать, если хочешь.

– Не знаю… – нерешительно протянула Айрин.

– Но я знаю! – воскликнул Барен. – Нам нужно кое-что обсудить, Айрин, – сказал он, сидя на облучке повозки лара Тимина. Последние дни, а главное ночи, он проводил много времени с молодым мастером рун и его подзорной трубой. Он спрыгнул в траву и дал знак следовать за ним.

– Что такое, Барен? – спросила Айрин, когда они отошли достаточно далеко от повозок. У неё было странное чувство в животе.

– Звёзды, – начал брат и, запнувшись, продолжил: – Ты знаешь, что у меня нет твоей способности к рунам.

– У тебя есть способности! Только вчера мастер хвалил твой почерк, когда мы писали письмо крёстной.

– Буквы – это не руны, Айрин. – Он вздохнул.

– Но мастер знает, что ты и в других делах ценный…

– Звёзды, Айрин, – прервал он её. – Тимин показал мне звёзды и объяснил, как рассчитать их восход и закат. Это не так трудно, если понять основы небесной механики.

– Механики?

– Мастер Тимин думает, что из меня может выйти звездочёт!

Айрин потребовалась доля секунды, чтобы осознать значение этих слов. Её будто чем-то укололо.

– Ты тоже хочешь оставить меня?

– Я должен, если хочу стать больше, чем простым слугой и конюхом, Айрин.

Она вздохнула:

– Знаешь, я боялась этого. Ведь мы никогда не расставались надолго. И ещё…

– Знаю. Бо Теган. Тебе не хватает его?

– Даже не могу передать тебе, насколько. Больше, чем я могла себе представить.

– Я не сомневаюсь, что ты снова увидишь его, Айрин. И меня тоже. Я научусь рассчитывать движение звёзд и буду знать, где откроются следующие Драконьи врата. Думаю, там я смогу встретить тебя и мастера Маберика.

– Но они показываются только зимой, – запротестовала Айрин.

– Я хотел бы не только предсказывать место появления следующих врат. Кажется, лары заглядывают в совсем недалёкое будущее, но судя по тому немногому, чему я до сих пор научился у мастера Тимина, можно заглядывать в будущее гораздо дальше. Может быть, я даже выясню, когда врата в следующий раз откроются в Хальмате.

Айрин согласно кивнула. Она восхищалась решительностью брата. Он впервые говорил о каком-то деле с таким воодушевлением. Жаль, она не была так уверена, как он.

– Не думаю, что мы найдём там нашу маму, Барен. Будь она ещё там, её бы не осталось в живых. Она же не может, как драконы, спать сотни лет. Боюсь, она отправилась в Удрагис.

– Может быть, она в Драконьем мире, а может, и нет. Кто знает, какими чарами она обладает, – заметил Барен.

– Мы это узнаем, Барен, – пообещала Айрин, – ты своим, а я своим путём.

И она горячо и долго обнимала брата.

Они вернулись к повозке, держась за руки.

– Ну, теперь все вопросы решены? – спросил мастер Маберик, беспокойно елозя на облучке.

Айрин поглядела на море. Всё ещё был виден лишь бурый ил и вкрапления островов песчаного цвета, напоминавшие ей об одном лейтенанте.

Вдруг кто-то звонко закричал. Звук шёл со стороны города, который они только что оставили. Вверх по холму мчался всадник. Сердце Айрин на миг замерло. Солдат быстро приблизился, резко остановил лошадь и спрыгнул из седла.

– Клянусь богами, я уже боялся, что не найду вас! – воскликнул Бо Теган, замерев на месте.

– Гляди-ка, убийца дракона, – поприветствовал его мастер Маберик.

Теган бросил ему злой взгляд:

– Не я это придумал.

– Но вы также не опровергаете этот слух, – едко возразил мастер. В самом деле, Айрин тоже слышала эту историю о чужеземном герое из Хорнталя, который в одиночку убил дракона.

– А как иначе, если мне и слова нельзя сказать обо всей этой истории! – гневно воскликнул Теган.

Айрин упёрла руки в бока:

– Ботарик Теган! Вы вернулись для того, чтобы ссориться с мастером Мабериком?

– Нет, но…

– Письмо! – воскликнул Барен. Айрин бросила на него рассерженный взгляд, но брата было не удержать: – Раз лейтенант здесь, он сможет взять с собой наше письмо крёстной. Во всяком случае, лучше мы отдадим письмо ему, чем гонцу. Крёстная наверняка уже извелась от тревоги.

И он помчался в повозку за письмом.

– Письмо кому? – спросил лейтенант. Он по-прежнему стоял в двух шагах от Айрин и был странно скован.

