Дарья согрела дыханием скрюченные и раскрасневшиеся от холода пальцы, потёрла ладони друг о друга и снова взялась за тяжёлый деревянный ящик. Поставщик разгрузил их посреди прохода между торговыми палатками и надо было как можно скорей затащить их в киоск.

На рынке сегодня слишком многолюдно – предновогодняя суета всё прибавляла покупателей.

— Раз, два, три… — девушка посчитала привезённые ящики с фруктами. — Четыре, пять, шесть…

Она выглянула на улицу и подметила ещё два, которые оставалось забрать.

— Ненавижу мандарины до конца своих дней, — удручённо сморщилась. Спина немного занемела, а мышцы в руках одолел небольшой тремор.

Но если продать всё, что привезли, то получится вполне приличная зарплата за все последние дни.

— Дашка, поделись хотя бы парочкой, а? — примчалась торгашка из соседнего ларька.

Такая «прожарая» тётка средних лет, как Татьяна, не раз брала хитростью Дарью. Особенно в первое время ее работы на рынке. И девушка сейчас уже была равнодушна к ее просьбам. Спустя два месяца Дашка начала кое-что понимать в серьёзном мире рыночной торговли – за всё плати со своего кармана. Любая недостача покрывалась из зарплаты.

— Тань, отвали! Мехман не говорил, что ящики нужно делить между киосками! — отмахнулась девушка и, немного подумав, схватила сразу оба с улицы.

От тяжести мышцы в руках свело, но она всё равно дотащила их до своего киоска. Снег под ногами превращался в грязное месиво, и в дутых сапогах ощущалась влага.

Дарья презренно посмотрела на Татьяну и закрыла дверь на крючок.

— Зачем тебе столько, жадная? — сунула лицо Татьяна в небольшое окно.

Но девушка с усилием хлопнула форточкой почти ей по носу.

— Надоела, Тань!

Сняла мокрые сапоги, натянув две пары шерстяных носков на ноги, надела тапки. В киоске вполне тепло от небольшого калорифера. Дашка ещё раз пересчитала ящики и довольная приступила к работе.

На свежие мандарины покупатели набросились с особым азартом, и Дарья радостно потирала руки от выручки. Но радость длилась недолго.

— Почему с Татьяной не поделилась? — появился недовольный хозяин ларьков с фруктами. Поправил свою вельветовую кепи и потер чёрные усы.

— Ты не говорил мне… — растерялась Дарья и посмотрела на злорадную улыбку Тани, которая будто специально заглянула в этот момент.

— А головкой подумать? — постучал пальцем ей по темечку мужчина. — Ну вот, если не продашь все сегодня, то купишь остаток сама!

Дашка насупилась на хозяина, сжала скулы.

— Ты мне и так платишь копейки, не то, что обещал…

Говорить про то, что прогуливает школу временами и ночами делает домашние задания не стала. Отчаянные жалобы никого не тронут, тем более того, кто зарабатывает на ней в разы больше.

— Я продам, — прикусила язык девушка, чтоб не злить мужчину.

Заработанные, хоть и маленькие, деньги терять совсем не хочется. Хватает и ужин приготовить, и в копилку кинуть. Оксана лишь ухмылялась и с подозрением смотрела на младшую сестру. Откуда деньги? Дашка так и не рассказала никому, что подрабатывает на рынке.

— Умница! — подмигнул тот в ответ. Осмотрел киоск и так же исчез, как и появился.

Дарья постепенно осознавала весь смысл такой выгодной торговли. Конечно же, крутиться, как Татьяна, у нее не получится. Для Дарьи было желанное и то, что имеет, хоть слегка и несправедливо по отношению к ней.

В животе заурчало, ведь даже пообедать толком не успевала. С досадой потянулась за мандаринкой…

Под вечер, естественно, признала, что весь товар не продать. Значит зарплату получит опять по-минимуму.

— Ладно, зараза, придётся идти извиняться, — буркнула она на себя, намереваясь идти к Татьяне, чтоб поделиться ящиками с мандаринами. — Пусть сама только тащит!

Девушка надела сапоги и вышла на улицу. Ряды значительно опустели от покупателей, и она почти дошла до соседнего киоска напротив.

— Стой, с*ка! — послышался со стороны грозный выкрик.

И в этот момент Дашку с ног сбил парень, который спешно от кого-то убегал.

— Уйди с дороги, дура! — запричитал он, толкнул ее от себя, поднимаясь на ноги.

Тут же его настигли трое весьма крепких мужчин, что схватили за ворот куртки и протащили до стены кирпичного здания. Оно являлось основным корпусом торговых рядов.

Дарья в испуге отползла на четвереньках обратно к киоску и, тяжело дыша, поднялась с земли. Она прислонилась спиной к стеклянной витрине и непроизвольно стала свидетельницей очередных разборок, которые частенько происходили на рынке. Очевидно, кто-то кому-то опять не заплатил за «крышу».

Парня с силой стукнули по лицу, грязно ругая неприличным словами. Тот лишь безысходно плевался кровавой слюной в сторону, пытаясь оправдаться. Подоспел ещё один, вероятно, главный, судя по оружию на поясе. Он прошёл мимо Дарьи и был абсолютно без верхней одежды, в одной чёрной водолазке и джинсах, а по сбитым в кровь косточкам пальцев стало понятно, что драка у него не первая.

У Дашки спёрло в груди. Ведь этот силуэт она ни с кем никогда не спутает.