Айрин тоже не двигалась с места, думая, что это он должен сделать шаг навстречу. Ей нужно было столько всего ему сказать, но Айрин лишь ответила:

– Старухе Нурре в Хальмате. Она вырастила нас. Живёт в хижине, из которой вы когда-то пытались завербовать моего брата в солдаты, если помните.

Почему он всегда такой несообразительный?

– И она умеет читать? – спросил он.

Барен тем временем вернулся, сунул опешившему лейтенанту в руку письмо и объяснил:

– Жрец сможет прочитать ей. Она не любит его просить, но если узнает, что это письмо от меня и Айрин, она попросит. В письме лишь привет от нас и уверения, что у нас всё хорошо. О том, что произошло в Иггебурге и тем более в пещере, мы не написали ни слова.

– Понимаю.

– И я была бы вам благодарна, если бы вы поступили так же. Эта история её бы ужасно взволновала, – добавила Айрин, с отчаянием замечая, что разговор принял совсем не то направление.

– Вы не хотите, чтобы она волновалась?

– Именно так, Ботарик.

Лейтенант нерешительно повертел письмо.

– Что-то не так? – спросила Айрин, не теряя надежды.

– Боюсь, мы долго не увидимся, – медленно проговорил Бо Теган. – Мне нужно вернуться в Хорнталь. Повезло, что капитан снова меня отпустил.

– И нам тоже повезло, что мы смогли доверить это письмо вам, – сказал Барен, очевидно не замечая, что здесь происходит – или, точнее, не происходит, потому что он мешает.

Айрин не понимала, почему Теган просто стоит перед ней как вкопанный. Она вздохнула.

– Вы хотите снова увидеть меня? – выговорила она.

Наконец он оторвал взгляд от письма, которое держал в руках.

– Не знаю, правильное ли слово хотеть, Айрин Дочь Ворона. Скорее, я должен видеть вас, потому что вы занимаете все мои мысли. Вы сидите в голове крепко, как клещ. Но я не знаю, когда снова смогу встретить вас. К сожалению, у меня обязательства в Хорнтале, куда вы, вспоминая вашего дядюшку, ещё долго не сможете приехать. Но, разумеется, я замолвлю за вас доброе словечко у тана Грюнварта.

Он только что сравнил её с клещом? Айрин не знала, плакать ей или смеяться. Казалось, у Ботарика был особый талант говорить в нужный момент не те слова. И, несмотря на свою славу, он не выглядел человеком, который поступает правильно, когда это необходимо.

– Сделайте это, а затем разыщите меня и передайте, что он вам сказал, – ответила Айрин, гневаясь и в то же время испытывая неловкость.

Лейтенант улыбнулся:

– С удовольствием.

Айрин сделала последнюю попытку:

– А до тех пор – я имею в виду, пока мы не увидимся, – вы, пожалуй, должны оставить мне залог, – немного через силу произнесла она.

– Залог?

– Поцелуй, дурень, – проворчал мастер Маберик с повозки.

Щёки Айрин густо покраснели. Тут лейтенант наклонился к ней и слегка коснулся её губ. Она почувствовала, как оцепенение её спало. Она обняла его и страстно и долго целовала в ответ. Время словно остановилось, пока они не отпустили друг друга из объятий.

– Думаю, я скоро выкуплю твой залог, – тихо сказал лейтенант.

– Хотела бы надеяться, – едва дыша, промолвила Айрин.

Бо Теган отступил на шаг, глубоко вздохнул и улыбнулся, вскочил в седло, повернул коня и, махнув и ликуя, помчался прочь.

– Хвастун, – заключил мастер Маберик.

Айрин ничего не ответила, лишь смотрела вслед лейтенанту, пока он не исчез за вершиной ближайшего холма.

– Можем мы наконец ехать? – спросил её мастер.

Айрин кивнула и залезла на козлы. Лар Маберик быстрым движением махнул племяннику – тот ответил на жест и щёлкнул языком. Красная повозка медленно покатилась.

Мастер Маберик крикнул лошадям: «Но, пошли!» Они, фыркая, натянули поводья, и его большая повозка тронулась.

Какое-то время обе повозки ехали вдоль побережья, но затем лар Тимин взял дальше на восток, а мастер Маберик направился на север. Айрин помахала брату, он криво улыбнулся ей на прощание, и вскоре они потеряли друг друга из виду.

Айрин украдкой вытирала слёзы в уголке глаза. Мастер повёл повозку вверх по холму и большим пальцем указал назад, на юг. Айрин обернулась. Вдалеке она увидела белый прибой, набегающий на побережье. А за ним неустанно двигались серо-зелёные волны, неудержимо покрывающие тёмное дно.

– Море, – глубоко потрясённая, проговорила она.

– О, это лишь первое представление о том, что грядёт, – лукаво ответил мастер Маберик.

Затем он щёлкнул языком, и лошади помчались быстрее.