Дениса она не видела с того самого момента, когда он охранял ее сон после поминок матери. Парень просто не приходил, а на вопросы о нём Оксана отвечала расплывчато. То он был в командировке, то болел, то вовсе загружен работой. Девушке окончательно теперь понятно, какой именно. Дашка всем сердцем чувствовала, что Денис связался не с теми людьми и живёт по краю произвола, что захватывал все сферы существования.

— Хватит! Я же сказал не бить здесь! В машину его! — сердито приказал Денис.

Дарья не сводила глаз с любимого профиля, ей показалось, что Денис сильно поменялся, словно окреп в торсе и вырос. Или так казалось от властной позы и сурового выражения лица.

Пока виновника поднимали на ноги и уводили под локти, Денису подали потерянную по дороге куртку. Он надел ее и замер, так как встретился взглядом с напуганной Дашей.

Девушка ощутила, как горечь от осознания ситуации, что Денис ей не мерещится, подкатила к горлу. Глаза налились. Она медленно шагнула вбок, а затем метнулась в свой ларёк и интуитивно закрыла дверь на крючок.

Денис посмотрел по сторонам, тяжело выдохнул, ведь совсем не ожидал увидеть Дашку здесь, да ещё при таких обстоятельствах. Её ошарашенный вид опускал все внутри. И в очередной раз напомнил, что у него есть совершенно другая жизнь. Не та, что затянула, как болото, отобрала честь и диктовала правила неприемлемые его совести.

Он угнетенно опустил голову, потёр рукавом сбитый кулак, стараясь убрать кровь на нём. Подошёл к ларьку с фруктами и облокотился плечом об открытую форточку.

— Мадам, что вы здесь делаете? — растянул привычную приветливую улыбку. И тут же почувствовал всё приятное тепло от встречи.

Ведь мысли о том, что девушка влюблена в него прочно осели в голове и не исчезали ни на минуту.

Она повернулась спиной к нему и сделала вид, что перебирает мандарины.

— Работаю! — огрызнулась Дарья, хлюпая носом.

Денис шумно вздохнул, сунул руки в карманы брюк и покачал головой. Прошёл до двери и дёрнул со всей своей мощью. Крючок, конечно же, слетел…

Он зашёл внутрь, и Дарья застыла с парой мандарин в руках. Её глаза округлились, непонятно только от чего больше. От удивления силы Дениса, что так легко проник в киоск? Или всё же не знала, как себя вести?

Денис не спеша осмотрел тесное пространство.

— Как давно ты работаешь у Мехмана?

— Два месяца.

Она смотрела, не отводя глаз, и ждала, что спросит ещё. Попытается ли как-то объяснить то, что она увидела.

— Ты несовершеннолетняя… Он тебя обижает?

— Нет.

Денис понимал, что Дашка не скажет, даже если это не так. Все отношения: хозяин, продавец, покупатель – он прекрасно знал.

Ему стало немного печально, ведь работать Дашку заставила особая нужда. И переубеждать ее оставить эту затею Денис не будет. Сейчас девушка среди него и Оксаны была самой честной. Его горделиво радовал тот факт, что Дарья выбрала такой тяжкий не по годам труд.

— Почему плачешь?

Сам, определённо, понимал, что задал глупый вопрос, но очень хотел услышать ответ. Выскажет ли она ему, что взглянула на него совсем с другой стороны. Признается ли, что смотрит на него в данный момент со страхом.

— Дарёха, это я… Денис, — кивнул ей, желая чуть-чуть разрядить обстановку.

Дашка слегка растерялась, но быстро выкрутилась.

— Мандарины не продала.

Он иронично улыбнулся, нахмурил брови и оглядел ящики.

— Я уж подумал, что меня испугалась!

— Еще чего! — фыркнула Дарья, засуетилась и отвела взгляд.

Затем притихла и кротко покосилась на Дениса.

— С ним же всё в порядке будет?

Парень выдержал паузу.

— Конечно! Отдаст то, что должен и завтра появится невредимый. Вот увидишь!

Он приблизился к ней и заулыбался сильнее.

— Если действительно работаешь здесь два месяца, то все понимаешь.

— Правда?

— Обещаю! — убедительная и приятная улыбка Дениса заставила и Дашку улыбнуться.

— Почему ты больше не приходишь? — поинтересовалась девушка осторожно. Так как предположила, что Денису и правда надоела опека.

— На новый год приду, обязательно! Я смотрю, вы прекрасно и без меня справляетесь, — пошутил Денис, стрельнул глазами на мандарины.

— Приходи! Мы собираемся печь пирог и салат «Оливье» готовить, — похвасталась Дашка планами.

— М-м-м… Теперь вы от меня точно никуда не денетесь, — засмеялся Денис, прикрыв блаженно глаза. — Тогда с меня шампанское!

— Договорились! — засмеялась и Дарья.

— Мне пора, Дарёха!

Денис развернулся и собрался выходить.

— Даш… — задержался в дверях. Его окутал порыв признаться, что соскучился по общению с ней. Так, что жаждал крепко обнять. Но здравый смысл остановил. — Мехман тебя больше не обидит!

Дарья, открыв рот, проследила, как Денис стал отдаляться от киоска. Ей захотелось крикнуть, что любит его… сильно, несмотря ни на что. Только переживать за него будет теперь вдвойне.

Через час представительный молодой человек пожелал купить мандарины для детского сада. Все оставшиеся три ящика. Дарья сначала обрадовалась такому оптовику, но затем задумалась – не очень-то похож покупатель на работника детского сада. А Мехман заплатил за смену почти недельную зарплату…